Физиотерапия тысячу лет спустя

      За тысячелетия Дань Хэн привык к тишине. Тишине темной, всепоглощающей, где нет ничего, кроме безлюдного Амфореуса. Он нес на своей спине сотни полисов, равнины, горы и продолжал по велению сердца и времени идти вперед. Освободитель пустошей искал в светлой водной глади, в пышных зарослях, в горных пещерах, всматривался в бескрайнее ночное небо. Он был везде и одновременно нигде. Глаза не видели, но сердце чувствовало. Рядом… Очень близко, надо лишь довериться и распахнуть грудную клетку, чтобы душа вырвалась, и сама указала путь.       Золотой дракон, отец Земли и сын Постоянства нашел его — драгоценное златоглазое чудо, радостно улыбающееся и удивленно восклицающее: “Ты так изменился! Вырос что ли? Кру-у-то! Хвост классный!” Стало так тепло. Зачем целый мир, если в нем нет его? С ним дом везде, где только пожелаешь. Дань Хэн улыбался сдержанно, пока внутри закипал океан. Келус, как светлячок, порхал вокруг, рассматривая его новый облик.       С ним вновь стало легче. С ним тяжести не ощущались неподъемными, с ним было отрадно и воздух не казался обжигающим. С Келусом все по-другому: он меняет вселенную вокруг себя в лучшую сторону, неукротимой энергией зажигает потухшие звезды и лечит раненые сердца.       Хотелось коснуться его: нежно, со всей лаской, почувствовать под пальцами теплую кожу. Так мало было просто смотреть на него, недостаточно, особенно спустя тысячелетия. Дань Хэн не спускал глаз с сонного немного растрепанного и уставшего Келуса. Он зевал, потягивался, но просил рассказать все, что происходило на тяжелом пути нового полубога земли. Смотрел внимательно, слушал жадно, пока они сидели, опустив ноги в горячую воду купальни. Заслуженная минута отдыха. Впереди еще предстоял трудный бой, но сейчас они решили замедлиться.       Дань Хэн от природы не был хорошим рассказчиком, завернуть истории из жизни так, чтобы они напоминали героический эпос, у него не получалось. Однако Келусу даже такого достаточно.       На них не было ничего, кроме хитонов, повязанных на бедрах. Дань Хэн с трудом закрепил его на себе — хвост мешал. Келус таким не страдал. Дань Хэн изо всех сил заставлял себя смотреть только на его лицо, хотя очень тянуло ниже.       — Я так устал, — внезапно протянул Келус. — Не поверишь, я не помню, когда последний раз спал…       — А в то время, пока ты был…       — Я не спал, это было что-то типа, даже не знаю, как описать, транса? Я все слышал, чувствовал и был в постоянном напряжении. Как будто летал в космосе в невесомости. В таком состоянии расслабиться невозможно.       Келус страдальчески вздохнул, закрыл глаза и сполз в воду. Она доставала ему до подмышек. Дань Хэн уставился на его серую макушку.       — Если я усну, оперевшись на твое колено, ты не будешь против? — промурлыкал Келус.       Дань Хэн почувствовал, что у него начали гореть уши:       — Если тебе это поможет…       Келус довольно улыбнулся, прислонился к колену Дань Хэна виском и прикрыл глаза. Тот старался не дышать и не шевелиться. Рука так и тянулась запустить пальцы между прядей волос и погладить.       Однако и минуты не прошло, как Келус втянул воздух сквозь сжатые зубы и выпрямился, потирая шею:       — Болит…       — Давай я тебе массаж сделаю, — внезапно сам для себя предложил Дань Хэн. Последние слова он резко оборвал, будто побоялся.       — Ты умеешь? — Келус с трудом повернулся к нему.       — Еще давно, с момента нашего прибытия на Амфореус, я изучал местную культуру купален. Потому и про искусство массажа удалось прочесть. Там очень много написано о том, как правильно расслабляться.       Келус заметно заинтересовался, подумал для вида и кивнул:       — Давай, с удовольствием!       