Призрачный Патруль

      Джо Маккензи потянулся в кокпите, чувствуя, как затекшие мышцы протестующе отзываются на его движения. Человечество воевало в космосе уже более тысячи лет, если считать от Первой войны за сектор Бартла (3479-3611 гг.), а эти грёбаные штатные кресла до сих пор делали настолько неудобными насколько возможно, чтобы пилоты не засыпали во время рутинных дежурств.       Его «Гиена» тихо урчала, а приборная панель успокаивающе мигала зелёным, сообщая что все бортовые системы в норме. Заградитель SeC-15 «Hyena», представлявший собой глобальную модернизацию устаревшего штурмовика SeC-9 «Wolf» был быстрым и надёжным кораблём. Scott en Cott хорошо постарались, когда адаптировали технологии Чужих для флота. Маскировочная окраска делала «Гиену» почти невидимой на фоне астероидов, а ODG «Богомол» позволяла перераспределять энергию так эффективно, что даже старые модели двигателей работали как новые.       За обзорным бронеколпаком кабины проплывала привычная картина сектора Тета-7 − чёрная пустота, усыпанная звёздами, с редкими вкраплениями астероидных и мусорных полей на окраине. Когда-то здесь пролегал оживлённый торговый маршрут, но после Вторжения Чужих в 4614 году в системе остались только прыжковые врата на границе гравитационного колодца, да доживающая свой век патрульная станция в центре системы. И четыре уставших пилота, отбывающих свою смену. Так что сейчас это был самый спокойный участок на границе Федерации.       − ТакЛид, может нам хоть сегодня попадётся какой-нибудь завалящий пират или контрабандист, перевозящий палёные сид-чипы? Скука же смертная, а до конца смены ещё полтора часа – пожаловались наушники голосом Рика.       Рик был самым молодым пилотом звена, едва разменявшим второй десяток. Полгода назад его выплюнула в мир космических волков захолустная академия на задворках Альянса свободных миров, и парень рвался в бой.       − Терпи, мелкий, − усмехнулся Джо. − В моё время в Авангарде мы летали по двадцать часов подряд без кофе, без сна и с пробоинами в обшивке, отбиваясь от биоморфов и кристаллидов. И молились о таких спокойных деньках.       − Да ладно, командир, не стращай малого. Новых масштабных атак Чужих не было уже... года так два точно, с 4618-го получается? Да и Авангард, ты уж прости моё «экспертное мнение», после того как власть в Совете Альянса прибрали к рукам корпорации уже давно не тот. От боевого братства Свободных Миров осталась только муштра и дерьмовая еда из тюбиков. – возразил Маркус, позывной «Папаша».       Маркус, второй пилот звена, толстый весельчак с вечно красным лицом, умудрился в свои тридцать восемь лет настрогать четверых детей от трёх бывших жен. И сейчас снова завёл новую любовницу на станции, к которой обязательно забегал перед вылетом. «На удачу», как ритуал – оправдывался он после каждого опоздания.       − Ты не понимаешь, что война не угасает просто так. Что Чужие никуда не делись, просто затаились в своих секторах. Что тишина может быть обманчивой. – резко возразил Маккензи, которого задели за больное. – Ты был простым летягой-ополченцем, а я служил в Авангарде – среди асов Федерации, которые первыми встретили Кристаллидов. Я помню, как они вскрывали наши фрегаты, словно консервные банки.       − Я помню, как осколок пробил мой истребитель и застрял между рёбер. – продолжил Джо. − Как меня вытаскивали из покорёженной кабины, и медики говорили, что повезло − ещё три сантиметра вправо, и осколок прошёл бы через сердце. И потому… патрулирование в спокойном секторе, где ничего не происходит, где можно просто отработать смену и вернуться домой целым, где не нужно убивать и видеть, как умирают твои товарищи – это роскошь, которую тебе не понять, Маркус. Роскошь, которую надо ценить в ожидании новой войны!       − Ладно-ладно, девочки, не ссорьтесь! А то я заманаюсь объяснительные писать, если вы друг друга щас перестреляете – вклинился в разговор Билли Хендерсон, третий пилот звена. Билли был отставным копом, которого выперли с корпоративной службы за мелкое взяточничество. На шарике его никто не ждал кроме пустого холодильника и пары штрафников, желающих поквитаться за свой арест. Так что он предпочитал дневать и ночевать прямо в своём корабле.       − Кстати, вы вчера новую серию «Звёздного Конфликта» смотрели? Там как раз третий сезон стартовал – постарался перевести разговор в безопасное русло Билли.       − Меня бесит, что они превратили Армаду в радужных клоунов! Без выпивки это дерьмище смотреть невозможно. – Включился в разговор Джо.       − Кстати о выпивке, - Рик откашлялся, − после смены я думаю заскочить в «Последний шлюз». Кто со мной?       «Последний шлюз» − единственный бар на патрульной станции «Страж-7», куда они возвращались после дежурств. Липкие столы, мутное пиво, голопроектор, показывающий новости и фильмы. Место, где можно было забыть на пару часов, что человечество пало, поглощенное междуусобицей. И хотя вторжение Чужих пошло на спад, на их место пришли пираты, мародёры и дезертиры, превратившие жизнь во многих секторах в хаос беззакония.       − Я с вами, − отозвался Маркус. – Но только если Билли угощает. Я вчера проиграл ему в покер и снова на мели.       − Ты каждый раз проигрываешь.       − Зато побеждаю на любовных фронтах!       − Ну да, ну да – проиграл сражение, но выиграл войну. Слышали уже, не беси.       Джо усмехнулся, слушая привычную перепалку. Хорошие ребята, хоть и каждый со своими тараканами. За три месяца, как их звено, состоящее из одного списанного ветерана, двух ополченцев и зелёного юнца, начало совместное патрулирование они конечно не стали семьей, но уже более-менее слетались и узнали друг друга.       Рик зависал в баре не потому, что любил выпить или бильярд, а потому, что там работала Сьюзан – новенькая официантка, в которую он втрескался по уши. Билли боялся замкнутых пространств, но пил успокоительные и храпел, так что кокпит трясся. А Маркус считал дни до сорокалетия, когда сможет получить военную пенсию по выслуге лет и улететь в систему Виор на «Колонист-11», увидеть вживую своего первого (и пока что единственного) внука.       Мелочи. Человеческие мелочи. То, что отличало их от...       − Мать твою, что за хрень на радаре!? – оборвал размышления ТакЛида Билли.       − Всем молчать! – рявкнул Маккензи, переключаясь с шутливо-расслабленного тона на рабочий, которым отдавал приказы в Авангарде, когда счет шел на секунды.       Адреналин ударил в кровь Джо, разгоняя дрёму. Он переключил сканер на дальний радиус и почувствовал, как желудок сжимается в тугой комок. Клякса на радаре была большой и нестабильной, подрагивая и исчезая, как будто что-то огромное ломилось через гиперпространство, но ещё не материализовалось в точке прибытия.       − Гнездо, это Призрак-один, − старый ветеран автоматически взял связь на себя. Его голос был сухим и уверенным. – У нас неопознанный контакт на границе гравитационного колодца за мусорной свалкой номер четыре. Очень крупный. Повторяю – очень крупный. Жёлтая, нет, − оранжевая тревога!       Сигнал ушел в сторону патрульной станции. Если повезёт и эфир не будут глушить, то минут через пять его получит диспетчер. Ещё какое-то время уйдёт на то, чтобы разбудить старшего смены и ввести в курс дела. Они сверятся с показаниями собственных систем слежения, а потом вышлют инструкции или поднимут тревогу и вызовут подкрепление. Если будет кого спасать. А пока звено из четырёх патрульных «Гиен» было само по себе.       Джо смотрел на экран сканера не моргая. Большая красная клякса пульсировала там, занимая всё больше пространства. Что это могло быть? Кристаллиды? – Так нет, обычно они появлялись из множества мелких пространственных разрывов в разных точках системы. Биоморфы? – Эти затихли после войны и не вылазили из своих зараженных секторов. Ну не имперские же дезертиры на списанном дредноуте, как в дешевой постановке «Звёздного Конфликта»!       − Так, народ – игры кончились! Активируйте «Богомол» − всю энергию на щиты и двигатели. Постараемся проскочить до свалки пока оно вылазит из гипера и спрятаться среди обломков. Будем надеяться, что нашей маскировки хватит. Заодно посмотрим кто к нам пожаловал. И на случай, если связь отвалится – пока не закрывайте бронеплиты кабины. Возможно, придётся переговариваться жестами.       Четыре «Гиены» ускорились и одновременно нырнули в отработанное астероидное поле, где пять лет назад прошла крупная битва между силами Империи и Федерации, укрывшись за крупными обломками.       − Призрак-один, это Гнездо. – ожил наушник голосом диспетчера. – Контакт подтверждаем. Анализируем данные тепловой сигнатуры. Соблюдайте дистанцию, не прибли…       Связь умерла. Джо оторвал глаза от приборной панели и понял почему. Неизвестный корабль наконец вышел из гиперпространства и обрел форму. Он видел много кораблей − но такого, к своему счастью, ещё не встречал никогда.       Осквернитель. Он не был похож на корабль в привычном понимании. Это было нечто живое и мёртвое одновременно, извращённо прекрасное в своей инородности. Три километра в высоту, километр в длину – цифры не передавали истинного масштаба кошмара. Он просто висел там, за поясом астероидов, неподвижный и молчаливый.       Корпус состоял из тысяч пластин тёмно-зелёного, почти чёрного цвета с металлическим отливом. Пластины наслаивались друг на друга, как чешуя древнего хищника, расходясь веером острых копьевидных выступов в стороны. Они торчали из центрального гребешка корабля, словно иглы морского ежа или перья какой-то космической птицы-падальщика.       В глубине конструкции, между пластинами, пульсировало зловещее зелёное свечение. Яркие точки света, похожие на глаза или на открытые раны, из которых сочился ядовитый свет. Они мерцали в такт с чем-то, что могло бы быть сердцебиением − медленным, размеренным, гипнотическим. А вокруг гиганта медленно вращались обломки, покрытые плотью, внешне похожей на мох. То ли астероиды, то ли останки кораблей, попавших в его гравитационное поле.       Осквернитель был одновременно механическим и органическим, технологией и живым существом. Биоморф в чистом виде – слияние плоти, металла и множества разумов в единый Рой, который люди не могли постичь и сходили с ума, попав под влияние его вируса.       − Боже милостивый, − выдохнул Джо.       Заградители Федерации замерли за большим астероидом – четыре крохотные скорлупки, спрятавшиеся от гиганта. Осквернитель медленно разворачивался, его сканирующие лучи − если это были они – жадно обшаривали систему в поисках жизни.       Секунды тянулись как часы, а старое ранение стреляло болью при каждом вдохе. Джо весь взмок и старался даже не дышать, лишь жестами показав остальным пилотам, чтоб вырубили всю электронику.       А потом Осквернитель начал светиться. Тусклый, зеленоватый свет исходил из глубин его корпуса, пульсируя и становясь ярче, пока не заполнил всё пространство вокруг корабля-монстра. Он прошёл сквозь астероиды. Сквозь обломки. И сквозь корабли.       Джо зажмурился и затемнил лицевой щиток шлема, но всё равно почувствовал его. Не физически – как будто ледяные пальцы прошлись по позвоночнику, проникли в голову, в мысли. На мгновение он увидел... что-то. Другое место. Другое время. Корабли, которые некогда были живыми. Планеты-Бионы, которые дышали. И голод. Бесконечный, всепоглощающий голод.       А потом свет погас. Осквернитель развернулся и прыгнул. Характерная вспышка искажения пространства, и огромный корабль исчез, оставив лишь слабые гравитационные аномалии на сканерах.       Маккензи сидел в кабине, тяжело дыша. Руки дрожали. Сердце билось так сильно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.       − Он... он ушёл? − пролепетал Рик. Голос новобранца дрожал. − Мы живы?       − Живы, − подтвердил Билли. − Мы живы!! ТакЛид, мы...       − Все целы? − перебил Джо. −Доклад. По порядку.       − Говорит «Папаша» Маркус, корабль в норме, все системы работают.       − «Шериф» − у меня всё в порядке: энергощиты, системы − ок.       − Говорит «Птенец», я... я в порядке, командир. Просто обоссался немного, но в порядке.       Нервный смех. Облегчение. Мы выжили. Встретили один из самых страшных кораблей Чужих − Осквернитель, и выжили!       Маккензи посмотрел направо, где в тридцати метрах ниже летела «Гиена» Билли. Бронеколпак на его кабине тоже был откинут. Джо увидел его лицо − и понял, что они не выжили.       На лице Билли что-то росло. Тонкие чёрные нити, похожие на плесень или корни, проступали из-под кожи, стремительно расползаясь по щекам, лбу, шее. Они пульсировали. Двигались. Билли этого не замечал − он смеялся, облегчённо смеялся, а эти штуки ползли по его лицу.       Джо резко повернул голову влево, где в десяти метрах завис корабль Маркуса. Герой-любовник, над неудачными похождениями которого смеялась вся станция (ибо все они заканчивались женитьбой, детьми и очередным разводом). Его глаза стали другими. Даже отсюда было видно, что вместо человеческих глаз на лице жизнерадостного толстяка теперь зияют два чёрных провала без белков и зрачков. Когда он моргал, Джо видел, как под веками что-то шевелится, чего там явно быть не должно.       Рик. Юнец Рик, который только вчера мечтал стать настоящим пилотом и поступить на службу в Авангард или Армаду, когда налетает положенное число часов в охранении. Джо аккуратно потянул на себя рычаг маневровых и перевернул корабль вокруг своей оси, чтобы проверить последнего пилота своего звена. Зараза не тронула лицо Рика, но он как будто вплавлялся в своё пилотское кресло. Кожа на шее трескалась, слипаясь с кожзамом сиденья, а из трещин сочилось тёмная жижа.       Заражение. Лю-вирус. То, что превращало людей в Биоморфов.       И они этого не понимали.       − База, это «Папаша», − прозвучал голос Маркуса в эфире, − Контакт исчез. Повторяю, этот здоровенный биоморф ушёл в следующий прыжок. Мы все чуть не обосрались, но живы и чертовски хотим домой.       Джо слушал – голос его второго номера звучал как обычно жизнерадостно, совсем по-человечески       − Подтверждаем, «Папаша», − ответил диспетчер. − Хорошая работа. Возвращайтесь.       Нет. Нет, нет, нет. Я не мог позволить им вернуться на станцию. Не такими. Не заражёнными. – отчаянно подумал Джо.       Он помнил каждого человека, который умер под его командованием. Лейтенант Харрис − его разорвало на части, когда залп кристаллида пробил щиты их старого «Аллигатора». Капрал Вэнс, которую они подхватили на борт во время эвакуации с покинутого аванпоста. Она задохнулась в разгерметизированном отсеке «Анаконды», атакованной эсминцем пиратского барона. Энсин Томас − ему было девятнадцать, его убили в первую же схватку.       Его рука легла на панель связи. Он переключился на командирскую частоту − ту, что использовалась только для критических сообщений, в обход общих каналов.       − Гнездо, это командир патруля, − сдавленно сказал он – немедленно свяжите меня с командованием базы. Код красный.       − Призрак-один? − в наушниках раздался другой голос, более жёсткий – начальника смены. – Что там у вас происходит!?       − Заражение, − сказал Джо, и слова застряли в горле. − Лю-вирус. Остальные члены звена... они заражены. После контакта с Осквернителем. Они этого ещё не осознали, но они уже... уже не люди.       Пауза. Долгая, мучительная пауза.       − Вы уверены?       − Я видел зараженных пилотов Иерихона, − Джо стиснул зубы. − Во время войны, когда вирус полностью уничтожил Великий Дом Лю и мы устанавливали карантинный периметр общими усилиями всех трёх сторон конфликта: Империи, Федерации и Иерихона. Здесь то же самое. Заражение активно и быстро распространяется. Они вернутся на базу, и...       − Принято.       Одно слово. Джо понимал - он только что подписал смертный приговор своим товарищам.       − Эй, командир, − позвал Маркус, и старый ветеран вздрогнул. − Ты чего молчишь? Всё в порядке?       − Всё отлично, толстяк, − сказал Джо контролируя, чтобы его голос звучал ровно. − Просто думаю, что после такого нам всем положена премия. