В центре внимания

Рок всегда в центре внимания. Эту истину нельзя отрицать, как бы ни хотелось. Сугилит скрещивает руки, сжимает пальцы в кулаки и даже не осознает этого, пока взгляд продолжает сверлить Рока, стоящего в окружении актёров. На съёмочной площадке перерыв, идёт обсуждение дальнейшей сцены, кому-то поправляют грим, кто-то таскает аппаратуру, а кто-то подкатывает к сотрудникам. — Николь… — пальцы Рока скользят по щеке женщины, заправляя за ухо выбившуюся рыжую прядь волос. Сугилит на это только закатывает глаза так сильно, что те начинают болеть. Он не слышит продолжения фразы, но уверен, что Рок флиртует. Тот точно говорит ей что-то ужасно пошлое или слащавое, такое даже в мелодрамах не услышишь. Да что там, Сугилит не первый раз видит, как Рок с кем-то флиртует, но никогда не слышал подобного в свой адрес. Николь в ответ смеётся, словно не воспринимает слова Рока всерьёз, хлопает его по плечу, но даже отсюда видно, как ее рука задерживается дольше нужного, смахивая с пиджака невидимые пылинки. Внутри всё неприятно сводит, под ложечкой сосёт от всех чувств, разгорающихся в груди Сугилита, который просто продолжает глупо стоять где-то в углу декораций и делать вид, что он просто стена. Ему здесь делать нечего, никакую работу Рок ему не дал, просто сказал отдохнуть, проникнуться атмосферой съёмок. Сугилит не видит в этом чего-то удивительного и интересного, но ему было просто приятно, что Рок пригласил его на съемочную площадку своего фильма. Как будто бы впустил его в свою рутину, жизнь, в то, чем он по-настоящему дорожит и любит. Сугилит не первый раз оказывается здесь, и вначале было очень даже неплохо. Ему совсем немного, но понравилось быть погруженным в этот процесс, как и Року понравилось, что Сугилит согласился быть с ним в этот момент. А что сейчас? Стоит флиртует на глазах Сугилита, будто бы того и не существует вовсе. Это заставляет в груди просыпаться ревность. Сугилит не уверен, что он не ревнивый; вероятнее всего, где-то в груди он тот ещё собственник и не хочет видеть подобного, как и Рок. Тот пару раз прямо говорил, что ему не нравилось, когда Сугилит флиртует со своей аудиторией на кулинарных стримах, но одно дело говорить, а другое слушать. Взгляд цепляется за толпу, начавшую медленно расходиться, и, конечно, Сугилит смотрит на Рока. С идеальной уложенной прической, в черной рубашке с коротким рукавом, которая красиво подчеркивает его тело, и какой-то женщиной рядом. Это не Николь, Сугилит вообще её до этого не видел. Злость закипает медленно, будто бы окутывает изнутри своими ядовитыми парами, и ты постепенно перестаешь отдавать отчёт своим действиям. — Линдберг! — Сугилит осознает себя в тот момент, когда почти выкрикивает фамилию Рока отчего та самая девушка не на шутку пугается. Она глупо хлопает глазами, почти что пятится назад, когда Сугилит угрожающе делает несколько шагов вперёд. Но тот сразу осознает, что Рока здесь нет, поэтому быстро смягчается и говорит тише: — Не видели господина Линдберга? — В своём вагончике, — негромко произносит в ответ девушка и бегло уходит к световикам, лишь бы скрыться от хмурого Сугилита, который взглядом чуть ли не убить готов. Тихий мат срывается с губ, он не знает, хотел ли увидеть Рока здесь обжимающимся с этой девушкой, или он должен чувствовать вину за то, что вообще так подумал, хотя его возлюбленного здесь нет? Ноги сами несут в вагончик Рока под бурный поток мыслей в голове. У Сугилита своего вагончика нет, потому что он здесь гость лишь на один день, в то время как его парень задерживается здесь чуть ли не на неделю, если