плюсы популярности

1

      Светлые волосы с зеленоватыми кончиками заплетены в хвост позади. Передние пряди, завиваясь в лёгкую волну, струятся у лица. Парень спаивает провода, удобно устроившись на полу в зале. В этой же комнате лёгким фоном служит телевизор. Его друг Тайджу, что зашёл совсем недавно, расположился на диване, смотря какое-то интервью, это удивительно, обычно ему неинтересно подобное.       Тот иногда посмеивается из-за каких-то шуток на телевизоре. Парень на полу лишь закатывает глаза. — Ты же не старпёр, Тайджу. — замечает. — Сенку, почему сразу старпёр? — спрашивает, переводя взгляд на друга, что поднял ноги, телепая ими в воздухе. — Это интересно. Про психологию. Один парень добился успеха всего за два года. Он самый молодой психолог! — Ага... Какой-нибудь выпендрёжник и манипулятор, не более. — парирует чужой ответ.       Ишигами берёт в руки паяльник, но тот, похоже, тоже был увлечён психологом на телевизоре, а ответ парня его расстроил. Но если это не так, то как объяснить, что до слов Сенку паяльник работал, а после перестал? Он недовольно выдыхает и вытягивает сломанный прибор из розетки. — Хей, гора мышц, — обращается он к своему лучшему другу. — Сколько ещё по времени будет идти передача? — Это прямая трансляция, скоро закончится. — оповещает, смотря на время. — Отлично, как закончишь смотреть... — проговаривает, пока поднимается на ноги. — Пойдём в строительный, мой паяльник, похоже, тоже был фанатом этого менталиста.       После слов парня Тайджу заливается громким смехом. Смотрит за тем, как Сенку недовольно фыркает на сломавшуюся вещь, и убирает его в коробку к таким же переставшим работать вещам. А после уходит с зала в сторону лестницы, похоже, идя переодеваться.

***

      Солнечные лучи неприятно слепят в глаза, когда они выходят из дома. На улице стоит слишком тёплая погода, душно. Ишигами даже рад, что не снял резинку с волос. Но огорчает то, что в доме работал кондиционер — было прохладно и уютно. А сейчас жара выбивает из него последние силы.       Сенку закатывает глаза, смотря на своего друга. Тот идёт рядом и никак не может отвести взгляд от телефона. Пару раз спотыкается, а когда они заворачивают за угол — врезается в дерево. Ишигами останавливается позади. Ударяет себя по лбу ладонью — это слишком тупо — зависеть так от телефона, наверно, ещё и больно ударяться лбом. Но он знает, что Тайджу крепок, и не такое переживал. — Причина твоей радости? — спрашивает, когда его друг отходит от дерева, потирая место удара. — Юдзуриха предложила прогуляться вечером. — рассказывает, снова начиная безудержно улыбаться. — Вот же влюблённый дурень, — сообщает новое прозвище друга, возобновляя движение. — Просто признайся ей в чувствах и начните наконец-то встречаться.       Сенку искренне не понимает, что останавливает его друга от признания, когда и так всё очевидно. Они ещё со средней школы нравились друг другу, а сейчас они уже восемнадцатилетние подростки, им бы начать встречаться, да и расписаться по-быстрому, а потом начать жить в своё удовольствие.       Ишигами рассуждает настолько открыто про чужие отношения, хотя сам зависим лишь от науки. За все свои восемнадцать лет — не было ни единого человека, который бы ему понравился. Возможно, может и были бы такие, если бы он не был занят каждый день и хотя бы общался с кем-то другим. Ему мало того, что пол человека абсолютно не важен, единственный критерий — чтобы его понимали. А таких людей, которые не будут смотреть на него как на безумного учёного, готового сделать многое для своей цели, слишком мало. И осознание этого даже не разочаровывает, ему попросту плевать.  — А вдруг Юдзуриха меня отвергнет? — боязливо спрашивает. Его ладошки вспотели от волнения перед встречей.       Ишигами останавливается посреди улицы. Он разминает шею и скептически осматривает своего друга с ног до головы. Выгибает вопросительно бровь и мысленно вновь ударяет себя по лбу. — Ты не замечаешь очевидного. — фыркает. — Зная Юдзуриху, она раньше тебе предложит отношения. Или вообще протянет кольцо с просьбой сделать ей предложение. — Та нет же! — возмущается, раскидывая руки в сторону.       Тайджу случайно подцепляет кепку парня, проходящего рядом, но слабенько, та не спадает. — Простите, он случайно, — поспешно извиняется за друга, замечая в начале улицы большую группу людей. — Похоже, нам стоит обойти, там, — показывает вдаль пальцем, — будет трудно пробиться.       Незнакомец всё ещё проходит рядом. Он поправляет слегка съехавшую кепку. Сенку замечает выпавшие пару волосинок, которые торчат. У того парня похоже сплит-окрашивание, белый с чёрным. Сочетается неплохо.       Тот парень с разноцветными волосами положительно кивает, как бы говоря, что всё в порядке. И начинает движение, заходя за их спину. — Тайджу, ты меня слушаешь? — спрашивает, замечая, что взгляд друга прикован к другому. — Сенку, да погоди, это же Асагири Ген, самый молодой психолог! — нарочито громко вскрикивает он.       