There is a new life?

Проснувшись очередным весенним утром Минхо открыл глаза и заметил, что Чан смотрит на него, от чего он немного испугался. — И сколько ты уже пялишся на меня? — Достаточно долго. Минхо толкает Чана ногой и переворачивается на спину, убирая пряди волос с лица, но замирает уставившись на свои шрамы на запястье. Чан замечает это и берет его руку в свою и мягко касается губами шрамов. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы немного побаловаться поцелуями и отстраниться. — Что ты делаешь? — Поцеловал тебя? Минхо хмурится, но решает не отвечать. Он встаёт с кровати, но спотыкается о ковер и падает на пол. — Минхо! — вскрикнул Чан, не успев среагировать и тоже поднимается, чтобы помочь Минхо встать. Поднимая Минхо, Чан заметил что тот рассёк себе губу. — Боже, Минхо. Аккуратнее ну. Встав на ноги Минхо тянет руку, чтобы коснуться раны, но Чан перехватывает его руку. — Не трогай. Идём обработаю. — говорит Чан, потянув Минхо в сторону ванной. — Да ну. Это же всего лишь рана небольшая. — отвечает Минхо сопротивляясь. — Я просто обработаю, чтобы зажило быстрее и инфекции не было. — Да какая нахрен инфекция? — Вот такая, Минхо. Минхо досадно вздыхает, понимая, что с Чаном спорить бесполезно. В ванной Чан усадил Минхо на закрытую крышку унитаза и порывшись в ящиках он достал какую-то мазь. — Может немного щипать. Минхо резко напрягся. — В смысле?... — Да не бойся. Это не больно. — А если? — Минхо. Минхо вздыхает, а Чан подходит ближе откручивая колпачок. — Расслабься. Минхо поднимает голову и указывает свою щёку и Чану не понадобилось ни секунды, чтобы понять чего тот просит. Чан наклонятся и оставляет на щеке Минхо лёгкий поцелуй. — Доволен? — Да. Чан кивает и выдавливает небольшое количество мази себе на указательный палец и осторожно обрабатывает рану Минхо. — Подуй. — Минхо, блин. — Ну больно, блин. Чан тихо шипит и начинает дуть на рану, тем временем пока Минхо начинает смеяться. — Ты посмотри на него. Я ему помогаю, а он смеётся. — Ну ты выглядишь смешно просто. Чан лишь вздыхает и качает головой, но мысленно тоже смеётся. Примерно так и прошел день. Тысячи шуток и смех, и даже под конец дня лёжа в кровати, они продолжали смеяться. — ...Боже, у меня уже живот болит. — смеётся Чан. Потихоньку они успокаиваются. В комнате становится тише. Чан разворачивается к Минхо всем телом и наклоняется. Минхо это видит и сам подаётся ближе, касаясь губами губ Чана. Поцелуй вышел страстным, возможно даже слишком, но, что Чан, что Минхо не обратили на это внимания. Движения становятся медленнее и спокойнее. Чан целует Минхо в щеку и медленно укладывает его на подушку, нависая сверху, почти соприкасаясь с ним телами. — Всё в порядке? — тихо спрашивает Чан, положив руку на лоб Минхо. Минхо смотрит на Чана и спокойно выдыхает, чувствуя как становится теплее. — Да. — Минхо слегка кивает и прикрывает глаза, а Чан наклоняется снова, и вновь целует Минхо в губы. Руки Чана медленно и осторожно скользили по плечам и рукам Минхо, поглаживая и немного сжимая. "Я хочу быть ближе..." Думает Минхо и закидывает руку на шею Чана, которому приходится наклониться ниже. — Не торопись. — тихо шепчет Чан, оставляя лёгкий поцелуй на недавно полученной ране Минхо. Чан медленно проводит по шее Минхо, но убирает руку. Он помнил как однажды Минхо сказал, что не очень любит прикосновения к шее, потому что иногда, у него создаётся впечатление будто уже душат, поэтому Чан старался не трогать его там. Чан отстранился и осторожно лёг сверху, опираясь на руки, чтобы не давить на Минхо. — Не тяжело? — Нет. Чан кивает и даёт Минхо несколько минут, чтобы привыкнуть, а сам смотрит в сторону. Его взгляд упал на ингалятор лежащий на столе неподалёку, он привстает и тянется к нему, чтобы положить ингалятор на тумбочку рядом с кроватью. Минхо поворачивает голову и наблюдает за действиями Чана. — Просто на всякий случай. — говорит Чан видя, что Минхо смотрит на него. — Думаешь, у меня будет приступ? — Нет, точнее я не знаю, но я сделаю все, чтобы этого не допустить. — Ладно... Чан кладет руку на голову Минхо, начинает медленно поглаживать, чтобы успокоить