не больше. Иногда возвращается домой, чтобы напомнить о себе, но этого, конечно же, не хватает. Сугилит в такие моменты действительно скучает, пусть и не признается себе в этом. Теплый ветер бьёт в спину, народ шумно обсуждает съёмки, а некоторые ловят минуты покоя и отсыпаются, пока Рока нет на горизонте. Сугилит старается не обращать внимания на взгляды, прикованные к его спине, потому что он здесь лишь благодаря связям. Не обязательно им знать, насколько эта связь близкая. — Мне кажется, Николь недостаточно расслаблена. Она зажата и не до конца вживается в роль, — Сугилит успевает только открыть металлическую дверь и ступить на первую ступеньку, как Рок тут же начинает говорить, будто бы всё это время ждал его. — Обсуждаешь девушек сам с собой, пока меня нет? Рок выглядит пиздецки сексуально. Он опирается ладонями на столешницу, разглядывая кофемашину, что тихонько трещит в ответ, наливая горячий напиток в кружку. Рубашка полурасстегнутая, открывается отличный вид на шею и ключицу. Волосы уже не выглядят аккуратными и торчат в разные стороны, пока лак блестит в лучах солнца, заставляя слегка прищуриться. Сугилит старается оторваться от созерцания и заходит, наконец-то, внутрь, закрывая за собой дверь. — Что думаешь на счёт той сцены в парке? — Рок будто игнорирует вопрос Сугилита и поворачивается к нему, опираясь бедрами о столешницу. Складывает руки крест-накрест, отчего мышцы напрягаются, а у Сугилита от этого зрелища волосы встают дыбом на затылке. И этот человек спокойно разговаривает с ним после того, как флиртовал на площадке со всеми подряд? После того как исчез с кем-то за углом, и чёрт знает, что он успел сделать в тайне от Сугилита? Кожа покрывается мурашками от этих мыслей, и Рок лишь вопросительно поднимает одну бровь, не понимая, что случилось с его партнёром. — У тебя солнечный удар? Чё молчишь-то? Говорил нужно было купить ту панамку со смешной рожей, тебе бы подошло, — Рок пожимает плечами и коротко смеётся, продолжая этот глупый монолог. Сугилит цокает, закатывает глаза и тянет Рока на себя как раз в тот момент, когда кофемашина оповещает о том, что всё готово. — Блять, да что с тобой? — Просто заткнись, — коротко произносит Сугилит. Между ними тут же накаляется атмосфера, на улице и так жарко, а в этом маленьком помещении только настольный вентилятор работает. Слабый ветерок обдувает спину Сугилита, когда он разворачивает Рока, роняя их двоих на кровать. — Я рот того ебал, Сугилит, слезь, ты тяжёлый! — Лёгкий удар кулаком прилетает по широкой спине, Сугилит на это не обращает внимания. Отклоняется назад, смотрит на распластанного Рока и вдруг улыбается. Это вызывает в лице напротив смятение. Рок в тот же момент вскрикивает, когда грубые пальцы лезут под рубашку, пощипывают соски, будто бы играют. — У нас съёмка сцены через пятнадцать минут, времени нет на твои сексуальные похождения, — Рок закидывает ногу и упирается туфлей в плечо Сугилита, который лишь сильнее начинает напирать, игнорируя сопротивление. — Нам хватит, — во рту пересыхает, в лёгких не хватает кислорода и хочется начать дышать чаще, но Сугилит старается держать себя в руках. Рок выглядит лишь слегка паникующим. В его глазах блестят те самые искры возбуждения, потому что ему нравится. Нравится, как Сугилит напирает, то трогает грубо, почти что царапая до боли бока, то аккуратно проводит пальцами от пупка и до шеи, расстегивая рубашку. Нравится, как его губы исследуют сначала шею, потом ключицы и, наконец-то, оголённые плечи, оставляя рубашку лежать смятым комом под Роком. Другая рука ложится на пах, начиная