Запах дождя

Грохот музыки в «Бездне» был таким, что, казалось, вибрировали не только стены, но и кости. Басы пульсировали в такт сердцу, разноцветные лучи стробоскопов резали густой, пропитанный парфюмом и потом воздух. Вэй Ин, счастливый и пьяный от свободы, тряс головой в такт музыке, разбрызгивая остатки пива из стакана. - Цзян Чэн! Смотри! Я умею танцевать как в тех клипах! — прокричал он, пытаясь повторить замысловатое движение бедрами и едва не снося столик. Цзян Чэн, сидевший в углу VIP-ложи с лицом человека, которому только что сообщили о конце света, закатил глаза. - Ты умеешь позориться как в тех клипах. Сядь и пей нормально. И прекрати светить своей шеей, тут альф как собак нерезаных. Вэй Ин тут же прижал ладонь к шее, где пульсировала легкая, едва заметная точка — слабый запах мяты и старого дерева, который остался у него после подавления течки. - Ой, да кому я нужен, — отмахнулся он, но на всякий случай поправил воротник рубашки. — Я же классический омега: шумный, неудобный и с дырявой кармой. - С дырявыми карманами, — фыркнул Не Хуайсан, обмахиваясь веером, который умудрился пронести в клуб несмотря на фейс-контроль. — Вэй Сюн, у тебя там точно дыра, я видел, как ты мелочь обронил, когда пытался пролезть без очереди. - Это была стратегия! — возразил Вэй Ин, падая обратно на диван и кладя голову на плечо Цзян Чэну. Тот дернулся, но не скинул. — Я создавал хаос, чтобы вы, чистюли, прошли. - Мы прошли, потому что я показал охране лицо, а Хуайсан — членский билет своего брата, — Цзян Чэн брезгливо поморщился. — Твой хаос только привлек внимание вышибалы, который хотел тебя нахлобучить. - Ну, меня все хотят нахлобучить, я же красавчик, — Вэй Ин самодовольно ухмыльнулся, но в глазах плясали веселые чертики. Не Хуайсан спрятал улыбку за веером. Ему нравилась эта динамика: вечный двигатель Вэй Ин и вечный тормоз Цзян Чэн. Сам он предпочитал роль наблюдателя, но сегодня, в честь выпуска из университета, позволил себе расслабиться и даже выпить шампанского. - Ладно, я в уборную, — Цзян Чэн аккуратно снял с себя голову Вэй Ина и поднялся. — Хуайсан, проследи, чтобы этот идиот не вляпался в историю. - Я? — Не Хуайсан картинно округлил глаза. — Цзян Чэн, я омега! Беззащитный и хрупкий! Как я за ним услежу? - Угу. Беззащитный, — буркнул Цзян Чэн, но все же пошел к выходу из ложи. Как только он скрылся в толпе, Не Хуайсан тоже встал, поправляя шелковую рубашку. - Вэй Сюн, я тоже отлучусь на минуточку. Тут такой запах… кажется, у бармена интересный одеколон, надо уточнить марку. - Иди-иди, — Вэй Ин махнул рукой, уже высматривая в толпе новую жертву для своего обаяния. — Я пока найду нам приключения. Оставшись один, он почувствовал себя неуютно. Тишина в ложе давила после грохота зала. Он допил остатки своего напитка и решил спуститься к бару — там хотя бы веселее. Барная стойка сияла неоном. Вэй Ин заказал себе «что-нибудь покрепче и послаще» и, облокотившись на стойку, начал крутить головой. И тут он его увидел. Высокий, широкоплечий альфа с волевым подбородком и хищным прищуром темных глаз. Он стоял чуть поодаль, держа в руке виски, и смотрел прямо на Вэй Ина. Взгляд у него был тяжелый, прожигающий, но Вэй Ин, привыкший к вниманию, лишь усмехнулся про себя. Альфа подошел ближе. От него пахло дорогим парфюмом, табаком и чем-то мускусным, тяжелым. Вэй Ин поморщился — запах был слишком навязчивым, давил