Я хочу почувствовать твои эмоции

Дождь за окном превратил город в размытое месиво огней, которые светились разными цветами от белого к красным огням. Эти огни были фонарями, часть огней которые были от протектора фар машин, и от диких офисов которые были рядом. Квартира, которая была на самом последнем этаже принадлежала Теодора. В квартире Теодора всё иначе: густой запах табака, старые и новые книги, подписки с разными документами и лёгкий оттенок кедра, крутой стоял возле стола, и с Теодора всегда исходил этот запах. Теодор сидел в кресле, перебирал бумаги и разные документы связанные с работой, но его мысли бродили где-то далеко. Напротив, на диване, расположился лежащий Норман, который лежал и отдыхал после тяжёлого рабочего дня, он делал много вещей, которые были для него тяжёлыми, как и всегда были и новыми. Между Теодором и Норманом была разница в шесть лет, это казались огромной разницей и одновременно связывающей нитью, после некоторых событиях связанных со заметной ямой. Теодору на этот уже момент было 27 лет, а вот Норману только 21. Норман мысленно в голос думал о дальнейшей работе, но его мысли занялись ещё и Теодором. — Ты слишком громко думаешь, Норман, — тихо сказал Теодор, отложив неотложные бумаги на другой конец стола, и взял другие документы. Его голос был низкий и мягкий, заставил парня задрожать. Норман повернул голову к нему, в его глазах плясали отблески чего-то другого, а ещё обожание и немного страха. — Просто, думаю о тебе. Это грех? — сказал Норман, посмотрел в потолок. Теодор сначала вздохнул, а потом встал. Его каждое движение уверенное и спокойное. Мужчина подошёл к дивану и сел рядом. Норман уселся и подвинулся к мужчине. Они так близко находись, что казалось, воздух между ними стал общим. Теодор не спешил. Он перехватил руку Нормана, удерживая её с мягкой уверенностью, и прижал палец к жилке на запястье, которая будто двигалась от страха и волнения. Гласс замер, прислушиваясь к чужому страху или восторгу, запертому внутри. Сердце Нормана заколотилось быстрее, и Теодор почувствовал, как ритм отдается в его собственных венах. Он склонил голову ниже, так что его дыхание коснулось кожи руки парня, и слабо выдохнул. — Боишься меня? — поинтересовался Теодор, наклонив голову сильнее. — Нет, — ответил Норман, хотя его пальцы дрожали, выдавая его страх. Страх который он испытывал ещё не первый раз.  — Когда ты рядом, я забываю, как дышать. Теодор усмехнулся угольками губ, его улыбка едва была заметной. Гласс наклонился, и Норман почувствовал тепло на своей пояснице; а именно Теодор нежно и легко коснулся лица парня. Прохладные пальцы мужчины на горящих щеках парня, заставили Нормана закрыл глаза, отдаваясь ощущениям. Теодор медленно обводил контур лица, от виска до подбородка. — У тебя слишком лживые глаза, такие самые что были во время змеиной ямы, — прошептал Теодор на ухо, от чего у Нормана мурашки побежали по коже. — В них столько желания… Он убрал прядь волос с лба Нормана, из-за неожиданности Норман задрожал. Дальше Теодор случайно и слабо доторкнулся к мочки уха. Норман даже не был против, а только подался ему навстречу. Теодор подался вперёд, мягко нарушая границы их личного пространства. Когда их губы встретились, мир вокруг перестал существовать. Это было осторожное исследование, нежный вопрос, на который Норман ответил всем сердцем. Поцелуй углублялся постепенно, становясь сильнее и глубже. Норман впитывал вкус кофе, которые остались на губах Теодора. Гласс выпил сорок минут назад кофе; и чего-то неуловимо прямого запаха кофе и кедра. В этом поцелуи было столько невысказанных слов, что у Нормана перехватило дыхание, а в груди всё затрепетало и замерло, словно в ожидании чего-то неизбежного. Через время Теодор отстранился, и их дыхание смешалось, они пытались вдыхать больше воздуха. Он заглянул в глаза Норману, и в этом взгляде было больше чем парень смог и приставить. — Скажи, чего ты хочешь, — голос Теодора стал немного жёстче и спокойным, но и немного чувствовалось власти. Гласс давал ему право выбирать, но то что тот захочет сделать. — Тебя всего, — голос Нормана сорвался, как и дыхание. На его щеках появился заметный румянец, а сердце колотилось сильнее. Теодор положил руки на плечи парня, и намного подтолкнул, наклонил его на подушку, нависая сверху. Своей тяжестью он притягивался к парню; медленно и легко переместил поцелуи на шею Нормана. Поцелуи были не простыми, он так оставлял свои метки на нем. Засосы, лёгкие укусы, которые ставили пятнами на бледной коже. Норман выгнулся, впиваясь пальцами в плечи Теодора. На каждый укус отвечал тихий стон, который Теодор тут же глушил поцелуем. Когда Теодор выдел все эти метки, он чувствовал страсть, радость и желание продолжить отправлять свои метки, показывая что парень принадлежит ему. — Теперь ты пахнешь мной, как и помечен, — прошептал Теодор, вдыхая аромат кожи паренька, который смешанный с парфюмом свежих роз. Теодор решил избавиться от одежды. И со временем они оказались голыми. От света их тела казались как красивые нежные скульптуры. Гласс был невероятно нежен. Он доторкнулся к рукам парня, переплитали пальцы, прижимая руки Нормана к подушке; руки держал он крепко, давая чувство безопасность. Норман смотрел на Теодора, его ресницы вздрагивали, лицо меняется, когда пропадает маска в его глазах. В расширенных зрачках Нормана Теодор видел себя будто в зеркале, серьезного и счастливого. А после смущения Норман посмотрел в другую сторону, ему было очень стыдно, с сердце билось сильнее. — Посмотри на меня, Норман, — приказал Теодор, когда ритм участился, а его сердце билось в ритм дыхания. Норман посмотрел тому в глаза. Парень видел все эмоции на лице мужчины, который был для него всем. В этот момент они будто стали одним целым. После всё стихло, будто никто не дышал из них, боясь каких-то дальнейших действий. Теодор прижался Норману, а тот уткнулся лбом в грудь, слушая, как выравнивается сердцебиение Нормана. — Всё хорошо? — тихо спросил Теодор, поглаживая его по бедру, закрывая глаза. Норман кивнул. Он хотелось чтобы момент остался навсегда — с запахом кедра и в близости, и в руках Теодора. Теодор открыл глаза, с после приподнял лицо Нормана и коснулся лба губами, целуя лоб долгим поцелуем, подтверждая, что за чувствами стоит нечто большее, чем Норман мог представить. — Тебе нужно отдохнуть, — прошептал Теодор, его голова легла на ключицу паренька. — Я буду здесь когда ты проснешься. — Спасибо вам. — сказал шепотом Норман, он стискал легонько руку парня, дыхание стало спокойным, как и сердцебиение тоже.— Я рад что встретился с вами тогда.. Теодор улыбнулся; а Норман со временем уснул, согретый теплом Теодора, чувствуя отголоски той невероятной близости, которой он так долго мечтал. Теодор посмотрел как тот сладко спит, ему было приятно. Он снова нежно поцеловал того в лоб и сам тоже уснул попозже.

