Союзники

Что-то громыхнуло и с оглушительным звоном разлетелось на осколки. — А ну стой, вертлявый засранец! — громкий рёв эхом ударил о высокие потолки тренировочного зала. А ответ ему раздался только задорный хохот, тут же сменившийся серией хлопков и взволнованным ойканьем. — Ах ты! — зашипел раздражённой змеёй второй голос — чуть выше и тоньше первого. Следом раздался удивлённый возглас, переросший в отчаянный хрип. — Это что за хуйня сейчас была?! — Щекочущие чары. — Щеко-что?! Ну всё, ты у меня сейчас получишь, малец! Вновь череда громких хлопков и треск разлетающегося в щепки дерева. Снейп устало вздохнул, едва уловимым движением кисти отбил луч шального заклинания, летевшего в их сторону, и покосился на своего спутника, что с таким же обречённым смирением наблюдал за разворачивающимся перед ними погромом. Огромный, как минотавр, мрачный, словно дементор — одного его присутствия было достаточно, чтобы хоть на мгновение, но замереть в благоговейном страхе. А на поле боя даже одна секунда промедления могла стоить жизни. Ещё какие-то лет десять-пятнадцать назад профессор наверняка был бы очарован этой тёмной аурой, но сейчас он и сам вполне мог произвести подобный эффект. Однако, возможно — только возможно, — он всё-таки испытывал слабость к людям в форме. Подтверждением этого был молодой глава аврората, который в этот самый момент вновь пытался увернуться от очереди из резиновых пуль, хохоча, как беззаботный мальчишка, которым он, увы, никогда не был. Его смеху вторила громкая непереводимо-задорная гэльская ругань, в которой едва ли было хоть одно цензурное слово. Вновь что-то грохнуло и сбоку послышался едва различимый, но практически сочащийся усталостью вздох. Северусу это показалось забавным от того, насколько было знакомо. — Тоже ждёте, когда у вашего выпадет молочный мозг и вырастет коренной? — спросил он словно между прочим. Мужчина рядом повернулся, склонил голову набок в каком-то хищно-птичьем жесте, пророкотал негромко: — Уже даже не надеюсь. Его голос звучал ровно, спокойно, почти даже безразлично, но бросив на нового знакомого взгляд, Снейп заметил в тёмных глазах лукавые искры. Установив зрительный контакт, профессор мягко скользнул в разум военного. Даже если они были союзниками, не стоило забывать о стандартных мерах предосторожности. И тут же едва не отшатнулся, когда чужое сознание обожгло застарелой болью, а чёрные глаза в прорезях маски сверкнули льдом, словно приставленное к горлу лезвие. Северус внутренне напрягся — магл не должен был ощутить вторжения, не мог почувствовать такую магию. Однако, спустя секунду размышлений понял — тот отреагировал не на легилименцию, он почувствовал опасность. Это можно было назвать как угодно — звериное чутьё, интуиция, шестое чувство, сути это не меняло. Мужчине напротив не нужно было видеть угрозу, не нужно было её слышать — он её чувствовал. И реагировал незамедлительно. Это интриговало. Профессор неожиданно почувствовал себя магозоологом, обнаружившим новую неведомую зверушку, и со сдержанным любопытством наблюдал за её повадками. Неожиданно зрачки военного дрогнули, сужаясь, и он резко вскинул руку в сторону мага. На языке тут же завертелось с десяток проклятий разной степени паршивости, но Снейп удержал себя, когда ладонь, затянутая в плотную перчатку, перехватила что-то, летящее ему в голову. Скосив глаза, брюнет увидел в его руке длинную толстую щепку. Щит, едва заметно мерцающий вокруг них, не позволил бы ей навредить мужчинам, но подобная реакция от магла — Гоуста, пора начинать привыкать называть его по «имени» — всё равно подпитывала пламя интереса. Отбросив деревяшку в сторону, лейтенант перевёл взгляд на всё больше расходящихся шалопаев. — Думаю, стоит их остановить, — с едва уловимой неохотой пророкотал он. Профессор тоже посмотрел на виновников погрома, почувствовал, как внутри невольно что-то потеплело при взгляде на раскрасневшегося, смеющегося Поттера. — Пусть развлекаются, — отмахнулся он. — Чем бы дите ни тешилось… Гоуст издал короткий выдох, который с натяжкой можно было интерпретировать как смешок. — Мне говорили, что вы сторонник жёсткой дисциплины. Двойные стандарты? — подначил он. — Про вас мне говорили то же самое, однако… — Северус выразительно стрельнул глазами в сторону одного неугомонного шотландца, что сейчас прятался за обломками мебели от очередного заклинания. Военный едва заметно прищурился, выдавая улыбку. — Туше.