на инстинкты. - Скучаешь, красавчик? — голос у альфы был низкий, бархатный. - Скучаю? Я? — Вэй Ин картинно возмутился. — Я исследую местную фауну! Вон тот тип в углу танцует так, будто у него судорога, а девушка в красном пытается напоить своего парня, чтобы тот перестал петь. Это же готовый материал для научной работы! Альфа усмехнулся, но улыбка не коснулась глаз. - Умный. Люблю умных. — Он пододвинул к Вэй Ину бокал с янтарной жидкостью. — Попробуй. «Золотой лотос». Легендарная штука. Вэй Ин с подозрением посмотрел на бокал. - А с чего такая щедрость? Я обычно за коктейли отрабатываю танцами, но сегодня у меня выходной. - Просто угощение, — альфа пожал плечами. — Допивай свое и вали. Я не настаиваю. Он демонстративно отвернулся, делая глоток из своего стакана. Вэй Ин, у которого чувство противоречия было развито сильнее инстинкта самосохранения, тут же схватил бокал. - Э, нет, не люблю, когда мне указывают. Если угощают — надо пить. Он сделал большой глоток. Жидкость обожгла горло, но была приятной, сладковатой. - Неплохо, — признал он. Альфа снова повернулся к нему, и в его глазах мелькнуло что-то темное, торжествующее. - Я знал, что тебе понравится. Через пять минут Вэй Ин понял, что что-то не так. Сначала просто стало жарко. Потом воздух словно сгустился, а музыка начала бить прямо по вискам. Его собственное тело стало чужим — тяжелым и в то же время невероятно чувствительным. Каждое прикосновение ткани к коже отдавалось сладкой, тянущей болью внизу живота. - Ох… — выдохнул он, хватаясь за стойку. — Что за…? Альфа тут же оказался рядом, подхватывая его под локоть. - Плохо? Пойдем, проветришься. - Нет, — Вэй Ин попытался вырвать руку, но пальцы альфы сжались стальным обручем. — Пусти. Я… я сам… - Ты пьян, — «заботливо» сказал альфа, увлекая его в сторону коридора, ведущего к туалетам и служебным помещениям. — Сейчас отойдем, я помогу. - Не надо! — Вэй Ин попытался крикнуть громче, но голос сорвался на хрип. В глазах двоилось, а в паху горело так, что хотелось стонать. — Цзян Чэн! — позвал он, но имя утонуло в басах. Альфа затащил его в туалет. Здесь было относительно тихо, пахло хлоркой и дешевым освежителем. Он толкнул Вэй Ина к стене, прижимаясь всем телом. - Тише, маленький, тише. Я знаю, тебе уже хорошо. Я сделаю еще лучше. - Отвали! — Вэй Ин уперся руками ему в грудь, но силы были неравны. Наркотик плавил волю, заставляя тело предательски откликаться на близость альфы. — Помогите! — крикнул он, но альфа тут же зажал ему рот ладонью. - Не шуми, — прошипел он, другой рукой расстегивая ширинку. — Никто не придет. Никто не услышит. Вэй Ин замычал, пытаясь вырваться, царапая руку альфы ногтями. Слезы отчаяния и бессилия потекли по щекам. Он чувствовал, как чужие руки мнут его тело, как жар сжигает изнутри, и как меркнет сознание от ужаса. --- Лань Ванцзи терпеть не мог такие места. Он стоял у входа в «Бездну», одетый в идеально сидящий темно-синий костюм, и его лицо выражало такое ледяное презрение, что охрана на входе инстинктивно вытянулась по струнке. Он приехал сюда не для развлечения. Его старший брат, Лань Сичэнь, уже полчаса вел переговоры с владельцем здания, которое клан Лань планировал выкупить и снести. Владелец, старый знакомый отца, назначил встречу именно здесь, в этом вертепе. Ванцзи должен был просто дождаться брата у входа. Но что-то заставило его пройти внутрь. Он не любил