Ишигами громко сглатывает. Замечает, что тот парень остановился, словно его спалили с поличным. И тогда он осознаёт всё за пару секунд. Чувствует, как расколился воздух вокруг них до предела. Резко оборачиваясь назад, к ужасу понимает, что та толпа, что стоит не так уж и далеко, услышала выкрики его друга. Быстро оглядываясь по сторонам, отмечает ещё кое-что: место, где стоит толпа, пока ещё стоит, полностью обклеено плакатами с интервью про молодого психолога и его автограф-сессию. На плакате изображён улыбающийся парень с колодой в руках, у которого чёрно-белое сплит-окрашивание... — Тайджу... Твою мать..! — сжато ругается.       Он не глупый, сложить два плюс два, чтобы в итоге получить четыре, может. Как и может быстро оказаться напротив паренька, заглядывая в зелёные глаза, похоже в линзы. — Пора бежать. — замечает он, протягивая свою ладонь.       Этот незнакомец, которого уже раскрыли перед всей толпой, успевает начать проклинать череду случайностей. Он только успел покинуть здание незамеченным, ему нужно было лишь пройти пару улиц и вызвать такси до дома. А теперь что? Ему протягивает руку какой-то незнакомец, чей друг как раз таки и рассекретил его.       Боже, он в полной заднице. Конечно, не хочет принимать чужую помощь. Не знает, что задумал этот парень с хвостиком на макушке. Но почему тогда его собственная ладонь замирает в воздухе в паре миллиметрах от чужих пальцев?       Сенку не дожидается, когда парень сожмёт протянутую ему ладонь. Он сам перехватывает чужое запястье зависшего в ужасе психолога. Одним рывком тянет его на себя, а после начинает движение. Попутно крича своему другу, чтобы тот не стоял на месте.       Тайджу не сразу замечает, что двое других уже начали поспешную капитуляцию с места разоблачения. И вправду, хорошо, что Ишигами крикнул ему бежать следом за ними. А то он бы так и остался стоять на месте. — Сенку, а куда мы бежим? — догоняя двух парней спереди спрашивает Тайджу.       Сзади доносятся громкие шаги, которые отдаются эхом. — Куда угодно. Тайджу, пожалуйста, научись говорить тише, я прошу тебя об этом ещё с детства! — вскрикивает Сенку в ответ.       На секунду Ишигами расцепляет хватку с парнем, перехватывая того за ладонь. Понимая, что так будет легче тому бежать. Но, касаясь ладони другого, ощущает, как сжимаются дрожащие пальцы сильнее. Тот явно в ужасе, скорее всего, и вовсе не ожидал чего-то подобного. Сенку судорожно похлопывает себя по карманам джинс, вскоре доставая из заднего ключи, которые кидает Тайджу, тот, не ожидая подобного, ловит их, не понимая, зачем ему ключи от чужого дома. — Ты бегаешь куда быстрее... — замечает, уже начиная задыхаться. Да уж. На бегу не самое лучшее решение пояснять ситуацию. — Открывай чёртову входную дверь, доставай ключи и жди нас. — командует, видя послушный кивок.       Тайджу слушает своего друга. Не проходит и секунды, как тот ускоряется, вскоре и вовсе скрываясь с их поля зрения.       Ген может лишь удивлённо посмотреть на удаляющуюся фигуру парня, не веря, что люди и вовсе могут бегать настолько быстро. Он встречается взглядом с рассматривающими его красными глазами, когда они заворачивают за угол. — Менталист, твоя кепка... — пытается вздохнуть, но получается явно плохо. — Она тебе слишком важна или нужна?       Асагири не понимает вопроса, который пытается быстро обдумать, сразу же находя ответ. — Нет. — Тогда попрощайся с ней.       После произнесённых слов его левая ладонь нежно подцепляет козырёк. Сенку замедляет бег, отчего психолог тоже немного останавливается. Волосы падают на его лицо, а кепка летит прямо в толпу. — Эй! Ты зачем её выкинул? — возмущается. — Это их задержит — подмечает Сенку.       Он кидает быстрый взгляд назад, замечая, что парень оказался прав — бегущие за ними и вправду остановились, понимая, кому принадлежит эта вещь. Не успевает даже особо удивиться тому, что незнакомец оказался прав, ведь те люди попались на чужую ловушку, как перед его лицом захлопывается входная дверь.       Оба падают на пол. Ген, задыхаясь в собственном сбивчивом дыхании, сжимает чужую ладонь сильнее. Их пальцы до сих пор удерживаются друг за друга, словно говорящие, что они выбрались из той заварушки. — Пока... есть время... — задыхаясь, начинает Ишигами. — Выходи... через второй выход... Беги на свидание... Потом не сможешь выйти... Безмозглые фанатики этого парня обклеят весь дом! — резко выдыхает.       Ноги безумно гудят, покрываясь жаром. И он скользит взглядом по своему другу, у которого даже не сбилось дыхание. Тайджу закрывает входную дверь на замок и опускает ключи рядом с другом. — Ты уверен? Ты же терпеть не можешь оставаться с незнакомцами... — искренне спрашивает. Парень, конечно, не хочет терять отличный день для прогулки с любимой девушкой, но и бросить друга он не может. — Юдзуриха всё поймёт. Я позвоню ей. — Совсем придурок!? — вскрикивает, усаживаясь на колени. — Ты заставил учёного бегать! Напрягаться физически. Я зол на тебя. Смогу простить только, если ты придёшь завтра с Юдзурихой за ручку и признаешься, что вы встречаетесь, поэтому давай дуй уже к ней, пока не поздно. — Сенку... — успевает произнести, но замолкает, видя недовольный взгляд. — Всё, всё, уже ухожу.       