Тигриный Танец. Сцены 18+

Его рука сжала ее грудь, когда он бросил ей вызов. Ее глаза горели от возбуждения, она вдыхала и выдыхала, ее тело было меньше, чем у него, но при этом сложено с мастерством скульптора, а мышцы под кожей были натренированы так, чтобы уничтожить любого, кто встанет у нее на пути. — Думаешь, ты сможешь победить Сиенну Хан, Жон? — хрипло спросила она, не сводя с него глаз и ощупывая его пах. В ней нарастало напряжение, в ее глазах читался вызов, когда его рука поднялась и схватила ее за шею. — Хорошего фавна нужно держать в ошейнике… Чтобы он был послушным — Он ощущал свою власть, а ее глаза горели, когда она услышала эти слова, и в ответ раздался низкий мурлыкающий звук. — Ты уверена, что достойна того, чтобы трахнуть человека, маленькая тигрица? — Ее глаза сверкнули, когда он наклонился, чтобы поцеловать ее прямо в губы. Он сжимал ее шею, а она ласкала его пах. Он смотрел ей в глаза, пока она тяжело дышала, и с каждым вздохом ее взгляд становился все более яростным. — Я лучше всех тех девушек, которые за тобой бегали… — ее голос звучал хрипло и по-женски чувственно, когда он прервал поцелуй и сжал ее шею. Ее тело подалось навстречу его руке, и она вздрогнула. Она толкнула его на кровать, но он развернул ее и толкнул на кровать. Ее глаза расширились, когда она упала на спину, перевернулась на кровати и посмотрела на него, пока он расстегивал брюки. — Чертов человек, ты не станешь тем, кто меня покорит… — ее слова звучали яростно, а глаза горели, пока он расстегивал ремень и бросал куртку на кровать Рена, полагая, что тот не будет против. — Ты не заставишь меня унижаться… — ее взгляд был напряженным, словно она чего-то ждала. Штаны сползли вниз, и она задрожала, глядя на него глазами, из которых, казалось, вот-вот вырвется пламя. Он стянул штаны и подошел к кровати: "Ладно… Кали сказала, что нужно быть настойчивым…" — Ты всего лишь фавн, — Эти слова взбесили Сиенну, и она приподнялась на кровати. Он схватил ее за горло и швырнул обратно на удобную кровать. — Тебя нужно обучить, чтобы ты знала, кто твой хозяин. — Ты правда думаешь, что с твоим маленьким членом у тебя что-то получится, человек? — прошипела она, не в силах пошевелиться из-за его руки на горле. Он стянул с себя нижнее белье, и она какое-то время смотрела на него, а потом по ее телу пробежала дрожь, когда он взглянул на нее сверху вниз. — Ты этого хочешь, киса — Она сопротивлялась все сильнее, а он оседлал ее. Она схватила его за руку, словно пытаясь заставить его отстраниться, но силы, которую она обычно демонстрировала, как будто иссякли. При виде ее борьбы он возбудился еще сильнее, убрал руку с ее шеи, на которой виднелась метка, и прижался к ней пахом. Ее взгляд скользнул вниз, на его член, и она вытаращила глаза, увидев его эрекцию. Она посмотрела на него снизу вверх. — Я должна быть впечатлена, Жон? — спросила она с придыханием. Его член коснулся ее носа, он схватил ее за волосы и прижал ее лицо к своему члену. Его голос звучал твердо. — Ты признаешь меня своим хозяином, Сиенна, — Она глубоко вдохнула, пытаясь поднять на него глаза. — Потому что ты будешь моей. С ее губ сорвался стон, когда она провела носом вверх-вниз по его члену. — Ты придурок, — В ее голосе не было той злости и раздражения, которые она обычно вкладывала в эти слова, когда вдыхала его запах. — Я не… я не поддамся тебе, я Сиенна Хан… Он оттолкнул ее голову и ударил по лицу своим возбужденным членом. Она смотрела на него, а по ее щеке стекала предэякулят. Он почувствовал, как ее тело содрогнулось. — Эти яйца не покорят Сиенну Хан… — ее голос звучал сдавленно, она едва сдерживала стон, глядя