on your wavelength

«Ain’t Misbehavin’». Чарли совсем не была похожа на того, кто слушает подобную музыку, да и все ее песни были совсем другого стиля, поэтому это походило на какую-то злую шутку. «Тебе нравится эта песня?» — Я нашла запись того, как ты играешь ее в каком-то баре. Вокстуб страшное место, чего только не откопаешь там… — Чарли выбирала музыку для релаксации, чтобы поставить ее на фон во время медитации, — Если что, это необязательно, но будет круто. Вокс уже сидел на ковре, рубашка расстегнута до груди, а рукава закатаны до локтей. Давно они не медитировали. За эти несколько дней рутина в отеле вернулась в норму: они успели досмотреть сериал, и его всеми силами пытались «вывести в люди», но благодаря оправданию в виде «подготовки к выступлению» он успешно избегал этого наказания. Странными были только почти незаметные взгляды Чарли, которые она бросала на него украдкой, и весь час глубоких вздохов и мыслей о хорошем Вокс их нарочно игнорировал. Продолжились они и в музыкальном зале, когда он практически безуспешно пытался разобраться в нотах этой дурацкой, невыносимой джазовой композиции. Выходило прескверно, пальцы мазали по клавишам, будто раньше он играл что-то совсем другое, но похожее. Сегодня Чарли демонстративно не оставляла его одного, будто ждала, что Вокс первым завяжет разговор. Ага, кинет в нее тетрадку, очень мило. Уровень агрессии от такого повышенного внимания с каждым мгновением становился все выше, а значит падала концентрация, и держать себя в руках из-за очередной ошибки было уже не так просто. — Я никогда не умела так быстро читать ноты, впечатляет! Та сама приободряющая фраза, которая работает на ищущих искупления. Спокойно, Вокс. Не реагируй. Но даже спиной чувствовал ее волнение. Не так должны себя вести уверенные в себе принцессы. Неужели его поведение начало вызывать подозрения, раз она в таком состоянии? Продолжил уже просто молотить по клавишам, лишь бы не хватать лишних нот, и со стороны он точно должен был походить на сумасшедшего. — Вокс, если тебе не нравится, можешь сыграть что-нибудь другое. Ага, сейчас. Раз она выбрала эту песню, то, как хороший мальчик, он доиграет ее. До конца. Вот и последний куплет. — Это Аластор предложил. Пальцы зависли над клавишами, словно кто-то нажал на кнопку «стоп» на видео. — Он просил не упоминать его при тебе, но я вижу, что за последние пару дней ты стал выглядеть заметно хуже, чем раньше. Я думала, что ручка и возможность общаться приободрят тебя, дадут второе дыхание в этой жизни, слабо похожей на привычную тебе, но ты как будто… — было слышно ее сбившееся дыхание, будто ей было настолько сложно подбирать слова, что она задыхалась, — ты опять начинаешь закрываться. Я тяну к тебе руку, ты тянешься в ответ, а потом что-то тащит тебя назад. Вокс все еще сидел к ней спиной, поэтому перебои на экране остались незамеченными, но когда подтверждаются твои самые нежелательные представления, то становится сложно сдерживаться. Однако он сможет справиться с этим. С таким дорогим артефактом, как его ручка, нужно было быть аккуратнее, но сейчас он сжимал ее слишком крепко, пока в тетради появлялся ответ. «Это единственное его предложение?» Повернулся на стуле, вытягивая руку с тетрадью, и судя по молчанию и нервно бегающему взгляду, главный хост отеля с чего-то решил принять участие в его деятельности вместо привычного избегания обязанностей. «Мне нужно знать, насколько велико его влияние было все это время» Он имел право узнать это, даже если был заключенным этого места. Ведь чтобы подыгрывать в этом спектакле «искупления», ему нужно быть в комфорте и покое, как сама Чарли и говорила. — Вы же давно друг друга знаете… — она села на самый край стула, обнимая себя руками, и сейчас выглядела как ребенок-подросток, которого родители спалили за чем-то похуже сигарет, — Да и Аластор после того, что случилось с пушкой, стал вести себя иначе, я подумала, что могу спросить, ведь сама недостаточно компетентна. Он же сам предложил… Стал бы он упускать такую возможность продемонстрировать своего превосходство? Ничего удивительного, что этот демон решил сделать все, чтобы ему было весело. Вокс сам ловил каждую секунду своего доминирования над ним, поэтому понять его тут легко. О, нет. Нельзя улыбаться. Нельзя дать Чарли понять, что в этот раз Вокс оказался впереди. Сейчас она была полна вины за то, что впутала во все этого его главного врага, еще и утаила такую важную информацию, поэтому этим можно было хорошо воспользоваться. Долго смотрел в окно, как бы собираясь с мыслями, хотя уже знал, что написать ей в ответ. Вариантов