Тайджу наспех стягивает обувь и скользит внутрь дома. Меньше чем через минуту оба парня слышат, как хлопает ещё одна дверь.       Ишигами уже полностью привёл дыхание в норму, пытается подняться на всё ещё гудящие ноги. Он замирает, когда пытается разогнуться. Его ладонь всё ещё удерживает чужую. Ох. Совсем забыл про этого парня. Сенку расслабляет пальцы, но тот психолог всё ещё сжимает свои. — Может отпустишь? Мне дверь закрыть надо.       Асагири замечает только сейчас, что всё ещё держит парня за руку, как за спасательную шлюпку. — Прости, задумался, — поспешно объясняется, выпуская чужие пальцы.       Когда Сенку говорит тому разуваться и уходит, Ген всё ещё чувствует тепло чужой ладони в своей. Теперь, когда они не держатся за руки, становится слишком непривычно, словно чего-то не хватает. Асагири расстроенно выдыхает, принимаясь развязывать шнурки на чёрных конверсах.       Возвращаясь обратно, Ишигами замечает неловко сидящего парня на полу, обнимающего свои колени. Почему-то вид такого популярного психолога, что сейчас настолько скован, смешит. Сенку останавливается за пару метров от него, решая не подходить ближе, понимает, что того может смущать подобная ситуация. Ведь с какой стороны ни посмотри — Ген сидит после погони от фанатов у какого-то незнакомца, что до этого тянул его за руку. Да уж. Ситуация не из лучших.       Асагири поднимает взгляд, чувствуя чужое присутствие. Сенку стоит напротив, скрестив руки на груди. Он ожидал, пока другой обратит на него внимание, тихо и молча. Теперь Ген уверен хоть в одном: этот парень куда тише и спокойнее своего друга.       Они, не говоря ни слова, направляются на кухню, ну, точнее, Ген просто идёт следом за парнем. Он опускается на кухонный стул, наблюдая за тем, как Сенку смотрит в холодильник, спрашивая, будет ли тот что-то пить.       Ишигами сейчас искренне рад своей привычке не раскрывать шторы по утрам, иначе их было бы видно на улицу. До него доносится чужой ответ, где парень утверждает, что хотел бы холодной колы. Ага, хорошо. Через пару секунд Сенку протягивает ему алюминиевую бутылочку с напитком. Видит, как в солнечном свете поблёскивают чужие глаза. Ген и вправду, похоже, сильно хотел спасительной холодной колы.       Выпивая залпом полбанки, он опускает её на стол. Довольно выдыхает, а на его лице скользит ухмылочка. Он набрался сил, а теперь, думается, можно и рассмотреть парня напротив. Тот сидит с нечитаемым выражением лица, пока пьёт воду из стакана. Его светлые волосы стали растрёпанными из-за их быстрого бега. Того вроде зовут Сенку, — вспоминает Ген. И этот парень напротив кажется... немного странным? Типа, перед ним реально сидит популярный психолог, а он и вовсе не обращает на него внимание.       Стоит прощупать почву. — Отправил своего друга подальше, чтобы побыть со мной один на один? — переворачивая прошлую ситуацию в свою пользу, начинает он.       Сенку недоверчиво поглядывает на него. Впервые, находясь в доме, заглядывая в зелёные глаза. А у Ишигами, оказывается, интересно, красного оттенка сетчатка глаза. Ген даже наблюдает чуть больше, чем это требуется. — Как ты пришёл к такому выводу? — вопросительно выгибает бровь, пока откидывается на спинку стула. — Ну так я довольно популярен, а ты так легко прогнал своего дружка, оставаясь в закрытом доме с незнакомцем. Ещё и помог мне, хотя тебя это не касалось, неужели бескорыстная помощь? Ты герой? — посмеивается.       Гену доставляет невероятное удовольствие подтрунивать над парнем, что, кажется, всё так же не заинтересован в нём. — Если бы я гнался за популярными личностями, то просил бы автограф каждый раз у своего отца. — парирует чужой вопрос. Ишигами складывает руки на груди. — Да и круг моего общения... Там есть и другие знаменитости. А вот помощь... — как-то сладостно тянет. — Я не герой. Просто помог тому, кто из-за моего друга попал в неприятную ситуацию, не больше, не меньше. — Я не понимаю тебя. — Меня мало кто может понять. — Да я не про твой склад ума! — хлопает ладонью по столу, окончательно привлекая чужое внимание к себе. — Я про то, что обычно на меня реагируют люди как та толпа. Ну или как твой друг, а ты... Ты будто вообще слышишь про меня впервые. Да и друг твой хоть и узнал меня, он не попросил автограф или ещё что-то, не воспользовался ситуацией, а реально ушёл, потому что ему надо. Это странно. Вы странные. Или это я какой-то не такой?       Ген словно сходит с ума. Зарывается ладонями в свои волосы, слегка сжимая пальцы у корней. В голове слишком много мыслей, он правда перестаёт понимать происходящее, просто теряется. — Никто не странный, — замечает Ишигами. От его слов тепло разливается изнутри. Ген поднимает глаза. — Я не увлекаюсь психологией. Тайджу, наоборот, заинтересован, но любимая девушка куда важнее популярности другого человека. А ты... Ты просто ты, разве нет?       