на него снизу вверх. Он качнул бедрами, ударив ее членом. Она снова содрогнулась и зарычала на него. — Признай, что я твой мужчина — Его голос звучал твердо, а ее глаза сузились. — В твоих гребаных мечтах, Жон, — Ее голос звучал страстно, когда он схватил ее за голову и снова прижал к своему паху. Ее горячее дыхание щекотало его мошонку, и она издала низкий стон. — Я гордая фавн. Я верховная предводительница Белого Клыка, и я не сдамся какой-то хнычущей сучке, который даже… Он схватил ее за челюсть и раздвинул ей губы, засунув головку члена ей в рот. Она смотрела на него со смесью гнева и разочарования, пока он вводил член ей в рот. Тупая головка исчезла у нее во рту, и он отпустил ее челюсть, доверившись ей. Ее губы тут же обхватили его мужское достоинство. Ее кожа была темнее, чем у него, и контрастировала с его бледной кожей кофейного оттенка. Она усилила хватку, не отрывая от него взгляда. — Гордая предводительница Белого Клыка берет в рот человеческий член — Его слова были грубее, чем обычно, но Кали дала указания… на случай, если это произойдет. Сиенна провела языком по головке члена, и от этого ощущения по его телу пробежала дрожь. Огонь в ее глазах разгорелся еще сильнее, когда она начала медленно двигать головой, а его хватка на ее волосах ослабла. Она играла языком с уздечкой. — Вот так… Хорошая киса — Она усилила нажим и начала вытворять с его членом что-то невообразимое. Ощущения были настолько приятными, что он едва не потерял сознание. Она это заметила. Ее руки обхватили его бедра, и она начала заглатывать его член все глубже. Из его рта вырвался прерывистый стон, когда его твердый член исчез в ее губах. Все это время она смотрела на него снизу вверх, и ее взгляд был подобен золотисто-янтарным омутам: "Ну же, покажи, на что ты способен". — Ты сама сосешь член человека, Сиенна Хан. Где же твоя гордость? Ты что, собираешься стать домохозяйкой? — В ее глазах вспыхнул гнев, она ускорила темп, ее нос коснулся его лобковых волос, перед глазами у него замелькали звездочки, и он почувствовал, что вот-вот кончит. Он положил руки ей на голову, его яички коснулись ее подбородка, и он издал достаточно стонов и вздохов, чтобы его густая сперма выплеснулась ей в горло. Все ее тело содрогнулось. Он заметил, что ее кожа блестела от пота, а его член начал медленно опадать. Он вытащил член из ее рта, и она упала на кровать. Ее губы покрылись едва заметным жемчужным налетом, дыхание было глубоким и прерывистым. — Ты никогда не заставишь меня подчиниться — В ее словах слышался вызов, но она облизнула губы. Ее грудь блестела от пота, и, когда он оглянулся, он увидел, что на простынях натекла небольшая лужица. — Обращай внимание на то, что я говорю! — резко сказала она, и он почувствовал, как ее губы снова обхватывают его мужское достоинство, а язык скользит по чувствительной головке. Она начала делать это сама, глядя на него снизу вверх и массируя его бедра. — Ну что, маленькая любительница отсасывать хочет еще? — Она укусила его за головку, не отрывая от него взгляда. — Непослушная кошечка — Ее мурлыканье-рычание заставило его член задрожать, и он вдохнул немного Ауры в нижнюю часть тела, чтобы восстановить силы. Глаза Сиенны расширились, когда его мужское достоинство снова начало набухать, и она перестала сосать, когда оно коснулось ее язычка. — Все равно лучше, чем человек, — Ее голос был тихим, хотя она все еще облизывала губы, когда смотрела на него. — Ты... не заставишь меня подчиниться — Ее голос стал мягче, когда его мужское достоинство вытянулось в струнку в паху, прямо перед ее лицом. — У меня в запасе есть несколько трюков, Сиенна — Дрожь