массировать мягкий член, и с губ от этого слетает еле сдерживаемый стон. Сугилит иногда хмурится, будто вообще находится не здесь, но он просто не может перестать думать. Думать о том, что Рок всё ещё продолжает флиртовать с девушками, как ни в чём не бывало, отходить с ними за угол чуть ли не на глазах самого Сугилита, вызывая в груди противоречивые чувства. Сугилиту не нравится, что Рок может себе подобное так легко позволять, хочется, чтобы тот понял, наконец-то осознал, что они в нормальных отношениях. Не в том периоде, где каждые два месяца они расставались просто из-за чьих-то психов, не в том периоде, когда Рок просто брал и уезжал без предупреждения, оставляя Сугилита ни с чем. Хочется обладать им, будто бы привязать к себе навсегда, оставить рой засосов по всей шее, чтобы все увидели. Кто-то скривится и скажет, что это отвратительно, кто-то тихо ухмыльнется и, возможно, позавидует. Сугилит скидывает с себя одежду, целует так, будто бы сейчас готов сожрать Рока и даже не даёт тому мелкие передышки, отчего чужие пальцы впиваются в его плечи и пытаются оттолкнуть. Рок закатывает глаза то ли от того, что вот-вот умрет здесь в духоте под Сугилитом, то ли от удовольствия, потому что рука на члене двигается уверенно, быстро. Пальцы в достаточной мере сжимаются, вызывая приятное чувство тесноты, большой скользит по уретре, и это выбивает все мысли из головы. — Почему ты продолжаешь флиртовать с девушками, прятаться по углам с ними, как ни в чем не бывало, будто бы меня нет? — Сугилит вдруг начинает говорить, и Рок не сразу возвращается в реальность, чтобы хотя бы понять это бессвязное бубнение. — Что? Ты о чём? Брюки падают на пол вместе с трусами, Рок шумно выдыхает, продолжая держать Сугилита на безопасном для себя расстоянии, иначе его точно раздавят, но мышцы сводит истомой, когда влажный от слюны палец обводит анус. — Эй, как бы ты там не был зол или ещё что-то, но мне будет больно! — Рок выгибается дугой и пытается уйти от такого напора, Сугилит прижимает его к постели одной рукой, пока вторая продолжает блуждать где-то между бёдер. Рок дышит тяжело, опираясь на локти, старается поймать взгляд Сугилита, но тот не смотрит на него, продолжая о чем-то думать. — Ты с ней целовался? Или ещё что-то успел сделать? Или… — Ты чё, ревнуешь что ли? — Рок сдвигает ноги вместе, отчего голова Сугилита оказывается зажатой между ляжек, и тянет колени к груди. Сугилит, не ожидавший такого напора, наклоняется вниз и опирается двумя руками по обе стороны от головы Рока, продолжая избегать взгляда. — Я блять даже не знаю, как выразить свои мысли, просто хочу тебя трахнуть так, чтоб ноги онемели, и ты забыл про всех остальных, чтобы только обо мне думал. — Фу, как одновременно пошло и романтично, — со смехом произносит Рок и хватает Сугилита за подбородок, наконец-то встречаясь с ним глазами. Он сжимает пальцы, отчего губы Сугилита складываются уточкой, и это вызывает приступ умиления. Рок тут же сбрасывает с себя это чувство, потому что не до этого сейчас. — Знаешь, когда я последний раз просто задумывался о сексе с кем-то другим? Сугилит поднимает брови вверх в ожидании ответа, ощущая жар от кожи Рока. Они всё ещё голые, всё ещё возбуждённые, но сейчас ведь самое время душещипательных разговоров. — Я хуй знает когда, Сугилит, мне это не надо. Я флиртую просто потому что общаюсь так, я не целовался и не обнимался с той женщиной за углом, я забирал у нее свою копию сценария. Я понимаю, что у тебя есть право думать обо мне ужасные вещи из-за того, как мы начинали наши отношения, но сейчас мне это не нужно, — Рок