Асагири шокирован чужому высказыванию. Ну да, он — просто он. Тут уже ничего не сделать. Но почему вот этот вот малознакомый парень, кажется, видит его насквозь. Ген размыкает губы, чтобы спросить, но парню напротив поступает звонок.       Губы оказываются сомкнуты. Дыхание, кажется, замедляется, прекращаясь постепенно. А Сенку снимает трубку, удивляясь, что ему звонит друг по видеосвязи. — Сенку! Ты можешь хоть день спокойно посидеть? — выкрикивает парень с длинными каштановыми волосами. Ишигами кажется, что у того сейчас глаз начнёт дёргаться — настолько тот на взводе.       Ген ловит себя на мысли, что голос человека, который ругается на Сенку, до жути знаком. Словно в подтверждение, он слышит: — Цукаса, что случилось?       Цукаса? Тот самый популярный школьник? Которого прозвали самым сильным? Если это и вправду он, то теперь хоть один пазл становится ровно. Если это действительно тот популярный подросток, то теперь понятно, почему Сенку не удивлён тому, что психолог сидит напротив него в собственном доме. Хотя это уже странно звучит. — Что случилось? — повторяет он чужой вопрос. — Это лучше ты мне расскажи. Почему пол интернета уже пестрят заголовками, что ты встречаешься с Асагири Геном! Сын популярного космонавта бежит за руку с самым молодым психологом. Для полной картины там не хватает только меня и Лиллиан Вайнберг. — Лили сейчас занята полётом в космосе, её никак не может быть тут. А у тебя тур по всей Японии. — замечает несостыковку в чужих словах.       Он будто игнорирует чужие слова до. — Неважно, давай без фактов. По сети гуляет фотография, где ты с Асагири Геном бежишь за руку. Боже! Ваши руки там скреплены, реально, как у парочки. — тяжело выдыхает, говоря, что сейчас скинет популярную статью.       Асагири подрывается на месте после слова «статья». Он хочет подбежать и заглянуть в чужой телефон. Но, понимая, что так нельзя, да и к тому же не хочет срывать чужой разговор, просто замирает рядом. — Ключевое слово «как». Да и к тому же, какая разница этим фанатам на чужие отношения? Их это не касается, так что это не так уж и важно.       Сенку видит, как посматривает на него Ген, в его глазах читается надежда и лёгкая тревога. Ладно, для кого-то это может быть и важно. А ведь эта ситуация и вправду может сильно ударить по Асагири. — Так, краткое пояснение, Цукаса, мне нужно показать статью моему якобы парню. Так что слушай. Тайджу же ты знаешь? — видит кивок на застывшем в изумлении лице. До парня по телефону, видимо, доходит, что Ген находится дома у его друга. — Он же громкий. На всю улицу завопил, что рядом идёт Асагири Ген, нам пришлось бежать. — Так, хорошо. — потирает переносицу носа. — Во-первых, мне жаль, что тебе пришлось бегать. Я хотел бы посмотреть на это. Было бы забавно увидеть, как двое людей, не имеющие физподготовки, удирают изо всех сил от фанатов. — Эти фанатики стоят под моим домом, надеясь, что кто-то выйдет, вот что забавно. — замечает Сенку.       До них доносится весёлый смех Цукасы, которого кто-то зовёт. — Так, ладно. Я на днях приеду к тебе. Пожалуйста, расскажи мне всё в мельчайших подробностях. Я хочу посмеяться. — просит прощаясь с парнем.       Ишигами обещает, что расскажет. Цукаса, зная, что тот держит слово, может удовлетворённо сбросить трубку.       Сенку, выходя из звонка, видит удивлённое выражение на лице психолога. Хочет как-то подколоть его, но может лишь открыть чат с Цукасой, где уже отправлена статья. Ему самому не особо интересно, о чём там пишут в сети, поэтому он просто передаёт телефон в чужие руки. Замечая, как на секунду пальцы Гена сжимаются на корпусе. Да, для него это важно.       Асагири внимательно читает текст, а после рассматривает прикреплённую фотографию. Этот снимок — идеален. Парни на нём крепко сжимают ладонь друг друга. Кепка Гена находится в чужой руке. А их взгляд... Они смотрят друг на друга. — Кто-то из моих поклонников отличный фотограф, — замечает Асагири, передавая телефон обратно.       Сенку опускает взгляд на экран, где Ген приблизил фотографию их ладоней. Асагири опускается на стул, где сидел до этого. Сейчас этот парень выглядит расстроенным. Он копошится в своём телефоне, отключая звук. Понимает, что совсем скоро ему начнут названивать его менеджеры, будут обвинять его, а это слушать, по крайней мере сейчас, он не намерен. — Теперь, после звонка, возможно, я начал понимать тебя немного. — замечает он, покачивая пустую баночку из стороны в сторону. — Для тебя не удивительно видеть кого-то популярного. — Почему ты говоришь обо мне, находясь в худшем положении? — Так легче не осознавать своих проблем. — Что теперь будешь делать? — Хочу напиться, а потом сказать всему миру, как они меня заебали. — проговаривает, вытягиваясь. — Как ты относишься к виски? — интересуется Сенку, замечая, что парень начинает расслабляться. — Замечательно, особенно, если есть кола.       До него доносятся тихие посмеивания Ишигами. Тот предлагает выпить. Асагири, не задумываясь, соглашается, говоря, что закуска нужна обязательно.

