Твой личный дьявол

      Пролог

Это ваше ежегодное оповещение, возвещающее о начале Ежегодной Судной ночи, санкционированной правительством США. В течение следующих двенадцати часов любые преступления, включая убийство, будут законны. Использование оружия четвертого класса и ниже разрешено, оружие других классов запрещено. Правительственным чиновникам десятого ранга предоставлен иммунитет от Судной ночи, их нельзя атаковать. По сигналу сирены все службы экстренной помощи — полиция, пожарные и медицинская помощь — будут недоступны до семи часов утра завтрашнего дня, когда Судная ночь завершится. Да благословит Бог наших Новых Отцов-Основателей и Америку, нацию, возродившуюся вновь».

***

Солнечные лучи всё ещё висели высоко, заливая город обманчивым золотым светом, но электронные часы на запястье предательски пикнули. 17:00. До начала безумия оставалось всего два часа. Всего сто двадцать минут безопасности. — Не переживай, Кэтрин, я успею. Дом совсем близко, всё будет хорошо, — нервно бросила Тесса в трубку, хотя собственные пальцы, сжимавшие телефон, заметно дрожали. Её нежно-розовое платье в такт порывам ветра путалось в ногах, а распущенные волосы лезли в лицо, мешая видеть дорогу. Пакеты из супермаркета казались неподъемными, больно впиваясь ручками в ладони. — Всё, мне некогда, приеду — наберу! — Тесса сбросила вызов и потянулась к сумке. — Блин! — раздраженное восклицание вырвалось само собой, когда ключи с глухим звоном полетели на асфальт. Она начала судорожно перекладывать пакеты из одной руки в другую, пытаясь поднять их, и в этот момент тишину парковки разрезал резкий, агрессивный рык мотора. Звук был настолько внезапным и тяжелым, что Тесса почти физически ощутила его вибрацию в груди. Она резко выпрямилась, оборачиваясь. На противоположном конце пустой стоянки замер мощный мотоцикл. Всадник, полностью облаченный в черное, напоминал мрачное изваяние. Он смотрел прямо на неё — пристально, не отрываясь. Заметив, что Тесса обратила на него внимание, незнакомец медленно, почти издевательски наклонил голову вправо, не убирая рук с руля. Он продолжал поддавать газу, и этот звук теперь казался Тессе не просто шумом техники, а рычанием зверя, который уже наметил свою цель. Воздух вокруг будто стал гуще. Тесса поняла: этот человек не просто ждет начала Судной ночи. Тесса небрежно бросила пакеты на заднее сиденье и мигом скользнула в салон, желая лишь одного — поскорее скрыться от этого тяжелого, липкого взгляда. Когда парковка осталась позади, она наконец позволила себе выдохнуть. Этот байкер вряд ли был «хорошим парнем». Скорее, он принадлежал к той породе безумцев, что заставляли город содрогаться в ожидании Судной ночи. В своих мыслях Тесса проехала несколько кварталов, пытаясь убедить себя, что встреча была случайной. Но на одном из светофоров, в звенящей тишине замирающего города, она снова услышала его. Тот самый рык мотора — низкий, утробный, вибрирующий в самом позвоночнике. — О нет... — прошептала она, её взгляд метнулся к зеркалу заднего вида. Прямо за её машиной, едва не касаясь бампера, замер тот самый всадник в черном. Теперь сомнений не осталось: он выбрал её своей целью. Она чувствовала его присутствие так же остро, как будто лезвие ножа у горла. «Он не должен знать, где я живу», — эта мысль обожгла её ледяным страхом. Резко вывернув руль, Тесса рванула в противоположную от дома сторону, сворачивая в лабиринт незнакомых улиц. Она петляла, увеличивала скорость, пытаясь обрезать эту тонкую, невидимую нить, которой он привязал её к себе. Это продолжалось около получаса. Тридцать минут чистого, концентрированного отчаяния и удушающего стресса, пока его темный силуэт наконец не растаял в зеркалах заднего вида. — Боже... — выдохнула Тесса, чувствуя, как мелко дрожат руки на руле. Только когда её разум начал понемногу отпрядывать от первобытного страха, она осознала, в какую ловушку загнала сама себя. В попытке спастись от преследователя она совершенно потеряла счет времени и пространства. — Остался всего час... а я в нескольких километрах от дома, — испуганно прошептала она в пустоту салона. Город вокруг менялся, становясь чужим и неприветливым. Тесса даже не заметила, как далеко уехала, петляя по незнакомым улицам. Теперь она была одна в чужом районе, солнце опускалось всё ниже, а время, которое раньше казалось вечным, теперь утекало сквозь пальцы, точно песок. Она вырвалась из одной