Встреча с друзьями

Ло с Окетрой зашли следом за Красавицей. Внутри шатра было 2 стула, стол и хрустальный шар. Сам шатер был освещен за счет свечей внутри. Свечи стояли вдоль стен. Снаружи были факела. Они зашли внутрь. Красавица сказала садится на стулья. Ло с Окетрой послушно сели. Красавица начала: Красавица: -Что у вас за проблемы? Ло: -Мне сегодня приснился кошмар, а на руке появилась надпись... Ло показал надпись Красавице. Ло: -Мы не можем понять, как она появилась, и кто без меня не справится? Красавица прочитала надпись и несколько минут молча сидела, рассматривая хрустальный шар. Когда её окликнула Окетра, что бы она пришла в себя. Красавица перевела взгляд с шара на Ло, потом на Окетру — и вдруг улыбнулась. Не зловеще, а как-то... устало. Красавица: — Вы правда хотите знать? Ло и Окетра переглянулись. Ло кивнул. Красавица: — Эта надпись... она написана не рукой. Не чернилами. Это... след. Отпечаток того, кто потерялся во времени. Он зовёт тебя, Лололошка. И он действительно не справится один. Она замолчала, водя пальцем по ободу шара. Окетра: — Кто это? Джон? Красавица: — И да, и нет. Тот, кого ты знал как Джона... и ещё кое-кто. Они сейчас в одном месте. В одной точке. И если ты не придёшь — они оба исчезнут. Ло: — Оба? Но как... Красавица подняла руку, останавливая его. Красавица: — Времени мало. Пустошь расширяется. Она уже касается Мисра. Видишь эти чёрные частицы по углам? Ло обернулся. В углах шатра действительно клубилась едва заметная тьма... Ло вскочил со стула, но тьма в углах уже начала разрастаться, медленно ползти по полу к центру шатра. Ло: — Что это?! Почему Пустошь здесь? Красавица спокойно поднялась, взяла со стола горсть какого-то фиолетового порошка и бросила его в воздух. Тьма на мгновение замерла. Красавица: — Она идёт за тобой, Лололошка. Вернее, за тем, кто оставил надпись. Вы связаны. Чем дольше ты тянешь, тем ближе Пустошь подбирается к вашему миру. Окетра схватила Ло за руку. Окетра: — Мы пойдём. Скажи нам, куда? Красавица покачала головой. Красавица: — Туда можно войти только одному. Пустошь не терпит лишних. Если вы пойдёте вдвоём — она заберёт вас обоих. Навсегда. В шатре повисла тишина. Слышно было только потрескивание свечей и тихое шипение тьмы по углам. Ло посмотрел на Окетру. В её глазах были слёзы, но она не отпускала его руку. Окетра: — Я не пущу тебя одного. Ло: — Окетра... Окетра: — Нет! Мы только нашли друг друга! Я не... Она не договорила. Ло вдруг улыбнулся — той самой улыбкой, какой улыбался когда-то давно, до всех этих кошмаров. Ло: — Я вернусь. Честно. Он поцеловал её в лоб, потом разжал её пальцы и шагнул в темноту, которая уже почти заполнила шатёр... Тьма поглотила Ло полностью. Окетра рванула следом, но Красавица схватила её за руку — неожиданно сильно для своего хрупкого вида. Красавица: — Стой! Если ты пойдёшь сейчас — он погибнет. Пустошь не прощает глупости. Окетра вырывалась, но Красавица держала крепко. Окетра: — Отпусти! Я не могу просто стоять и... Красавица: — Ты будешь стоять и ждать. Потому что если ты войдёшь в Пустошь сейчас — вы потеряете друг друга навсегда. Время там течёт иначе. Вы можете разминуться на годы, даже не заметив. Окетра замерла. Слёзы текли по щекам. Окетра: — И что мне делать? Просто сидеть и гадать, жив ли он? Красавица: — Ты будешь держать свет. Здесь. В этом мире. Чтобы ему было куда вернуться. Она протянула Окетре маленький фиолетовый камешек, светящийся в темноте. Красавица: — Пока он горит — он жив. Если погаснет... ну, тогда и будешь решать, что делать...

