И никаких стикеров, Йегер

Один из понедельников, когда приходил Эрен «Я все же разложил музыкальные диски: по жанрам. Жанры: по алфавиту, их написал на стикере» «Ужин в духовке. Приятного вечера. Эрен» Леви привычным движением сжал стикер в комочек и выбросил в урну. Опять этот пацан делал то, о чём его не просили. Его забота вызывала странное чувство... Неодобрение точно, но за ним скрывалось ещё что-то. Что-то более глубокое, что надо было осмыслить, но Аккерман не хотел на это тратить время. Кухня встретила привычной тишиной. И стикером. «Приятного аппетита» — гласила надпись. Ряд кружек теперь стоял идеально ровно. Леви хмыкнул. Опять заварил чай. Достал ещё тёплый ужин из духовки, и через несколько минут ел, разглядывая бумажный комочек, в который превратил очередную бумажку кислотного цвета. Йегер желал ему доброго утра, иногда провожал на работу и готовил ужин. Какая-то несуразная женушка получается… Леви фыркнул и принялся есть. *** После Леви отправился в душ. Нестерпимо хотелось смыть с себя грязь сегодняшнего дня. Казалось, вместе с ней в водосток смывалась и эмоциональная усталость. Извечные экономические переговоры и вытекающая из них обязанность общаться с людьми была, в общем-то, не сложна, но выматывала. Леви наблюдал за тем, как вода бьётся о кафель, ощущая, что перестает думать. Звук воды завораживал, приятный массаж расслаблял, а пар будто обволакивал мягким одеялом. Поэтому, когда к ногам упал кислотно-зелёный стикер, Аккерман пребывал в ступоре, не понимая, откуда это яркое пятно взялось в его царстве уединения и однотонности. Надпись расплывалась. «Я купил Вам освежающий гель. Обязательно попробуйте! Приятного принятия душа =)» Леви уже и забыл, что каждый первый понедельник месяца велел пацану закупать подобные бытовые принадлежности. Аккерман перевел флегматичный взгляд на стеклянную дверцу душа, предполагая, что там висел стикер, и слабо усмехнулся: криво, изнеможённо, но с намёком на иронию. Он поднял бумажку, потом обернулся и посмотрел на полки, где стояли банные принадлежности, желая узнать, что за гель купил Йегер. Глаза наткнулись на мерзко- розовый флакон с надписью: «Для маленьких фей, которые желают стать принцессами!» И аромат был аналогичным — сладкий и цветковый. Успокаивало только то, что детская косметика не оставляла после душа ароматов, ибо была безаллергенной. Леви мучился из-за аллергии на пыль, поэтому с такой щепетильностью относился к порядку. Помимо этой аллергии иногда Аккерман получал раздражения от химии с агрессивным составом, поэтому просил покупать Эрена детские гигиенические товары. Кстати говоря, этот небольшой конфликт с моющими средствами был ещё одной причиной, чтобы нанять домработника. Мужчина взял розовый флакончик, хмыкнув. Юмор Эрена был простой и банальный и на фоне серых вечеров Аккермана выглядел слишком инородно. Подобно лучу солнца, что проник в подземелье. — Дурак, — беспристрастно выдохнул Леви, наливая детского геля в ладонь. Он был слишком зрел, чтобы подобная ерунда, как гендерная направленность косметики, волновала его. Но стикер с расплывшейся надписью Аккерман для чего-то оставил, положив на полку. *** Один из четвергов, когда приходил Эрен — Отлично выглядите, — улыбнулся Йегер с порога. Леви пытался завязать галстук, но это выходило с трудом, и мужчина начинал раздражаться. Совершенно недавно нерадивый секретарь пролил на его руки горячий чай, поэтому данные махинации сопровождались болезненными ощущениями. Ему даже в чертов медпункт пришлось ехать, чтобы ожоги обработали. Столько времени было потрачено! Думая об этом, Аккерман сам закипал, как тот грёбанный чай. — Я опаздываю, — раздраженно откликнулся Леви и жестом подозвал домработника. — Галстуки завязывать умеешь? — юноша удивленно изогнул брови, но мужчина проигнорировал эту реакцию. — Завяжи. Мне неудобно, а я не хочу появиться на встрече без него, — юноша стоял в ступоре, глядя на Леви, как на нечто внеземное. — Шевелись, Йегер! — слегка повысил голос. — Я тебе на восемь долларов больше заплачу за то, что исполнил роль