Прелести ранних подъёмов

      Утро встретило тебя громким щебетанием птиц, доносившимся снаружи. Открыв глаза, ты моргнула несколько раз, привыкая к утреннему свету. «Так рано» - пронеслось в мыслях. Обычно Пьеро будил тебя поцелуем и приглашением на завтрак, но в этот раз ты проснулась сама, а вторая половина ещё хранила едва уловимое тепло твоего любимого. «Рано, но всё ещё недостаточно». Больше всего тебе сейчас хотелось выплеснуть свою нежность и утонуть в объятиях, но разница ваших режимов как всегда оставила тебя наедине с неудовлетворёнными желаниями. Причём действительно только тебя! Пьеро явно не упустил возможности наобниматься с тобой, что прошло мимо сознания, учитывая, как крепок всегда твой сон. Вздохнув, ты уже хотела перевернуться на другой бок досматривать сон, но взгляд уловил мелькнувшую за ширмой знакомую рогатую макушку. Утренняя сонливость слетела в тот же момент, стоило осознать, что Пьеро ещё не ушёл готовить завтрак. Аккуратно, чтобы не привлечь к себе внимание, ты встаёшь с кровати и потягиваешься, после чего выглядываешь из-за ширмы и едва успеваешь сдержать восторженный писк. Освещённый яркими утренними лучами солнца, словно вселенная решила сделать тебе подарок, он стоял к тебе спиной и, видимо, был занят шнуровкой спадающей с плеч рубашки. Волосы уже были спрятаны под привычную шапку и не загораживали вид на слегка оголённую спину. Мягко, почти бесшумно подкрадываешься ближе и буквально набрасываешься, стискивая клоуна в объятиях под его лёгкий смешок. Улыбнувшись, Пьеро чуть поворачивает голову к тебе, собираясь пожелать доброго утра, но вместо слов с губ срывается рваный, сдавленный вздох: чуть отстранившись и привстав на носочки, ты поцеловала открытый участок кожи над приспущенным воротом рубашки.       - Доброе утро, - мямлишь ты, вновь прижавшись теснее и упиваясь дрожью пытающегося совладать со своими эмоциями возлюбленного. Тебе никогда не нужно было прилагать особых усилий, чтобы вызвать его волнение, и этот факт неизменно заставлял тебя ликовать.       - Доброе... Моя леди, - почти благоговейно выдыхает он, наслаждаясь близостью.       Когтистая рука, уже, к сожалению, облачённая в перчатку, нежно оглаживает обхватившие талию руки, ведёт по предплечьям и ложится на кисть. Уютно. Постояв так ещё немного, прижимаясь щекой к красной ткани, ты решаешь продолжить своё наступление. Вновь отстраняешься, высвобождаешь руки и стягиваешь шапку с головы, открывая вид на три изогнутых рога и рассыпавшиеся по плечам длинные серебристые волосы. После ведёшь руками вверх по плечам замершего и, казалось, даже не дышавшего Пьеро, хватаешь ткань ворота и тянешь вниз, обнажая покрытую шрамами спину.       - Моя дорогая, если ты продолжишь... Я не смогу сдержаться, - с придыханием произносит он и сжимает руки в кулаки, удерживая себя от того, чтобы немедленно развернуться и схватить тебя.       - Придётся, - весело отвечаешь ты, откидывая серебряные пряди за плечо, ему на грудь, - Мне впервые удаётся вот так застать тебя с утра, разве ты не потерпишь ради меня?       Пьеро отрывисто кивает. Ты бы с удовольствием полюбовалась на его алеющие щёки, но решаешь не тратить на это время, когда есть занятие поинтереснее. Вместо этого кладёшь руки на спину, пальцами очерчивая края старых шрамов, и приникаешь губами к выпирающим косточкам позвоночника. Медленно, сначала на уровне своего роста, потом приподнимаясь на носках. Даже так ты не доставала до шеи. Впрочем, и этого с лихвой хватало, чтобы вызвать тяжёлое дыхание и сбивчивый, неразборчивый шёпот ты-примерно-знаешь-какого содержания. Дразнить Пьеро всегда было весело, если не забывать, что под маской милого щеночка скрывается монстр, алчущий поглотить тебя полностью. И что в какой-то момент смущение всегда перерастает в желание большего, а ты, кажется, только что переступила черту. Пьеро резко разворачивается, откидывая маску в сторону, хватает тебя за плечи и наклоняется близко-близко к лицу, почти соприкасаясь губами, но держась на достаточном расстоянии, чтобы смотреть тебе в глаза.       - Моя леди, позволь...       Ты не даёшь ему договорить и подаёшься вперёд, целуя и встречая жаркий ответ. Руки жадно скользят по твоему телу, словно в первый раз. Он никогда не мог насытиться тобой, и ты это прекрасно знаешь и пользуешься этим. Шут мог бы поворчать о вездесущей человеческой жадности, с чем ты сейчас была абсолютно согласна, жадная до внимания своего Пьеро. Он же отстраняется и подхватывает тебя на руки.       - Если ты так сильно этого желаешь... Моя любовь, я заставлю тебя дрожать в наслаждении, я обещаю, что ты не сможешь думать ни о чём, кроме того, как тебе хорошо со мной!       Широкий оскал для кого-то показался бы зловещим, но тебя это лишь приводит в восторг. В конце концов ты ещё ни разу не жалела о своём выборе, не так ли?