Близнецы Блэк

До Хэллоуина оставалась неделя. Замок гудел — все обсуждали предстоящий Турнир, приезд делегаций из Дурмстранга и шарбатон . Амелия сидела в гостиной Гриффиндора на диване, уткнувшись в книгу. Рядом Гермиона читала что-то толстое, Гарри и Рон играли в шахматы. Джинни устроилась в кресле напротив, листая журнал. — Я ненавижу МакГонагалл, — сказала Джинни, откладывая журнал. Амелия подняла голову. — Что случилось? — Как мне из крысы сделать кружку? — Джинни плюхнулась на диван рядом. — Я уже третий час мучаюсь, а у меня получается только крыса с ручкой. Амелия закрыла книгу. — Давай помогу. — Правда? — Джинни оживилась. — Идём, — Амелия встала. Они отошли к свободному столу в углу гостиной. Амелия села напротив, взяла камень, который лежал на столе. — Смотри, — сказала она. — Главное — не спешить. Трансфигурация не терпит суеты. Ты должна сначала представить готовый предмет, а потом уже применять заклинание. — Я представляю, — вздохнула Джинни. — У меня в голове кружка. А получается крыса. — Потому что ты представляешь процесс, а не результат, — Амелия взяла палочку. — Смотри. Она медленно показала движение. Камень на столе превратился в аккуратную кружку с золотым ободком. — Видишь? — спросила Амелия. — Я не думала о том, как крыса становится кружкой. Я думала, что это уже кружка. — Но как? — Джинни нахмурилась. — Это же камень. — Неважно, — Амелия протянула ей палочку. — Попробуй. Джинни взяла палочку, сосредоточилась. Взмахнула. Камень превратился в кружку. Кривоватую, но всё же кружку. — Получилось! — Джинни улыбнулась. — Молодец, — Амелия похвалила. — Ещё раз. Джинни взмахнула снова. Кружка вышла ровнее. — Теперь ты поняла? — Кажется, да, — Джинни посмотрела на свою работу. — Нужно просто не думать о том, что было. Думать о том, что будет. — Именно, — Амелия встала. — В трансфигурации главное — уверенность. Если ты сомневаешься, результат будет кривой. — Спасибо, — Джинни убрала палочку. — Ты мне очень помогла. — Обращайся, — Амелия улыбнулась. — Если что — я всегда здесь. Они вернулись на диван. Амелия села, потянулась за книгой и вдруг заметила Гарри. Он сидел за шахматным столом, подперев голову рукой. Волосы у него торчали в разные стороны — два завитка встали вертикально, как кошачьи уши, третий падал на лоб. Со стороны это выглядело так, будто у него выросли настоящие уши. Амелия засмеялась. — Ты чего? — спросила Гермиона. — Посмотри на Поттера, — Амелия кивнула в его сторону. — У него уши как у кота. Гермиона посмотрела и усмехнулась. — Он так и сидит уже минут десять, — сказала она. — Рон его матом крыть пытается. — А он? — Не слышит. Амелия достала из сумки фотоаппарат ( который момент живими делает)  — Джинни, — позвала она. — Сфоткай меня с котом, пожалуйста. — С кем? — не поняла Джинни. — С Поттером, — Амелия улыбнулась. — У него же уши как у кота. Джинни посмотрела на Гарри, хмыкнула и взяла фотоаппарат. Амелия подошла к Гарри сзади, обняла его за плечи, положив подбородок ему на макушку, и широко улыбнулась. — Давай, — сказала она Джинни. Гарри медленно повернул голову, посмотрел на неё. — Амелия, ты дура? — Дура, — согласилась она. — Фоткай! Джинни нажала. Вспышка. — Ещё, — сказала Амелия. Гарри вздохнул, но улыбнулся. Джинни нажала снова. В этот момент Гарри протянул руку и потрепал Амелию по голове, взлохматив ей