клетки, но лишь для того, чтобы оказаться посреди открытого поля перед самой грозой. Но судьба в эту ночь была не на её стороне. Когда до дома оставалось всего несколько кварталов, машина, издав предсмертный хрип, заглохла окончательно. Тесса в отчаянии ударила по рулю. — Пожалуйста, только не сейчас! Машина испустила последний, жалобный всхлип и замерла. Тесса в исступлении била ладонями по рулю, поворачивала ключ снова и снова, но приборная панель лишь мигала тусклым, умирающим светом. — Нет, нет, пожалуйста, только не сейчас! — её голос сорвался на крик, который утонул в навалившейся тишине безлюдного проезда. В этот момент над городом взвыла первая сирена. Долгий, утробный звук, от которого вибрировали стекла и сама земля под ногами. Судная ночь официально началась. Тесса выскочила из салона, забыв пакеты и сумочку. Она бежала, чувствуя, как нежно-розовый шелк платья мешает шагу, цепляясь за острые углы заборов. Первые два часа она провела в подвале заброшенной прачечной. Там пахло сыростью и старой химией. Тесса забилась в самый дальний угол, прижимая колени к груди. Снаружи мир сходил с ума. До неё доносились звуки, которые разум отказывался принимать: звон бьющихся витрин, безумный, захлебывающийся хохот и крики... крики, которые обрывались слишком резко. Она закрывала уши руками, зажмуривалась до боли, пытаясь представить, что она на приеме у психолога, обсуждающая свои страхи. Но страх перестал быть теорией. Он стал осязаемым, липким, пахнущим дымом и кровью. Когда в здание прачечной кто-то вошел, Тесса перестала дышать. Она видела сквозь щель в досках тени — длинные, искаженные, с битами и цепями. Они прошли совсем рядом, и один из них даже пнул ящик, за которым она пряталась. Сердце в этот момент не просто колотилось — оно разрывало грудную клетку. Только когда шаги стихли, она решилась выйти. Ей казалось, что если она останется в этом тупике, её найдут и просто замуруют заживо. Она пробиралась сквозь город, превратившийся в лабиринт кошмаров. В одном из переулков она увидела перевернутый фургон с мороженым, вокруг которого танцевали люди в масках животных. Это выглядело настолько гротескно и жутко, что Тессу затошнило. Она бежала дворами, пока не наткнулась на тупик промзоны. Именно там её и настигли. — Смотрите-ка, какая птичка у нас тут забилась, — раздался за спиной хриплый голос. Тесса резко обернулась. Их было трое. На лицах — дешевые пластиковые маски клоунов, испачканные чем-то темным. — Пожалуйста, у меня ничего нет... — прошептала она, отступая назад, пока не уперлась спиной в холодный бетон. — Нам не нужны твои деньги, милая, — один из них, самый низкий и коренастый, поигрывал ножом. — Такое платье... такой цвет. Ты будешь отлично смотреться в кузове. Тесса рванулась назад, чувствуя, как холодный пот заливает глаза. Она была загнана в тупик. Смерть казалась неизбежной, и в этот момент из темноты вынырнули они. Гул моторов она едва расслышала из-за собственного пульса, но увидела людей в черной форме и профессиональных мотоциклетных шлемах. Они действовали быстро и жестко: несколько точных ударов, и её преследователи разлетелись в стороны. «Спасение», — мелькнуло в голове у Тессы. Она сделала шаг навстречу одному из мужчин в шлеме, протягивая руку. — Спасибо... пожалуйста, помогите мне... Мужчина в черном не ответил. Он подошел вплотную, и Тесса увидела в отражении его темного визора свое испуганное, бледное лицо. Вместо слов помощи последовал резкий, техничный удар. Мир вспыхнул искрами и мгновенно погас. Она пришла в себя от того, что её куда-то тащили. Голова гудела, во рту стоял медный привкус крови. Тесса приоткрыла глаза и поняла, что находится на огромном складе. Свет мощных прожекторов слепил, выхватывая из темноты ряды людей. Они сидели на корточках, связанные одной длинной цепью. Мужчины в черной форме и шлемах действовали быстро и профессионально — это не были уличные бандиты, это были те, кто делал деньги на Судной ночи. — Грузи этих в первый отсек! Быстрее, пока патрули не перегруппировались! — командовал кто-то невидимый. Людей заталкивали в темный зев грузовика. Тесса видела слезы на лицах женщин, слышал тихие стоны. Когда её подтащили к краю платформы, чья-то грубая рука сжала её подбородок, заставляя поднять лицо. — А эта породистая. За неё «Черный лотос» выложит двойную цену, — хохотнул верзила в маске. — Нет. Эту не трогать. — Да брось, — огрызнулся один из парней в