Шанс первый

***

      Море, земля, люди — всё это принадлежит Мировому Правительству, всё это оберегает Дозор. Но так ли это? Раньше я никогда не задавалась этим вопросом.       — Пошли, дикарёнок. Хочешь жить — иди за мной.       Подобные обращения и другие обидные слова давно стали для меня привычными.       И я пошла. Нехотя. Сначала вгрызлась зубами в руку того, кто теперь стал моим стариком. Я была монстром тихого острова в первой половине Гранд Лайн — воровкой, выросшей в одиночестве и добывавшей всё необходимое для выживания кражами.       А потом приплыли страшные люди — работорговцы. Они собирали по острову мужчин, женщин и детей. Нашли меня по рассказам местных, ведь кто откажется заполучить в свою коллекцию монстра?       Потом появился он дозорный, который спас меня, вырастил и поставил на этот путь. Хотя его конец… я выбрала сама.       Не хочется вспоминать хижину в лесу, местных детишек, что были немного младше меня и устраивали проверки на храбрость: «Кто дольше продержится рядом с монстром — тот мужик».       Нет. Об этом думать не хочется.       Сейчас я хочу вспоминать нашу первую встречу. Хочу понять, как всё привело меня сюда. Как же назывался тот остров?.. Вылетело из головы. Я часто о нём думала, особенно когда получала новые листовки и видела его лицо. С каждым разом он поднимался всё выше в списке самых разыскиваемых пиратов.       Если бы я могла вернуться назад во времени, я бы пошла за тобой. Тогда я лишь рассмеялась тебе в лицо, заявив, что никогда больше не встану с тобой на одну сторону и уж тем более не стану твоим накама.       Теперь я понимаю, что ты вкладывал в это слово.       Стать твоим накама было бы не так уж плохо.       Такое странно тёплое это слово.       Спасибо, что показал мне, что это значит. Пусть даже таким способом.

***

Импел Даун

      В тот день я не прочитала отчёт. Помню как отослала лейтенанта измученная инцидентом на Сабаоди. Пираты нового поколения — сверхновые, собрались всем составом на архипелаге и подняли шум. Ударить одного из Тэнрюбито… Что за идиот этот Мугивара Луффи?       После поимки десятка малоизвестных пиратов было не до отчётов и не до чтения газет.       А вот в Импел Дауне шум стоял всегда.       Доставлять пиратов без суда и следствия — таков был извечный приказ. Если за твою голову назначена награда, ты попадёшь сюда, а уж потом решат, что с тобой делать. Младшие офицеры выводили конвои закованных в цепи преступников и вели их на оглашение приговора, после чего тех запирали на одном из этажей в зависимости от степени опасности. Чем ниже уровень, тем хуже условия и тем опаснее преступник.       Система приносила Дозору определённое чувство превосходства и статуса, выбраться из этой тюрьмы было невозможно ни проникнуть внутрь, ни сбежать.       В тот день вокруг было слишком много солдат даже для Импел Дауна. Двое рядовых перешёптывались о предстоящей казни. Не знаю, что подтолкнуло меня поинтересоваться у лейтенанта, кого именно собираются казнить.       Портгаса Д Эйса.       И тогда всё стало ясно. Командир второй дивизии Белоуса вот откуда столько шума. Но казнить человека, связанного с одним из Йонко, это неслыханно. Сколько я служу в Дозоре, такого ещё не было. Арестовать и оставить гнить в Импел Дауне да. Дать его мертвое тело глубинам чтобы его навсегда поглотило море, так поступали всегда вне зависимости от степени опасности преступника.       Но публичная казнь в Маринфорде, в самом сердце Морского Дозора… Такого на моей памяти ещё не случалось.       Что же ты натворил, Огненный Кулак?

Шестой уровень

      