волосы. — Вот теперь нормально, — сказал он. — Поттер! — Амелия схватилась за голову. — Я только что уложила! — А теперь не уложила, — он улыбнулся. Джинни нажала. Вспышка запечатлела Амелию с растрёпанными волосами и Гарри, который смотрел на неё с довольным видом. Амелия забрала фотоаппарат, посмотрела на снимки. — Поттер, ты идиот, — сказала она. — Я знаю, — ответил он. В этот момент в гостиную вошёл Лиам. С ним была девушка — симпатичная, с длинными светлыми волосами, в мантии Когтеврана. Она держалась за его руку и выглядела очень довольной. — О, вы здесь, — сказал Лиам, подводя девушку к дивану. — Это Элли. Мы теперь вместе. — Привет, — сказала Элли, улыбаясь. — Привет, — ответила Амелия. Лиам с Элли сели на диван. Элли сразу придвинулась к нему, положила голову на плечо и начала что-то щебетать. Лиам слушал, кивал, но в глазах у него было что-то странное. Амелия подняла фотоаппарат. — Сфоткаю вас на память, — сказала она. — Давай! — Элли прижалась к Лиаму и улыбнулась. Вспышка. Элли сияла. Лиам улыбался, но Амелия видела — улыбка не доходила до глаз. — Ещё? — спросила она. — Да! — Элли поправила волосы. — Ещё! Вспышка. — Всё, — сказала Амелия, опуская фотоаппарат. — Хватит. Элли снова прижалась к Лиаму и продолжила что-то рассказывать. Он слушал, иногда вставлял односложные ответы. Через полчаса Элли встала. — Мне пора, — сказала она, целуя Лиама в щёку. — Увидимся завтра? — Увидимся, — кивнул Лиам. Элли ушла. Как только дверь за ней закрылась, Лиам откинулся на спинку дивана и закрыл глаза. — Как они меня достали, — сказал он. Амелия засмеялась. — Она же симпатичная. — Симпатичная, — согласился Лиам, не открывая глаз. — Но болтает без остановки. Я уже устал слушать. — Так зачем ты с ней? — Не знаю, — он открыл глаза. — Думал, понравится. А она… болтает. Амелия покачала головой. В этот момент Рон оторвался от шахмат. — Амелия, у тебя есть домашнее задание по трансфигурации? — спросил он. — Я не сделал. — А по зельям? — подскочил Лиам. — Тоже не сделал. Амелия посмотрела на них. — Вы вообще что-то делаете? — Делаем, — хором ответили они. — Нет, не делаете, — усмехнулась Амелия. Она достала из сумки тетрадь по трансфигурации и протянула Рону. — Держи. Перепиши. — Спасибо! — Рон схватил тетрадь. — А по зельям? — напомнил Лиам. Амелия достала вторую тетрадь и протянула ему. — Держи. Но перепишите своими словами, поняли? — Поняли, — ответили они. — А ты, Поттер? — Амелия посмотрела на Гарри. — Ты хоть что-то делал? — На удивление, да, — ответил Гарри, не отрываясь от шахмат. — Всё сделал. — О, чудо, — усмехнулась Амелия. — Сам удивлён, — он поднял голову и улыбнулся. Амелия посмотрела на часы, стоявшие на каминной полке. — Ладно, — сказала она, вставая. — Я обещала встретиться с Ником. Она подошла к Лиаму. — Там тебя девочка ждёт, — сказала она. — Какая? — Лиам лениво поднял голову. — Элли, — Амелия кивнула в сторону коридора. — У входа. Сказала, что забыла тебе что-то сказать. Лиам вздохнул, лениво встал и потянулся. — Ладно, пойду, разберусь. Он вышел из гостиной. Амелия посмотрела ему вслед, усмехнулась и тоже направилась к выходу. — А ты куда? — спросила Джинни. — К Нику, — ответила Амелия. — Встретимся на ужине. Она вышла в коридор. Лиам уже ушёл со своей подружкой куда-то — их голоса стихли в дальнем конце коридора. Амелия повернула в другую сторону и пошла к астрономической башне, где они обычно встречались с Ником. Она шла быстро, улыбаясь своим мыслям. В коридорах было тихо — большинство учеников уже разошлись по гостиным. Только портреты провожали её любопытными взглядами. На лестнице она замедлила шаг. Ник уже ждал её наверху, прислонившись к перилам. — Привет, — сказал он, улыбаясь. — Привет, — ответила она, поднимаясь к нему. Ник взял её за руку. Пальцы были тёплыми, привычными. Амелия сжала их в ответ. — Пойдём, — сказал он. — Покажу тебе одно место. — Какое? — спросила она. — Увидишь. Они пошли по коридору, потом свернули на лестницу, ведущую на верхние этажи. Амелия не спрашивала куда — просто шла рядом, слушая, как Ник рассказывает про свой день, про занятия, про Снейпа, который опять снял баллы со Слизерина. — Он сегодня был в бешенстве, — говорил Ник. — Кто-то подложил в его кабинет флоббер-червя. Представляешь? — Кто? — усмехнулась Амелия. — Не знаю, — Ник пожал плечами. — Но он метал громы и молнии. Говорят, даже Грюм улыбнулся. — Грюм? — Амелия приподняла бровь. — Не может быть. — Может, — Ник усмехнулся. — Говорят, он лично поздравил шутников. Амелия засмеялась. Они вышли на лестничную площадку, где было большое окно. Внизу виднелся внутренний двор, залитый лунным светом. Там кто-то стоял. — Смотри, — сказал Ник, кивнув вниз. Амелия посмотрела. Во дворе стояли двое — парень и девушка. Парня она узнала сразу. Седрик Диггори, ловец Пуффендуя, которого все считали самым красивым парнем в школе. Высокий, с тёмными волосами и открытой улыбкой. Девушка рядом с ним была невысокая, с длинными чёрными волосами и изящной фигурой. — Это же Чжоу Чанг, — тихо сказала Амелия. — Она из Рейвенкло. — Да, — кивнул Ник. — Они теперь вместе. Все только об этом и говорят. Амелия смотрела, как Седрик что-то говорит Чжоу, а она смеётся, запрокинув голову. Он взял её за руку, и они медленно пошли по двору, скрывшись в тени деревьев. — Красивая пара, — сказала Амелия. — Ага, — Ник усмехнулся. — Говорят, он пригласил её на Святочный бал. Если, конечно, его выберут чемпионом. — Думаешь, выберут? — Думаю, да, — Ник посмотрел на неё. — Он же лучший. Все его любят. Амелия смотрела в окно, туда, где скрылись Седрик и Чжоу. И вдруг подумала о Гарри. О том, как он смотрел на Чжоу в прошлом году. Как краснел, когда она проходила мимо. Как пытался поймать снитч быстрее, когда она смотрела. — Капец, — сказала она тихо. — Что? — Ник повернулся к ней. — Ничего, — она покачала головой. — Просто… Поттеру она нравится. — Чжоу? — Ник удивился. — Правда? — Правда, — Амелия усмехнулась. — Он в прошлом году только на неё и смотрел. А она даже не замечала. — А теперь она с Диггори, — Ник пожал плечами. — Бывает. — Бывает, — повторила Амелия. Она смотрела в окно, но думала о Гарри. О том, как он будет расстроен, когда узнает. О том, что он наверняка уже знает — вся школа говорит о Диггори и Чжоу. О том, как он будет сидеть на шахматах с Роном и делать вид, что ему всё равно. — Пойдём, — сказал Ник, беря её за руку. — Я хотел показать тебе кое-что другое. — Идём, — ответила она, отрываясь от окна. Они пошли дальше по коридору. Амелия старалась не думать о Гарри, но мысли всё равно возвращались к нему. К его зелёным глазам за круглыми очками. К его дурацким кошачьим ушам из волос. К тому, как он потрепал её по голове….

