Тишина на двоих

- Данте..? - М? - Можно с тобой?    Кивок. Простой кивок головой. Самый обычный жест, но от этого обычного жеста на душе становится необычайно тепло. Зонтик невольно улыбается и догоняет друга, закрыв за собой дверь в подъезд.     Они шли молча, думая каждый о своём. На улице на удивление было тихо, словно весь город погрузился в спячку. Лишь изредка мимо мог пройти случайный прохожий, а вдалеке послышаться слабый собачий лай. Фонари тускло освещали тропинку на пути к любимой забегаловке Данте.     Тишина… как же её не хватало! В квартире Фёдора вечно царит настоящий хаос, а здесь, на улице, так спокойно, умиротворённо. Дойдя до маленького ларька, Бубновый купил там большую сочную шаурму с курицей. Парень разделил её и протянул половинку Зонтику, тепло улыбнувшись. Трефовый не особо любит такую еду, но это угощение он принял с радостью, тоже слегка улыбнувшись в ответ в знак благодарности. Ведь оно было от Данте…    Данте был другим. Рядом с ним всё ощущалось по-другому. Время словно замедлялось, становясь тягучим и вязким, а вместе с этим замедлялись и все тревожные мысли, которые обычно назойливым роем жужжат в голове Зонтика…    Бубновый не такой, как другие клоны. Феликс и Вару слишком надоедливые и шумные, Пик вечно угрюмый и местами даже агрессивный, а Ромео и вовсе думает только о себе, не отлипая от зеркала. Куромаку и Габриэль неплохие ребята, но, будем честны, по-настоящему Зонтику комфортно только рядом с Данте…    Недалеко от ларька находился небольшой парк. Ребята неспеша шли по дорожке мимо голых деревьев и кустарников, наслаждаясь вкусной шаурмой. И вот опять они идут молча. Но Трефовому нравится это особое молчание, которое возникает лишь рядом с ним. Оно не было неловким, как обычно получалось с другими клонами. Напротив - сейчас им обоим было очень хорошо. Без лишних слов…    Погуляв ещё пару минут по парку, ребята присели отдохнуть на одну из лавочек. Было уже достаточно поздно, на тёмном небе начали загораться первые звёзды, но им совсем не хотелось возвращаться домой. А была ли вообще квартира Фёдора их домом? Ведь дом - это там, где близкие люди…    Подул холодный ветер, и Данте слегка поёжился. Он принялся растирать ладони друг о друга, пытаясь отогреть замёрзшие пальцы.    - Всё хорошо? - обеспокоенно спросил Зонт. Трефовый-то надел тёплую куртку и плотно обмотался шарфом, а вот Бубновый накинул на плечи лишь одно только тонкое пальто, которое скорее подойдёт для конца марта, но никак не в середине ноября.     - Да, просто чуть прохладно. Пустяки, - вновь улыбается парень своей привычной улыбкой. Такой мягкой и расслабленной… Такой родной…    Зонтик осторожно взял руки Данте в свои и прижал их к груди, бережно растирая холодные пальцы. Бубновый удивлённо взглянул на него, а его карие глаза заискрились.     - Не могу смотреть на то, как ты тут мёрзнешь, - пояснил Трефовый и смущённо отвернулся. На щеках вспыхнул румянец, а сердце забилось чаще. Парень поймал себя на мысли, что ему действительно хочется окружить Данте заботой…    Бубновый тихонько хихикнул и вдруг плотнее прижался к Зонтику, положив голову ему на плечо. Трефовый так и замер на месте, не ожидав этого резкого проявления нежности со стороны парня, который всегда был довольно закрытым в себе. Зонт боялся лишний раз пошевелиться, лишь бы не спугнуть Данте, словно домашнего кота, заснувшего на коленях у хозяина. Щёки покраснели ещё сильнее, а пульс участился.    - Хи хи, я слышу стук твоего сердца, - промурлыкал Бубновый. Он слегка потёрся щекой о плечо парня и взглянул на него исподлобья, чем ещё сильнее засмущал бедолагу.     - Кхм, эм… да… есть такое, - промямлил Зонт.    - «Боже, Данте так близко! И мы всё ещё держимся за руки! Такое странное чувство…» - Трефовый старался не подавать виду, но внутри него бушевал целый ураган эмоций, когда Бубновый крепче сжал его ладонь, переплетая их пальцы.    Вдруг Данте поднял голову с его плеча и поцеловал парня в щёку. Этот поцелуй был совсем невесомым, таким лёгким, едва заметным. Мимолётное касание немного сухих губ к красноватой от холода и смущения коже. Но как же это было мягко и нежно…    Этот жест был до одури простым, будничным. Но Зонтику показалось, что у него в груди взорвался яркий фейерверк…    - Т… ты чего!? - встрепенулся парень, безнадёжно краснея. У бедняги даже уши уже горели огнём, а кудрявые небесно-голубые волосы распушились и теперь забавно торчали в разные стороны, как иголки у ежа.    - Спасибо, Зонтик… - прошептал Данте и обратно лёг ему на плечо, прикрыв глаза.    - За что? - удивился Трефовый.     - За то, что ты есть. Мне так хорошо с тобой… - просто ответил Бубновый, погружаясь в полудрёму.    - Мне тоже…    Сердце постепенно замедлило свой ритм, приятное тепло разлилось по телу, и Зонтик мягко улыбнулся, осторожно погладив ладонь Данте большим пальцем.    - Давай сбежим отсюда. Куда-нибудь далеко. Только вдвоём, - зевая, предложил Данте.    - И куда же мы можем пойти? - хихикнул Зонтик.    - Мне всё равно. Главное, чтобы ты был рядом… - ответил Бубновый, засыпая на его плече.    Трефовый наклонился и легонько чмокнул сонного парня в висок. Неловкость наконец исчезла. Больше не нужно притворяться. Теперь можно просто быть…        На тёмном небе появилась красивая луна. Пошёл первый снег, но им вовсе не было холодно… Конец.