      Попасть в Импел Даун и спуститься на любой этаж не составляло труда для вице-адмирала. Что двигало мной тогда? Неподдельный интерес.       Человек, который однажды спас целый остров от других пиратов, а затем оставил часть своей провизии жителям полуразрушенной деревни… Тот самый, что имел наглость звать капитана Морского Дозора к себе на корабль.       Теперь он сидел в камере с решётками из кайросеки. Для фруктовика находиться на нижних уровнях Импел Дауна, пытка. Повсюду прутья и пластины из кайросеки, давящие, вытягивающие силы. Измученный, избитый Огненный Кулак был подвешен в клетке и похоже ему даже не оказали минимальной медицинской помощи.       В соседних камерах находились бывший шичибукай Крокодайл и «Сын моря» Джимбей.       Перед камерой сидел мужчина в форме Дозора. По надписи на плаще было ясно, что он тоже вице-адмирал. Я не сразу узнала в нём Монки Д Гарпа — героя Морского Дозора. Уже направляясь к выходу, Гарп мельком взглянул на меня, коротко кивнул и покинул шестой уровень, поднявшись на лифте.       Я остановилась у решётки.       — Давно не виделись, — произнесла я, а Портгас ничего не ответил, лишь опустил взгляд в пол. — Ты ведь пират. Чего глаза опускаешь?       И снова молчание. Джимбей, закованный в цепи, недобро посмотрел на меня из соседней камеры. А я тихо прошептала себе под нос рассматривая Портгаса:       — Попался, значит…       В глубине души я не могла объяснить собственных действий. Зачем я спустилась сюда? Почему решила заговорить с ним?       — Чего тебе? — наконец произнёс Портгас.       — Выглядишь избито, — спокойно констатировала я, проигнорировав его вопрос.       Он действительно выглядел плохо. Чёрные волосы падали на лицо скрывая глаза и было трудно понять, какие эмоции отражались в них. Руки, вытянутые вверх, скованы цепями из кайросеки, мышцы должно быть уже разрывались от боли. На теле, руках и ногах виднелись царапины и раны. Впрочем, это неудивительно он явно сопротивлялся.       — Разве так должна была выглядеть наша следующая встреча? Помнится, ты говорил, что мы встретимся как враги… и сойдёмся в честном бою.       Он действительно так говорил. Я хранила эти слова глубоко внутри, ожидая нашей новой встречи.       Но как же всё обернулось так, что вице-адмирал Дозора Эвера Фрейн теперь смотрит сквозь перекладины камеры на своего предполагаемого главного противника Огненного Кулака Портгаса Д Эйса?       — В прошлый раз тоже был неудачный момент для встречи, — тихо ответил он.       Неудачный?       Передо мной был не тот самоуверенный пират, верящий что станет Королём пиратов и что никакие трудности ему не страшны. Почему же ты опустил голову? Почему склонился, тем более когда перед тобой стояла я? Как ты мог сдаться так легко?       Это был не тот человек, которого я встретила два года назад. Передо мной сидел сломленный юноша.       Находиться там было тяжело.       — Прощай, Портгас Д Эйс, — сказала я и покинула шестой уровень.       Кажется, ты что-то произнёс мне вслед. Кажется, я слышала голос Джимбея. Но я предпочла не слушать желая стереть из памяти этого сломленного Портгаса и сохранить лишь того задорного, дерзкого, раздражающего мальчишку.