***

      Оба не знают, сколько точно времени прошло, как они расположились в зале. Прихватив с собой бутылочку виски.       За окном уже давно потемнело. Но свет в комнате они так и не включили — пару людей всё ещё стояли под окнами, словно дежурили. Ген, стоя у окна и делая маленькие глотки со стакана, отдёрнул слегка занавески, проверяя, ушли ли те. Какого же было его удивление, что они так и не сдвинулись за пару часов.       Он уже снял свои линзы зелёного цвета, до сих пор помнит, как застыло лицо Сенку, стоило ему лишь выйти с ванной комнаты. Его синие глаза тогда блеснули в полусвете, отражаясь от ламп, Ишигами тогда сухо глотнул и словно не мог выдохнуть, лишь задерживая дыхание.       Сейчас идёт в ход уже вторая бутылка. Им приходится сидеть под светом настольной лампы и пары свечей. Атмосфера — слишком интимная, или это замечает лишь один Асагири, что до сих пор прокручивает чужие слова, которые тот произнёс на кухне. — Ты сказал, что я твой якобы парень. — в тишину произносит Ген. — Тебя это задело? — делая глоток со стакана и допивая содержимое, спрашивает Сенку. — Нет, нисколько, просто... — он поворачивается в сторону парня, нежно и медленно скользя к чужому лицу. — Просто лучше бы это были не просто слова. — Чего ты хочешь? — спрашивает, не понимая. Но даже в этом вопросе ощущается постепенный накал воздуха. — Тебя, — он скользит ближе, опаляя чужие губы горячим дыханием. — Наверное, не уверен. Прости, это виски. — Виски. — утверждающе повторяет.       Сенку решает не отстраняться. Его ладонь скользит на затылок парня, зарывается в волосах и притягивает ещё ближе, настолько, что соприкасаются их носы. — Это просто алкоголь. — повторяет. — Мы пережили ситуацию, где оба были на грани. — продолжает чуть тише. — На тебя давит романтическая атмосфера, всё хорошо.       Его слова должны были успокоить парня, ну, по крайней мере, на это был расчёт. Успокоить, а не разжечь безумный блеск в глазах. — Сенку, — в этом обращении чувствуется всё. Как постепенно он начинает терять самообладание и контроль. — Ты точно учёный? — Должен быть им. — тихий, сладостный ответ, произнесённый шёпотом в ухо.       Ответ, от которого сердце начинает биться чаще, а пульс ощущается даже в глотке. Кажется, воздух раскаляется вокруг них до предела. Гену становится тяжелее дышать. Он хочет отпрянуть чуть дальше, вздохнуть прохладного воздуха, но ладонь Сенку мешает — всё так же удерживает. — Ненавижу учёных. — констатирует факт. — А я — менталистов. — диктует в ответ.       Ладонь в волосах, нежно скользит по шее, задевая кончиками пальцев. Асагири пробивает на мелкую дрожь. — Ты просто играешься со мной, дразнишь. — замечает Ген.       Он опускает свою ладонь, упирая её в диван совсем рядом с телом парня. Понимает, что ещё пару секунд таких манипуляций с его чувствительной шеей, и он накренится на Сенку сверху, просто упадёт. — Ты прав. Ты сам начал эту игру. — каждая буква отдаёт вибрацией в его приоткрытые губы.       Кончик языка Ишигами нежно облизывает нижнюю Гена. Асагири подаётся вперёд. Он проиграл в этой игре. Сдаётся во власть чужих губ, начиная их покусывать, словно они решат все его проблемы.       Проблемы, может, они и не решат, возможно, создадут лишь больше, но это не так важно. Сейчас кажется ничего не важным, кроме Ишигами Сенку. Касания этого парня проходятся по спине и шее — заставляют вздрогнуть и прогнуться, тихо промычать в поцелуй. Ген тоже хочет удовлетворить другого, сделать хоть что-то, чтобы тот почувствовал себя так же окрылённо, но не может. Его тело уже всё дрожит, и он опускается сверху на Ишигами, который, похоже, не против этого.       Сенку пришлось опуститься на ручку дивана, хорошо, что там валялась мягкая подушка, иначе было бы не совсем удобно. Его ладони помогают Гену забраться с ногами на диван, оказаться между ног. — Сенку, тебя... — отстраняясь, исступлённо шепчет. — Хочу тебя.       Мысли путаются от алкоголя. Язык начинает заплетаться.       А Ген... Ген хочет плакать. Не от боли, от желания. Мечтает, чтобы Сенку развязно коснулся его. Не так, как раньше — заботливо и нежно. Наоборот — грубо и жестоко, тогда, может, он сможет забыться. Не вспоминать о нерешённых проблемах хотя бы до утра. — Тебя развезло, — замечает Ишигами. — Ты слишком пьян, не пожалеешь? — Я жалею лишь о том, что ты не во мне, — выпаливает на одном дыхании.       Асагири не успевает понять смысл своих слов, как Сенку притягивает его к себе, обнимая. Похоже, Ишигами уже увидел, к чему привела его прошлая игра. Ген слышит биение сердца — быстрое, сбивчивое... И это не его стук, а Сенку, что нежно прижимает его к себе.       Он расслабляется. Кажется, тепло этого момента намного крепче виски. Щеки постепенно краснеют. До него доходит, что он сказал ранее. Он буквально же прямым текстом сказал тому войти в него. Блять. Почему Сенку вместо ответа просто обнял его?       Ген медленно поднимает взгляд. Как-то даже боязливо заглядывать в чужие глаза. Ох. Красную радужку почти не видно из-за расширенного зрачка. Он сухо сглатывает. Сенку улыбается в ответ. — Успокоился? — спрашивает, сразу же получая настороженный кивок. — Спрошу ещё раз. Ты точно уверен? — Спрашиваешь подобное уже после того, как сжимаешь свои пальцы на моей заднице. — замечает Ген, чувствуя, как пальцы сжимаются сильнее. Он тихо стонет в ямочку на шее Сенку. — Я не пожалею. Правда, хочу тебя.       Почему-то эти слова даются тяжело. Он боится показаться слишком развязным из-за алкоголя. Но, похоже, страшнее будет получить ответ Сенку. Вдруг тот не захочет и отстранится?       Ген сжимает ладони и зажмуривает глаза, не может посмотреть на парня, от которого зависит его моральное состояние полностью. Ощущает тёплые ладони на подбородке, не смеет противиться, ведёт головой вслед. Его губы накрывают чужие. Блять, боже, он уже словно зависим. Отвечает на поцелуй мгновенно, опуская ладонь на щеку Сенку. Если тот сам поцеловал его, то не передумает ли после?       Целуясь, пальцы Сенку пробираются под одежду, оглаживают спину, от чего Асагири выгибается, а после опускаются на талию. Сжимают и... отстраняют? Да, он отстраняет Гена. — Ты не хочешь? — спрашивает.       За его губами тянется тонкая нить слюны, которая падает на подборок. Ишигами нежно стирает влажное место большим пальцем, надавливая на подбородок и заставляя приоткрыть рот.       Он не хочет слышать ответ, волнуется, что он ему не понравится. Но эти касания, что не прекращаются, словно говорят за себя. Это остановка, отдышка, а не окончание. — Пошли в мою комнату, здесь тебе будет не удобно.       Вроде бы обычные слова, слетающие с уст учёного, но от них замирает сердце. Ген чувствует себя рядом с Сенку маленьким глупым мальчиком, хотя, как узнал недавно, сам старше на два года.       Он мелко кивает, поднимаясь за парнем. Ноги ватные. Он не хочет никуда идти. Хочет, чтобы Сенку взял его здесь и сейчас...       Но он идёт, а после просит остановиться. Приседает на ручку дивана, чувствуя, как подкашиваются его ноги. Блять. Это вина чёртового парня перед ним, что держит его за ладонь. Их пальцы сплетены сейчас точно так же, как во время погони. Ген едва слышно хмыкает. Похоже, к этому всё изначально и шло.       Сенку даёт парню время, чтобы успокоиться. Заботливо и нарочито нежно гладит его волосы. Сдерживая желание прижать того ближе. Просто утонуть в объятиях.       Впервые чувствует себя подобным образом, отчего не знает, куда себя деть.       Асагири сам поднимается на ноги. Тянет парня за руку чуть на себя, как бы говоря, что он уже в порядке. Дожидается, пока Ишигами выдохнет, а после потянет за собой на второй этаж.       А после усадит на кровать и легонько чмокнет в висок. Ген от такой нежности засмущается и покраснеет. Будет смотреть в темноте за действиями другого.       Сенку лишь откроет нижнюю полочку стола, чтобы достать всё необходимое. Мысленно благодаря Бьякую за то, что он в один из дней просто принёс ему коробочку с презервативами и смазкой. Он тогда сказал, что понимает, что Сенку вряд ли будет спать с кем-то, но на всякий случай. И как же Ишигами ошибался тогда, лишь закатив глаза. Сейчас он вряд ли бежал бы в аптеку, видя возбуждённого и тяжело дышащего Гена у себя на кровати.       Он подходит ближе, немного сжато. Просит Гена придвинуться ближе к подушкам. А после замирает, когда нависает над парнем.       Собственно, Сенку — девственник, не смотрящий порно, так что ему сейчас делать? Он оглядывает Асагири, что точно смотрит на его губы из полуопущенных ресниц. Парень сладостно притягивает его к себе, зарываясь в светлые локоны. Позволяет Ишигами опуститься на его шею и пройтись нежными и влажными поцелуями.       Хоть Асагири и ведомый, он успокаивает. Помогает вдохнуть полной грудью и расслабленно действовать: оглаживать ключицы, талию, спускаться к бёдрам и зарываться в волосы, вдыхая чарующий аромат.       