След от помады

Светлые глаза неотрывно следят за тем, как рука натренированным движением красит губы ярко-красной помадой. Изящные острые стрелки, как и остальной макияж, уже были готовы и ждали завершения образа. — Черт, — выругалась она, когда контур оказался неровным. — Что такое, милая? — Послышалось за спиной. В отражении зеркала появился собранный Ксандр. «Парадный китель ему очень к лицу», — пронеслось в голове Райны. Но вместо комплимента ответила: — Помада криво легла. — Она надула губы, опустив уголки рта вниз. Ксандр сделал шаг ближе к девушке, положил ладонь на подбородок и повернул ее лицо к себе. Он рассмотрел ее работу с наигранным скепсисом, потом его ладонь переместилась на челюсть и через мгновение щеки Райны оказались мягко зажаты между его большим пальцем и остальными. Поцелуй стал неожиданностью. Его губы требовательно сминали ее, нарочно превращая единственную неудачно проведенную линию в бесформенную кашу. Когда Ксандр все же оторвался от Райны, произнес: — Так гораздо лучше, детка. — И ухмыльнулся. В зеркале Райна увидела страшное — от помады остались лишь воспоминания и разводы вокруг губ, зато рот Ксандра принял более алый оттенок, чем обычно. И, хотя Райна не держала обиды за испорченный макияж, перед выходом она резко схватила Ксандра за верх кителя, вынуждая наклониться к ней. — Захочешь сегодня глазеть на других красоток, — убью, — прошептала ему прямо в ухо. Затем отодвинула край воротника и оставила яркий поцелуй на уголке его челюсти. Кончики пальцев успели почувствовать легкую вибрацию под кожей на шее мужчины, когда тот начал смеяться из-за ее выходки. Удовольствие от оставленного собственнического следа разлилось по всему телу, наполняя ее необъяснимой радостью. — Пойдем, Райна, нас уже заждались. — Ксандр согнул руку, предлагая девушке принять приглашение. И Райна отозвалась. Ее ладонь, окутанная темной полупрозрачной тканью, легла на сгиб локтя, а губы сложились в хитрую усмешку. День Розы, куда они собирались, станет первым светским мероприятием, где Райна и Ксандр покажутся вместе. И пусть ни о каком статусе «официальной пары» речи не идет ни в жизни, ни в обществе, попасть на праздник со своим комендантом Райна… была рада. Они ехали на его машине и от того, как ван Хейс накрыл ее руку своей ладонью, внутри все горело. Большой палец огладил внешнюю сторону кисти, вызывав волну бабочек в животе, отчего девушка отвернулась, не желая показывать, как сильно закусила губу в попытках спрятать улыбку. Их отношения — сплошные сложности и неопределенности. Никакой стабильности, кроме тех случаев, когда один навещает второго ночью. Никакой точности, кроме времени, в которое нужно покинуть чужую квартиру. Никаких чувств, кроме тех, что испытываются в моменты близости. Они не встречались. И не клялись друг другу в верности. Никто не ждет, что что-то изменится, ведь двигаться попросту некуда. И Райна, пусть она в это на самом деле не верит, не хотела, чтобы вечер обернулся чем-то… непредвиденным. — Вот мы и на месте. — Голос Ксандра отвлек от размышлений. Башня Правительства возвышалась прямо перед Райной. Впервые за недолгое пребывание в Ковчеге ей выпала такая уникальная возможность — оказаться настолько близко. Величественное место манило к себе своей таинственностью и силой, которая ощущалась вокруг, проникала под кожу. Дорога к зданию была украшена длинным карминным ковром, по всей длине которого тянулись невысокие фонари, освещающие пространство для гостей. Члены Четвертого Отдела стояли также вдоль дорожки, но чуть поодаль, чтобы не мешать людям заходить и одновременно не оставлять их без присмотра. Однако как бы впечатления не наполняли голову, взгляд сильнее всего цеплялся за партнера. — Что, любуешься? — хитро спросил ван Хейс, все свое внимание устремив на Райну. Она нахмурилась, смутившись. — Смотрю не стер ли ты… — Райна указала пальцем себе на шею, чтобы не произносить