шлеме, — за такую девчонку на черном рынке отвалят целое состояние. — Я сказал — нет, — в голосе незнакомца звякнул металл. Он шагнул вперед, и толпа невольно расступилась. — Она для меня. Голос прозвучал как гром среди ясного неба. Низкий, вибрирующий, он заставил всех замолчать. Тесса повернула голову и увидела его. Он не просто шел — он двигался как хозяин этого места. Высокий, массивный, в черной кожаной защите, которая делала его плечи невероятно широкими. На нем был шлем, но Тессе хватило одного взгляда на его осанку и манеру держать руки на поясе, чтобы всё внутри похолодело. Это был тот самый байкер с парковки. По телу пробежала дрожь от осознания.Она так старательно сбегала от него, что загнала себя в ловушку и все равно попала в его лапы. Он наклонился, подхватил Тессу под мышки, легко, словно она ничего не весила, и поставил на ноги. Она пошатнулась, но он прижал её к своему боку, лишая всякой возможности сопротивляться. В этот момент Тесса поняла: всё, что она видела этой ночью — убийства, маски, кровь — было лишь прелюдией. Настоящая Судная ночь для неё только начиналась. В его руках. Он приковал ее цепями к каменной стене заставив сесть на колени. Рев мотоциклов за стеной стих, оставив после себя оглушительную, гнетущую тишину. Тесса плотнее прижалась спиной к холодному камню, не зная, чего ждать. Он сел напротив — вальяжно, в глубокое кожаное кресло, и по её коже пробежала тысяча мурашек, когда его руки потянулись к шлему. Тесса зажмурилась, боясь увидеть его лицо, но любопытство оказалось сильнее страха. В отражении старого зеркала слева она увидела лишь черное пятно — он не снял балаклаву. Тишина давила на грудь, мешая дышать. Где-то там, за маленьким окном, раздавались отдаленные крики — Судная ночь была в самом разгаре, но здесь, в этом коконе из запаха бензина и старой кожи, время словно замерло. Она стояла на коленях, прикованная к стене, и то и дело пыталась отвести взгляд: на обшарпанный стол, на пыльный пол — лишь бы не смотреть на него. Но глаза предательски возвращались к его фигуре. Когда он наконец встал, Тесса вздрогнула. В голове набатом била мысль: «Это моя последняя ночь. Я не увижу рассвета». Она смотрела на него так, как смотрят на хищника, преградившего путь в лесу — не отрываясь, ловя каждое движение. Он подошел к старому проигрывателю. Щелчок, шипение иглы — и комнату заполнили звуки нежного джаза. От этого дикого несоответствия Тессу затошнило. Туман страха заволок сознание, стирая реальность. Ей не верилось, что еще пару часов назад она наивно мечтала о теплой кровати, а теперь её жизнь висела на волоске. Она даже не заметила, как он подошел вплотную. — Встань! — короткий приказ заставил её подчиниться. Цепи с тяжелым грохотом упали на пол. Свобода? Нет, просто переход в другие руки. Он властно притянул её к себе, обхватив ладонью талию. Тессу опалил жар, исходящий от его тела, а когда она почувствовала его горячее дыхание у себя на шее, колени окончательно подогнулись. Он вдыхал её запах, медленно и жадно. «Он не в себе, Боже, он сумасшедший», — пульсировало в висках. Этот танец длился вечность. Тесса чувствовала себя ланью в лапах льва, её разум плыл, а чувства обострились до предела: она ощущала только его властную хватку и ритм музыки. Когда он наконец отстранился от её шеи, она впервые осмелилась заглянуть ему в лицо. На неё смотрели глаза. Холодные, пугающие, цвета предрассветного тумана. В них не было жалости — только бездонная, всепоглощающая одержимость. Он отстранился, медленно заходя ей за спину. Тесса замерла, боясь даже обернуться; всё её существо превратилось в один натянутый нерв, гадающий, что он делает там, в тени. Но когда на её глаза опустилась прохладная шелковая ткань, погрузив мир в абсолютную, непроглядную темноту, Тесса впервые не выдержала. Плотина рухнула. Она затряслась всем телом, а по щекам, обжигая кожу, потекли первые слезы отчаяния. — Тихо, тихо... не бойся, — прошептал он ей в самое ухо, властно перехватив за плечи. Его голос, лишенный резкости, звучал бархатно и вкрадчиво, но в этой нежности Тесса почуяла еще большую угрозу. Это был голос хищника, который не просто поймал добычу, а решил с ней поиграть. Она почувствовала, как горячее дыхание на шее сменилось поцелуем — нежным, но обжигающим, словно след от клейма. Он медленно направил её к столу, заставляя опереться на холодную поверхность. В голове вспышкой пронеслась страшная мысль