было несколько, и самый жесткий, из которого можно было выжать максимум, пришел на ум первым, но… Стоило ли сейчас идти во все тяжкие? Не будет лучшим решением не торопиться и делать все постепенно? «Что именно он тебе советовал?» Зашел издалека, с почти идентичным вопросом, но теперь его взгляд не терпел отговорок и не позволил бы ей извернуться словами. Он ждал конкретных ситуаций и событий. Список не был длинным, но из-за него многие ситуации стали иметь больше смысла. Именно он предложил выделить отдельную ото всех комнату, «чтобы не беспокоить бедных постояльцев этим вечно злым лицом», именно к нему Чарли приходила, если не знала с какой стороны подступиться. — Когда мне пришло в голову дать тебе возможность искупиться - он единственный не стал пытаться переубедить меня. — перебирала пальцы, все еще не решаясь посмотреть ему в глаза, — Мне казалось, что он первый рассмеется мне в лицо, как только я предложу это. Но он просто кивнул, в своей дотошно-джентльменской манере похвалил мою целеустремленность... и все. Не мешал, не встревал. Как и сказала Чарли ранее, идея с его игрой на фортепиано тоже была его. Конечно, эта рожа знала, на что давить, ведь в те годы, когда между ними не повисала тишина в разговорах, совместная игра была их любимым времяпрепровождением. Слишком много совпадений. Все выглядело так, будто кто-то следовал каждой букве строго выверенного плана. Радио Демон точно отыгрывался на единственном хорошем, что могло остаться у Вокса - на воспоминаниях. А это значило только одно: все, что произошло той ночью у отельного бара было не больше чем театральной постановкой, одной из ступеней к достижению цели Аластора, к чувству полного контроля над кем-то. Если есть на Небесах фигура, которую можно назвать Богом - то, черт возьми, этот Бог просто сценарный гений, и Вокс с удовольствием бы нанял его в свой штат. Винсент, наверное, от осознания того, как его глубокоуважаемый товарищ хочет поступить с ним, уже бы расплакался как последняя целка, отчего становилось еще веселее. «Я не злюсь, Чарли. Не говори ему, что я в курсе, но и больше не прислушивайся к его предложениям. Я здесь благодаря тебе, а не ему» Можно было написать еще больше слов, пройтись по всем ее неуверенностям, коих в этой несчастной девушке было с горкой, но осознание того, сколько усилий ради него прикладывал тот, кто громче всех кричал «мне все равно» повышало настроение. Так сильно повышало, что если бы его измеряли шкалой, то она еще раз пронзила небеса. А раз настроение хорошее, то и ворошить этот бездонный колодец травм желания не было. — Я знаю, что ты не до конца честен со мной. И неудивительно. — Чарли встала, выпрямляясь и очень стараясь выглядить уверенной, — Но совсем недавно я чувствовала, что мы можем понять друг друга хотя бы немного. Я хочу сохранить это. Попробовать снова, без чужого вмешательства. Ему протянули руку, которую нужно пожать в знак согласия с ее позицией. Никто и не пытался убедить ее в том, что он целиком и полностью изменился и полностью принял ее позицию, но почему-то свойственная ей упертость сейчас не злила. Наоборот, эта настойчивость давала понять, что все выходит как нельзя лучше. Да и проводить с ней время не так уж плохо. Взял ее руку, сжимая не крепко, но уверенно. Вряд ли все выйдет так, как она хочет, но ему ничто не мешает продолжать подыгрывать. Девушка отвернулась, нужно было справиться с накатывающими эмоциями. За это время ручка успела вывести еще предложение, и чтобы на него обратили внимание он потянулся рукой к плечу, но замер, вспомнив, что такие прикосновения и стали причиной его падения. Как будто какой-то механизм из шестеренок, ответственный за его движения, вышел из строя, но Чарли и без того вновь повернулась к нему. Неловкого момента удалось избежать, потому что Вокс уже держал открытую тетрадь в другой руке, и ее внимание сразу переключилось на нее, а не на странную позу. «Давай я попробую сыграть еще раз, хочешь послушать?» Хорошо, что Вокс постепенно учился контролировать накатывающие эмоции, ведь Чарли улыбнулась ему самой ангельской (не зря же она дочь Люцифера) улыбкой и зашагала обратно к стулу. На автомате снова занял место за роялем, пытаясь забыть о том, что только произошло. Его руки сейчас должны быстренько вспомнить ту самую мелодию, а не трястись от какой-то глупости. И Вокс начал играть. Ту же самую песню, чьи ноты стояли перед ним, но даже не заглядывая в них, а выуживая из своих давних воспоминаний. И получалось. Легче, без остановок, будто это пел не инструмент, а он сам. Не зря же Аластор так долго практиковал ее с ним.