вслух ужасно неловкие слова. Ксандр отвернулся с тихим смешком, открывая для взора пылких глаз след от поцелуя. — Не беспокойся, детка, сегодня я весь твой, — еле слышно произнес мужчина перед тем, как направиться ко входу. Обжигающе горячая ладонь на талии, которую укрывает только черная сеточка, заданный твердыми шагами темп, и опасная близость с тихим запахом одеколоном. Зал, наполненный гостями из разных слоев общества, был огромным. Райна никогда не видела ничего подобного. Высоченные потолки терялись в полумраке, где угадывались очертания тяжелой люстры. Ее свет струился вниз, выхватывая из темноты блеск мрамора, золото украшений и бесконечные отражения в зеркалах. Это был мир, куда таким, как она, вход был заказан — и вот она здесь. Немногие из гостей выглядели такими же удивленными, как и она. Вероятно, жителям Второго Округа попасть сюда легче, чем жителям Первого. Да и к роскоши такие люди привыкли больше, ведь живут значительно дальше от Стены. Их наряды — искусство. Мужские костюмы подшиты по фигуре, строго выглажены, и туфли отполированы воском, а для описания даже парочки женских платьев не хватит слов со всех городов. Разнообразие силуэтов, тканей, обуви, причесок и макияжей — вот что представляли из себя образы дам. И это действительно покорило привыкшую к простоте вокруг Райну. В той части зала, где остановилась Райна, гости располагались группками. Многие время от времени меняли компанию или отходили за напитками или закусками, столики с которыми находились около стен. Впрочем, были и редкие официанты, разносившие холодное игристое и забиравшие пустые бокалы. Разговоры не привлекали. Да и зачем Райне заводить знакомства в таком месте? Она никогда больше не свидится ни с одним присутствующим здесь человеком, к тому же и рассказать о себе ей нечего. «Как Вы попали сюда, мисс Рейн?» — спросили бы ее. А в ответ она — что? «Меня пригласили». «То есть Вы никак не заработали свое место здесь?» — «Вероятно, нет» — «А я слышала, что жителям Первого Округа, к которому Вы также относитесь, нужно работать больше всех, чтобы получить…». — О чем задумалась? — Ни о чем. — Райна отвернулась в другую от Ксандра сторону. Но неожиданно нахмурившись, все же обернулась: — Куда ты ходил? В ответ она получила хмык. — За напитками, — с этими словами Ксандр протянул ей полный бокал с шампанским. Приняв его, Райна сделала небольшой глоток. На язык попала сладковатая прохлада, щекочущая и невесомая, не имеющая ничего общего с пойлом из ее сектора. Никогда раньше она не пробовала хороший алкоголь, как этот, подаваемый на главном празднике Ковчега. Райна покрутила бокал в руке, наблюдая за игрой пузырьков. Стоит быть осторожнее — игристое пилось слишком легко. — Скучаешь? — Да. Делать здесь совершенно нечего. — Такой ответ развеселил ван Хейса. Первый смешок он выдохнул, а потом провел языком по верхним зубам, сдерживая остальные. Взгляд задержался на лице девушки — собранном, слегка растерянном, не похожим на привычное и будто незнакомом. Райна поймала себя на мысли, что сейчас он видел ее иначе. Без ярости. Без похоти. Просто видел. Когда с напитками было покончено, Ксандр протянул Райне руку в молчаливом приглашении. Она подняла одну бровь. — Потанцуем? Порыв ответить нечто ехидное испарился, когда сердце неожиданно пропустило удар. Райна лишь молча вложила ладонь в его и последовала в другую часть зала. Пары кружили по залу, создавая незамысловатые узоры. Завораживающе было смотреть, как в один момент все девушки отклонились с вытянутой рукой, а потом вмиг возвратились, прижавшись к партнерам спиной. С непоколебимой уверенностью Ксандр подошел к танцующим. Обернувшись к Райне, он положил одну руку ей на талию, а вторую поднял в нужное положение, переплетая их пальцы. Райна, почти автоматически, положила ладонь ему на плечо. Одна только ухмылка коменданта стала сигналом — Ксандр повел Райну в танце, делая первое движение.

