Я воспитала прекрасную Золушку

— Марша. Голос Ирис заставил девушку вздрогнуть. Лили тоже с удивлением обернулась. Ирис, которая вошла в библиотеку незаметно для всех, стояла бледная, крепко сжимая в руке гребень, и не сводила глаз с Марши. — Ты бы думала так же, будь этот Престон преступником? — Ирис подошла к Марше и опустилась перед ней на колени. Марша в изумлении широко раскрыла глаза. — Ч-что?.. Нет, конечно... Но ведь Престон не преступник. — То есть достаточно того, что он не в тюрьме? Лишь бы был титул и побольше денег? В этот момент в комнату вошел Дуглас с широкой миской в руках. Услышав слова Ирис, он замер на месте. Посмотрев на помрачневшую Лили, он бесшумно прикрыл за собой дверь, не решаясь прерывать этот тяжелый разговор. Марша же продолжала ошеломленно смотреть на Ирис. — А я так не хочу. Я хочу, чтобы человек, за которого я выйду, любил меня. Я хочу, чтобы это был тот, кого люблю я. Услышав это, Дуглас невольно перевел взгляд на Лили. Она закусила губу, не отрывая взгляда от Марши. — Понимаешь, мама... наша мама, — снова заговорила Ирис. Марша невольно представила миссис Милдред Барнс. Красивую женщину, которая когда-то спасла её своим почти магическим мастерством. — Я ведь чувствовала то же самое, что и ты. Когда мужчина намного старше меня, но очень богатый, предложил мне брак, я тоже подумала, что он — слишком хорошая партия для меня. И он сам мне это говорил. Твердил, что он для меня — недосягаемая высота. В памяти Марши всплыл скандал, который совсем недавно сотряс светское общество. О том, как вдова Барнс угрозами выставила вон поклонника своей дочери. Слухи об этом поначалу были злыми, но на следующий день всё изменилось, когда вскрылась правда о том, как этот человек обошелся с женщинами семьи Барнс. — Но мама выставила его. По-настоящему, со скандалом. Она едва ли не за шиворот его вышвырнула, — Ирис горько усмехнулась. Ты в Лили и Эшли тоже невольно улыбнулись, вспомнив тот день. Помнили они и то, как сэр Уэбстер в панике не мог совладать с дверной ручкой. — Знаешь, что поразило меня больше всего? Мама ведь всегда твердила нам, что нужно выходить замуж за богатых. «Это правда», — Лили согласно кивнула. Мать даже заявляла, что мужчина, не способный купить женщине хотя бы один цветок, не достоин внимания. И та же самая мать выгнала Уэбстера, а позже на приеме угрожала ему осколком бокала. — Она выгнала его, потому что он не уважал меня. Она угрожала ему оружием, лишь бы он оставил нас в покое. С того дня Ирис стала чуть больше верить в себя. Теперь, когда кто-то сравнивал её внешность с красотой Эшли или сочувственно замечал, что она не пошла в мать, ей было уже не так больно. — Ты заслуживаешь гораздо лучшего обращения, Марша. От этих слов Ирис Марша не выдержала и разрыдалась. Лили тут же прижала подругу к себе, а сверху их обеих обхватила Эшли. Дуглас тихо поставил миску на стол и незаметно выскользнул из библиотеки. В голове у него был полный беспорядок. Он быстрыми шагами направился в зал, где всё еще играл оркестр. Первым делом он увидел барона Уилфорда, который был на голову выше всех присутствующих. А рядом с ним — изящную миссис Милдред Барнс. Он тоже слышал те сплетни. Про то, как миссис Барнс грубо выставила ухажера дочери. И хотя позже он узнал о поступках того человека, Дуглас до последнего не верил, что вдова могла на кого-то напасть. Чтобы эта маленькая, хрупкая женщина угрожала мужчине оружием? Абсурд. На такое способна только сумасшедшая. Так, по крайней мере, Дуглас думал до этой минуты. К тому же Милдред Барнс была поразительно красива и элегантна. Большинство людей, слышавших те слухи, полагали, что они сильно преувеличены. Но разве не Ирис только что сказала об этом? Сказала, что мать угрожала человеку оружием. Дуглас задумчиво перевел взгляд с Милдред на Лили, вспоминая их встречу. В тот день в Королевском театре Лили ни на шаг не отступила перед Престоном. Когда её спросили, не испугалась ли она, что он может её ударить, она лишь отмахнулась, будто это сущая ерунда. «Похоже, это их семейная черта», — Дуглас потер лицо рукой и тяжело вздохнул. Если подумать, даже принц сейчас пребывает в глубоком унынии и не выходит из своих покоев именно из-за Ирис. — Что случилось? — спросила Милдред, когда третья мелодия подходила к концу. Дэниел вдруг обнял её за талию, и она, вздрогнув от неожиданности, заглянула ему в лицо. — Ничего особенного. Дэниел, еще мгновение назад сверливший Дугласа взглядом, мягко улыбнулся Милдред и заботливо добавил: — Вы уже долго на ногах, наверняка они устали. Поищем место, где можно присесть и отдохнуть? Милдред огляделась и согласно кивнула. Он был прав: после трех композиций, прослушанных стоя, ноги начали неприятно гудеть. Дэниел, положив ладонь ей на спину, бережно повел её к выходу в коридор. Когда они проходили мимо, взгляды Дэниеля и Дугласа встретились. «Не смей на неё пялиться», — ясно читал предупреждающий блеск в глазах барона. Дуглас лишь озадаченно моргнул, не совсем понимая, чем заслужил такую неприязнь.