Маринфорд

      Дальше события понеслись одно за другим. Меня вызвали в Маринфорд, выдали указания, ознакомили с планом действий на случай появления Йонко Белоуса. Ужасный план построенный на крови обычных солдат.       А затем началась казнь.       Казнь, которая должна была стать достоянием всего мира её транслировали почти на все острова, где Дозор имел влияние.       Портгаса Д Эйса собирались казнить сегодня.       Площадь Маринфорда заполнили дозорные. К помосту вели закованного в цепи пирата. Я стояла рядом с другими вице-адмиралами. Последними появились трое адмиралов. Старик, который вырастил меня, мечтал, чтобы однажды я оказалась среди них сам он так и не достиг подобных высот.       Внизу расположились шичибукаи.       И вот посреди эшафота, на коленях, стоит он. По бокам Сэнгоку и вице-адмирал Монки. По рядам шептались солдаты: Монки вырастил его. Ирония судьбы.       Солдаты шумели, подбадривали друг друга, старшины поднимали боевой дух. А о чём думала я? Я просто наблюдала за тем, что происходило наверху.       Внезапно вице-адмирал Гарп спустился с эшафота вниз, к остальным. Главнокомандующий сделал шаг вперёд.       — Солдаты! — его голос прокатился над площадью. — Я должен сообщить вам важную вещь. Истинную причину, по которой Портгас Д Эйс должен умереть сегодня!       Взгляды всех были прикованы к Сэнгоку. Он повернулся к приговорённому.       — Эйс! Назови имя своего отца!       Отца? — мелькнуло у меня в голове. Какая разница, если через несколько минут его пронзят копья?       — Мой отец — Белоус, — твёрдо ответил Портгас.       — Нет! — резко возразил Сэнгоку.       — Да! Мой единственный отец — Белоус. Только он и никто больше!       Сэнгоку продолжил говорить — о поисках ребёнка, о женщине скрывавшей правду… А затем объявил:       — Твой отец — не кто иной, как Король пиратов, Гол Д Роджер.       Маринфорд взорвался криками.       Сын Короля пиратов… И за это тебя собираются казнить? Даже не за твои собственные преступления.       Гол Д Эйс… значит.       Я невольно рассмеялась. Смокер, стоявший неподалёку, бросил на меня косой взгляд.       Дальше я почти не слушала. В памяти всплыли слова старика, что вырастил меня. Однажды, напившись, он рассказывал о Роджере. Он проиграл ему с треском когда тот был ещё молодым пиратом, а сам старик только начинал подниматься по карьерной лестнице. Признаться в поражении от пирата для дозорного это позор.       — Они здесь! — раздался крик.       Я повернула голову от эшафота к морю.       Флот Белоуса.       В центре полукруга из-под воды поднялся огромный корабль — «Моби Дик». На его носу стоял капитан флота Эдвард Ньюгейт. Он лишь усмехнулся, приветствовал Сэнгоку и попросил Эйса продержаться ещё немного.       Пираты Белоуса, его «семья», кричали Портгасу что не дадут его в обиду, что спасут его любой ценой.       Война между пиратами и Морским Дозором началась.       В бой вступили все. И я тоже. Крики, запах крови, морской соли.       А потом с неба рухнул корабль.       — Эйс! Вот мы и встретились! — раздался мальчишеский голос.       И вслед за ним — отчаянный крик Портгаса:       — Луффи!!!       Поле боя на мгновение замерло.       Революционеры, бывшие шичибукаи и прочие пираты все они появились вместе с упавшего корабля. Мальчишка Мугивара не позволил Крокодайлу напасть на Белоуса, а затем ещё и спорил с ним. Удивительный идиот.       Долго стоять на месте он не мог тут же ринулся в бой.       — Не подходи, Луффи! — кричал Эйс. — Ты пират, как и я! Мы оба плывём своим путём! У меня своя команда! Когда я просил тебя вмешиваться?! Такой слабак, как ты, полез меня спасать?! Убирайся отсюда, Луффи!       — Я твой брат!!! — неистово прокричал парень в соломенной шляпе.       Сэнгоку объявил, что Монки Д. Луффи известный как Соломенная Шляпа, звёздный новичок и один из сверхновых является сыном Драгона, лидера революционеров, и приказал устранить его.       Но казалось ничто не могло остановить мальчишку. Несмотря на раны, он пробивался вперёд.       — Можешь говорить что угодно — мне всё равно! Даже если я умру, я всё равно спасу тебя!       Умереть ради брата… Это была бы поистине благородная смерть. И тогда во мне зародилось нечто, похожее на уважение к этому пирату.       Белоуса ранил его собственный подчинённый. Несмотря на рану, Йонко вступил в бой.       И вот Сэнгоку объявил о начале казни.       Я отвлеклась от пирата, которого сдерживала. Он был силён, но позволял мне следить за происходящим. Он снова ринулся на меня с мечом.       — Отстань, — пробормотала я.       Согнув два пальца крюком, я подняла его в воздух, опутав плющом.       Использовать дьявольский плод я не любила. Да, в бою это сильное преимущество, но мне претила сама мысль о нём. Парамеция, позволяющая создавать и управлять плющом и лианами способность посредственная. Но при достаточной смекалке из неё можно извлечь многое.       