о насилии, но его не последовало. Вместо этого он продолжил исследовать её шею, медленно продвигаясь к мочке уха, пока его пальцы не коснулись её бедра. Тесса вздрогнула. Его прикосновения были невесомыми: он водил кончиками пальцев по внешней стороне бедра, постепенно переходя на внутреннюю. По телу прошла волна мурашек, а разум окончательно затуманился. Она всё ещё была в плену, всё ещё не знала, доживет ли до утра, но её собственное тело, точно предатель, откликалось на эту странную, пугающую ласку. Когда его пальцы скользнули под складки платья, к самому сокровенному, Тесса инстинктивно попыталась сжаться и податься вперед, ища спасения. Но его вторая рука мгновенно перехватила её за плечо, намертво пригвождая к месту. Нащупав точку её самого глубокого трепета, он победно ухмыльнулся ей прямо в ухо и снова приник губами к шее, наслаждаясь своей полной властью над её страхом и её реакциями. Тело задрожало, и Тессу захлестнула волна жгучего стыда. Она отчаянно пыталась навязать себе спокойствие, приказать сердцу биться ровнее, но адреналин, точно яд, уже растекся по венам. Мысленно она пыталась оказаться в другом месте — дома, в безопасности, или вернуться на пару часов назад, чтобы сразу после работы уехать прочь от этой проклятой парковки. Но реальность впивалась в нее хваткой его пальцев. Когда из её горла вырвался тихий всхлип, граничащий со стоном, Тесса в ужасе замерла: для него это прозвучало как согласие. Она чувствовала, как его дыхание стало рваным, а грудь, прижатая к её спине, вздымалась в бешеном ритме. Но это не был ритм страха — это был ритм охотника, настигшего добычу. Он грубо наклонил её к столу, фиксируя за шею, а коленом властно развел её ноги. В этот миг Тесса подумала, что это, возможно, самое милосердное, что могло с ней случиться сегодня... или всё могло быть гораздо грубее. Внезапный рев моторов и резкая суета снаружи вырвали её из этого вязкого тумана. Он резко отстранился, снова пристегнул её к стене и исчез, даже не сняв повязку. По шумам за дверью было ясно — случилось что-то серьезное. А затем наступила тишина. Она осталась одна в абсолютной темноте. Не понимая, здесь он еще или нет, Тесса могла только ждать, утопая в пугающих мыслях. Против своей воли она снова и снова возвращалась к тому, что произошло на столе. Внутри боролись два чувства: омерзение от собственного бессилия и темный, пугающий огонь, который продолжал гореть в тех местах, где её касались его руки. Ей казалось что прошло невыносимо много времени пока внезапный рев моторов и резкая суета снаружи вырвали Тессу из вязкого тумана. Она слышала панику: тяжелые шаги, чьи-то стоны и скрежет металла. Она поняла, что кого-то ранили — его тащили, выкрикивая приказы, и в этом хаосе про неё, казалось, все забыли. Она сидела в абсолютной темноте, утопая в пугающих мыслях. Но внезапно чьи-то шаги приблизились. Кто-то рывком снял повязку с её глаз, и Тесса зажмурилась от яркого света. Когда зрение вернулось, она поняла, что уже наступило утро, а склад полон людей в шлемах. — А с этой что делать? — один из парней подошел к ней, покручивая в руке острый нож. Сталь хищно блеснула в утреннем свете. Тесса сжалась, чувствуя, как внутри всё выжигает агония страха. Но тут второй мужчина, стоявший рядом, грубо отогнал его. В этот момент над городом взревела финальная сирена. Судная ночь закончилась. — Отпусти её, — скомандовал третий. — Всё равно ночь закончилась. — Но она же... — начал было другой, недовольно зыркнув на Тессу и приставив нож чуть ближе. — Я сказал: отпусти. Или ты сам будешь объяснять Боссу, что с ней, когда он очнется? Парень недовольно проворчал, но подчинился, убирая лезвие и шепнув себе под нос: «Если очнется». Её потащили к выходу. Проходя мимо стола, Тесса на секунду замерла. Там, среди бинтов и пятен крови, лежал он — тот самый, чей жар она чувствовала на своей шее еще пару часов назад. Его лица всё еще не было видно, но массивное тело казалось неестественно неподвижным. Её практически вытолкнули на улицу. Вокруг стояло мягкое, обманчиво спокойное утро. Тесса была в шоке, мысли путались, она не понимала, где находится. Сначала она шла медленно, пошатываясь, но потом сорвалась на бег. Когда впереди показались знакомые очертания города, она поняла, что логово было совсем рядом. Она бежала домой, пытаясь осознать, что осталась жива, в то время как внутри неё продолжал гореть тот самый темный, пугающий огонь.