***

— Вы танцуете? — вопрос раздается из-за спины. Одному женскому голосу вторят еще два тихими смешками. Райна обернулась посмотреть, кто разговаривает таким приторным голоском. Какая-то блондинка в серебряном облегающем платье с пайетками мило улыбалась… Ксандру. Ее подруги стояли чуть позади и прикрывали улыбки ладонями. — Вы стоите здесь, такой симпатичный мужчина, совсем один. Явно скучаете, не правда ли? — продолжала заигрывать девушка. Но прежде, чем Ксандр успел открыть рот, Райна подошла ближе, положив ладонь тому на плечо. Она по-хозяйски взяла его за подбородок, повернув в свою сторону так, чтобы след от ее помады открылся для чужих глаз. И для большей убедительности Райна вытянула свои губы вперед и придвинулась ближе. Блондинка в ответ лишь закатила глаза и едко усмехнулась, но Райна видела, что ее действия задели гордость этой светской львицы. И поделом. — Что такое, птичка моя? Ревнуешь? — проворковал Ксандр, пока Райна его еще не отпустила. — О нет, дорогой, нисколько, — она нагло врала ему. Сердцем чувствовала, но разумом еще не осознавала этого. — Не им ты жизнь отравляешь, у нас с тобой, если ты не забыл, личные счеты. Он засмеялся — она резко убрала руки. — Но раз ты мне не дала развеять мою скуку, придется отрабатывать, сладкая. — С этими словами Ксандр властно притянул Райну к себе за талию и вновь повел ее в сторону вальсирующих. То ли дело в алкоголе, которого оказалось слишком много, то ли воздух изменился, то ли вообще виновата откровенная близость партнера и его обволакивающий запах, но в голову что-то ударило, а дыхание сбилось. Поэтому первый шаг, сделанный в объятиях, потерялся среди бури эмоций. Второй, третий… Они кружились, словно находились только вдвоем. Ладони потеряли любые границы, как и взгляды, как и мысли. Райна прогнулась в пояснице, Ксандр провел пальцами по ее торсу: между грудей, вверх по открывшейся шее. Она вернулась, повернулась, провела ладонью по его предплечью и приоткрыла губы, чтобы вдохнуть. Она точно сошла с ума, если позволяет вести себя подобным образом посреди огромного зала, наполненного людьми самого разного положения. В основном, конечно, высокого. Но неожиданно для себя Райна совершенно не задумывалась о том, как выглядела в этот момент в глазах других, пока Ксандр… вел ее в танце. Конечно «вел», пусть и в голове горит совершенно другое слово. — Я так сильно хочу тебя поцеловать, Рейн, — едва слышно проговорил Ксандр. Он выглядел расстроенным из-за сдерживаемых эмоций, которые невозможно будет контролировать, если ящик Пандоры приоткроется хоть на полдюйма. — Давай сбежим, — шепот тихий, но Райне кажется, будто Ксандр это прокричал и вложил ей в голову. Сердце билось быстро и заглушало любые другие звуки, но только по движению своих губ и стремительной реакции партнера, она поняла, что согласилась. Как они добрались до квартиры… Райна не запомнила. Внутри было только желание. Глубокое, облепляющее, сбивающее с толку. В этот раз она уже не скрывала своего интереса. Смотрела открыто, жадно, позволяя себе то, что обычно прятала. А вот он в свою очередь вел себя сдержаннее — никаких касаний, только взгляды. Щелчок в замочной скважине разделил вечер на до и после. Как только они оказались внутри, Ксандр вдавил Райну в ближайшую стенку и наклонился. Он остановился в паре сантиметров, хотя видел, как раскрылись ее губы в ожидании поцелуя, поднял взгляд чуть выше — к глазам, — чтобы заметить в расширенных зрачках непоколебимую решимость. И пока Ксандр рассматривал лицо напротив, Райна пропустила пару его прядок сквозь свои пальцы, прежде чем сжать их и надавить на затылок, вынуждая избавиться от расстояния между ними. Она успела выучить как ему нравится целоваться за все то уже продолжительное время их близости. Однако каждый раз Райна изводила Ксандра своим «непослушанием», как он это называет. Знала, что он возбуждается сильнее, если она позволяет углубить поцелуй; знала, что не любит, когда она начинает с укусов; знала, что любит первым переходить на шею; но также Райна знала, что ему сильнее всего нравится — когда все происходит наоборот. Поэтому Райна практически сразу переключилась на его шею, покрывая ее алыми отметинами. Поцелуй под самой челюстью, затем чуть вниз и вправо, затем… забылась, натянула его волосы у корней и продолжила целовать те участки кожи, которые привлекали сильнее всего. Райна развязно, мокро провела языком снизу вверх по кадыку, а следом почувствовала как напряглись ладони на ее талии. Вздох вырвался из нее, когда на глаза попались следы от помады на чужой коже. — Боже, — выдохнула она. Подняла взгляд, сталкиваясь им с Ксандром. — Раздевайся, — произнесла Райна и чуть закусила нижнюю губу. Ее руки зацепились за воротник кителя, потом за пуговицы. Пальцы слегка подрагивали, но это не останавливало девушку, продолжавшую свою кропотливую