Спонтанно

Коридор штаба гудел после собрания капитанов. Вопрос о распределении сил едва не закончился открытой ссорой — инициаторами стали они. — Твоя «стратегия», Ями, — это просто «идём и ломаем», — холодно произнесла Шарлотта, когда остальные уже разошлись. — Мы не варвары. — Работает же, — лениво отозвался он, засунув руки в карманы. — Или ты предпочитаешь провести ещё три совещания? — Я предпочитаю думать, прежде чем действовать. — А я предпочитаю действовать, пока враг думает. Она резко остановилась, и ему пришлось остановиться тоже — слишком близко. — Ты подставляешь своих людей, — тихо, но жёстко сказала она. — Капитан обязан просчитывать риски. — Я своих людей не подставляю, — его голос стал ниже. — Я им доверяю. Её взгляд дрогнул на долю секунды. Она знала, что это правда. Знала, как он защищает свой отряд. — Всё равно ты безответственный, — упрямо добавила она, уже тише. — А ты слишком напряжённая, — парировал он. — Иногда можно позволить себе… отпустить. Она шагнула ближе. Слишком близко. — Следи за словами. Теперь между ними почти не оставалось воздуха. Его грудь едва касалась её плеча. Он смотрел сверху вниз, она — упрямо, не моргая. — И что ты сделаешь, капитан Роузрей? — тихо, с привычной хрипотцой. Это была обычная перепалка. Они так спорили десятки раз. Но сегодня что-то было иначе. Может, дело в том, что эмоции после собрания всё ещё кипели. Может, в том, как его взгляд задержался чуть дольше обычного. Может, в том, что оба устали делать вид, будто ничего не происходит. — Ты невозможен, — прошептала она. — Знаю. Он не отступил. И она — тоже. Секунда. Две. А потом словно что-то щёлкнуло. Она толкнула его к ближайшей двери — первая попавшаяся комната оказалась кладовой с коробками и старыми отчётами. Дверь захлопнулась слишком громко. — Это безрассудно, — выдохнула она, прижимая его к стене. — Тогда прекрати, — ответил он, но руки уже легли ей на талию. Это не было продуманным. Не было романтичным. Это было накопленным месяцами напряжением, взглядами, невысказанными словами. Поцелуй начался как продолжение спора — почти сердитый. Но очень быстро в нём не осталось ни капли злости. Она первой потеряла контроль. Он — сразу за ней. Его ладонь скользнула по её спине медленно, уже не торопясь, словно запоминая. Она вздрогнула — и ответила тем же, пальцами скользнув по его шее, зарывшись в тёмные волосы. Их дыхание сбилось, стало рваным и громким в тесной кладовой. Коробки с документами жалобно сдвинулись в сторону. Где-то упала папка. Пыль поднялась в воздухе, но им было всё равно. — Ями… — её голос сорвался, когда он прижался ближе, лишая последних сомнений. — Поздно отступать, капитан. Она тихо фыркнула — и притянула его обратно. Он слегка наклонил её к стене, пальцы осторожно зацепили края её формы и начали медленно стягивать с неё. Шарлотта замерла на мгновение, позволяя рукам Ями работать, чувствуя, как напряжение в груди тает с каждым снятым элементом одежды. — Я… — начала она, но он едва коснулся её губ и перебил. — Тише. Позволь себе почувствовать. Он снял её жакет и повесил на ближайшую коробку, затем аккуратно сдвинул с неё перчатки, проводя пальцами по ладони, оставляя лёгкий след тепла. Её дыхание стало чаще, руки непроизвольно скользнули по его плечам, цепляясь за ткань его майки. — Ты… очень тёплый, — шептала она, когда его руки медленно скользнули к её ягодицам, и сдали их. — Я сказал, не отвлекайся, — произнёс он, слегка улыбаясь, ощущая, как она сопротивляется и в то же время стремится к нему. Он прижал её к себе ещё ближе, касаясь каждой линии её тела. Пальцы осторожно отодвинули бельё, затем плавно проникли внутрь. Шарлотта дрогнула и застонала от удовольствия, сердце бешено колотилось от напряжения, которое она так долго подавляла. Вдруг Ями медленно провёл рукой к её волосам и распустил их, позволяя светлым локонам свободно спадать на плечи. Он слегка провёл пальцами по ним, скользя по мягким прядям, а потом посмотрел ей в глаза и сказал тихо, почти с улыбкой: — Ты невероятно красива. Её дыхание сбилось ещё сильнее, и сердце словно пропустило удар. Она не знала, что ответить, только почувствовала, как его взгляд заставляет её лицо гореть ещё сильнее. Её пальцы упали на его грудь. И он вошёл в неё. Его руки обвили её, тянув к себе, снова и снова, пока они оба не забыли, где заканчивается спор и начинается что-то совсем другое. — Ями… — голос сорвался, дыхание перехватило, — мы не можем здесь… — Можем, — мягко сказал он, и поцеловал её, снова и снова, пока их дыхания не слились в одно. Он не намерен был останавливаться...Только не сейчас. Когда всё закончилось, в кладовой стояла подозрительная тишина. Шарлотта медленно выпрямилась, поправляя форму и пытаясь вернуть выражение лица «ледяная королева». Щёки предательски горели. — Это… не повторится, — строго произнесла она. — Угу, — лениво кивнул он, застёгивая рубашку. Она бросила на него уничтожающий взгляд — и замерла. — Не двигайся. — Что ещё? Она шагнула ближе и раздражённо прошептала: — У тебя на губах моя помада. Он усмехнулся. — Значит, видно, что победил. — Ты…! — она осеклась, затем прошипела: — Вытри. Немедленно. Он нарочито медленно провёл большим пальцем по губам. Посмотрел на след и хмыкнул. — Теперь нормально? Она придирчиво осмотрела его лицо, затем коротко кивнула. И только потом до неё дошло главное. — Как мы выйдем отсюда? — прошептала она. — Если кто-то спросит, что мы делали вдвоём в кладовой… Он пожал плечами. — Обсуждали стратегию. — В кладовой? — Близко к ресурсам, — невозмутимо ответил он. Она закрыла лицо ладонью. — Это катастрофа. Он наклонился к её уху. — Зато эффективная. Шарлотта глубоко вдохнула, расправила плечи и положила руку на ручку двери. — Если об этом кто-то узнает, я тебя убью. — Превзойди свои пределы, капитан. Она метнула в него последний взгляд — смесь угрозы и смущения — и вышла первой, с идеальной осанкой. Ями задержался на секунду, коснулся губ, ухмыльнулся и пошёл следом. Снаружи их уже ждал обычный мир. Но теперь спорить друг с другом стало гораздо опаснее.