Часть 15
24 февраля 2026 г., 18:49
Новость о том, что Гермиона Грейнджер встречается с Драко Малфоем, взорвала магическую Британию. «Пророк» печатал разгромные статьи, скандальные колонки, письма возмущенных читателей. Ей угрожали, её осуждали, её бывшие друзья разделились на два лагеря.
Рон примчался к ней в квартиру в ярости.
— Ты сошла с ума?! — орал он. — Малфой? Тот самый, который чуть не убил Дамблдора? Тот, чья тетка пытала тебя?
— Рон, успокойся, — она стояла на пороге, скрестив руки. — Во-первых, это не твое дело. Во-вторых, ты прекрасно знаешь, что он не убивал Дамблдора. А в-третьих, я не обязана перед тобой отчитываться.
— Ты позоришь память всех, кто погиб! — выкрикнул он.
— Не смей, — голос её стал ледяным. — Не смей говорить мне о погибших. Я была там. Я видела, как умирают люди. И я видела, как шестнадцатилетний мальчик, которому угрожали смертью матери, пытался найти выход. Ты понятия не имеешь, через что он прошел.
— А ты, значит, имеешь? — Рон усмехнулся. — Вы там в библиотеке, видимо, очень тесно общались.
— Да, — спокойно ответила она. — Общались. И я знаю его лучше, чем ты. А теперь уходи.
Рон ушел, хлопнув дверью. А через неделю перестал с ней разговаривать вообще.
Гарри пришел с бутылкой огневиски и долго молчал.
— Ты уверена? — спросил он наконец.
— Уверена, — ответила она.
— Тогда я с тобой, — он улыбнулся. — Кто бы что ни говорил. Ты моя лучшая подруга, и я хочу, чтобы ты была счастлива. Даже если это означает пить огневиски с Малфоем на семейных ужинах.
Она рассмеялась и обняла его.
Драко держался стойко. Он читал каждую гадость о себе в газетах, но не жаловался. Он просто был рядом. Помогал ей с работой, готовил завтраки (ужасные, но от этого ещё более милые), слушал её бесконечные лекции о правах эльфов и спорил с ней до хрипоты.
— Ты точно готова к этому? — спросил он однажды вечером, когда они сидели на её диване и смотрели на огонь в камине. — К тому, что вся Британия будет нас ненавидеть?
— Пусть ненавидят, — она положила голову ему на плечо. — Я устала быть удобной. Я устала делать то, что от меня ждут. Я хочу просто быть с тобой.
Он поцеловал её в макушку.
— Знаешь, о чем я мечтал в бегах?
— О чем?
— Обычно о том, чтобы выжить. Но иногда — о том, чтобы сидеть вот так. С тобой. В тишине. Чтобы никто не стрелял, не гнался, не требовал невозможного. Просто быть.
— Теперь мы можем, — прошептала она. — Теперь мы можем всё.