работу. Наконец серая ткань оказалась на полу, а за ней и все остальные, укрывавшие тело Ксандра. Женские пальцы пробежали по напряженным мышцам живота, вызвав тихий выдох сквозь сжатые зубы. Его грудь двигалась столь же быстро, как и ее. И это неожиданное сравнение сбило и без того нестабильное дыхание. — Я хочу… чтобы ты весь был в моих поцелуях, — прошептала Райна. Она подняла взгляд и увидела в глазах напротив хитрую искорку. Сильные руки подхватили Райну под бедра, чтобы перенести в спальню. Так хорошо знакомую спальню… Он повалил ее на кровать и опустился рядом, когда она села. Ксандр видел в ней коварство, с которым Райна нанесла красную помаду и оставила новый поцелуй под его левой ключицей. Он отклонился, позволяя перекрашивать свою смуглую кожу в яркий красный. Райна склонилась над грудью Ксандра, упираясь одной рукой в его бедро, а другой — в ребра. Она медленно, словно издеваясь, но с точностью перфекциониста покрывала идеальными отпечатками губ его тело. Двигаясь сверху вниз… в один момент резкое движение женских рук раздвинуло мужские колени. Райна опустилась между ними — ведь так удобнее, — и не разрывая зрительного контакта она… оставила поцелуй у пупка, чуть ниже, еще, пока не уперлась в пояс брюк. Отодвинув слегка ткань, она выдохнула через нос прежде чем оставить завершающую отметку. По коже Ксандра пробежали мурашки, что вызвало ухмылку. — Ты столько подкрашивала свои губки, что даже жалко будет снова портить твой макияж, детка, — чуть хрипло произнес Ксандр, заправив прядку ей за ухо и задержав руку на щеке. Он поманил ее вверх, увлекая в поцелуй. Но продержались они в вертикальном положении недолго: Ксандр отклонился назад, вынуждая Райну нависнуть над ним. Не отрываясь от ее губ ни на мгновение, Ксандр оставлял свои бесцветные, но горячие отметины ладонями, которые, казалось, были везде. Касались каждой части ее тела, постепенно ослабляя замочки и оставляя полностью раздетой. Руки накрыли нагую грудь, большие пальцы тронули соски, вызвав дрожь в теле Райны. Она отстранилась, и они замерли, глядя друг другу в глаза. Два… или три удара сердца. Сброшенные брюки, сдернутое белье и касания там, где они, безусловно, уже касались, но в этот момент все отчего-то ощущалось иначе. Райна двинула таз ближе к члену, аккуратно подвела его к себе и с тихим вздохом опустилась. Пара секунд — пара ударов сердца — привыкнуть, прежде чем начать медленно двигаться. Ладони Ксандра оглаживали ее колени, но ничего другого он пока не делал, только наслаждался видом дразнящей театральной медлительностью Райны. Почему-то ей не хотелось ускоряться, она желала лишь насладиться этим моментом, приятным чувством наполненности, пока обиды отправлены на задний план. Стон сорвался с губ, когда палец с нажимом провел по клитору. Райна ускорилась, но ненадолго, вскоре прижавшись своей грудью к Ксандру и нашептывая ругательства в челюсть. Ладони на бедрах сжались сильнее, и Ксандр начал двигаться внутри. Они перевернулись и оба на мгновение задохнулись от переполняющих новых ощущений. Не осталось ничего, кроме его дыхания над ухом, его губ, которые находили ее шею даже в этом бешеном ритме, пока она извивалась под ним, царапая плечи.        Последние мощные толчки. Ускользающие от контроля спазмы внутри. Удовольствие накрыло практически одновременно — вынуждая дыхание спотыкаться, а всхлипы срываться с губ.        Ксандр упирался лбом в шею Райны — она вяло поглаживала его затылок. Мир сузился до размера этой комнаты. Нет, даже этой кровати. Тяжесть мужского тела, фантомные воспоминания об оргазме, тепло и мягкость постели… Казалось, Райна наконец-то коснулась чего-то такого… необъяснимо благодатного, хотя в этот день мало что отличалось от обычного.        На краю сознания проползла привычная мысль — пора собираться. Взять вещи и уйти, как всегда. Но тело отчего-то не слушалось. Или не хотело слушаться. Сделав попытку, Райна услышала лишь приглушенное мычание где-то около основания своей шеи. Она мягко улыбнулась:        — Мне пора, — проговорила едва слышно, — у нас ведь уговор. — К черту уговор, — прорычал Ксандр, приподнявшись на локтях. — Хочешь, можем повторить прямо сейчас? В его темных глазах горела решимость. Райна провела кончиками пальцев по шраму, который напоминал о дне их первой встречи, по помаде, которая превратилась в размазанный беспорядок, поймала его взгляд и медленно покачала головой, отказываясь. Она не забыла все то, что он сделал, нет. Лишь притупила. И сейчас старается воскресить в воспоминаниях те ужасные сцены, диалоги и поступки, которые буквально кричали, какой Ксандр ублюдок. Но на ум ничего не приходило. Такая бесстрастная пустота. Она смотрела на него и не находила ненависти. Только усталость. Только тепло. Только желание остаться.        Райна закрыла глаза.        Утро бурной ночи мудренее.