Двое палачей подняли оружие.       И я совершила самое безрассудное действие в своей жизни.       Сомкнув ладони, я воздвигла плотную живую изгородь из плюща вокруг Портгаса. По площади прокатилось давление — направленное на палачей. Они рухнули с эшафота. Вместе с этим раздался крик Мугивары, парень использовал Королевскую Волю.       Слабые падали с обеих сторон и пираты, и дозорные. Для того, кто использовал её впервые, это было естественно контролировать такую силу сложно.       Но у меня не было времени думать об этом.       В голове бился один-единственный вопрос:       Какого чёрта, Эвера Фрейн?!       Ответа не было.       Непроизвольное решение, которое в тот момент показалось правильным.       Я… переметнулась на сторону пиратов?       Кажется, да.       Пути назад нет.       Купол из лиан возвышался над эшафотом. Плотная живая клетка, многослойная и переплетённая с шипами и узлами, закрывала Портгаса в нутри себя. Я стояла внизу, не имея возможности разжать руки тогда лианы просто обмякнут.       — Вице-адмирал Фрейн?! — кто-то выкрикнул позади.       По площади прокатился шёпот:       — Это что…       — Кто это сделал?       — Это Фрейн?!       Со стороны пиратов раздались удивлённые крики:       — Эйса закрыли?!       — Что за хрень?!       И тогда Белоус расхохотался.       — Гурарарара! — его смех прокатился над морем. — Значит, среди Дозора тоже есть те, кто не согласен?       Это меня немного удивило. Конечно, он знал силу своих людей, но зачем решил, что это сделал кто-то из Дозора?       Слева раздался рёв Луффи.       — Эйса защищают?! — глаза его расширились. — Кто это сделал?!       — Луффи! — крикнул Джимбей, сражаясь неподалёку. — Это та женщина из Дозора!       — Ей! ты на нашей стороне?! — прозвучало наивно и по-детски.       Я не ответила. Потому что ответа у меня не было. Была ли я на их стороне? От раздумий у меня закружилось в ушах… Или это было от шума и выстрелов?       — Фрейн! — раздался знакомый голос Лейтенанта. — Ты понимаешь, что делаешь?       Да! Впервые в жизни да. Я ведь служу справедливости, верно старик? Так причём тут система? А система только что решила казнить человека за его кровь. Сын Короля пиратов. Мне плевать. Плевать, кто его отец, плевать, кого он им считает.       — Эй, Огненный Кулак, — проорала я, — когда выберешься… не смей больше опускать голову! Пока я не надеру тебе задницу!       Луффи прорвался к помосту. Я разжала пальцы лианы рухнули на доски эшафота. Ключ из воска блеснул в его руке. Запалился огонь. И там стоял улыбающийся Портгас.       Дозорные ринулись на меня. Их лица были полны ярости и замешательства. Я отбивалась, плющ вырастал из трещин между каменными плитами площади, лианы обвивали нападавших, оставляя лишь царапины на броне. Самые отчаянные успевали ранить меня порезы шли один за другим.       — Луффи! — крикнул Эйс, бросаясь вперёд. Я отвлеклась от дозорных, нападавших на меня. Мугивара сидел на полу, пытаясь дотянуться до чего-то, а на него летел адмирал. Эйс прикрывал младшего брата.       Второе моё бездумное решение: захватить Акаину плющом и воздвигнуть ещё один купол вокруг Портгаса. Остановить раскалённую магму жалкими лианами у меня не вышло, но не дать нанести серьёзный удар по Портгасу удалось. Акайна прожёг купол насквозь, но до самого пирата не достал. Удар оставил ожог на его коже. Чтобы одновременно удержать адмирала и закрыть Эйса, пришлось отпустить моих бывших соратников. Меч одного из них вонзился мне в плечо.       Луффи рванулся вперёд и Эйс увёл его за собой. Я, собрав все остатки сил, обвила их плющом и подняла в воздух, словно в зелёный кокон, унося в сторону моря. Каждый мускул горел, руки немели.       — Спасибо, Фрейн, — поблагодарил меня Огненный Кулак.       Я не могла ответить. Голос сдавливало, дыхание срывалось, но ноги ещё держали меня. Ещё немного и могло не хватить сил, чтобы удержать их.        Получилось. Я оставила их у воды, там было безопаснее. Джимбей и остальные пираты прикрывали их, отбивая атаки.       Акаина летел теперь на меня и я поняла, смертный приговор уже вынесен. Один удар и всё закончится. Я влезла в его бой. Предала товарищей так что это было честно. Удар адмирала пришёлся точно в живот. Я почувствовала, как силы окончательно покидают меня. Падая на колени, мир стал размываться в красных и чёрных тонах, в ушах стоял громкий гул. И после этого сил не осталось я упала лицом на плитку.       Если бы у меня был ещё один шанс, я бы приняла твоё предложение, Портгас. Иронично было бы называть тебя капитаном, но кажется, это было бы совсем не так плохо. Пришлось бы идти за тобой и стать подчинённой Йонко. Всё чего я хотела, будучи дозорной это справедливости. Надеюсь это того стоило.       Так что живи, Эйс. В следующий раз я хочу быть твоей накама.