его. — Хочешь, можем придумать стоп-слово, после которого мы сразу же остановимся. — Какое ещё стоп-слово?.. — Ну если ты почувствуешь, что дальше не можешь просто скажи стоп или прекрати и мы остановимся, понимаешь? Минхо смотрит на ингалятор лежащий на тумбочке, но Чан молчит давая Минхо подумать. — Ладно... Тогда я скажу хватит и ты остановишься? — Да. — кивает Чан и слегка улыбается. Медленно, но уверенно, поцелуй становится глубже. Минхо начинает проявлять инициативу, что Чана очень радует, это значит, что Минхо правда ему доверяет, это вселяло ещё большую уверенность. Рука Чана медленно забирается под футболку и осторожно касается живота, чувствуя тепло. — Можно? — Угу... Чан чувствует под пальцами неровность кожи и понимает, что это шрам. Его рука на секунду замирает, а потом он осторожно убирает её, после чего привстает и садится между ног Минхо, осторожно слегка раздвигая его ноги и кладёт руку на резинку шорт. — Хочешь сам... или помочь? Минхо отрывает голову от подушки, чтобы посмотреть на Чана. — Сам хочу... — Хорошо. — Чан убирает руку и наблюдает как Минхо пристает на локтях, неспеша снимая свои шорты с боксерами, поэтому Чан следует его примеру, также снимая с себя одежду, оставаясь полностью голым. Минхо на секунду бросает взгляд на Чана, чувствуя как его щеки краснеют, из-за чего он на время забыл про неловкость. Чан снова нависает над ним и тянет одеяло выше, накрывая их обоих. Минхо слегка сжимает край футболки, пытаясь скрыть лёгкую дрожь, но это не остаётся без внимания Чана. — Всё в порядке? — тихо спрашивает Чан. — Да, просто... Странное чувство. — Это нормально, если ты чувствуешь, что-то впервые, но если тебе страшно, мы остановимся. — Нет... Это не страх, это что-то другое... Чан внимательно изучает лицо Минхо и медленно кладет руку на бедро Минхо, но чувствуя как тот дёргается, он сразу отдергивает руку. Несколько минут Чан ласкал каждый участок кожи Минхо, давая ему время привыкнуть к этому и уже после этого трудно было остановиться. До этого напряжение плечи Минхо расслабились, как и все тело. Мысли потихоньку начали уходить из головы и Минхо начал отдаваться этому моменту, стараясь понять это чувство. Пальцы на ногах слегка сжимаются, когда Чан медленно и осторожно толкаться внутрь, заставляя Минхо тихо простонать. Минхо не было страшно, он чувствовал себя в безопасности рядом с Чаном, даже в такой уязвимый момент. Чан толкнулся чуть глубже и опустился с рук на локти, чтобы быть ближе к лицу Минхо. Он чувствовал тёплое дыхание на своих губах, поэтому он не удержался от того, чтобы оставить очередной поцелуй, на уже слегка опухших губах от поцелуев. Воздух стал тяжелее и теплее. В комнате стало тихо, было слышно лишь дыхание и тихое шуршание одеяла, хотя иногда из уст Минхо все же вырывались тихие стоны, что для Чана звучали как музыка. Толчки стали набирать темп, но не переставали быть осторожными. Губы Чана перемешались со щёк до ключиц, оставляя за собой красные следы. Когда Чан немного отстраняется он кладёт руку на грудь Минхо, рисуя невидимые узоры пальцем. — Почему ты постоянно трогаешь мою грудь? — тихо спрашивает Минхо, приподнимая голову. — Просто мне нравится твоя грудь, а что? Минхо не отвечает, откинув голову назад. Темп снова нарастает и когда Минхо уже оказывается на грани, неосознанно он задерживает дыхание. В один момент напряжение внизу живота отпустило, а с губ сорвался довольно громкий стон. Чан немного отстраняется и смотрит на Минхо. Видит тяжёлое дыхание и на секунду пугается, что сделал Минхо больно. — Эй... Ты в порядке? — Да... — голос звучит немного хрипло. Чан тихо вздыхает и медленно помагает Минхо перевернуться на бок. — Точно в порядке? Минхо кивает, после чего Чан кладёт руку ему на щеку нежно поглаживая. — Ты как помидор. Минхо открывает глаза и хмурясь поднимает взгляд. — Какой ещё помидор? — Ну лицо у тебя красное. — смеётся Чан. — Не смейся дедуль, а то я тебе... — Ладно-ладно, успокойся. Лучше дыши ровно. Минхо, что-то бурчит под нос, но Чан уже не слушает, ложась рядом, наблюдая за Минхо. — Я слишком долго этого ждал. — Не умер же. — Ну да... Думаю ожидание того стоило.