толпу. Слишком много запахов, слишком много чужих эмоций. Он пробирался вдоль стены, держась в тени, когда его взгляд упал на барную стойку. Вэй Ин. Они учились на одном потоке. Ванцзи всегда знал, кто это. Невозможно было не знать этого урагана в человеческом обличье. Вэй Ин везде совал нос, нарушал правила, смеялся громче всех и пах… пах он летним лесом после дождя. Чисто, светло, пьяняще. Ванцзи никогда не подходил к нему. Слишком шумно. Слишком ярко. Слишком опасно для его выстроенного годами спокойствия. Но сейчас Вэй Ин выглядел иначе. Он стоял, покачиваясь, рядом с каким-то альфой, и его лицо было бледным, а глаза — мутными. Альфа держал его за локоть и настойчиво тянул куда-то в сторону коридоров. Интуиция завопила об опасности. Ванцзи двинулся следом, бесшумно ступая по плитке. Его сердце билось ровно, но внутри закипала холодная ярость. Он видел достаточно, чтобы понять, что происходит. Альфа затащил Вэй Ина в туалет для персонала. Ванцзи подождал секунду, прислушиваясь. А потом услышал приглушенный, полный отчаяния мычащий крик. Дверь даже не была заперта. Ванцзи просто ворвался внутрь. Альфа стоял, прижимая Вэй Ина к стене, и уже расстегивал его джинсы. Лицо Вэй Ина было мокрым от слез, в глазах плескался ужас. - Отойди от него, — голос Лань Ванцзи прозвучал тихо, но в этом тихом голосе звенела сталь. Альфа обернулся, зло сощурившись. - Проваливай, щенок, не видишь, люди заняты? Это мой парень, он просто перебрал. Вэй Ин дернулся, мыча сквозь ладонь, отчаянно мотая головой. Ванцзи не стал тратить время на слова. Он сделал шаг вперед и коротким, выверенным ударом отправил альфу в нокаут. Тот мешком свалился на грязный пол. Вэй Ин, оставшись без опоры, начал сползать по стене. Лань Ванцзи подхватил его, не давая упасть. - Вэй Ин, — позвал он, заглядывая в затуманенные глаза. - Лань… Лань Чжань? — голос Вэй Ина был хриплым, ломающимся. — Ты… ты пришел… — Он всхлипнул и вцепился в пиджак Ванцзи мертвой хваткой. — Жарко… мне очень жарко… - Я здесь, — сказал Ванцзи, и эти простые слова вдруг стали самой важной истиной в мире. Он подхватил Вэй Ина на руки. Тот был легким, дрожащим, и от него волнами исходил умопомрачительный запах — запах возбуждения, страха и того самого леса после дождя. У Ванцзи перехватило дыхание, но он взял себя в руки. Сейчас важно было только одно — безопасность. Он вынес Вэй Ина через запасной выход, который вел прямо на парковку. Ночной воздух ударил в лицо, но Вэй Ин продолжал дрожать и тереться щекой о его грудь. — Лань Чжань, ты такой… холодный… приятно… — бормотал он. Ванцзи молча дошел до своей машины — черного «Мерседеса», открыл пассажирскую дверь и осторожно усадил Вэй Ина на сиденье. Тот тут же попытался стянуть с себя рубашку. - Жарко… - Не надо, — Ванцзи мягко остановил его руки. — Сейчас приедем домой. - Домой? — Вэй Ин моргнул, пытаясь сфокусироваться на его лице. — К тебе домой? Лань Чжань, ты меня к себе приглашаешь? Это так неожиданно… я бы привел себя в порядок сначала… — он попытался изобразить улыбку, но вышло жалко. Ванцзи почувствовал, как сердце сжимается от боли. Он до сих пор пытается шутить. - Где твой телефон? — спросил он. - В кармане… кажется… — Вэй Ин похлопал себя по джинсам. Ванцзи нашел смартфон, разблокировал его, ткнув пальцем Вэй Ина в сканер, и открыл последние вызовы. Набрал «Цзян Ченя)». Трубку взяли после первого же гудка. - Вэй Ин, твою