****

— Лили, а где остальные? — спросила Милдред, уже устроившись в гостиной, когда заметила заглядывающую в дверь дочь. Лили, чуть смутившись, подошла к матери. — Они в другой комнате отдыха. Встретили подругу и разговорились. — Подругу? Кого? Лили быстро окинула взглядом гостиную, проверяя, нет ли поблизости семейства Грегори. К счастью, ни Престона, ни его родителей не было видно — хотя Марша говорила, что они пришли вместе. — Маршу. У неё прическа растрепалась, так что Ирис помогает ей привести себя в порядок. К счастью, Ирис и Лили привыкли обходиться без горничных, а ловкие руки старшей сестры могли сотворить чудо за считаные минуты. Милдред прищурилась и спросила тихим, проницательным голосом: — И почему же у Марши растрепались волосы? — Шпилька зацепилась. Говорит, вырывала её и нечаянно всё испортила. «Врет и глазом не моргнет», — подумала Лили про себя, невольно усмехнувшись. Милдред, заметив эту улыбку, задала следующий вопрос: — А ты что тут ищешь? — Вас, мама. Подумала, что вы будете нас искать, и пришла предупредить. — Вот как? — подозрительность на лице Милдред мгновенно сменилась теплотой. Она взяла Лили за руку и ласково улыбнулась. В конце концов, это была хорошая новость: девочки находят друзей в свете. А раз это Марша, которую она уже знала, то и вовсе беспокоиться не о чем. — А куда делся барон? — За напитками. Голос Дэниеля раздался прямо за спиной Лили. — Ой! — вскрикнула она, подпрыгнув от неожиданности. Милдред тут же строго посмотрела на Дэниеля: — Не подкрадывайтесь так бесшумно! — Прошу прощения. Я был уверен, что Лили меня заметила. С этими словами Дэниел протянул Милдред бокал. Поскольку музыкальный вечер проходил в доме маркиза Кейси, угощения были самого высшего разряда, включая прохладительные напитки. Милдред приняла холодное стекло и с облегчением вздохнула. — Мама. Лилли перевела взгляд с матери на Дэниеля и, на мгновение замявшись под его проницательным взором, обратилась к Милдред. Та протянула дочери свой бокал: — Будешь? — Нет, спасибо. У меня есть один вопрос... Милдред отхлебнула холодный напиток и похлопала по сиденью рядом с собой. Лилли, бросив короткий взгляд на Дэниеля, быстро села и прошептала так, чтобы слышала только мать: — Как победить в схватке с тем, кто намного сильнее и больше тебя? — Что? От такого неожиданного вопроса брови поползли вверх не только у Милдред, но и у Дэниеля. Он замер в своей непринужденной позе, с интересом разглядывая Лили и гадая, к чему она клонит. Лили еще раз огляделась по сторонам, убедилась, что в гостиной их никто не подслушивает, и продолжила: — Ну, предположим, есть один человек, которого я просто терпеть не могу. — Кто это? — Я же говорю — «предположим». Лили дала понять, что речь идет не о ком-то конкретном (по крайней мере, официально). Милдред растерянно посмотрела на Дэниеля. Она лихорадочно перебирала в уме всех знакомых, пытаясь вспомнить, кто мог так насолить её дочери, но никто не приходил на ум. — Как сделать так, чтобы этот человек больше никогда не смел ко мне приближаться? Есть какой-то способ? Милдред снова взглянула на Дэниеля за подсказкой. Она решительно не понимала, к чему ведет этот разговор. В этот момент Дэниел слегка наклонился к ним и произнес низким, вкрадчивым голосом: — Только назови имя, и я сам с ним разберусь. — Лорд Уилфорд! Милдред осадила его взглядом, мол, «не говори глупостей». Лили тоже отрицательно покачала формой: — Нет, я должна сделать это сама. Пожалуйста, подскажите способ, который сработает именно у меня. — Это касается тебя лично? — прямо спросила Милдред. Лилли на мгновение запнулась, а затем ответила: — Нет... моей подруги. Милдред прищурилась. Если бы дело касалось самой Лилли, она бы и Дэниеля ждать не стала — сама бы вцепилась обидчику в глотку. Но раз речь шла о подруге, она немного успокоилась. — Это навязчивый поклонник, которому она уже отказала? — Вроде того. — И она уверена, что он ей неприятен? — О, «неприятен» — это еще слабо сказано. Дэниел проявил явный интерес к теме. Лили покосилась на него и снова зашептала матери: — Он пытается полностью подчинить её своей воле. Распоряжается её жизнью, как своей. — Одержим ею? — Да. — Он её бьет? Нет, такого не было. Марша говорила, что до рукоприкладства не доходило. Лилли на секунду вспомнила, как в Королевском театре Престон замахнулся на неё саму, но тогда вмешался Дуглас, и трус позорно сбежал. — Он слишком жалок, чтобы поднять руку. — Тогда плати ему той же монетой. — В смысле? — Стань такой же одержимой. Делай всё то же самое, что и он. Устраивай истерики, если он пропал из виду хоть на минуту. Требуй денег. Встревай в каждый его разговор с друзьями, не давай ему и шага ступить без твоего надзора. От такого совета у Лили буквально отвисла челюсть. Дэниел тоже удивленно приподнял бровь, явно не ожидая от Милдред подобной тактики.