в ее голосе свидетельствовала о том, что она думает по этому поводу, ее шипения было достаточно, чтобы понять, когда он встал и перевернулся, глядя на ее пах. — Какого хрена ты делаешь, Арк? — в ее голосе слышался вопрос, возможно, она была немного удивлена таким неожиданным положением. — Я не собираюсь быть просто твоей членосоской, ты, маленькая су... Ах. Тихий вскрик, оборвавший эту фразу, был вызван тем, что его язык вторгся в ее лоно, одна из тех маленьких хитростей, которым Сафрон научил его, когда у него появится какая-нибудь девушка. Удивленный возглас Сиенны превратился в тихий стон, когда она обхватила его руками за бедра, удерживая на месте. — Простое лизание моей киски меня не убедит ты, человеческий ублюдок... Его язык скользнул по чувствительному бугорку нервов, спрятанному под складкой, и Сиенна взвизгнула еще громче. — Вот так, маленькая человеческая сучка! Отсоси у фавна! Покажи мне, какая ты слабая сучка! Ее губы обхватили его член, язык ласкал головку, а его бедра подавались вперед, в ее рот, пока его язык проникал в ее рот. Ее тело было теплым, бедра вспотели, и он чувствовал соленый вкус ее выделений, пока его язык танцевал и порхал. Каждый раз, когда он стимулировал определенную точку, она вздрагивала и дергалась, и он видел, как она вздрагивает, когда заглатывает его член, как его яйца щекочет ее дыхание, даже несмотря на то, что ее голова находится в таком неудобном положении. Она дрожала и дергалась, ее чувствительность была на пределе, пока она продолжала сосать его мужское достоинство, не обращая внимания на боль в шее, которая, вероятно, возникла из-за неудобного положения. Она еще теснее прижалась к его паху и несколько раз сглотнула, а затем с прерывистым выдохом обхватила его член губами. Она кончила, ее соки стекали по его языку, а в ноздри ударил пьянящий запах ее выделений, когда из-за двери раздался громкий стук. Ее голова упала на кровать, с ее губ сорвался тихий стон, а он встал, схватил полотенце, на цыпочках подошел к двери, открыл ее и увидел перед собой Янга. Дверь распахнулась с грохотом. — А если ты не... Эй, Жон! — на лице Янг вспыхнул румянец, а двое телохранителей уставились на него. Он вытер лицо, понимая, что оно все еще довольно грязное. — Может, перестанешь колотить в дверь? Мы... немного заняты — Он заметил нерешительность на лице Янг, которая на мгновение посмотрела на него, а затем вздохнула. — Пока… пока с тобой всё в порядке — Он усмехнулся и закрыл дверь. Янг могла быть немного навязчивой в своей опеке, но после того, как она отбросила притворство и стала просто Янг, они сблизились. — Это была та блондинистая шлюшка? — прорычала Сиенна, лежавшая на кровати и смотревшая на него. Он отбросил полотенце в сторону, и она перевела взгляд на его… или, точнее, на его пах. — Да, это была Янг, — Он не собирался подыгрывать ей, даже несмотря на то, что в ней было что-то такое, что его притягивало. Она схватила его за бёдра, поглаживая кожу, и прижалась губами к его члену. — Чувствуешь себя лучше, чтобы обслужить своего человека, Сиенна? — Её глаза широко распахнулись в притворном гневе, и она крепко обхватила его член, слегка сжимая его. — Никогда — сказала она, медленно двигая рукой по его члену и глядя на него. Её движения становились всё быстрее. — Ты кончила благодаря мне, признай это, — Он не чувствовал себя застенчивым девственником… но, возможно, это было связано с тем, что эта роскошная женщина только что отсосала у него. — Сиенна Хан - фавн, которая любит людей. — Эти слова были сказаны по указанию Кали, просто чтобы раздразнить Сиенну. В её глазах зажегся вызов, и она выпустила его член