***

Они поднялись на астрономическую башню. Там было пусто, только звёзды сияли над головой. Амелия подошла к парапету, смотрела вниз, где огни замка мерцали в темноте. — Красиво, — сказала она. — Ага, — Ник встал рядом. Она достала из кармана фотоаппарат и несколько снимков, которые сделала сегодня. — Хочешь посмотреть? — спросила она. — Давай. Она протянула ему снимки. Ник взял, посмотрел на первый — Амелия с Гарри, она обнимает его сзади, у него волосы торчат как кошачьи уши. На втором — они оба улыбаются. На третьем — Гарри треплет её по голове, у неё растрёпанные волосы. Ник смотрел на снимки молча. Потом поднял голову. — Это тот, с которым ты постоянно сидишь в гостиной? — Да, — Амелия улыбнулась. — Это Поттер. У него сегодня волосы смешно торчали, я не удержалась. — Смешно, — Ник отдал ей снимки. — Ты часто с ним фоткаешься? — Не часто, — она убрала снимки в карман. — Просто сегодня. — А он часто тебя по голове треплет? Амелия посмотрела на него. — Ник, это была шутка. Он просто взлохматил мне волосы, потому что я над ним смеялась. — И ты позволяешь ему это? — Это мой друг, — сказала Амелия. — Мы просто дурачились. — Дурачились, — повторил Ник. — Ты постоянно про своих друзей говоришь. В основном про Поттера, Уизли, Грейнджер. Может, мне вообще уйти? Амелия нахмурилась. — Что ты несёшь? — Правду, — он усмехнулся. — Ты только о них и говоришь. О том, как Поттер волосы уложил, как Рон домашку не сделал, как Гермиона в библиотеке сидит. А обо мне — никогда. — Я с тобой сейчас, — сказала Амелия. — Я здесь, с тобой. Разве этого мало? — Мало, — Ник отвернулся. — Я чувствую себя лишним. Ты с ними смеёшься, фоткаешься, обнимаешься… А со мной просто гуляешь. — Потому что ты мой парень, а они мои друзья, — Амелия скрестила руки. — Это разные вещи. — А мне кажется, что они тебе важнее. — Господи, — Амелия закатила глаза. — Что за стереотип? Мне теперь перестать со всеми общаться и только с тобой быть? Как собака на привязи? — Я не прошу перестать общаться, — сказал Ник. — А что ты просишь? — Чтобы ты хоть иногда думала обо мне, а не только о них. — Я думаю о тебе! — она повысила голос. — Я с тобой встречаюсь, гуляю с тобой, целую тебя. Чего тебе ещё? — Чтобы ты перестала говорить о Поттере каждую минуту! — Я не говорю о нём каждую минуту! — Говоришь, — Ник шагнул к ней. — Сегодня ты даже гуляла со мной, а думала о нём. Я видел. — Я не думала о нём! — Думала. Ты смотрела в окно и думала о том, как ему будет больно, когда он узнает про Чжоу. Хотя какое тебе дело? — Потому что он мой друг! — А я кто? — спросил Ник. — Я твой парень, но ты о нём думаешь больше, чем обо мне. — Я думаю о вас по-разному! — Как это? — Не знаю, — Амелия запуталась. — Это разные чувства. Ты — мой парень. А Гарри — друг. — Друг, с которым ты обнимаешься и позволяешь трепать себя по голове? — Ник! — Что? — он усмехнулся. — Правда глаза колет? — Ты ревнуешь к Поттеру? — Амелия посмотрела на него. — Не ревную, — он отвернулся. — Просто устал быть на втором месте. — Ты не на втором месте! — Тогда докажи. — Как? — Перестань с ним общаться. Амелия засмеялась. Зло, горько. — Ты серьёзно? — Абсолютно. — Я не буду бросать друзей из-за чьей-то ревности, — сказала она. — Это глупо. — Тогда я не могу быть с тобой, — Ник посмотрел на неё. — Давай расстанемся. Амелия замерла. Смотрела на него. В его глазах была решимость. Она ждала, что он скажет «я пошутил», но он молчал. — Окей, — сказала она. — Я не против. Ник удивился. — Что? — Я сказала — окей, — она пожала плечами. — Если для тебя мои друзья — проблема, то мы не подходим друг другу. — Ты даже не будешь спорить? — А смысл? — она посмотрела на него. — Ты ультиматум поставил: или ты, или они. Я выбрала их. — Значит, они тебе важнее. — Они не требуют, чтобы я