Гена прям кроет, мажет. Каждое действие, микрокасание и даже дыхание чужого — заставляет забыться. Он может расслабиться, отдаться в эти ладони, что так сладостно подцепляют его кофту, чтобы пройтись поцелуями по животу. Парень тихонько постанывает, зарывается в чужие локоны и прикрывает рот тыльной стороной ладони.       Сенку не нравится, когда тот сдерживает стоны. Его ладонь аккуратно отводит руку парня от рта. — Не сдерживайся, ты прелестен, — шепчет, словно молитву. Снова прикусывает налитые кровью губы, что так горят.       Горит и всё тело, когда Сенку скользит поцелуями вдоль живота. Одежда уже вся на полу. Ген громко вскрикивает, хватая парня за волосы. Чувствует, как горячее дыхание Ишигами обжигает головку члена. — Даже не думай мне сосать! — повышает голос, отводя голову парня к верху. — Почему? Ты же возбужден. — искренне не понимает.       Вид Сенку между его ног, кажется, возбуждает ещё сильнее, хотя казалось, куда ещё больше. Ему стоит больших усилий не поддаться самому, вскидывая бёдра навстречу чужим губам. — А ты, что сам не возбуждён? — спрашивает.       Ответа не требуется, он и так видит, что тот только недавно начал возбуждаться окончательно. Это разочаровывает. — Я не возбуждаю тебя?       Ишигами в качестве ответа кусает его за бедро, оставляя засос. Ген вздрагивает и выгибается в пояснице, резко раскрывая глаза. Сенку зализывает место укуса языком. — Морально я кончил уже раз пять. — сообщает, пока обцеловывает чужие бёдра. — Пожалуйста, не думай об этом. Ты возбуждаешь меня, просто... Просто я не так реагирую. Но могу сказать, что ты первый, кто вызывает во мне подобные чувства.       Ген посмеивается. От чужого ответа внутри всё трепещет. Ему невероятно приятно. — Сенку, правда, пожалуйста, просто трахни меня уже. — Говорить сейчас это парню, что находится между его ног, довольно смущающе. В любой другой момент он вряд ли бы отказался от минета, но вот сейчас... Он просто хочет стать куда ближе, слиться с этим парнем. — Не сегодня... — шепчет в бреду из-за сомкнутых пальцев у основания. Он словно надеется, что у этого секса может быть продолжение. — Не сегодня..? — вопросительно вторит за ним Сенку, но более ничего не говорит об этих словах. — Честно, я... Хочу пометить каждую часть твоего тела... — тихо шепчет, выливая смазку на пальцы. — Так сделай это. — Но ты ведь публичное лицо. — Плевать. Тебе можно. Можно всё...       И эти слова. Они словно молитва к Богу. Разрешение сделать с собой всё, что душе угодно. Подчинить, заставить почувствовать каждое действие, каждый толчок... Ген плывёт, стонет. Пытается словить чужие губы, скользящие по всему телу.       Он искрится изнутри. Плавится и выгибается, когда ощущает первые слабые толчки. Цепляется за тёмные простыни спустя пару секунд — Сенку нашёл чёртову точку слишком быстро.       Кожа вся горит. Стекает холодный пот, а волосы окончательно путаются. Выдохи становятся более частыми, низкими, с отдышкой и закусыванием губы.       Воздух между ними раскалился до предела. Хочется открыть окно, вдохнуть полной грудью, но... Они хотят слиться лишь больше, сильнее. Хотят быть куда ближе.       Сенку делает последние, завершающие толчки, ловя с уст парня охрипшие стоны. Тело окончательно обмякает в объятиях Ишигами, когда он, изливаясь, пачкает свой живот.       Сенку изливается следом. Он тяжело дышит и заваливается рядом. Это словно пробежка целый кросс, разве что намного приятнее, особенно после.       Так, хорошо, Ишигами лишился девственности, от этого ему, конечно, ни горячо ни холодно. Но он переспал с тем, кого знал меньше дня... Слился с психологом в этом нагом танце. И что удивляет больше всего — ему понравилось. Слишком понравилось. Вплоть до сегодняшнего дня он думал, что секс — это обычная человеческая потребность, даже не ожидая, что после подобного можно ощущать себя так... легко..?       Пока его мысли беспорядочным кругом крутятся вокруг пережитого момента, на минуточку впервые такой нерациональный поток мыслей, он слышит тихое сопение совсем рядом. Ген, перевернувшись на бок и убрав под голову руку, уснул. От вида такого спокойного паренька улыбка появляется сама по себе. Сенку замечает это, но решает особо не задумываться по этому поводу и просто укрыть парня одеялом, чтобы тот не замёрз. Он аккуратно поправляет одеяло и легонько проводит кончиком пальца по засосу на шее. Кажется, он перестарался. Он никогда бы не придавал подобному значение, но, оказывается, ему нравится смотреть на свои следы на чужом теле.