из рук. — Да, можно получить удовольствие от игрушки… Ты всего лишь игрушка. Я всё ещё твоя начальница. — Этого было достаточно, чтобы женщина легла на спину и раздвинула ноги. — Ну же… Ты ведь собираешься меня трахнуть, да? — В её голосе не было ни капли нежности, хотя язык тела говорил об обратном. Он заметил, что ее половые губы набухли, а лоб лишен волос. Женщина смотрела на него вызывающим взглядом. — Боишься? Большой злой человек боится фавна, который прав, а? Хм? Он набросился на нее, пружины кровати скрипнули, когда его рука схватила ее за горло. По словам Кали, это было чувствительное место Сиенны. — Заткнись, Сиенна, — строго сказал он. — Ты всего лишь моя женщина — Глаза женщины слегка расширились, но она тут же оскалилась. — Вставь в меня свой член, человечек… Покажи, на что способен со своим маленьким карандашиком, преждевременно кончающий — Другой рукой он раздвинул ее бедра, отпустил ее шею, и она задышала чуть чаще. — От тебя воняет, — прошипела она, глядя на него. — Ты даже не мужчина… Ты женщина, переодетая в мужчину. Он ударил ее по щеке, и она зашипела, а в ее глазах разгорелся огонь. — Ты бьешь, как баба… Слабак… Ну же, будь мужиком и ударь женщину… Покажи ей, кто здесь главный в постели… Небольшая проповедь Кали о поведении фавнов оказалась весьма поучительной. Если не считать угроз физической расправы, Сиенна, по крайней мере, приняла его ухаживания. Он сжал кулак и ударил ее по лбу, а она зарычала. — Ну же… Это едва ли можно назвать ударом! Ты что, сука, или просто не знаешь, как правильно обращаться с женщиной, сука? Еще один удар, от которого ее голова запрокинулась, а на лице появилась ухмылка. — Вот это уже больше похоже на дело… — Если смотреть на происходящее со стороны, то это выглядело как жестокое обращение. Он опустил взгляд, а она обхватила его ногами за талию и прижалась промежностью к его члену. — Ты собираешься меня трахнуть, Арк? — спросила она, и в ее голосе слышалась чуть большая настойчивость, чем раньше. Она облизнула губы. — Я собираюсь тебя трахнуть, Сиенна — Она довольно замурлыкала и посмотрела на него. Возможно, дело было в алкоголе, но она, казалось, расслабилась и опустила ноги на кровать. Она лежала и ждала его, дразня его взглядом. — Ну же?» Ты собираешься сделать это своим маленьким сучьим членом, который твои сестры, наверное, использовали как фаллоимитатор, да? — ее голос звучал грубо, и оскорбление в адрес его сестер задело его сильнее, чем он ожидал. Он встретился с ней взглядом. — Что такое? Ты на меня злишься, сучка? Я задел за живое? — он зажал ей рот рукой и посмотрел на то место, где их тела вскоре должны были соединиться. Она укусила его за руку, но ему было все равно. Ее половые губы обхватили его член, и на мгновение ее глаза закатились, а все тело содрогнулось. Он почувствовал, как ее тепло окутывает его член. Из его груди вырвался низкий стон, когда он ощутил, как его член погружается в нее, дюйм за дюймом, а Сиенна не сводила с него глаз. Он убрал руку с ее рта, и она яростно прошипела. — Ах ты, ублюдок… Неудивительно, что твои сестры стали лесбиянками… Твой маленький сучий член даже не.... Он ударил ее по лицу. Она схватила его за шею и обвила ее руками, приподнявшись над матрасом. — Твоя шлюховатая сестрица терпела твои выходки, чтобы получить удовольствие... Он толкнул ее, и она упала на кровать, тяжело дыша. — Не смей так говорить о моих сестрах, Хан, — Ее шипения было достаточно, чтобы он почувствовал, как ее когти царапают его спину, оставляя красные следы. — Ты недостаточно хорошо их знаешь. Прими свое место в стае — Он не должен был так говорить, но не смог сдержаться. — Ну