мать, ты где?! — заорал голос на том конце. — Я вышел, а вас нет! Хуайсан шастает неизвестно где! Ты опять влип?! - Цзян Ваньинь, — спокойно сказал Ванцзи. — Это Лань Ванцзи. Вэй Ин в безопасности. Мы на парковке со стороны запасного выхода. В трубке повисла пауза. - …Лань Ванцзи? А ты какого… Ладно, подожди, мы сейчас придем. Через пять минут из дверей вылетели двое. Цзян Чэн — с горящими от ярости глазами и взлохмаченными волосами, и Не Хуайсан — бледный, сжимающий в руке веер так, что костяшки побелели. Цзян Чэн подбежал к машине, рванул дверцу и уставился на Вэй Ина. - Ты как? Что случилось? — он втянул носом воздух и его лицо перекосило от гнева. — Запах… какой-то альфа? Кто?! - Цзян Чэн, я… — Вэй Ин попытался сесть ровнее, но его качнуло. — Мне дали… что-то дали… я не знаю… — он снова всхлипнул. — Он хотел… Лань Чжань пришел… Цзян Чэн перевел взгляд на Ванцзи. В его глазах бушевала буря из благодарности, гнева и беспомощности. - Где он? — спросил он тихо. — Где этот урод? - В туалете для персонала. Без сознания, — коротко ответил Ванцзи. — Я не стал вызывать полицию. Решать тебе. Цзян Чэн дернулся было обратно, но Не Хуайсан схватил его за руку. - Стоять. Сначала Вэй-сюна надо в порядок привести, потом морды бить. Если он в отключке, никуда не денется. - Хуайсан прав, — Ванцзи кивнул. — Я отвезу вас. - Мы сами, — начал было Цзян Чэн, но Ванцзи остановил его взглядом. - Сядьте в машину. Вы пьяны, вам нельзя за руль. Тем более я не уверен что вы сможете справится с двумя пьяными омегами самостоятельно. - Я прекрасно смогу с ними справится! — взвился Цзян Чэн. - Ты на взводе, — парировал Ванцзи. — Сядьте. Спорить с Лань Ванцзи, когда он говорил таким тоном, было бесполезно. Цзян Чэн, скрепя сердце, забрался на заднее сиденье, Не Хуайсан последовал за ним. Всю дорогу до квартиры Не Хуайсана (она была ближе всего) Вэй Ин молчал, только иногда вздрагивал и терся щекой о плечо Ванцзи, который вел машину одной рукой, а второй придерживал омегу, чтобы тот не упал. Цзян Чэн сзади сверлил взглядом затылок альфы, но молчал. Не Хуайсан тихонько гладил Вэй Ина по плечу. У подъезда Ванцзи заглушил мотор. - Приехали. - Спасибо, — буркнул Цзян Чэн, выбираясь наружу. — Я сам его доведу. - Помоги ему, — Ванцзи помог Вэй Ину выйти. Тот покачнулся, но Цзян Чэн тут же подхватил его под руку. Вэй Ин, уже почти в забытьи, обернулся. Его мутный взгляд остановился на лице Ванцзи, и вдруг в нем мелькнуло что-то осмысленное. Какая-то его старая, озорная искра. - Лань Чжань, — позвал он. Ванцзи замер. Вэй Ин сделал шаг вперед, высвобождаясь из рук ошарашенного Цзян Чэна, подошел вплотную к Ванцзи, положил ладони ему на грудь, привстал на цыпочки и поцеловал. Это был не просто поцелуй. Это было благодарность, отчаяние, надежда и дикая, пьяная нежность, смешанные в одно. Губы Вэй Ина были горячими и мягкими, пахли мятой и клубникой, и на долю секунды мир для Лань Ванцзи перестал существовать. Вэй Ин отстранился, довольно улыбнулся и, развернувшись, пошел к подъезду, на ходу бормоча: - Надо наградить героя… Правильно? Правильно… Цзян Чэн стоял с открытым ртом. Не Хуайсан прикрыл рот веером, но в его глазах плясали бесенята. - Идем, — Цзян Чэн подхватил шатающегося друга и почти затащил его в подъезд. Вэй Усянь, прежде чем скрыться за дверью, обернулся и послал Лань Ванцзи воздушный поцелуй. - Спокойной ночи, герой! Дверь