Эксперимент с отрицательным результатом

Это был обычный солнечный день. В городе Эндо он протекал особенно привычно: кто-то поливал огород, кто-то убирался в доме, дети играли на детской площадке в парке, а в продуктовых магазинах люди покупали еду. Эндо был очень маленький город, в нëм проживали от силы 3000 человек. Он находился прямо на конце местной страны, и назывался Эндо, обозначая конец страны. Название страны не важнó, будем называть еë Е. Одной из семей в городе была семья Лайлс. Она состояла из 3 человек: Рид, он же папа, Вайолет, она же мама, и Хани, он же сын. В этот день родители не делали ничего особенного. Рид валялся на диване и смотрел "Дискавери", Вайолет стояла у плиты и готовила. Только вот Хани не было слышно, обычно он громкий. Странно, да? Вот и родителям так показалось. Но не успели они отреагировать, как вдруг... Бах! Звук разбитого стекла раздался сверху. Вайолет сразу же побежала наверх, и увидела необычную картину, которая еë разозлила. Окно в комнате Хани было разбито, а сам Хани был весь в краске. У стены стояли баночки красок, рядом лежали кисточки, а на самой стене был нарисован огромный цветок голубого цвета. Вайолет начала громко говорить с явной агрессией. - Хани Лайлс! Это что такое?! - Цветок, - сказал Хани с улыбкой, - Нравится? Я сам нарисовал. - Я вижу, что нарисовал его ты, но почему именно на стене?! - На бумаге это был бы обычный бездушный рисунок, к тому же очень маленький. А на стене он обрëл текстуру и стал больше. - Это не оправдание того, что ты испортил стену! Да и почему ты тогда окно разбил? - У меня в процессе закончилась красная краска для центра, и я сначала хотел купить, честно. Но потом я понял, что можно же не тратить деньги, и... Ну, в общем, вот, - Хани показал палец весь в крови, а в соседней руке окровавленный осколок стекла. В этот момент пазл в голове Вайолет сложился воедино. - Вот тебе было жалко 40 дафнов на краску, что ли? Из-за тебя нам теперь предëтся отдать не только 200 дафнов на замену стекла в окне, но и ещë плюсом 156 дафнов на замену обоев! Ты вообще понимаешь, что ты натворил? - Не надо обои менять! Это моë творение! Его нельзя убирать! - Так, вот когда вырастешь и переедешь к себе домой, тогда и будешь творить там что хочешь. Хоть обои порть, хоть стëкла бей. Но пока ты живëшь здесь и маленький, ты не имеешь права портить дом! - Мама, мне 15, я уже взрослый! Я сам решу, что буду делать! - Вот именно, тебе всего 15, молоко ещë на губах не обсохло! И если ты продолжишь ссориться, то я... - То ты что? Ты ничего не сможешь сделать против меня! Посадишь под домашний арест - и я разрисую стены ещë больше, оставишь без еды - я подам на тебя заявление в полицию за невыполнение своих родительский обязанностей! Ты бессильна! - Ну всë, с этого дня ты на месяц под домашним арестом! Сиди и думай над своим поведением! Мда, день начался скандалом. Вайолет вышла из комнаты Хани и хлопнула дверью, после спустилась на первый этаж и устало села на диван рядом с Ридом. - Хани опять чудил? - спросил Рид. - Да, чудил, - сказала всëещë злобно Вайолет, - И ты не представляешь как! Он разбил окно и разрисовал стену! Да ещë и сказал, что он взрослый, и что я ему не указ! - Прям так и сказал? - Ну не прям так, но смысл тот же. Я в шоке, как наш сын может быть... таким?! - Ну ну, дорогая, успокойся. - Я... Я просто уже не понимаю, как с ним бороться. Он просто неуправляемый. - Ну подростковый возраст всë-таки. Мы и сами были такими. - Я знаю, но сил уже просто нет. Был бы способ его как-нибудь перевоспитать, я бы всë за это отдала. - Пологаю, единственный способ - это время. Когда он станет старше, перестанет так себя вести. - Наверное, ты прав. Иди проверь почту пока что, а то наверняка понаслали всякого. - Ладно-ладно, проверю. Рид подошëл к двери, забрал кипу бумаг и начал перечислять то, что в