выбирала, — Амелия закатила глаза. — Это вообще тупо — заставлять человека выбирать между друзьями и парнем. Если ты меня любишь, ты принимаешь и моих друзей тоже. — Я их принимаю. — Нет, не принимаешь. Ты ревнуешь, требуешь, чтобы я перестала с ними общаться. Это не любовь. Это контроль. Ник смотрел на неё. Она смотрела на него. В его глазах было что-то — обида, разочарование, злость. — Значит, ты выбрала, — сказал он. — Ты тоже выбрал, — ответила Амелия. — Ультиматум поставил. Не я. — Я просто хотел… — Что? Чтобы я бросила всех и была только с тобой? — она покачала головой. — Я не буду так жить. И не буду просить тебя жить так. Это не нормально. Ник молчал. — Всё, — сказала Амелия. — Я пошла. Она развернулась и пошла к выходу. — Амелия, — окликнул он. Она обернулась. — Что? — Ты даже не расстроилась? Она посмотрела на него. Внутри всё кипело, но она не показывала. — Расстроилась, — сказала она. — Но не настолько, чтобы бросать друзей. Она вышла с башни и быстро пошла вниз по лестнице. В голове гудело. Злость душила. Она сжимала кулаки, чтобы не разреветься. Амелия влетела в гостиную, и все головы повернулись к ней. Рон замер с шахматной фигурой в руке. Гарри поднял голову. Гермиона отложила книгу. Джинни опустила журнал. Лиам, сидевший на диване, приподнял бровь. Амелия подошла к ним, тяжело дыша. — Это ебанное дерьмо, — сказала она. — Просто блять. Поставил мне ультиматум. Сказал: или вы, или он. Я выбрала вас, конечно. — Что? — Лиам сел прямо. — Я выбрала вас, — повторила она. — А он сказал: давай расстанемся. Я сказала — окей. — Он что, серьёзно? — спросила Джинни. — Серьёзно, — Амелия закатила глаза. — Он идиот. Просто идиот. Она посмотрела на Гарри. — Это всё Поттер, из-за тебя. — Я? — Гарри вытаращил глаза. — Я ничего не сделал! — Ты сделал, — она ткнула в него пальцем. — он заревновал меня к тебе из-за фоток сказал, что я должна перестать с тобой общаться. — Это бред, — сказал Гарри. — Это бред, — согласилась Амелия. — Поэтому я и послала его. Она подошла к дивану, села и положила голову на колени Лиаму. — Пошёл он в пизду, — сказала она, глядя в потолок. — Недостоин меня. — Недостоин, — согласился Лиам, автоматически начиная гладить её по голове. — Месть будет сладкой, — добавила Амелия. — Какая месть? — спросила Гермиона с тревогой. — Не знаю, — Амелия пожала плечами. — Но будет. — Амелия, — осторожно начала Гермиона. — Может, не надо? — Надо, — отрезала Амелия. — Он поставил ультиматум. Он решил, что может мной командовать. Он сказал, что я о нём не думаю. А сам? Сам он обо мне подумал, когда потребовал бросить друзей? — Нет, — ответил Лиам. — Вот именно, — она закрыла глаза. — Поэтому он идиот. — А я? — спросил Гарри. — Я виноват? — Нет, — она не открывая глаз. — Ты виноват только в том, что существуешь. — Это не моя вина. — Я знаю, — она вздохнула. — Поэтому я и не злюсь на тебя. — А на кого злишься? — На него, — она открыла глаза. — На себя. На то, что вообще с ним связалась. — Не надо себя винить, — сказала Гермиона. — Он оказался идиотом. Это не твоя вина. — Моя, — Амелия снова закрыла глаза. — Надо было раньше понять. — Нельзя было раньше понять, — сказал Лиам. — Он умело притворялся. — Ты прав, — она вздохнула. — Он умело притворялся. В гостиной повисла тишина. Амелия лежала на коленях у брата, он гладил её по голове. Все молчали, не зная, что сказать. — Амель, — тихо сказал Лиам. — М? — Ты как? — Нормально, — ответила она. — Злюсь. Обидно. Но в целом… правильно. Я правильно сделала. — Конечно правильно, — сказал он. — Он идиот. — Я знаю, — она помолчала. — Но всё равно обидно. — Понимаю, — он потрепал её по голове. Они сидели так несколько минут. Амелия слушала, как потрескивает камин, как Рон переставляет шахматные фигуры, как Гермиона листает книгу.