захлопнулась. Лань Ванцзи стоял неподвижно. Его лицо, обычно бесстрастное как мраморная маска, теперь пылало алым. Губы горели огнем. Сердце, которое он привык контролировать, колотилось где-то в горле. Он медленно поднял руку и коснулся пальцами своих губ. Запах летнего леса после дождя все еще витал в воздухе. --- Утро встретило Вэй Ина адской головной болью и ощущением, что во рту ночевал караван верблюдов. - А-а-а… — простонал он, пытаясь открыть глаза. — Что за… - Очухался? — язвительный голос Цзян Чэна прозвучал как гром среди ясного неба. — Долго ты. Вэй Ин сел на кровати, морщась. Он был в чужой комнате, светлой, с кучей вееров на стенах и стопками книг по искусству. Квартира Не Хуайсана. - Что случилось? — спросил он, хватаясь за голову. — Я… помню клуб, помню какого-то альфу… а дальше провал. - Провал? — Цзян Чэн фыркнул. Он стоял в дверях, скрестив руки на груди, и выглядел так, будто не спал всю ночь. — А о поцелуе с Лань Ванцзи ты тоже не помнишь? Вэй Ин замер. - Чего? - Ты набросился на него у подъезда и впился поцелуем, как голодный вампир, — Не Хуайсан выглянул из-за плеча Цзян Чэна, с интересом наблюдая за реакцией. - Я… ЧТО?! — Вэй Ин вскочил с кровати и тут же схватился за стену, потому что голова закружилась. — Я поцеловал Лань Чжаня?! Лань Ванцзи, который слова лишнего не скажет?! - Ты его еще героем назвал и сказал, что надо наградить, — «добил» его Не Хуайсан. Вэй Ин рухнул обратно на кровать, закрыв лицо руками. - Все. Я умру. Позор на мою голову. Я больше не выйду на улицу. - Во-первых, позор уже наступил, — Цзян Чэн прошел в комнату и сел на стул. — Во-вторых, если бы не этот твой «Ледяной принц», ты бы сейчас не в кровати валялся, а в морге или психушке после того, что тот альфа собирался сделать. Так что заткнись и слушай. И Цзян Чэн рассказал все, что знал. Про то, как его нашел Ванцзи, про сцену в туалете, про то, как альфа валялся в отключке (потом они с Хуайсаном все же вызвали полицию и сдали его с потрохами, благо связи позволяли), про то, как Ванцзи вез их и как Вэй Ин «награждал героя». Вэй Ин слушал, и с каждым словом ему становилось все хуже. Страх за себя сменялся благодарностью к Лань Ванцзи, а благодарность — ужасом от собственного поведения. - Я поцеловал его… — простонал он. — Он теперь будет меня избегать до конца жизни. Он же терпеть не может, когда нарушают его личное пространство! - Судя по тому, какое у него было лицо после поцелуя, — задумчиво сказал Не Хуайсан, — он был не против. Вэй Ин поднял голову. - В смысле? - В прямом, — Не Хуайсан обмахнулся веером. — Он стоял красный как рак и даже не двигался, когда ты уходил. Так что, Вэй-сюн, может, не все потеряно? - Да ну, — отмахнулся Вэй Ин. — Это шок был. Он просто офигел от моей наглости. Лань Чжань и я? Это как лед и пламя. Он меня на дух не переносит. - Ты себя со стороны слышишь? — фыркнул Цзян Чэн. — «Он меня не переносит», а сам спас тебя, довез, успокоил. Альфы обычно так с теми, кого не переносят, не поступают. Вэй Ин задумался. Воспоминания возвращались урывками. Сильные руки, которые подхватили его, когда мир рушился. Спокойный, низкий голос, сказавший: «Я здесь». Холодная ткань пиджака, в которую он уткнулся носом. И запах… сандал, старое дерево и что-то неуловимо чистое. Запах Лань Ванцзи. И тот поцелуй. Он вдруг вспомнил его. Не четко, а ощущениями — мягкость губ, застывшее тело под его ладонями, и