愛

«You make me feel so (Mm-mhm)

Breathe out and exhale like, like (Mm-mhm)

Beyond the boundary like, like (Mm-mhm)

Hold you in my arms like, like (Mm-mhm)

Don't even think about other things»

      — Kai, «음 (Mmmh)»

      Годжо снова торопится к открытию, снова чертовски сильно опаздывает и снова теряется в воспоминаниях о своём знакомом, с которым год назад они провели удивительно тёплую и личную ночь, делясь всем, чем только можно. Слияние тел — это так, прикрытие для особо любознательных. На самом же деле той ночью произошло нечто большее, чем просто случайный секс.       Сатору никогда ещё не чувствовал такой сильный коннект с кем-то, кого знал лишь отчасти, и то благодаря общим знакомым, парочке выходов «в свет» да смутным описаниям. Они с тем человеком будто знали друг друга с самого рождения. Или даже задолго до рождения. Ещё в тот момент, когда оба были звёздами среди бесчисленного множестве других таких же звёзд. Наверное, какая-то удивительная сила привела их двоих в тот самый парк, на углу которого они и столкнулись. Сугуру мягко улыбался, Сатору глупо шутил и громко смеялся. Временами Гето подхватывал его смех, но всё же по большей части тот молчал.       Ровно до того момента, пока не наступил час ночи. Время, когда можно без зазрения совести выдавать свои самые страшные секреты, признаваться в чувствах и творить всякие глупости, позволенные самой Вселенной и юностью.       — Скажи, Сатору, — приблизив лицо к собеседнику, шёпотом спросил его Гето, — ты бы хотел узнать один интересный факт о императорском ангеле?       Сбитый с толку Годжо не сразу нашёлся с ответом. Ему хотелось уже привычным способом разрядить обстановку парой глупых шуток, когда Гето так же негромко продолжил.       — Это рыбы, достаточно красивые и яркие. Только вот они умирают, не успев дожить до зимы. Представляешь? Не кажется ли тебе, что это немного грустно, но как будто бы достаточно естественно и закономерно? — меланхолично выдал Сугуру, чем обескуражил знакомого.       — Не задумывался о таком, если честно. Но мысль достаточно интересная, — так он отвечал, бесцельно кидая монеты номиналом в одну йену в фонтан. Ничего не загадывая в тот день, Сатору получил так много, чего и пожелать не мог. Жаль только, что осознание пришло к нему так поздно.       — Молодой человек, ваш американо. — Девушка за стойкой махала рукой прямо перед глазами Сатору, когда тот внезапно вынырнул из воспоминаний о вечере, что был вот уже как год назад. Подумать только, уже год прошёл.       — Да, спасибо. — Натянуто улыбнувшись, Годжо закинул купюру в корзину для чаевых и был таков. В очереди переглядывались, но ему было всё равно — данное явление преследует его с детства, так что молодой человек уже привык.       Забежав в двери лавки, Сатору надеялся, что Иёри не заметит его опоздания, однако избежать её внимания дело ничуть не пустяковое.       — Что на этот раз? — Грозно спросила она, не глядя на коллегу. Как всегда, занята с самого утра каким-то невероятно важными документами.       — Проспал. — Легко соврал Годжо, тряся прозрачным стаканчиком с кофе.       — Ясно, — коротко бросила Сёко, а после, спохватившись, добавила. — С тебя открытие смены, Яга ещё не явился. Наверное, тоже «проспал».       Девушка сделала особый акцент на последнем слове, но Сатору было без разницы. Он же пришёл? Пришёл. Значит, вины на нём нет никакой. А Яга как директор пусть оправдывается сам.       Для приличия стоит рассказать, чем же они занимались.       Идёт 2077 год. Пять лет назад правительство Японии, стремясь защитить своих граждан от эфемерных сил зла, выдвинуло запрет на любые виды магии, включая торговлю зельями, целительство и прочего рода помощь с применением магических способностей. Смешно, но это лишь усилило мощь магов в глазах сил неимеющих. Многие скрылись, ушли в подполье и затихли, но только не их небольшая, но всё же крайне могущественная троица — Иёри, Яга и Сатору. Назло всем запретам, они продолжали помогать как обычным людям, так и магам, брались за любые дела, лишь бы не сидеть на месте и помочь как можно большему числу нуждающихся.       Сёко варила целительные снадобья, разбирала жалобы от недовольных гостей и в целом всё-таки больше работала с их целевой аудиторией, привлекая как можно больше людей. Яга распределял ресурсы, нанимал персонал и отвечал за поставки продуктов и материалов, необходимых для их работы. А также платил аренду и шил проклятые игрушки, которые компания раздавала детям из малообеспеченных магических семей. Сатору же, можно сказать, был лицом их компании — он стоял за кассой и привлекал девушек, да и не только их, своим внешним видом. Удивительно, но это работало на «ура», так что работы было невпроворот. И лучше бы Яга нанял ещё парочку человек, иначе они все дружно сойдут с ума, и лавочку переделают в Палату номер Шесть.       День был невероятно длинным и полным всяческих забот, равно как и любой другой день. Сёко разминала затёкшую спину, когда Сатору вновь провалился вглубь своих мыслей.       Сугуру делал всё размеренно. Медленно до невозможности, но вместе с тем так изящно и гипнотически, что Годжо невольно засмотрелся. Гето обладал поистине притягивающей аурой, и Сатору необъяснимо сильно тянуло к нему.       — Сможем ли мы дожить до зимы, Сатору? — С грустной улыбкой спросил Гето, прежде чем нависнуть над Годжо.       — Мы? — Сатору непонимающе хлопал белоснежными ресницами, в то время как голова его оказалась окружённой ореолом из чёрных волос Сугуру, что так красиво рассыпались.       — Да, все мы, Сатору. Люди, маги и всякое отребье наподобие обезьян без развития. — Сугуру усмехнулся на свои же мысли, а после припал к шее Годжо, словно вампир, что наконец дорвался до чужой крови. Второй шумно выдохнул, ведь то, как Гето делал это, было просто невероятным.       — Ты опять собираешься ночевать здесь, не так ли? — Голос Сёко прорезал воспоминания, словно остро наточенный нож сливочное масло.       — Смею предполагать, что и ты тоже, раз спрашиваешь. — Сатору зевнул во весь рот, чем вызвал недовольство Иёри.       — Не хочется снова ужинать в одиночестве, знаешь ли.       — Могу понять.       Так они и устроились на небольшом заднем дворике, наблюдая за преображением города. Наступала ночь, и высокие здания начинали светиться всеми оттенками. Это было невероятно красиво, но глаза быстро уставали от этой картины. В особенности глаза Сатору, что были особенно чувствительны к подобному.       Они с Иёри ели в полной тишине, и каждый был погружён в свои мысли. Странно. Почему Сатору никогда не интересовался, что было на уме самой Иёри, в то время девушка нередко интересовалась жизнью Годжо?..       — Это твой знакомый? — Внезапно спросила Сёко, тяжело вздохнув.       — Что? — Сатору принялся крутить головой, пока девушка не указала в сторону входа во двор.       Годжо не мог поверить своим глазам. За низким, чисто символическим заборчиком, что так заботливо они с Иёри делали своими руками, стоял Сугуру.       — Ты хоть представляешь, как тяжело было найти именно вашу торговую лавку, мой императорский ангел? — Со смехом произнёс он.