скользит аккуратно ладонями по шее Сугилита, слегка царапает ноготками за ухом и наслаждается тихим слетевшим с губ напротив стоном. Они действительно ужасно начали свои отношения, когда Рок вернулся обратно. Постоянно расставались, сходились, мирились, ссорились, но сейчас всё спокойно, а Сугилит всё равно на жопе ровно усидеть не может. — Мне нравится то, что есть между нами, мне нравишься ты, мне незачем бегать налево ради какого-то секундного удовольствия. Как я могу поменять это на что-то другое? Он обводит ладонью всего Сугилита, задерживая взгляд на мышцах, которые хочется сжать или укусить, на волосах на груди, в которые Рок не против зарыться носом; в конце концов смотрит на член, который давно уже должен был оказаться в нем, но они все ещё занимаются какой-то хернёй. — О-о, это так мило, я сейчас расплачусь, — протягивает Сугилит, испытывающий теперь толику стыда за свой прилив ревности. Они оба иногда ревнуют, в этом нет ничего страшного, просто сегодня это дошло до своей конечной точки. Рок тянет Сугилита на себя, выпуская его из тесноты сжатых ног, и они начинают целоваться. Медленно, растягивая каждую секунду этого мгновения. Пальцы Сугилита зарываются в волосы Рока, он лишь слегка углубляет поцелуй, а потом вновь возвращается к тому, чтобы продолжать сминать губы. Они будто бы подростки, которые не стараются зайти дальше, просто наслаждаются моментом, но внизу всё равно всё сводит от возбуждения, потому что этого не избежать. Рок шарится ладонью по широкой спине, царапается, когда его кусают за губу и смеётся. — Прости, я идиот, — тихо выдыхает Сугилит, понимая, что действительно погорячился, но все равно рад этому короткому разговору и признанию в чувствах. Ему нравится, когда Рок показывает свою любовь, потому что, когда это делает Сугилит, тот смешно краснеет и отрицает это. — Я знаю. — Рок закатывает глаза и неуклюже выворачивается из-под Сугилита, вставая ногами на пол, а руками опираясь на кровать. — Кто-то обещал выебать так, что ноги онемеют, у тебя девять минут. Он говорит с вызовом, буквально заставляя Сугилита наброситься на него. Позволяет не сдерживаться, когда его прижимают к кровати за волосы, когда ноги раздвигают сильнее, и он чуть ли не наступает каблуком туфель на Сугилита, который тоже все ещё стоит в кроссовках и спущенных до щиколоток шортах. — В этот раз не назовешь скорострелом? — Смеётся Сугилит возле ушной раковины, Рок от этого выздрагивает и блаженно прикрывает глаза. Возле ануса ощущается влага от смазки, которая, как обычно, валялась в сумке Сугилита. Палец входит неожиданно быстро, отчего жгучие ощущения разливаются по всему телу. — Только если ты кончишь раньше меня, — кожа покрывается мурашками, все тело напрягается, и Рок старается не думать о том, что за хлипкой дверью сейчас ходят люди, его друзья, знакомые, коллеги. В любой момент кто-то может зайти и вызвать его. Сугилит так быстро двигает уже двумя пальцами и толкает следом третий, что не удаётся вовремя себя перенастроить на нужную волну. Рок отвлекается на неприятные ощущения, кусает ребро ладони и поднимается на носочки, то ли насаживаясь на пальцы глубже, то ли пытаясь скинуть их с себя. Становится слишком жарко, воздуха не хватает, и они оба шумно дышат, отчего голова идёт кругом. Такая быстрая растяжка не первая у них и явно не последняя, но это привносит в их сексуальную жизнь особую остроту. Когда внутри всё горит и нужно правильно расслабиться, отвлечься, Сугилит помогает в этом и целует в оттопыренные лопатки. Это заставляет Рока простонать чуть громче и вильнуть бедрами