Твой яд

Какого чёрта. КАКОГО ЧЁРТА?! Какого чёрта после шести тысяч лет ты выбираешь безосновательные обещания Метатрона?! Какого чёрта за шесть тысяч лет ты так и не понял?! Не нужен мне никакой рай, ад, белая или чёрная сторона, мне плевать них с высокой колокольни! У меня лишь два желания - быть на отдельной стороне и быть с тобой. Опустошённая бутылка летит из окна Бентли на оживлённую улицу. Кажется, люди кричат, быть может, кто-то даже поранился, но я же демон, я заведомо плохой, я творю зло! Пусть будет так, мне плевать. Что всё это значит? И почему для тебя ничего не значат больше ужины в «Ритц», приглашение на Альфа Центавру и безоговорочное доверие? Почему из раза в раз ты выбираешь этот бездушный рай, ты выбираешь тех, кто тебя пытался сжечь, ту сторону, что никогда не была к тебе мила и добросердечна? Почему ты выбираешь этих ублюдских сволочей?! Я доверял тебе всего себя, всю свою суть на протяжении шести тысяч лет. Я приглашал тебя в свой дом, давал свою машину, да даже своё тело! Я доверил тебе больше, чем мог бы подумать. Всего себя, всю свою никчёмную демоническую душонку. И что же теперь получаю? Ты не просто убил меня своими собственными словами, а отравил медленным ядом. Он с каждым днём прогрессирует и становится всё опаснее и опаснее, но противоядие есть только у тебя, оно крутится у тебя на губах тремя простыми словами. Но где же ты? В Раю, а может быть, уже стёрт из Книги Жизни? Жив ли ты ещё? На этот раз я не могу этого знать наверняка. Не могу сказать, что у меня есть план по спасению тебя. Да и нужно ли тебя спасать? Ты сделал выбор сам. А сам ли? Твой яд убивает изнутри, разъедает ужасными мыслями, что начинают закрадываться сомнения по поводу твоего состояния в тот момент, когда ты выбрал не меня. Не исключено, что я лишь пытаюсь утешить себя, но что, если Метатрон успел что-то сделать с тобой? Что, если тебе нужна была помощь, а я не смог этого увидеть и помочь? Снова вина. Снова на те же грабли. У меня не осталось ничего. Я ночую в Бентли, а не в твоём книжном магазине, говорю с поникшими от одиночества растениями, а не с тобой, пью алкоголь в гордом одиночестве! А кормить уток и вовсе перестал! Что мне делать теперь? Могу ли я пойти по твоим следам, пока ты их ещё не замёл? Могу ли я поговорить с тобой, когда найду живого и невредимого в каком-нибудь мерзотно-белом кабинете Рая? Захочешь ли ты увидеть меня? Или, быть может, я тоже не вечен?