Что такое счастье?

Мэри давно оставила веру сказку, хоть ее жизнь и называли со стороны бесконечным праздником. Она была взрослой в самом отрицательном смысле этого слова: распорядок дня, мелочные задачи, холодный расчет, жизнь по средствам. Так уж вышло, что расчувствовавшихся невест, женихов, отцов и матерей она видела регулярно, чтобы хоть как-то сопереживать. Приелось. Одна-единственная встреча в парке со Стивом — и вот, наша Мэри уже не может контролировать эмоции, как раньше. Распорядок дня сменился сумбуром, мелочные задачи теперь запоминаются у другого, холодный расчет отскочил в сторону, как ледышка с крыши, а средства не стали нести ценности. Она подолгу сидит на месте, чтобы успокоить бурю в груди и понимает, что всю свою жизнь не знала счастья. Стив стал идеалом, смыслом и целью, но он принадлежал другой по праву. Было бы нечестно уводить его из-под венца. Сердце не на месте, все кажется не таким, как обычно. Хочется как в детстве: взять куклу барби и разыграть представление с кеном, который будет о ней заботиться всю свою воображаемую жизнь, чтобы отбросить мечты о несбыточном. Он сам ее находит, говорит отчаянно влюбленным тоном о лучиках в ее глазах, которые его покорили. Она пытается стать прежней и отказывает, даже невесте его говорит добрые слова, чтобы брак все же состоялся и вся ее жизнь в выборе брачных нарядов и украшений для залов, не была напрасной. Все же она считала себя профессионалом, а не ветреницей, которая способна увести жениха из-под венца, поддаваясь пустому собственничеству. Неправильно. Совсем неправильно. Тот жених, который клянется в том, что сделает ради нее все, вызывает грусть, а не радость, но она дает ему согласие, чтобы хоть раз увидеть счастье, заключающееся по делу только в холодном расчете, что она осознает, надев на себя свадебное платье. Мэри, Мэри, Мэри… Как же она плохо знает саму себя! Она из какого-то странного порыва убегает в тот самый парк, где была со Стивом, чтобы предаться эмоциям и ест только коричневые конфеты, как и Стив, потому что в тех меньше всего красителей. И эта мелочь хорошо запомнилась. В Мэри сейчас меньше всего уверенности, что она в своем уме. Ей тяжело, но она думает, что справится в одиночку, как это обычно бывало… Но Стив приходит за ней снова, что опять же сбивает с толку… Когда он ее целует, то она думает, что счастье оказалось совсем не таким, как она его представляла. И ее сердце бьется отчаянно в предвкушении новых радостей. Но не одной. А вместе со Стивом. Только сейчас ее глазам становится так же мокро, когда она видит своего расчувствовавшегося отца. Кажется, она поняла нечто новое для себя, что никому озвучивать не станет, а сохранит в глубине своего сердца.