же, сукин ты сын. Так ты трахаешь свою женщину? Черт, да я спала с фавнами и побольше тебя — Издевка по поводу его размеров заставила его войти в нее, и из ее горла вырвался стон. — Я первый человек, которого ты трахаешь, Сиенна, — Из ее горла вырвалось гневное шипение, но она не стала ни подтверждать, ни отрицать это. — Ты будешь моей домашней тигрицей… И ты будешь меня слушаться. — В его голосе прозвучала угроза, и ее лоно сжалось вокруг него, а глаза встретились с его глазами. — О да… — прорычала она, напрягаясь и прищуриваясь. Ее тело дернулось, застыло, а затем снова расслабилось, и она всем телом прижалась к нему, содрогаясь всем телом и сжимая его ногами. — Ты собираешься наполнить меня, маленький стрелок… Заделать мне маленьких тигрят? — Я заставлю Верховного Лидера преклонить колени перед моим троном, взять в рот мой член и сделать так, чтобы мои дети бродили по этим землям. — Женщина содрогнулась, ее дыхание стало прерывистым. Все это уже выходило из-под контроля: насмешки и поддразнивания. Он почувствовал, что вот-вот кончит, когда Сиенна начала ласкать его мышцами живота и лобковой зоны. Его возбуждение нарастало, а ее тело содрогалось. — Я тебя прикончу, Арк… — прошипела она, сжимаясь, приподнимая бедра и ударяя ими о его бедра. — Если ты собираешься… а-а-а… Из ее рта вырвался чувственный стон, ее ноги задрожали, и она дернулась. Напряжение достигло предела, и он понял, что вот-вот кончит. — Сиенна, я сейчас кончу, просто… — Она обхватила его ногами за талию и прижалась к нему. — Я хочу, чтобы он был во мне целиком, Жон, — Ее голос звучал уверенно, а хватка была железной. Она прижималась к нему всем телом, и он почувствовал, как боль в яичках сменилась ощущением наполненности. — Вот что значит заявить права на свою женщину, Жон… — Ее голос стал тише, мягче, и она не двигалась с места, пока он пытался выйти из нее. — Ты зарождаешь во мне ребенка… Как и должен. Я… Она замолчала, содрогнувшись. Ее голос стал добрее, мягче, в нем слышалось принятие. — Твоя. Он поцеловал ее, и она не сопротивлялась. Она снова опустилась на кровать, и его член ощутил прохладу на фоне ее влажной кожи. Она обвила его шею руками, и их языки сплелись в страстном поцелуе. Ее дыхание все еще было прерывистым, но она целовала его нежно, а не страстно. — Что за черт? — спросил он, когда их губы разъединились. — Иди посмотри, кто там, и, клянусь богами, если это снова та девица, я лично покажу ей, как надо глотать сперму — От мысли о том, что Янг и Сиенна вместе, его мужское достоинство снова ожило. Сиенна криво ухмыльнулась и потерла щеки. — После этого мы устроим тебе второй раунд… Ебать... Это было круто. Он открыл дверь, обернув полотенце вокруг талии, и посмотрел на людей, стоявших по ту сторону. Он увидел Янг и Блейк, стоявших спиной к нему, а также Винтер Шни и нескольких солдат Атласа. — ...в соответствии с протоколом, — закончила женщина, и он вздохнул. — Мистер Арк, с вами Сиенна Хан? — Женщина перешла сразу к делу, не утруждая себя вежливостью. — Да, она здесь. Какого чёрта вам от неё нужно, специалист Шни? — Он услышал, как Сиенна прошипела что-то вроде "гребаная снежная королева, сосущая член и трахающая пизду", но он не был уверен. — Пожалуйста, проследите, чтобы её немедленно передали. У генерала Айронвуда есть к ней вопросы. — Он почувствовал, как у него дернулся глаз, и посмотрел на неё взглядом, в котором явно читалось раздражение. — Специалист Шни, вы можете вернуться утром, и я уверен, что мисс Хан будет более чем рада... — Гневный рык Сиенны за его спиной заставил его обернуться. — Если у Шни какие-то претензии ко мне, приведите ее сюда и