Тем временем в Пустоши...

Ло открыл глаза. Вокруг была серая бесконечность — ни верха, ни низа, ни стен, ни пола. Только лёгкий туман и странный шепот, идущий отовсюду. Он сделал шаг — и вдруг услышал знакомый голос. Голос: — Ло... ты всё-таки пришёл... Из тумана выступила фигура. Высокая, худая, с растрёпанными рыжими волосами. Ло: — Джон?! Джон: — Тише... — он приложил палец к губам. — Здесь нельзя громко. Она услышит. Ло: — Кто? Джон мрачно усмехнулся и указал куда-то вглубь тумана. Там, едва различимая, стояла ещё одна фигура. Такая же, как Джон... но другая. Джон: — Я. Точнее, тот, кем я стал, когда ты не свернул за мной в прошлый раз. Ло застыл. Перед ним стояли двое — один знакомый, другой… чужой, хотя лицо было тем же. Ло: — Я не понимаю… Это ты написал надпись? Джон (настоящий): — Я. Точнее, мы оба. Тот, другой — это я, но… из ветки, где ты меня не догнал. Где я остался в Пустоши один. Тень Джона сделала шаг вперёд. Глаза у неё были тёмные, почти чёрные. Тень Джона: — Ты свернул не туда, Ло. Помнишь? Во сне. Так и случилось в той реальности. Ты побежал в другую сторону, а я остался. И Пустошь… она меня изменила. Ло: — Но это был просто сон! Джон (настоящий): — Для тебя — сон. Для меня — воспоминание. А для него — реальность. Тень Джона подошла ближе. Ло невольно сделал шаг назад. Тень Джона: — Не бойся. Я не враг. Я хочу того же, что и он — выбраться отсюда. Но нас двое, а тело одно. Пустошь раздвоила меня, когда я попытался сбежать. Ло: — И что мне делать? Джон (настоящий): — Ты должен выбрать. Забрать одного из нас. Второй останется здесь навсегда. Ло переводил взгляд с одного Джона на другого. Оба смотрели на него с надеждой. Ло: — Но вы же… оба Джон. Я не могу… Тень Джона: — Ты должен. Иначе мы оба исчезнем. И Пустошь придёт за тобой. За Окетрой. За всеми. Где-то вдали послышался низкий гул — Пустошь просыпалась. Джон (настоящий): — Время уходит, Ло. Решай. Ло закрыл глаза. Сердце колотилось где-то в горле. Два Джона — один родной, другой — искажённый Пустошью, но всё ещё часть того, кого он знал. Ло: — Я не могу выбирать. Вы оба — это ты. Если я оставлю одного... это буду уже не ты. Джон (настоящий): — Ло, если ты не выберешь — мы оба... Ло: — Я слышу. Ло открыл глаза и посмотрел на Тень. Та смотрела в ответ — без злобы, без отчаяния. Просто ждала. Ло: — Скажи... ты помнишь, как мы впервые встретились? Тень Джона: — Ты влетел в портал, не глядя. Я подумал: «Этот идиот разобьётся через пять минут». Ло улыбнулся сквозь страх. Ло: — А ты? — повернулся он к настоящему Джону. Джон: — Я подумал: «С ним не соскучишься». Ло перевёл взгляд с одного на другого. Гул Пустоши становился громче. Вокруг начали появляться трещины — серая пустота раскалывалась. Ло: — Я понял. Он шагнул вперёд — и встал ровно между ними. Ло: — Вы оба — это Джон. Часть его осталась здесь, часть ушла. Но если я заберу одного — второй умрёт. А значит, часть Джона умрёт навсегда. Тень Джона: — Ло, времени нет... Ло: — Я знаю. Ло протянул руки — и взял каждого за руку. Ло: — Я заберу вас обоих. А Пустошь... пусть попробует меня остановить. В тот же миг вокруг них вспыхнул зелёный свет. Лололошка использовал то самое заклинание — Консеко. Но не чтобы сбежать. Чтобы сжать двоих в одно целое. Джон и его Тень вскрикнули — и начали сливаться. Свет становился всё ярче, гул Пустоши превратился в рёв...