удивление в золотистых глазах, которые смотрели на него с высоты. - О боже… — выдохнул он. — Я реально это сделал. - Сделал, — подтвердил Не Хуайсан. — И, по-моему, был счастлив. - Мне теперь извиняться надо, — решил Вэй Ин. — Или благодарить. Или… Не знаю! Что говорят человеку, который спас тебя от изнасилования, а потом получил от тебя же несанкционированный засос? - Обычно говорят «спасибо» и предлагают продолжить, — хмыкнул Цзян Чэн. — Но с твоей удачей ты лучше просто не появляйся ему на глаза. - Не могу, — Вэй Ин вдруг стал серьезным. — Я должен его поблагодарить. По-человечески. Трезво. Он посмотрел на часы. Полдень. - Лань Чжань наверняка в универе. У него же сейчас практика в библиотеке. - Ты что, собрался туда ехать? — Цзян Чэн приподнял бровь. — Ты на себя в зеркало посмотри. Вэй Ин глянул в зеркало на стене. Оттуда на него смотрел помятый, бледный тип с синяками под глазами и взлохмаченными волосами. - Да, вид так себе, — признал он. — Но это не отменяет того, что я должен это сделать. Хуайсан, одолжи расческу? Не Хуайсан театрально вздохнул, но расческу принес. --- Библиотека университета была храмом тишины и порядка. Лань Ванцзи сидел за своим обычным местом у окна, разбирая новые поступления, но строчки плыли перед глазами. Он не спал всю ночь. Каждый раз, закрывая глаза, он видел Вэй Ина. Его мокрые от слез ресницы, его дрожащие губы, а потом — этот поцелуй. Горячий, отчаянный, пьяный. Лань Ванцзи коснулся своих губ. Они до сих пор горели. Это было неправильно. Неэтично. Вэй Ин был не в себе, он не понимал, что делает. Воспользоваться этим, даже мысленно, — предательство его собственных принципов. Но запах. Этот проклятый запах летнего леса. Он въелся в память, в подкорку, в самую душу. - Лань Чжань! Знакомый голос громом разорвал тишину библиотеки. Несколько студентов подняли головы и зашипели. Лань Ванцзи замер. Он медленно повернул голову. Вэй Ин стоял в проходе между стеллажами. Он был бледен, под глазами залегли тени, но в глазах горел привычный живой огонь. В руках он мял какую-то бумажку. - Вэй Ин, — голос Ванцзи прозвучал ровно, хотя внутри все перевернулось. — Тут должно быть тихо. - А, да, извините, — Вэй Ин понизил голос до громкого шепота и подошел ближе. — Мне надо с тобой поговорить. Это важно. Ванцзи кивнул и поднялся. Они вышли в коридор, где было пустынно. Вэй Ин остановился напротив него, нервно теребя бумажку. Вблизи Ванцзи заметил, как он дрожит. От холода? От волнения? - Слушай, Лань Чжань, я… — начал Вэй Ин, но слова застряли в горле. Он глубоко вздохнул. — Спасибо. За вчерашнее. Цзян Чэн рассказал, что ты сделал. Если бы не ты… — он сглотнул. — Я не знаю, что бы было. Так что спасибо. Ты мой герой. Лань Ванцзи слушал молча. Его лицо оставалось бесстрастным, только желваки на скулах чуть заметно двигались. - И еще… — Вэй Ин покраснел. Такого с ним давно не случалось. — Я вчера… ну… этот поцелуй. Прости, пожалуйста. Я был не в себе, наркотик этот, голова дурная, я не хотел тебя смущать или… ну… в общем, прости. Забудь. Он протянул Ванцзи бумажку. - Это мой номер. Если захочешь… ну, не знаю… выпить кофе в качестве благодарности? Или если помощь какая нужна? Я в долгу не люблю оставаться. Хотя какой из меня помощник, — нервно усмехнулся он. Ванцзи взял бумажку. Посмотрел на корявые цифры, выведенные дрожащей рукой. Потом перевел взгляд на Вэй Усяня. Тот стоял, кусая