Дань Хэн никогда не практиковался и обладал лишь теорией об искусстве массажа, но упускать шанс был не намерен. Шанс коснуться Келуса так, как никогда не касался ранее.       Келус вылез из воды, хитон прилип к его бедрам. Дань Хэн нервно сглотнул.       — Слушаю Вас, мастер, что мне делать, куда приземляться?       Дань Хэн сделал над собой гигантское усилие, чтобы вернуть невозмутимость:       — Я читал о технике массажа потоками воды из источника Фагусы, о массаже горячими камнями с аромамаслами, думаю, что в твоей ситуации сначала попробуем камни…       — Просто они тебе ближе из-за новых сил, — хихикнул Келус.       — Я не разучился управлять водой, — Дань Хэн поднялся, возвысившись над Келусом. Раньше они были практически одного роста. — Пойдем со мной.       Они направились в другой угол купальни. Келус шел сзади и внимательно следил за покачивающимся туда-сюда хвостом, словно котенок, который готовился броситься в погоню за веревочкой с бантиком. Новая форма стража экспресса вызывала в нем неподдельный интерес.       Дань Хэн попросил лечь на кушетку лицом вниз, пока он все подготавливает. Келус озирался по сторонам и схватил с полки банное полотенце.       — Подожди, дай переодеться, — Келус развернул его, прикидывая размеры.       Дань Хэн резко отвернулся, чуть не снеся хвостом соседнее убранство и едва слышно выдохнул. Келус, судя по звукам, сбросил с себя мокрый хитон и начал попытки прикрыться.       Нужно было успокоиться. Нельзя давать любым чувствам столько выхода. От одной мысли, что будет происходить дальше, дыхание затруднялось.                   Напортачить нельзя — тут все-таки стоял вопрос о самочувствии того, о ком Дань Хэн все то долгое время думал, не прекращая.       Судя по звукам, Келус улегся на кушетку, как его просили, и уткнулся себе в локти. Он расслабленно прогудел:       — Я готов, мастер.       — Если уж на то пошло, я не мастер, а практикант, — Дань Хэн достал баночку с маслом.       — Для меня мастер.       Дань Хэн слегка улыбнулся и, вспоминая то, что читал, постарался выровнять тон своего голоса и начал объяснять свои действия:       — Буду использовать горячие камни. С их помощью нужно прогреть все тело и расслабить его. Постепенно, начиная от поясницы, и продвигаться вверх по телу до головы, снимая напряжение.       Он говорил мягко, пока доставал с полки маленькой печки плоские гладкие камни, которые всегда там лежали на случай спа-процедур. Дань Хэн аккуратно положил один на поясницу Келуса. Тот вздрогнул и зашипел.       — Горячо? Подожди, скоро привыкнешь, постарайся расслабиться, — Дань Хэн знал, что они не обжигали, поскольку держал их голыми руками.       — Неожиданно просто, — Келус вздохнул и попытался выполнить инструкцию. Действительно, спустя пару камней, что улеглись вдоль спины, стало очень приятно.       Дань Хэн продолжал рассказывать о своих действиях:       — У тебя очень напряжены плечи и шея, их надо максимально расслабить… Столько сражался.       Он аккуратно положил последние камушки в районе плеч и шеи. Келус молча лежал и, на секунду показалось, что успел уснуть. Дань Хэн помнил, что следующий этап предполагал работу руками, а потому чувствовал, как внизу живота начал завязываться тугой узел, а сердце билось с болезненной силой.       — Тело прогреется и можно будет…расслабляться дальше, — голос дрогнул. Дань Хэн надеялся, что Келус этого не слышал.       Он спешно взял бутылочку с маслом, что достал заранее, едва не уронил ее на пол. Крепко сжал в обеими руками, замер на секунду, заставляя себя собраться, открыл пробку и налил небольшое количество содержимого на ладонь. Дань Хэн отставил бутылочку в сторону, растер масло между ладонями.       — Вкусненько пахнет, — послышалось от Келуса.       — Ни о чем не говори, — его тут же прервали. — Нам нужен максимальный эффект, в том числе и успокоение разума. На самом деле, Дань Хэна просто смущало, что Келус предпринял попытку комментировать.       Дань Хэн вернулся к кушетке сбоку от Келуса и очень осторожно коснулся пальцами его спины. Горячая, гладкая и мягкая кожа, о которой как будто ток дальше по телу побежал. Дань Хэн опустил ладони и очень тихо сказал:       — Дыши спокойно и не напрягай тело.       Ладони с небольшим давлением заскользили по спине между камней, выписывая ритмичные движения. Келус довольно быстро расплылся, слыша где-то фоном немного хрипящий голос Дань Хэна, что периодически прерывался и отдалялся. По уровню удовольствия это превосходило принятие ванны в его комнате на экспрессе.       — Плечам и шее надо уделить особое внимание, — Дань Хэн перешел почти на шепот.       Пальцы слегка надавили на мышцы и Келус довольно промычал. Дань Хэн вздрогнул, ощущая прилив жара к щекам. Он молился, чтобы это был единичный случай, однако Келус при очередном движении снова издал очень двусмысленный звук.       Дань Хэн замер, в голове творилось страшное. Тяжело продолжать, но пришлось, ведь он обещал и Келусу явно очень хорошо. Для себя Дань Хэн обнаружил решение: закрыть глаза. Так было одновременно и легче и труднее. Ощущения обострились и все казалось еще более интимным. Пальцы и ладони исполняли танец на гладкой спине, истинный смысл которого знали только они.       Вскоре, все закончилось. Дань Хэн открыл глаза, убрал руки и тихо сказал, начиная убирать камешки:       — Не вставай сразу, полежи немного.       — Давай ты в массажиста переквалифицируешься… — едва разборчиво пробормотал Келус.       — Я подумаю, — Дань Хэн хихикнул и в этом слышалась нервозная нотка. Он бросил на Келуса последний взгляд и отвернулся, чтобы пойти ополоснуть руки от масла.       Пока он оттирал ладони, послышалось шуршание и скрип кушетки. Затем следом довольный полустон. Дань Хэн проверил — Келус предпринял попытку подняться со словами: “Я как будто заново родился”.       Младенцы сидеть и ходить не способны, а потому, закономерно завалился на бок, посидел немного и еле-еле поднялся на ноги. Долго простоять не получилось, но упасть носом вниз не позволил Дань Хэн, что со скоростью молнии подхватил Келуса и усадил обратно.       — Просил же, не вставать, — он слегка нахмурился и невольно засмотрелся на Келуса, в чьем лице не было ни капли вины.       Прошло пару мгновений, но по ощущениям — сто лет. Оторваться не получалось. Что-то толкнуло вперед.       Губы Келуса были теплыми, слегка шершавыми. Дань Хэн коснулся их, ненадолго задержавшись, проверяя грань дозволенного. Келус не оттолкнул, прижался ближе, обняв за шею.       Выдержка и терпение Дань Хэна помахали на прощание и покинули купальню. Он притянул Келуса за талию, вынуждая того обвить ногами его торс. Провел кончиком языка по нижней губе, слегка повернул голову и приник, углубляя поцелуй. Келус тихо простонал, зарываясь пальцами в его волосы и слегка оттягивая их назад.       — Д-Дань Хэн!.. — Келус подавился воздухом, когда почувствовал, как в его шею собственнически впились. Он запрокинул голову и слегка задрожал.       Дань Хэн, вдыхая аромат его влажной кожи и масел, поднимался поцелуями от ключиц по шее, дошел до щеки и вновь вернулся к губам, но уже с нежностью, без напора. В его глазах Келус увидел нескрываемое обожание. Сердце ёкнуло.       — Я так счастлив, что ты рядом, — Дань Хэн ласково погладил его щеку.       Ранее, Келус хотел пошутить, что поцелуй это была “дополнительная услуга после массажа”, но теперь желание пропало.       — Я больше никуда не исчезну, честно, — в знак подтверждения обещания, он сам потянулся к Дань Хэну.       В душе Освободителя Пустошей зацвел покой.