ней лежил. - Так, что тут у нас... Налоги, ежедневная газета, скидка из продуктового, рассылка онлайн магазина... М? А это что за брошюра? Рид присел рядом с Вайолет, чтобы она лично увидела брошюру. Он начал читать. - *Ваш ребëнок плохо себя ведëт? Буянит? Говорит, что вы ему не указ? Портит всë у вас в доме, и вы уже в отчаянии и не знаете, что с ним делать? Не волнуйтесь, у нас есть способ его перевоспитать. Просто отправьте его в наш летний лагерь для непослушных детей! У нас есть: жëсткая дисциплина, ограничение передвижения, фиксированное питание и конечно же воспитатели, которые будут учить вашего ребëнка хорошим манерам. И главное: всë это совершенно бесплатно! Заинтриговали? Тогда пишите нам! Почта: summer_camp@gmail.com*... Звучит как развод на деньги. Вайолет задумалась, а потом взяла телефон и написала на эту почту. - Дорогая, ты что делаешь? - удивился Рид, - Это же развод! - Рид, это наш последний шанс, - сказала отчаянно Вайолет, - Может, его исправят именно в этом лагере. На телефон Вайолет тут же пришëл ответ на письмо. *Здравствуйте, Вайолет. Мы поняли Вашу проблему и понимаем Вашу злость на Вашего сына. Мы с радостью готовы принять вашего сына в наш лагерь для непослушных детей! Мы даже готовы прямо сейчас приехать к Вам домой и самостоятельно забрать Вашего сына. Единчтвенное, что нам нужно, это Ваш адрес. С нетерпением ждëм вашего ответа.* - Вайолет, я волнуюсь, - сказал Рид, - Ну не могли они так быстро ответить на твоë письмо. Может, одумаешься, пока не поздно? - Нет, Рид, пути назад уже нет. Вайолет написала свой адрес в ответном письме, и уже через 10 минут приехали девушка и мужчина. - Здравствуйте, меня зовут Кейт Амбленш, - сказала девушка в костюме, улыбаясь и протягивая руку, - Итак, Вы говоили, что у вас тут непослушный ребëнок есть, так? - Да, всë так, - сказала Вайолет, пожимая руку Кейт, - Я уже просто не знаю, что с ним делать. - Ох, не волнуйтесь, наш лагерь справлялся с самыми буйными подростками и детьми. Так где этот ваш ребëнок? - А, сейчас его позову. Хани! Спускайся! Хани спустился с недовольным лицом. - Ну чего тебе ещë надо? - обиженно сказал Хани, - Ты же меня вроде под домашний арест посадила. - Хани, познакомься, это Кейт Амбленш, а этот мужчина рядом... - Это Жан, мой помошник, - перебила Кейт. - Да, простите за подзнее приветствие, - сказал мужчина высокого роста с огромными мускулами и чëрными очками. - Да, это Жан. Они отвезут тебя в лагерь. - Чего? В какой ещë лагерь? И, самое главное, зачем? - Это для твоего же блага. - Привет, Хани, меня зовут Кейт, - сказала Кейт. - Ага, здрасьте, - фыркнул Хани, - Так а зачем я здесь вообще? - Я должна тебя осмотреть с ног до головы. Просто выполняй то, что я тебе говорю, ладно? - Ладно, выбора-то у меня всëравно нету. - Рада, что ты понимаешь. Итак, - Кейт достала бумагу с ручкой и начала что-то записывать, - Имя Хани, возраст 15, рост примерно 156-163 см, цвет волос белый, веснушки есть, ага, всë посмотрела. Теперь пора ехать. Хани, попрощайся со своими родителями. - Ага, пока, мам, пока, пап, - сказал сухо Хани. - Стойте, а как же вещи в лагерь? - вмешался Рид, - Разве ему там не нужна одежда? - Оу, не волнуйтесь Вы так, у нас в лагере всë есть, - успокоила Кейт, - Ну а мы уже поедем. До свидания, мистер и миссис Лайлс. Было приятно иметь с вами дело. - Ага, до свидания, - сказала Вайолет. - До свидания, - сказал Рид. Кейт, Жан и Хани вышли из дома, Кейт посадила Хани в машину, а после они уехали. Вайолет и Рид лишь смотрели в даль уезжающей машины. Они тогда и не знали, что они в последний раз видят сына. **** Жан вëл машину, а Кейт с Хани сидели на заднем сидении. - А куда мы едем? - спросил Хани. - В лагерь, тебе же говорили, - сказала спокойно Кейт. - Нет, я имею ввилу конкретное место. Я же этот город вдоль и поперëк знаю, и не видел никакого лагеря. Так