навстречу. Он чувствует напряжение Сугилита, когда тот толкается головкой члена. — Тих, тих, — грубый смех разливается в тесном помещении, вызывая у Рока новую порцию дрожи. Он пытается уползти вперёд, но его хватают за бедра и насаживают обратно на член. — Блять. — Твой писклявый голосок услада для моих ушей, — урчит Сугилит. Облизывает губы, прикрывает от удовольствия глаза и пошире расставляет ноги, входя в Рока по самые яйца. В ответ тот громко стонет и запрокидывает голову, Сугилит видит в этом отличную возможность поиздеваться над своим партнёром и берёт его на удушающий. Они ложатся полностью на кровать, и Рок закатывает тут же глаза, ведь ему перекрывают воздух. Никуда не двинуться, ни дёрнуться, вообще ничего сделать не может, лишь захлёбываться стонами и умолять Сугилита не останавливаться, потому что член так хорошо входит, распирая его изнутри. И этот идиот действительно мог подумать, что он променяет такой шикарный секс на что-то другое? Рок уже даже представить не может своей жизни без Сугилита, просто в голове не укладывается, что рядом будет кто-то другой, этот придурок слишком сильно подходит ему, и это отрицать просто невозможно. Рация, лежащая все это время на столе, сначала трещит, а потом голос коротко оповещает, что Линдберга ищут. Но тому сейчас явно не до этого. — Господи, не останавливайся, разрешаю тебе задушить меня нахуй, — тараторит Рок и довольно улыбается, когда слышит возле уха смех Сугилита, а мышцы рук напрягаются, из-за чего его сильнее начинают душить. Слюна стекает по подбородку, внизу всё собирается в единый ком удовольствия, который вот-вот лопнет. Кончать одновременно они никогда не умели, но кажется сейчас… Рок ощущает рваные движения Сугилита, который изо всех сил жмурится, сам постанывает от удовольствия и ослабляет хватку на шее, когда ощущает, что уже слишком. Он опирается ладонями возле головы Рока, пока тот пытается прийти в себя, и начинает входить слишком глубоко. — Господин Линдберг… три минуты… — связь в рации прерывается, они оба даже не обращают внимания на лишний шум. Рок кончает слишком тихо. Выгибается дугой, открывает рот, будто бы вот-вот громко закричит от удовольствия, но у него получается лишь хрипло выдохнуть. Сугилит резко выходит и кончает на копчик, упираясь лбом в затылок Рока. Волосы у него влажные, спутавшиеся, но пахнут все равно вкусно, отчего Сугилит, будто бы пьяный, двигает наобум носом. — Щекотно, придурок, — Рок неуверенно пытается сбросить с себя Сугилита, наслаждаясь секундами нежности, которые нужно срочно прервать. Это может растянуться надолго, а у него вот-вот следующую сцену снимать начнут. Сугилит перекатывается набок, наблюдая, как Рок наспех вытирает салфетками спину, бросает их куда попадет. Приходится сначала разуться, неуклюже накинуть рубашку, подхватить с пола трусы с брюками, и всё это заставляет Сугилита только лениво улыбаться, потому что Рок не может удержать равновесие. — Я буду ждать тебя на площадке, — негромко произносит Рок, ловя мягкий взгляд Сугилита, прежде чем выскочить из вагончика, говоря что-то в рацию. Возможно, Сугилиту совсем немного не хватило привычных для них «лежаний» после секса. Когда просто лениво валяетесь друг с другом, и каждый занят чем-то своим. В этом есть свой особый шарм, который нравится Сугилиту, но сейчас ему хватает и этого тихого «буду ждать». Нужно прекращать ревновать Рока к каждому столбу, хотя, кто не ревнует, тот не занимается страстным сексом? Сугилит смеётся своим мыслям и подхватывает с пола свою одежду, потому что ему нужно присутствовать во время процесса съёмок.