отправьте обратно в Атлас в декретный отпуск! — гневный крик услышали все. Лицо Винтер стало мертвенно-бледным - верный признак того, что она вот-вот взорвется. Два телохранителя посмотрели на него, и один из них кашлянул, указывая на ее плечо. Он взглянул на свое плечо и заметил кровоточащие раны, которые она каким-то образом умудрилась ему нанести. Винтер, казалось, была готова что-то сказать, и он почувствовал раздражение при виде этого высокомерного лица. — Знаешь что? Я собираюсь вернуться в постель, рассказать Хан, что тут у вас происходит, а вы можете вернуться утром, когда я приму душ, и снова попытаться меня изнасиловать. — Выражение лица Янг было довольно забавным, а солдаты неуверенно переглянулись. — Спокойной ночи. — Уже закрывая дверь, он почувствовал, как на него повеяло прохладой. Янг и Блейк смотрели на него, покраснев до корней волос, а полотенце соскользнуло с его плеч. — Ну что ж… Вот это да… — сказала Янг, обмахиваясь веером. В этот момент дверь захлопнулась, и дальнейший разговор остался для него загадкой. Сиенна встала на четвереньки, ее киска блестела от спермы, которую он в нее выплеснул. Ощущение ее тела рядом с его собственным было таким естественным, что она оглянулась на него и сказала. — Ну же… Чего ты ждешь, сучка? — Кажется, моя маленькая тигрица немного соскучилась — Ее шипение, в котором слышалось легкое раздражение, позабавило его, когда она вильнула задом. — Чертовски верно, засранец. Ты будешь трахать меня - жестко — Он принял ее вызов и почувствовал, как его член твердеет при виде ее промежности. Она повернула голову и посмотрела на него, а он снова забрался на кровать. Он положил руку ей на затылок и толкнул ее лицом в подушку. — Будь моей, Сиенна — Ее ноги слегка дрогнули, когда его член снова вошел в нее. Ее тугость поражала. Другой рукой он шлепнул ее по заднице. Черт... Это было лучше, чем его фантазии.

***

Сиенна почувствовала, как внизу живота зарождается очередной оргазм, когда его рука прижала ее голову к кровати. Ощущение того, что она находится под контролем человека, способного поставить ее на место в спальне, было настолько раскрепощающим, что у нее закружилась голова, когда он вошел в нее с той сноровкой, которая необходима мужчине. Ей это пока не нравилось, но, по крайней мере, она могла бы получить несколько оргазмов... хотя это и не было чем-то из ряда вон выходящим. В тот момент, когда он заставил ее вдохнуть запах его паха, чтобы она поняла, чья она сучка, она уже почти перестала сопротивляться этой мысли, этому ощущению того, что он обращается с ней по собственнически, этим его насмешкам, бьющим в самое уязвимое место. Она почувствовала себя свободной, когда он склонился над ней и прошипел ей на ухо. — Кто у нас тут моя маленькая кошачья любительница кончать, а? — Из ее рта вырвался тихий стон, он схватил ее за короткие волосы и оттянул ее голову назад. — Да, ты, придурок! — ее голос зазвучал громче, когда он оттянул ее голову назад. — Черт, ты моя сучка, Арк, и я... — он плюнул ей в лицо, и она содрогнулась от ощущения унижения. Такое было неприемлемо за пределами спальни, но с правильным партнером... это было круто. — Ты всего лишь фавн. Кали лучше тебя — Гнев захлестнул ее, и она выгнулась. Она не уступит подруге в этом. — Моя киска туже. Я не рожала, так что ты захочешь от меня ребенка — Ощущение ее тугости, казалось, подстегнуло его, и он снова прижал ее лицом к подушке. — Ты хороша только для секса, Сиенна, — Дрожь, сомнение в ее душе, которое на мгновение исчезло, когда он попал в самую точку. — Что сказали бы остальные члены Белого Клыка, если бы увидели тебя такой? К концу недели