Её личный ад

День сурка. Почему-то каждое движение отдает знакомым чувством дежавю, которое не вызывает ни единого удивления. Руки все также держат фотографию собственного прошлого, пока девушка оглядывается и бесконечно смотрит в темноту, представляя камеру перед собой. Все начинается с того момента, где она прямо говорит, как демоны убили гораздо меньше людей, чем ангелы. И чат её понимает. И нет ни единого гневного комментария. Все происходит в её голове, но кажется настолько реальным, что заставляет задуматься насчет того, где именно находится её давно разорванный в клочья разум, пропитанный препаратами и паранойей, проходящими через её тело, подобно электричеству через провода. Зрачки вечно сужены, движения резкие, но стрим продолжается. В темноте из всех звуков исключительно её голос. Исключительно её голос и постоянный звук звонка в дверь. Она хотела избавиться от звонков, действительно хотела, но каждые несколько минут, когда она расслабляется и думает, что именно сейчас бесконечный звук наконец отступил, он бьет, подобно колоколу, к которому наблюдатель подошёл слишком близко. Громко. Очень громко. Мысли не могут сосредоточиться ни на чем, кроме трактата, который она, подобно роботу, проговаривает очередной раз в надежде, что именно сейчас что-то изменится. Это все началось с просьбы к Пи-Чан. Она лично просила резать запястье, чтобы чувствовать себя легче. Её мысли в тот момент были спутаны - гораздо хуже, чем обычно. Среди них она видела исключительно один свет - красный свет, заставляющий её жить. Она смотрела на комментарии с ненавистью к ней и действительно не понимала, каким образом оказалась в такой ситуации. «Сможешь в очередной раз выблеваться для нас всех? UwU» «Мне нравится, когда такие милые девочки делают из себя нечто!» Её трясет. Она действительно не может принять это. Не может принять эти фразы, не может сделать себе лучше. Они застряли в её голове, подобно мелодиям, песням, неспособным выйти наружу месяцами. Она испытывает слишком много стресса, разве нет? Что вообще происходит? «Я ненавижу этих "пикми" типа К-Ангел» «Неужели К-Ангел просто вызывает тошноту для просмотров, боже?» Одно событие разрушило её карьеру. И это событие каждый день проигрывается в её голове - не как что-то важное, нет, оно превратилось в привычное наказание, напоминание того, почему именно она застряла в этой темной пустоте, снимая стрим раз за разом и видя исключительно понимающие и тёплые комментарии. Они реальны? Она реальна? Почему голова кружится сильнее обычного? После этого история шла наклонно вниз. Они были рядом. Ходили по её улице, рядом с её домом, пытались найти ту, кто был известен как "девочка, которую вырвало на стриме". За пару дней они узнали о ней практически все - реальное имя, личность. Вот почему они все заслужили смерть. Из них никто не был её фанатом, никто не следил за её творчеством - каждый раз они лишь ждали её падения, чтобы сделать очередную новость о том, как сильно никому не нужный стример опозорилась! За ней наблюдали. За ней наблюдали, как за муравьём в муравейнике, следили за каждым шагом, искали компромат, добивали и так опустившуюся в глазах многих девушку, писали унизительные слова, с которыми она не была в силах что-то сделать. Фанатов становилось всё меньше. Они звонили в дверь, стучались, напрямую пытались с ней заговорить. Только её напарник говорил, что никого рядом не было. Он издевался. Он издевался, как и все они - пытался загнать её в ловушку безысходности и безнадежности. Она точно знала, что за дверью кто-то был, но чувства позора и страха не давали ей открыть дверь. «Так чем ты думала, рассматривая только негатив?» Но здравые мысли никогда не покидали ее полностью. Даже сейчас они спрашивали что-то нужное, что-то удивительно успокаивающее. — Так что, я подумала, я могу поделиться с вами аниме, которое я сейчас смотрю! Трактат закончился. Стрим закончился. Сам собой. Как открытый конец. Руки затряслись сильнее, а траурный портрет неизвестной упал на тёмный пол, треснув ровно посередине. Её последний стрим стал точкой невозврата. Она действительно не может считать именно эти трансляции, записанные в полной темноте, полноценными. Отдушина. Несуществующая замена. Абстрактная реальность. Она одна. «Пи-Чан, ты меня любишь?» Для неё нет понятия К-Ангела и Аме. Теперь нет. Все утратило собственную важность, кроме этих событий. Встает, делает стрим, вспоминает о том, почему она здесь, переживает, как в первый раз, возвращается в начало цикла. Пи-Чан. Почему напарник не остановил её? Ему она тоже не была нужна. Она не была нужна никому. Даже здесь она все еще чувствует их глаза. Даже здесь она все еще видит их взгляд. Даже здесь. В темноте. Здесь, где ее окружают только фанаты - только она сама и несколько мыслей, пытающихся подавить сомнения. Не она говорит эти слова. Не она - К-Ангела не существует. Из её рта словно вылетают чужие слова. То, что они хотят слышать. То, что им интересно. Трясущиеся руки медленно подобрали упавшую ранее фотокарточку в рамке, в которой красовалось чье-то милое лицо. Она не узнает эту девушку. Она не узнает себя. Её не существует - она знает, неспособная доказать, знает, и это сжигает её изнутри. Даже свет, ранее заставляющий её жить, теперь исчез. Когда эти звонки наконец остановятся? Когда их слежка наконец остановится? Когда она сама наконец остановится? «Я насто-о-о-о-о-о-о-олько люблю тебя.» Он был с ней до самого конца. Почему-то именно здесь она не видит Пи-Чан. Пи-Чан... С кем "с ней"? Аме не существует. К-Ангела не существует. Вместо них - жалкий стример, которого все же простили за тот инцидент. В этой темной клетке точно. Почему Пи-Чан чувствовался таким нереальным? Потому что его не существовало? Девушка села на колени, наконец развернув и взглянув на картину подробнее. Она все еще не узнает очертаний лица. Он помогал ей до самого конца. Помогал ей с её собственной просьбой, продолжая резать запястья. Она запуталась в себе настолько, что не могла поверить, что с ней никогда не было живущего в одном доме продюсера-помощника. Девушка со всей силы и собранной злости кинула траурный портрет на пол вновь. Стекло разбилось на тысячи кусочков, каждый из которых усеял пол, отражая свет, исходящий из ниоткуда. Из самого большого куска ей удалось увидеть собственное отражение. Она все еще выглядит свежей. Словно не проходила через этот повторяющийся ад уже несколько сотен дней. Она чувствует одни и те же эмоции, кидает одну и ту же рамку, разбивает один и тот же портрет. Её история перед глазами, её безысходность засела глубоко в разуме, а невольно пересказываемая каждый день история добивала окончательно. Эффект таблеток в этой темноте не проходит. Но стресс до сих пор присутствует. Они не работают. Они должны были работать. Но теперь от них нет прока. «Вы все заслуживаете умереть.» Каждый раз, когда она закрывает глаза и открывает их снова, в этой темноте все происходит вновь. Она застряла в цикле, из которого никогда не выберется. Это и есть её личный ад. Ад, в котором она вечно фальшиво счастлива.