***

На следующей утро, Норман проснулся от того что занавеске на окна были открыты, а Теодор не был рядом. Конечно, мужчина сидел за столом и пил ароматные кофе, опять перебирая документы. Теодор почувствовал взгляд, и приподнял голову. Глава мужчины были спокойными и нелепыми, дыхание ровное. — Ты проснулся. Доброе утро. — сказал с улыбкой на лице Теодор, отпил немного своего кофе. — Доброе утро. — сказал Норман, он укрылся хорошо одеялом, чтобы потом сходить в душ. — Вы давно встали? — Конечно, ещё два часа назад. Сейчас пол десятого утра. — пояснил тот, глаза мужчины бегали то на документы, то на паренька. — Скоро приедет доставка и мы поемо. Со временем Норман пошел в душ, его дыхание было и спокойным; сердцебиение участилось из-за мысли, что Теодор мог бы с пить пойти в душ. После выхода из ванной в переходной одежде, он заметил что доставка принесла обед, два десерта и пару пачек суш. — Ты вовремя вышел. Будем завтракать. — сказал с улыбкой Тейлор, заставляя все на стол. — Да. — Норман согласился. После они сели за стол. Теодор частично кормил парня; Норману было приятно, и на его щеках появился румянец. Сладкий завтрак сделал из жизнь больше веселой. Норман взял парня за галстук, дыхание было быстрее и теплое. Он потянул мужчину к себе и поцеловал в губы. Теодор ответил на поцелуй, углубляя поцелуй, а рука оказалась на спине парня. Губы Нормана были сладкое после десерта, это углубило чувство вкуса. — Ты мне нравишься. — сказал Норман разрывая поцелуй и его дыхание было событие. — И ты был прав, я рад что мы встретились тогда. Теодор улыбнулся, притянул к себе; он обнял его покрепче, чтобы не забыть это момент.