они бы уже валялись на больничных койках, потому что она бы переломала им хребты, если бы они только посмели думать о ней не так, как того требует положение Верховного Лидера от низших. — Даже не смей, черт возьми, отстраняться, Жон. Он запрокинул ее голову, схватив за уши. — С чего бы мне кончать в такую старую шлюху-фавна? Она резко повернула голову и свирепо уставилась на него. В его глазах читалось понимание, любовь и… она снова кончила, потому что он смотрел на нее так, что она поняла, как сильно он ее любит: "О, черт…" — Вот так, грязная тигриная шлюха… Подчинись — Слова дались ему легко, но она чувствовала, что должна хоть как-то сопротивляться. Ее пальцы вцепились в простыни, разрывая ткань, и она выгнула спину. — Никогда… Ее голос звучал слабо, она тяжело дышала и стонала, сопротивление уже было сломлено, но игра в кошки-мышки продолжалась. — Никогда… — Не-е-ет… — Ее прервал очередной оргазм, когда он схватил ее за шею и начал душить. — Я никогда тебя не отпущу. Этих слов было достаточно. Теперь она издавала звуки, которые едва ли можно было назвать человеческими, ее тело содрогалось в оргазме, а он входил в нее с силой мужчины. Его тело было покрыто потом, а она лежала под ним и издавала тихие смешки и стоны. — Я никогда тебя не отпущу… — Еще одно ласковое слово из его уст. Она была влюблена и парила в облаках, пока ее лоно сжималось вокруг его члена, а от его эякуляции внутри нее у нее возникало ощущение, будто она парит на высоте тысячи миль над землей. Он укусил ее за шею… И мир стал белым. Она смутно осознавала, что потеряла сознание, лежа под ним на кровати, а он был в ней по самые яйца, его член упирался в ее матку, и сперма стекала прямо в нее, а его рука по-прежнему перекрывала ей доступ воздуха. — М-м-м… — ее голос звучал слабо, она прижалась к нему. — Это… — Он посмотрел на нее, и она почувствовала, как он слегка напрягся: "Так вот как ты собираешься это провернуть, да?" — Ты потрясающий, — Она ухмыльнулась, достала свой свиток, взяла камеру, сфотографировала себя и Жона и сохранила снимок в папке "Особое". — Давай продолжим, пока Шни не выломала дверь, — Она посмотрела на мокрые и липкие простыни. — Кажется, мы тут намусорили… Она не стала напрягать мышцы, но ожидание того стоило: "Да… Это было потрясающе…" — Так что пойдем в душ, Жон — Он легко поднял ее на руки и понес в душ. Она прижалась губами к его коже, ощущая вкус пота на его теле и вспоминая, каких усилий им это стоило. Удушье и шлепки были одними из ее любимых моментов, когда она по-настоящему заводилась. — Души меня, пока трахаешь меня, Жон, — Ее голос звучал тихо, она прижалась к стене душевой. — Давай, я могу немного потерпеть… Я же сказала, что высосу тебя досуха… — В ее голосе прозвучала такая страсть, что он прижал руку к ее горлу, прижимая ее к себе. — Вот оно… — Ты будешь принадлежать мне… — Ее низкий гортанный рык был инстинктивным, когда она раздвинула ноги. Он вошел в нее, а она зашипела, глядя на него с вызовом, словно говоря обращаться со ней как с собственностью. — Сделаю тебя своей женщиной… Она представила себе маленький домик, в котором будет много детей, и улыбнулась, чувствуя, как ее снова накрывает волна оргазма. С ее губ срывались стоны, когда он входил в нее, а ее тело напрягалось в ответ на настойчивый стук в дверь: "К черту этот шум". — Трахни меня, сучка… — Ее голос звучал глухо, потому что он перекрыл ей доступ воздуха и заставил ее почувствовать себя более беспомощной, чем она была на самом деле. Это было грубое доминирование альфа-самца над своей альфа-самкой, которое разрушало все ее представления о собственной силе и просто подчиняло