***

      Утром просыпается он вторым. Не обнаружив парня рядом, считает, что тот уже ушёл, возможно, просто сбежал, поняв, что произошло. Но, поднимаясь на кровати, замечает Асагири Гена у зеркала. Тот стоит уже одевшись, рассматривая свой засос на шее.       Видимо, погружён в свои мысли он сильно, раз пугается, когда Ишигами останавливается рядом, складывая руки на груди. — Наконец-то ты проснулся, — начинает он. — Я принял у тебя душ, — сообщает. — А ещё, оказывается, у меня сегодня фотосессия.       Ишигами чувствует укол совести. — Твоя шея... Мне жаль, я перестарался. — начинает он, прежде чем увидит недовольный взгляд. — Ты жалеешь о случившемся? — Нет. — Тогда, пусть тебе не будет жаль.       Ген миленько улыбается, складывая свои ладони за спиной. А после, выпрямившись, просит, чтобы Сенку провёл его, говоря, что заказывает такси.       Закрывая входную дверь за парнем, почему-то он чувствует себя как-то не так. Ишигами не знает, как объяснить это чувство, но ему словно одиноко.

***

      С той ночи прошло пару дней. Сенку отринул науку на это время. Для него это было удивительно, но он просто не мог заняться любимым делом. Все мысли как на зло возвращались к той ночи — в кровать с Геном.       Он не планировал ничего делать до звонка от контакта «Цукаса». Тот парень раньше не звонил и вовсе, но это уже второй звонок за неделю.       Не успевает Сенку даже поздороваться, как слышит недовольный выкрик друга, похоже, за последнее время это стало уже привычным: — Ты, что, переспал с Асагири Геном? Вопрос, от которого он задерживает дыхание. — Да, кто рассказал? — голос звучит спокойно, хотя от одного упоминания о парне сердце ускоряет пульс. — Ген, но проблема в другом. Он рассказал это не мне, а всей Японии! — Что ты имеешь в виду? — Сейчас скину вырезку, — озвучивает уже более спокойно и сбрасывает трубку.       В мессенджер приходит уведомление. Открывая сразу же видео, он замирает. На экране красуется Асагири Ген, что явно даже не собирался скрывать засос на шее, а раз он не прошёл, то видео было сделано совсем недавно.       Асагири на экране нежно улыбается своей вот этой вот милой улыбкой, что и так маячила перед глазами в последнее время. А после томно выдыхает: — Нет, я не состою в отношениях. — Похоже, отвечает на ранее заданный вопрос. — А... Это... — показывает ладонью на засос и тяжело выдыхает. — Было бы неплохо, если бы переспавший со мной парень взял ответственность за ту ночь. Это было чудесно. Если для тебя это хоть что-то значило, то позвони мне. Я надеюсь на тебя, Ишигами Сенку.       Видео обрывается на его имени. Сенку откидывается на кровать, сжимая в ладони телефон.       Цукаса получает звонок через пару минут, когда снимает трубку, не может представить, что именно скажет Ишигами. А Сенку устало трёт виски и тихо выдыхает в динамик. Просит, чтобы парень написал Гену сообщение с содержанием: «Ты знаешь, где я живу. Приезжай, чтобы я взял ответственность». Цукаса заливается смехом, отвечая, что всё сделает. Ишигами, благодаря его, сбрасывает трубку.

***

      Ишигами заваривает себе чай, когда слышит звонок входной двери.       Осторожно открывает дверь. На пороге стоит Асагири, тяжело дыша. Первое, что бросается в глаза — парень без кепки и даже без капюшона. Сенку резко затягивает парня в дом, прикрывая за ним дверь. — Совсем глупый? — безлобно спрашивает, поглаживая сплит-окрашивание парня. — Надо было хотя бы накинуть кепку. — А..! — Ген резко вскрикивает, касаясь своей макушки, понимая, что на голове ничего нет. — Я забыл... — скользит взглядом за спину парня. — Просто боялся, что ты уже спишь. Я поздно увидел сообщение...       Слова Асагири повисают в воздухе. Он неловко оглядывается по сторонам. А когда взгляд скользит по чужому лицу, то замечает лёгкую и добрую улыбку.       Сенку скользит к нему ближе, придавливая к железной двери. Ладони держат чужие запястья, а губы... Они накрывают губы парня, сразу же углубляя поцелуй. Ноги подкашиваются, словно не вынося подобного напора, но до чего же Ген счастлив сейчас.       Счастлив даже тогда, когда Сенку отстраняется и притягивает к себе, чтобы крепко обнять. — Ты рассказал обо мне всему свету. — замечает Ишигами, сжимая ладони на чужой талии. — Я боялся... — опуская голову в чужое плечо, признаётся. — Чего? — Что ты не ответишь мне взаимностью. Поэтому я не оставил тебе выбора. — У меня был выбор. — замечает. Отстраняется от парня, переплетая свою ладонь с чужой. — И я выбрал то, что хотел.       Сенку начинает движение к лестнице и тянет Гена за собой. — Ты куда? — Пора наказать тебя за такие мысли и за действия. — улыбаясь, отвечает он.       Ишигами совсем забывает, что на кухне остывает его чай. Это уже становится не так важно, ведь рядом с ним тот, кто заставляет забыть все формулы и прекратить думать о науке, хотя бы на какое-то время.