женушки, — данная фраза оживила паренька, и он подскочил к усмехнувшемуся мужчине. — Вам какой узел? — Быстрый. — Я много знаю… Просто скажите и… — Й-е-ге-р, — отчеканил Леви, — я тороплюсь. Завяжи любой. — Ладно, ладно, — Эрен нервозно прикоснулся к галстуку и торопливо начал завязывать. Его взволнованность можно было понять, ибо мужчина пронзал пристальным взглядом, словно желал заглянуть в душу. Руки Йегера случайно коснулись шеи Леви, а потом юноша начал затягивать галстук. — Нормально? — он перевел взгляд на Аккермана. Леви некоторое время сканировал Йегера взглядом, потом коснулся рук, что держали узел. Юноша вздрогнул, но отреагировать словесно не успел, потому что Аккерман указательным пальцем упёрся ему в лоб и отстранил от себя, как надоедливого щенка. — Как я вижу, следа от клея не осталось, — придирчиво потерев пальцы друг о друга, сухо изрёк Леви. — Так вы поэтому на стикер ответили?! Разве можно только для выяснения этого использовать человека, как доску под объявления? — возмутился юноша. — Ты клеишь эти дурацкие бумажки на мои вещи, поэтому я имею право клеить их на твою пустую голову, — невозмутимо ответил Леви, потом взглянул в зеркало и поправил галстук. Завязал Эрен недурно, но Аккерман чувствовал некую неудовлетворенность, если бы признал, что парень сделал всё идеально. — Я ушёл, — кинул мужчина. — Удачного дня! — уже забыв про обиду, ответил Эрен. Леви застыл у двери, обернувшись и посмотрев на Йегера, будто хотел что-то сказать, но потом оставил эту идею. Хлопнула дверь. *** Когда Йегер убирал ванную, то на крышке унитаза нашёл помятый стикер, где с трудом угадывались слова, написанные собственной рукой. Юноша снял резиновые перчатки, взял бумажку, вглядываясь. Красивый почерк Леви он мог, наверное, узнать где угодно. Под его невинной шуткой, было выписано грубое: «Приятного опустошения мочевого пузыря, Йегер» Эрен рассмеялся. Пусть в своеобразной и грубой манере, но все же шутить мистер Аккерман умел. — Как мило. *** Леви со стопроцентной уверенностью мог сказать, что его левый глаз дёргался впервые за 31 год тяжёлой жизни, наполненной стрессами. Его нервная система мужественно вытерпела несуразную Ханджи Зое, экономические махинации Смита и процесс дрессировки его личной группы биржевых аналитиков во главе с Ауруо, но не это… Аккерман отпустил руку с крышки унитаза. Честно говоря, даже нужду справлять уже не хотелось… На мокром камне, там, где было комфортно для хрупкой бумаги, был прикреплен его стикер со словами: «Приятного опустошения мочевого пузыря, Йегер» И скромная подпись от Эрена: «Спасибо. И Вам, мистер Аккерман! =)» Глаз Леви ещё раз дёрнулся. Крышка унитаза шумно захлопнулась, а выбитый из колеи Аккерман, позабыв про биологическую нужду, яростно вжимал кнопку слива. — Идиота кусок, — шикнул, представляя, как вместо стикера по водопроводу мчится Йегер. Эрену очень повезло, что по прошествии трех дней раздражение Леви притупилось, и он счёл за глупость оговаривать подобные казусы вслух… *** Ещё какой-то понедельник вечером, когда приходил Эрен В один из вечеров Леви обнаружил Эрена, ползающего раком в его спальне, точней под кроватью. И пусть выглядело подобное странно, но флегматичный взгляд Аккермана, как и каменное лицо, нисколько не изменились, а вот голова склонилась вбок, демонстрируя толику интереса. Мужчина сложил руки на груди и подпер спиной косяк, наблюдая за скачущей задницей. «Решил постебаться над моей ориентацией?» — Аккерман терпеть не мог, когда подтрунивали на этот счёт. — Йегер, думаешь, смешно? — скептически изрек Аккерман, но юноша не отреагировал, продолжая подтанцовывать под кроватью. Скепсис на лице Леви проявился ярче, и он приложил ладонь ко лбу, тихо прошептав: «зато убирается первоклассно». — Вылезай из-под моей кровати, — требовательней изрек Леви, и в этот момент Эрен начал что-то напевать. Многострадальный глаз дёрнулся. Стремительным шагом Аккерман подошёл к виляющей заднице и зарядил по ней ногой, облаченной в домашний тапок. — Я с тобой разговариваю, — раздраженно шикнул Леви. Эрен свалился, видимо, ударившись