О невозможном.

Ещё будучи юношей Лисандр не всегда понимал Максимилиана. Как он смог недавно понять - вообще никогда. Почему это произошло... После встречи с ним на душе было пусто и тихо, словно в мрачном тёмном лесу. На душе было пусто всегда, особенно после того, как его бросили. Оставили с Королевой, он чувствовал себя куклой: красивой, но такой бесполезной. Тогда же Максимилиан пришел — наконец-то пришел не по вопросам земли и королевства. Но то, зачем он пришел в этот раз, было намного хуже — и преклонил колено перед ним с просьбой пощадить отданную ему маленькую пленницу принцессу — даже если она бастард, это не отменяет кровь правителя в её венах — вражеского государства, ведь он привязался к ней. Хах. Знал бы он что такое произойдет, убил бы её в тот день сам. Взял бы меч в руки вместо него и сам завершил начатое. В изящном бокале плещется отборное алое вино – явно в цвет его крови – а пустующая бутылка ставится куда-то на пол, Лисандр не следит за этим - ему всё равно. Даже если этот бокал алкоголя станет для него последним. В голове слишком много мыслей, как и выпитого ранее вина. Почему ты не хочешь обратить на меня внимание? Почему она, а не я? Почему ты продолжаешь выбирать других? Почему это никогда не я? Почему меня бросил? Почему? Почему. Почему... ПОЧЕМУ?! Пустой бокал с остатками алкоголя летит в стену, но разбивается на полу. А ведь эти осколки хорошо подойдут для того, чтобы их всадить себе в шею или в вену... Ах... Верно... Кто же займет трон? Он закрывает лицо, чувствуя слёзы ярости, обиды и чего-то еще. Несколько раз глубоко вздыхает и поправляет свои длинные блондинистые волосы - не отчаянно, но близко к этому, пытается немного успокоиться. Не помогает. И все же, он пьёт не для того, чтобы подобные мысли приходили к нему чаще, хотя куда ещё больше, он хочет забыться. Утонуть в алкоголе - утонуть, но хотя бы так. Лисандр Сейфос знает что это не глупая сказка для детей, а суровая реальность. Но маленький брошенный ребенок где-то в глубине души - он на самом дне - безнадежно желает этого. Невозможного. Прекрасный король в дельном спокойствии лежит на мягкой темной кушетке, пока на дне его внутреннего мира жестокая правда безжалостно истерзает его подлинное Я, того несчастного ребенка, что ныне никогда больше не станет счастливым. А был ли он раньше? Нет, ведь этого... Не произойдет.