куда мы едем? Не успел Хани опомниться, как внезапно какая-то тряпка прислонилась к его лицу. Она пахла каким-то сладковатым приторным запахом. Но тут его зрение помутнело, а перед лицом появилось улыбающееся лицо Кейт. - Ишь какой умный попался, - сказала Кейт, - Так много знаешь. Ничего страшного, у нас и таких принимают. А пока, для своего же блага, поспи, ладно? Обещаю, ты проснëшься совсем другим человеком. Глаза Хани медленно закрылись, и он заснул. А машина тем временем проехала знак "Спасибо, что посетили город Эндо", и направилась дальше в неизвестном направлении. **** В разуме Хани внезапно послышались размытые слова, которые становились всë чëтче и чëтче. Со временем и зрение восстановилось, и он увидел огромную яркую лампу прямо перед лицом. Оглядевшись, он понял, что он в месте, напоминающем хирургию. Да блин, это и оказалась хирургия! Хани посмотрел на себя и увидел множество пунктирных линий по всему телу, будто его собирались оперировать. Рядом стояла Кейт, разговаривавшая с одним из, по предположению, хирургов. Кейт посмотрела на Хани и сделала удивлëнный вид, после чего подошла к нему. - Что, проснулся уже? - сказала Кейт слащавым голосом, - Рановато ты. Но, раз уж ты проснулся, то, наверное, очень хочешь посмотреть на операцию. Хорошо, я же добрая. Если хочешь, то я тебе устрою показательное представление. После этих слов Кейт что-то вколола Хани. Хани сначала ничего не почувствовал, но потом понял, что он парализован. - Не пугайся, это всего лишь миорелаксант, ты от этого не умрëшь. Зато по полной сможешь насладиться операцией. Ну ладно, не буду мешать, а то тут уже начинают. Встретимся позже. К Хани подошли множества врачей в масках, один из них был в резиновых перчатках. И коню было понятно, что это хирург и его помошники! "Они что, правда собираются оперировать меня?!", - подумал Хани, - "Но зачем? Я же не болен." Не успел Хани закончить мысль, как его тело пронзила сильная боль. Хани посмотрел взглядом чуть ниже и увидел окровавленный скальпель. Потом мест боли становилось всë больше и больше. Сначала это были лëгкие порезы, но после последовали глубокие раны, которые безумно сильно болели. У Хани по щекам текли слëзы от невыносимой боли. Он не мог ни сказать хоть слово, ни издать звука. "Больно... Очень больно... *шмыг*... За что мне всë это? Разве я заслужил того, чтобы меня изрезали на куски? Мама, прости, что не слушался тебя, я был не прав! Я заплачу за весь ремонт, но пожалуйста, только прими меня назад. Мне тут очень больно... АЙ! *шмыг*" Хани опять посмотрел ниже и увидел, как его кожу огромными кусками переносят туда-сюда. Он чувствовал, как по всему его телу стекает кровь. Это сводило с ума и одновременно приносило огромную боль. Но это были ещë цветочки, ведь после этого Хани испытал боль, не сравнимую ни с чем. Перед его глазами пронеслась его собственная рука. "Это же... Это моя рука... Аййй, очень больно. Я хочу кричать от боли, рыдать, но не могу. Я хочу домой. Ну или хотя бы вырубиться, чтобы не чувствовать этой боли. Мне кажется, я сейчас умру прямо здесь, эта боль просто невыносимая.* У Хани без остановки текли слëзы боли. Рана за раной, разрез за разрезом. Хани чувствовал всë. Вот кожа опять отделяется от тела, вот иголка по какой-то причине впилась в руку. Но после хирурги добрались и до лица Хани. Они просто хладнокровно вытерли слëзы Хани и продолжили резать и кромсать. Хани уже не мог думать, все его мысли были заняты болью. Вся эта пытка продолжалась ещë 2 часа, после чего хирурги наконец-то положили инструменты и ушли. Хани лежал на столе в крови, тяжело дыша. Но пошевелиться он всë равно не мог, так что и смысла следить за ним не было. После подошëл какой-то мужчина и вколол что-то Хани. После этого укола у Хани закрылись глаза и он уснул. С этого момента он понял, что начался его персональный ад.