лицом, потом резко перевернулся на спину и выполз. — Сука! — от чистого сердца выругался юноша, стукнувшись лбом о кровать, и только после этого заметил нехороший взгляд Леви. — М-мистер Аккерман?! — выдохнул, открыв рот, и один из наушников вывалился из его уха. — Вы… — Эрен поглядел на ногу, которую мужчина заносил для второго пинка. Её тут же пришлось перехватить. — Вы какого черта бьете меня?! — повысил голос, вцепившись. — Какого черта ты стоишь раком в моей спальне, танцуя задницей? — парировал Аккерман. — И игнорируешь меня, думаешь, очень смешно? — нехорошо прищурился, резко выдернув свою конечность из цепкой хватки. — Я пыль протирал! И не слышал вас из-за наушников! — возмутился Эрен и продемонстрировал тряпку. — Между прочим, с пола, как вы и просили! А что я в ответ получил? Пинок под зад?! Леви скептически посмотрел на негодующего домработника — «Ах, вот как...». — Вот так и старайся от чистого сердца… — пробурчал Йегер. — Я к вам со всей душой! — он поднялся с пола, размахивая тряпкой, и напоминал разгневанную жену с тремя детьми. — Лучшие средства подбираю, лучшее санитарное время для уборки, лучшие… — Лучшие годы? — подыграл Леви. Эрен шумно выдохнул, мужчину не испугало это. — Вот уйду я… — От вас к маме? — сухо продолжил Аккерман, деловито посматривая на наручные часы, думая, что, правда, переборщил. — Ты, конечно, можешь попробовать, но, думаю, я плачу больше, — прохладно продолжил: — Ладно, заканчивай истерику, — как отрезал. — Признаю — вспылил, а ты, как я вижу, не развалился от пинка. — Если я вас так раздражаю, вы могли предупредить, что приедете раньше... — И что? Тогда бы ты стоял раком не под кроватью, а на кровати? «Это шутка над моей ориентацией? Ирвин рассказал ему?» — мысленно возмутился Эрен и нахмурился, будто Аккерман заставил съесть его лимон целиком. — Шутки у вас… Леви его перебил: — Специфичные. Аналогично твоим. И прошёл мимо Эрена, а юноша только сейчас заметил, что Аккерман был уставшим и изнеможённым: лицо его посерело, глаза же наоборот покраснели, плечи осунулись, а спина сгорбилась под грузом усталости. При таком-то настроении неудивительно, что мужчина вспылил. Видимо, накопившееся напряжение рвануло, а Йегер попался под горячую руку. Юноше стало даже совестно за своё поведение. Леви завалился на кровать, положив руку на лоб, и тяжело выдохнул. Общество Йегера отягощало, хотелось остаться одному. — Я устал. Можешь уйти пораньше. — Но пыль… — Пыль подождёт. Эрен замолчал, внимательно посмотрев на Аккермана, потом удалился. Мужчина подумал, что парень ушёл, но через некоторое время услышал его шаги, а приоткрыв глаза, увидел домработника с подносом, на котором стояли чашка чая и мисочка с печеньем. — Ты не горничная, — падая обратно на подушку, отозвался Леви, вновь закрывая глаза. — Платить больше не буду. — И не надо, — тихо ответил Эрен. — Поспите, я приду завтра и доубираюсь, раз сегодня вы отпустили меня раньше. — Не надо. — Вы заплатили мне деньги, а работа не выполнена. Я так не могу. — Считай это компенсацией за пинок под зад. Эрен поджал губы, как-то недовольно и обеспокоенно смотря на работодателя и поинтересовался: — Выглядите не очень. Температуры нет? — Просто уйди, Эрен, — утомленно выдохнул Аккерман, закрыв ладонью глаза. — Или так хочешь проверить у меня температуру ректально? Йегер понял, что его колючие шутки — попытка оттолкнуть, дабы остаться в желанном одиночестве. Леви был похож на ежика, что фыркал и жалился, чувствуя свою беспомощность. Помочь таким людям было трудно, и Эрен не был уверен, что сможет, поэтому принял самое верное решение — ушёл, позволив Аккерману самолично «залатать раны». Последнее, что услышал и почувствовал Леви, это краткое «Отдыхайте» и прикосновение чего-то липкого ко лбу. Видимо, Аккерман не заметил, как на пару секунд отключился. Когда он отцепил дурацкий стикер от лба, то услышал хлопок входной двери. Кислотная бумажка слепила глаза. Леви с трудом прочитал: «Давайте забудем, что я стоял раком, а Вы наблюдали. Я, действительно, пошутил. И тогда всё слышал. Простите»