губы, и в его глазах плескалась такая гамма чувств — надежда, страх, отчаяние, нежность, — что у Ванцзи перехватило дыхание. - Вэй Ин, — сказал он. - А? — тот вздрогнул. - Ты не должен извиняться. Вэй Ин моргнул. - Чего? Ванцзи сделал шаг к нему. Еще один. Они стояли так близко, что Вэй Ин чувствовал исходящий от альфы холодок и запах сандала. - Ты не должен извиняться за поцелуй, — повторил Ванцзи, глядя ему прямо в глаза. В золотистой глубине его зрачков плескалось что-то, от чего у Вэй Ина подкосились колени. — Ты был не в себе. А я… я был в себе. Вэй Ин открыл рот, но не смог произнести ни звука. - Я все помню, — голос Ванцзи был тих, но в этой тишине звучала невероятная сила. — Каждое мгновение. - Лань Чжань… — выдохнул Вэй Ин. Ванцзи поднял руку и осторожно, едва касаясь, провел пальцем по щеке Вэй Ина, стирая невидимую слезинку. - Ты пахнешь дождем, — сказал он. — Всегда. У Вэй Ина остановилось сердце. А потом забилось с утроенной силой. - Я… — он сглотнул. — Лань Чжань, ты что, хочешь сказать… - Я хочу сказать, — перебил его Ванцзи, — что кофе — это хорошая идея. Вэй Ин моргнул. Потом еще раз. А потом на его лице расцвела такая ослепительная, счастливая улыбка, что коридор университета осветился ярче, чем от ламп дневного света. - Правда? — выдохнул он. — Ты пойдешь со мной на кофе? - Сегодня вечером. В семь. Я заеду, — Ванцзи спрятал бумажку с номером в карман пиджака, бережно, как величайшую драгоценность. - Я буду ждать! — Вэй Ин подпрыгнул на месте, едва сдерживаясь, чтобы не расцеловать его прямо сейчас, посреди коридора. Но вовремя вспомнил, где они находятся, и смутился. — То есть… хорошо. В семь. Я буду готов. Ванцзи кивнул, и на его губах — впервые на памяти Вэй Ина — появилось подобие улыбки. Тонкой, едва заметной, но от нее у Вэй Ина внутри все перевернулось. - До вечера, Вэй Ин. - До вечера, Лань Чжань! Ванцзи развернулся и ушел обратно в библиотеку, а Вэй Ин еще долго стоял в коридоре, прижимая руки к груди и чувствуя, как бешено колотится сердце. Потом он достал телефон и набрал Цзян Чэна. - А-Чэн! Ты не поверишь! - Если ты сейчас скажешь, что Лань Ванцзи согласился с тобой встретиться, я повешу трубку, — устало ответил голос на том конце. - Он согласился! - …Я вешаю трубку. - А-Чэн! Не вешай! Мне нужно выбрать, что надеть! А-Чэн! Но в трубке уже звучали короткие гудки. Вэй Ин улыбнулся, убирая телефон. Ничего, он справится. У него был вечер, полный надежд, и целая жизнь впереди, чтобы доказать этому удивительному, холодному, невероятному альфе, что его поцелуй в ту ночь был не ошибкой, а началом чего-то очень важного. В конце концов, кто, если не он, Вэй Усянь, сможет растопить сердце Ледяного принца? --- Вечером того же дня Лань Ванцзи стоял у зеркала в своей квартире в сотый раз поправляя идеально сидящий свитер. Он волновался. Он, Лань Ванцзи, который не терял самообладания даже на экзаменах, сейчас чувствовал себя нашкодившим подростком. Телефон пиликнул. Сообщение от неизвестного номера. «Лань Чжань! Это Вэй Ин! Я просто проверить, что ты не передумал и что номер рабочий))) Жду с нетерпением! PS: Ты мне снился всю ночь, но это уже слишком личное, да?)))» Ванцзи перечитал сообщение три раза. Потом его губы снова тронула та самая улыбка. «Не передумал. Жди. Через 15 минут буду», — напечатал он и, схватив ключи, вышел из дома. Ночь обещала быть теплой. А может, даже жаркой.