Эксперимент любви

      Том любил эксперименты. Эта любовь была с ним ещё с Хогвартса. Уроки зельеварения хорошо повлияли на него.       Хорошо это? Или плохо?       Никто не знал.       Он был лучшим на курсе. Любимцем профессоров. Ему доверяли книги с самыми интересными зельями, которые он не мог не повторить.       Но спустя годы. Когда он уже, как десять лет сидит в кресле Министра Магии. Его любовь к зельям потерялась. Спряталась, уступая место амбициям, чтобы заполучить это место.       Ему нравится быть самым влиятельным волшебником в Британии. Видеть, как богатеи и остальные, трясутся от страха и обожания к нему.       Но всё же ему хватало Поттера.       Гарри был единственным, кто не боялся. Единственным, кто закатывал глаза на его министерский тон и мог заявиться к нему в кабинет в тренировочной форме, пахнущей потом и полётами, и просто рухнуть на диван со словами: «Томми, я устал как дракон после линьки».       И Том, самый влиятельный волшебник Британии, откладывал бумаги и молча гладил его по взлохмаченным волосам.       Но старая любовь к экспериментам никуда не делась. Она просто ждала своего часа.       Час наступил в четверг утром.       — Гарри, — как бы невзначай сказал Том за завтраком. — Помнишь, я рассказывал тебе про свои старые записи по зельеварению?       — М-м-м? — Гарри сонно жевал тост. — Те, где ты пытался вывести формулу идеального сна?       — И не только. Я на днях нашёл кое-что интересное. Усовершенствованная версия любвелюса. Без побочных эффектов, чистая энергия, лёгкость в теле...       — Том, — Гарри подозрительно прищурился. — Ты хочешь скормить мне экспериментальное зелье?       — Я хочу, чтобы мы попробовали его вместе, — поправил Том с самой обаятельной улыбкой. — Это абсолютно безопасно. Я проверил расчёты.       — Когда ты проверял? В три часа ночи, пока я спал?       — Возможно.       Гарри вздохнул. Он знал эту улыбку. Она означала, что Том всё равно сделает по-своему, но будет делать вид, что спрашивает разрешения. Просто, чтобы Поттеру казалось, что именно он контролирует ситуацию, когда именно Реддл был главным.       — Ладно, — сдался он. — Но если у меня вырастут рога, я буду очень зол. А если хвост, то я вообще тебя убью.       — Идёт.       Зелье оказалось на вкус мятным и слегка сладковатым. Гарри выпил свою порцию, поморщился и ушёл в душ, а Том довольно откинулся на спинку стула.       Он любил эксперименты. И этот обещал быть удачным.       Первый час ничего не происходило. Том успел дочитать газету, просмотреть утреннюю почту и даже подписать пару указов. Сварить трижды кофе, выпить его и разочароваться во вкусе. Он уже начал сомневаться в своих расчётах, когда из ванной вышел Гарри.       Он был в одних спортивных штанах, мокрые волосы, которые уже отросли, прилипали к шее, и он смотрел на Тома так, будто видел впервые. Так, будто был голодным львом увидевшем кусок мяса перед глазами.       — Том, — выдохнул он, вытирая капли воды со лба.       — Что? — Том напрягся. — Побочные эффекты? Хвост начал расти? Или рога?       — Какие к чёрту побочные эффекты и рога? — Гарри шагнул к нему. — Ты знаешь, какой ты красивый? Какой ты сексуальный?       Том моргнул.       — Прости? — опешил министр.       — У тебя глаза... они гипнотизируют. И руки. У тебя такие руки, Том. Ты когда-нибудь смотрел на свои руки? Ты видел, какие они хорошие и сильные? Я так часто чувствовал их на своём теле во время секса, но никогда не смотрел на них просто так. И начинаю жалеть об этом.       Том посмотрел на свои руки. Руки как руки. Аристократические, с длинными пальцами, но ничего особенного.       — Гарри, ты в порядке?       — В полном, — Гарри подошёл вплотную и положил ладони ему на грудь. — В полнейшем. Том, а можно я тебя поцелую? Прямо сейчас?       — Мы целовались полчаса назад.       — Это было полчаса назад. А сейчас я посмотрел на тебя и понял, что хочу целовать тебя вечность.       Том понял, что эксперимент удался. Даже слишком.       — Гарри, подожди. Нам нужно в Министерство. У меня встреча с французским послом.       — К чёрту посла, — выдохнул Гарри и поцеловал его.       Поцелуй вышел долгим. Очень долгим. Том чувствовал, как его собственное самообладание начинает давать трещины.       — Нам правда пора, — прошептал он в губы Гарри.       — Я не могу отпустить тебя туда в таком виде, — возразил Гарри, поглаживая его плечи. — На тебя же там все смотреть будут.       — На меня всегда все смотрят.       — Но не так, как я! — Гарри отстранился и посмотрел на него с трагическим выражением. — Том, если какая-нибудь секретарша посмотрит на тебя дольше трёх секунд, я устрою скандал.       Том вздохнул. Он не предусмотрел в своих расчётах ревность. Надо было добавить успокоительное.       — Хорошо, — сказал он, принимая решение. — Ты едешь со мной.       — Что?       — Будешь моим личным помощником на сегодня. Посидишь в приёмной, ни на кого не набросишься.       — А на тебя можно набрасываться?       — Только в перерывах между встречами.       Гарри просиял так, будто ему подарили Кубок мира по квиддичу.

***

      День в Министерстве выдался тем ещё.       Секретарши шушукались, глядя на Поттера, который сидел в приёмной и буравил взглядом каждого входящего.             Люциус Малфой, явившийся с жалобой на налоговую, получил такую порцию холодного презрения, что вышел через пять минут зелёный от страха.       В перерывах Гарри забегал в кабинет.       — Том, можно я просто посижу рядом? Молча. Я ничего не сделаю. Просто подышу одним воздухом.       — Сиди, — разрешал Том, и Гарри садился на подлокотник его кресла, прижимаясь плечом.       Французский посол, заставший эту идиллию, вежливо сделал вид, что ничего не заметил, но в глазах у него плясали черти.       К вечеру действие зелья пошло на спад. Гарри сидел на диване в подсобке, уставший и слегка заторможенный.       — Ну как ты? — спросил Том, присаживаясь рядом.       — Кажется, прихожу в себя, — Гарри посмотрел на него усталыми зелёными глазами. — Том, твоё зелье — это что-то. Я никогда не чувствовал ничего подобного.       — Это экспериментальная версия, — напомнил Том. — Я не был до конца уверен.       — То есть ты влил в меня непроверенную дрянь? — беззлобно уточнил Гарри.       — Я проверил расчёты. Семнадцать раз.       — И всё равно рисковал.       — Ты же знаешь, я люблю эксперименты.       Гарри вздохнул и прильнул к нему, утыкаясь носом в шею.       — Знаю. Но в следующий раз, когда захочешь поэкспериментировать, давай обойдёмся без афродизиаков, а?       — А с чем?       — Не знаю. Может, просто останемся дома и посмотрим кино? Тоже эксперимент — ты же никогда не досматриваешь до конца.       Том усмехнулся и поцеловал его в макушку.       — Договорились.       Он любил эксперименты. Но Гарри он любил больше. И, пожалуй, некоторые зелья стоило оставить в прошлом.       — Томми? — сонно пробормотал Гарри.       — М-м?       — Спасибо, что ты есть.       Том промолчал. Просто прижал его крепче.       Эксперимент удался.       Но не из-за зелья. А потому что рядом был Поттер.       Единственный, кто не боялся.       Единственный, кто любил.       И этого хватало.