ее себе. Из его горла вырвался гортанный рык, рука исчезла с ее горла, и он укусил ее за шею. Ее крик определенно перешел в ультразвук, зеркало в ванной треснуло, и она почувствовала, как ее мир взрывается от удовольствия. Ее тело прижалось к стене, она обмякла в его руках и снова содрогнулась: "Т… бла… бла… бла…" Он вошел в нее, издав тихий стон ей на ухо. От напряжения его тела по ее спине побежали мурашки, а от ощущений по телу разлился жар. Он содрогнулся всем телом и наполнил ее своим семенем: "Жаль, что мне пора идти… Если Шни снаружи, будет очень плохо, если я заставлю ее ждать…" — Это было… потрясающе — Она услышала его слова и посмотрела на него. — Мне пора идти, кажется, меня зовет дочь Виллоу — Он с тревогой посмотрел на нее, а она уверенно улыбнулась. Он положил руку ей на плечо, и ее окутало теплое чувство, словно уютный плащ. Она почувствовала, как исчезают отметины на ее шее. — Вот… нельзя же позволить предводительнице Белого Клыка выйти к людям в таком виде, будто ее только что хорошенько оттрахали, верно? — Она легонько похлопала его по груди. — В следующий раз ты меня оплодотворишь, Арк. Я требую реванша, — Выражение беспокойства на его лице было красноречивым, и она усмехнулась. Она догадывалась, о чем он думает. — Глупый блондин, я принимаю таблетки. Ни за что на свете я не позволю себе забеременеть, пока я еще политическая фигура. — Ой. Это было бы… здорово. — Она отвела взгляд. Она не собиралась краснеть, глядя на него. Мысль о маленьком ребенке у нее на руках, с красивыми светлыми волосами и какими-нибудь чертами фавна, которые будут смотреться очень мило… была приятной. — Пока нет… может быть, через год или три… Тебе еще нужно окончить школу и стать Охотником, ясно? — Он улыбнулся ей, когда она вышла из душевой кабины, потянулась за платьем, подобрала нижнее белье и бросила ему. — Считай это трофеем. Сегодня ты поймал бенгальскую тигрицу. — Ей пришлось отложить другие мысли, потому что за дверью ее ждала Снежная Ледяная Киска. — Ладно, ладно, иду… — проворчала она, рывком открывая дверь после того, как привела себя в порядок. Мокрых волос было достаточно, но о том, что произошло всего несколько минут назад, почти ничего не напоминало, если не считать приятного ощущения внизу живота. — А, это ты, Железночлен — Джеймс Айронвуд стоял в дверях в сопровождении Глинды Гудвич с мрачным выражением лица и слегка удивленного профессора Озпина. "Отлично… сейчас будет круто". — Для вас я генерал Айронвуд, верховный лидер Хан. — поправил ее мужчина, хотя она заметила, что заместитель директора слегка ухмыляется. — Я бы хотел пригласить вас на чай… В ССТ произошел взлом, и я… — А ну-ка, погодите, генерал Айронвуд. Как вы думаете, что я здесь делаю, а? Я что, похожа на человека, у которого есть дела в ССТ, когда я учу Арк правилам этикета фавнов? — Она заметила, как ее телохранители переглянулись, а Блейк покраснел до корней волос, явно почувствовав запах. — Ты первая, Сиенна. — Мужчина посмотрел на Жона, который встал перед ним. — Не-а. Марш на свой корабль, железяка. У меня есть дела поважнее… например, вернуться домой и забраться в постель в надежде, что я избавлюсь от запаха человека — Мужчина, похоже, остался доволен ее ответом и откашлялся. — Не стоит забывать об угрозах в адрес специалиста Шни. Я… — Сиенна фыркнула. — Я не уточняла, о какой Шни идет речь. Их трое. Одна — шлюха, которая замужем за твоей металлической задницей, другая — шлюха, чей муж натворил кучу проблем, а третья — шлюха, у которой кишка тонка. — Девушка недовольно поморщилась, но Сиенне было все равно. — Я просто рассуждаю логически. У нее были свои стандарты!