Тем временем в шатре Красавицы...

Окетра сидела, сжимая фиолетовый камень. Он мигал — то ярко, то почти угасая. Красавица: — Он делает что-то безумное. Окетра: — Это в его стиле. Вдруг камень вспыхнул так сильно, что Окетра зажмурилась. А когда открыла глаза — перед ней стояли Ло и... Джон. Джон: — Устал? — усмехнулся он, глядя на Ло. Ло: — Есть немного. Окетра смотрела на них, не веря своим глазам. А потом вскочила и повисла на шее у Ло... Прошёл месяц. В Мисре наступила осень. Листья на деревьях вокруг дома Окетры пожелтели и мягко шуршали под ногами. По утрам стало прохладно, но в доме всегда было тепло — особенно по утрам, когда все собирались на кухне. Утро. Кухня. Седрик колдовал у плиты — сегодня его очередь готовить завтрак. С тех пор как Ло вернулся из Пустоши с Джоном, они договорились: готовят по очереди. Но Седрик всё равно умудрялся подходить к плите чаще других — говорил, что «контролирует качество». Абди сидел за столом и лениво листал какую-то книгу, положив ноги на соседний стул. Хануф делала ему замечание каждые пять минут, но без злости — так, для порядка. — Убери ноги, — сказала она, проходя мимо с чашкой чая. — Ага, сейчас, — ответил Абди, даже не пошевелившись. Хануф закатила глаза, но улыбнулась. На крыше. Ло сидел на краю, свесив ноги, и смотрел на закат. Осеннее солнце красиво золотило крыши Мисра. Рядом сидела Окетра, положив голову ему на плечо. — О чём думаешь? — тихо спросила она. — Ни о чём, — улыбнулся Ло. — Просто... хорошо. Она взяла его за руку. — Знаешь, я иногда просыпаюсь ночью и проверяю, есть ли у тебя на руке новая надпись, — призналась Окетра. Ло усмехнулся. — Пустошь больше не позовёт. Я забрал у неё то, что она хотела оставить. — Джона? — Да. И его тень. Теперь они снова одно целое. В этот момент внизу раздался шум. — ЛО! ЗАВТРАК! — заорал Абди так, что, кажется, его было слышно во всём Мисре. Окетра рассмеялась. — Идём? Ло посмотрел на неё, потом на небо, потом снова на неё. — Идём. Он встал, подал ей руку, и они спустились вниз. Кухня. За столом сидели все. Джон только что пришёл — он теперь жил в отдельном домике неподалёку, но завтракать приходил к ним. Кто-то сказал, что так ему спокойнее. Ло знал, что на самом деле Джону просто нравится эта суета. — О, явились, — буркнул Седрик, ставя на стол огромную тарелку с блинами. — Садитесь, пока не остыло. Райя уже сидела с Тигрой на коленях — кошка обожала её и каждый раз забиралась на руки, стоило Райе сесть. — Джон, передай мёд, — попросил Джодах, протягивая руку через стол. — Сам возьми, — ответил Джон, но мёд передал. Все засмеялись. Ло сел рядом с Окетрой. Напротив него сидел Джон — и на секунду их взгляды встретились. — Нормально? — тихо спросил Ло. — Ага, — так же тихо ответил Джон. — Иногда снится та Пустошь. Но просыпаюсь — и вижу это. — Он обвёл взглядом кухню. — Стоило того. Ло кивнул. — Стоило. Поздним вечером. Все разошлись. Окетра мыла посуду, Ло вытирал. Тигра свернулась клубочком на подоконнике и мурлыкала. — Ло, — вдруг сказала Окетра, не оборачиваясь. — М? — Ты ведь больше не уйдёшь? Он подошёл сзади, обнял её за плечи и поцеловал в макушку. — Я уже пришёл. Она улыбнулась и прислонилась к нему. За окном падали жёлтые листья. Где-то вдалеке мягко светились огоньки Мисра. А в доме было тепло, пахло блинами и чаем, и на подоконнике мурлыкала кошка. Конец...