Вдох-Выдох

Хенджин не может идти спокойно в полной темноте. Не смотря на то, что его за талию и руку держал Минхо, предупреждая обо всех порогах и держа так крепко, что даже специально не упасть, Хван все равно хватался руками за все предметы по сторонам, испуганно спрашивая, что это. Минхо уже устало вздыхал, думая, что зря он решил завязать ему глаза так рано. Лучше бы довел нормально до корпоративной квартиры и уже там, внутри, завязал бы глаза. — Хен! Что это?! — Спокойней, котенок. Это дверь. Продолжая крепко прижимать к себе парня за талию, Минхо потянулся к карману за ключами. Открыв дверь, он проталкивает Хенджина внутрь, а потом запирается. Теперь можно было немного выдохнуть. — Постой спокойно. Минхо приседает перед ним и берет Хенджина за руки, укладывая их на свою голову. Он еще в общаге пробовал положить их на плечи, но от испуга Хенджин все равно перемещал их на голову, испуганно выдирая чужие волосы. И сейчас он снова вцепился в него, пока Ли помогал ему разуться. Осталось совсем ерунда. Довести его до кухни и можно было снимать эту чертову повязку. Но Хенджин снова принялся ощупывать шкаф в прихожей, поэтому Минхо быстро подхватил его на руки, услышав вскрик. Но зато теперь он нес его быстрее и увереннее, а Хван не кидался облапывать ближайшее препятствие. — Все. Стой ровно, я снимаю. Хенджин наконец замирает. Когда повязка с глаз спадает, он жмурится от внезапно яркого света, а когда глаза немного привыкают, то видит ужин на столе, украшенный свечами и фарфоровыми статуэтками. Челюсть неприлично раскрывается, но удержать в себе шок Хван не может. Минхо рядом, он мягко прижимается грудью к его спине и осторожно улыбается, будто пытается понять, понравилось ли в итоге Хенджину его творение или нет. — Как тебе? — Это восхитительно! — Хенджин говорит практически на ультразвуке. Он быстро метается глазами по столу, будто не может определиться, что первым начать рассматривать. — Хен, я глазам своим не верю! Ты сделал это для меня? Хенджин быстро оборачивается, заключая старшего в объятия. Минхо сдержанно кивает и быстро чмокает его в губы. — Садись. Минхо подталкивает его к одному из стульев, а потом отодвигает его, приглашая Хенджина сесть. Теперь Хван видит, что и спинки стульев украшены белыми ленточками. Все было расставлено со вкусом до мелочей. С его вкусом. Хенджин едва сдержал слезы. Впервые Минхо настолько сильно заморочился. И не просто ради кого-то, а ради него. Полчаса назад Джисон позвал их смотреть фильм, а Минхо написал в чат, что ему лень выходить из комнаты. Не крикнул, а написал. Хенджин не обратил внимание, пока Джисон не вышел в туалет, а Минхо – к нему с алой повязкой на глаза. — Выглядишь волшебно. У тебя глаза светятся. Хенджин смущенно улыбнулся. Прекращать он не думал. Сейчас хотелось бесконечно хвалить и благодарить хена. Сюрприз удался. Минхо сел напротив него и это спасло его от тысячи поцелуйчиков, если бы он сел рядом. — Спасибо, хен. Это лучший вечер. — Приятного аппетита. Попробуй, пожалуйста. Я так замочился, пока готовил. Хенджину больше не нужно было. Он ловко подцепил пальцами палочки, начиная заворачивать рис и мясо в салатные листы. Получилось лучше, чем в ресторанах. У Минхо по другому и быть не могло. Но все же что-то сегодня было особенным. — Это божественно вкусно, хен. И рис сладковатый. Он прям идеален тут. — Правда? — Да! — Что ж, я рад, что тебе нравится. Кушай. Хенджин, словно верный песик по кличке Котенок, стал поглощать еду. Он и был голоден и ждал Джисона, чтобы пойти поесть. Но тут компания была значительно лучше. Он и сам не заметил, как съел всю порцию, облизывая пухлые губы. Приятные ощущения тут же заполнили весь его организм. Голод ушел, а хорошее настроение заняло его место. — У меня для тебя еще один сюрприз, посиди тут. Минхо встает, проходя мимо Хвана, и по пути быстро целует его в щеку. Хенджин чувствует себя самым счастливым. Словно от сердца вместо крови начинает течь сама Любовь. Внезапно руки становится тяжело оторвать от тела. Вздрогнув, Хенджин замечает Минхо. Точнее, как он связывает его, закрепляя к стулу. Становится слегка не по себе. Прежние хорошие ощущения еще остаются с ним, но с ними уже борется пока еще легкая паника. — Хен… зачем? Я же только поел. — Ничего. Я не собирась делать с тобой ничего грубого. — То есть… ты все это сделал просто чтобы покормить меня и трахнуть? — Ну, не совсем так. Но начало и конец правильные. Просто в середине мы должны еще кое-что решить, чтобы окончательно разобраться во всем. Минхо наливает себе вина в бокал и смотрит на ничего не понимающего Хенджина. Хван же, случайно зацепившись глазами за бокал, понимает, что во рту пересохло. — Хен… я хочу пить. Минхо сразу встает, подходя к нему и подставляя бокал к губам. Вино – не то, чего бы он хотел, но он боится, что если откажется, то будет умирать от жажды. Пару глотков ему удается сделать нормально. Но, попытавшись отстраниться, Хенджин чувствует липкую жидкость у себя на груди. То ли он так неудачно повернулся, то ли… Минхо специально пролил на него остатки. Хенджин успел лишь шикнуть, но потом столкнулся с тяжелым взглядом старшего. Что происходит он совсем не понимал. Однако, опустив взгляд вниз, Хенджин увидел бугорок в своих штанах. И когда он успел возбудиться? Чувства будто приходили к нему с опозданием. Дышать стало тяжело и он шумно вздохнул, облизываясь. — Хен… пожалуйста… скажи мне, что тут происходит?.. Мне страшно... — Не бойся, мой маленький. Минхо ставит бокал на стол и берет салфетку, вытирая подбородок Хенджина. Обычно такая медлительность и непринужденность только возбуждали, а теперь еще и бесили вкупе. — Помнишь наш секс в Японии? Я сказал, что мы вернемся к этому разговору, когда ты будешь готов. Прошло полгода, Хенджин. Пол, гребанных, года. Наш секс не изменился. Я лишь начал больше ухаживать за тобой. Хочешь сказать еще боишься? Еще не привык? Еще не готов? — Хен… — Я решил помочь тебе определиться. Посмотри в глаза своему страху. Я подсыпал афродизиак в свою еду. Не бойся, я не хотел сделать тебе больно или навредить. Он ничем для тебя не опасен. Но… разве что… Минхо медленно садится на колени и тычет пальцем в твердый бугорок между ног Хенджина. Теперь Хван мог сам его ощутить. И особенно то болезненное чувство, когда он до сих пор не на свободе. — Минхо, помоги мне, пожалуйста… — Помогу, котенок. Обязательно помогу. После того, как ты станешь моим. А так как я тебя отпускать не собираюсь… ты будешь сидеть не просто дико возбужденным, но и связанным, пока не ответишь мне взаимностью. Думать сейчас было тяжело. Хенджин совершенно не понимал и не видел в этом никакой проблемы. Почему они не поговорили ранее в постели? Задница зудилась без чужих прикосновений, Хенджин даже думал, что способен сломать этот чертов стул и порвать веревки, чтобы сесть на Минхо. — Я согласен, Минхо. Трахни меня, пожалуйста. — На что ты согласен, Хенджин? — Минхо привстает и теперь уже возвышается над Хваном. — Повторяй за мной. Я согласен быть твоим до скончания дней. Согласен отдать тебе свое сердце и душу, делить стол и постель. Я отрицаю возможность измены и обязуюсь быть преданным только тебе. — Я согласен. Согласен быть твоим до скончания дней. Согласен отдать тебе сердце, душу, стол, постель. Я отрицаю… измену… предательство… Минхо медленно растягивает уголки губ в улыбке и дергает за узел веревки.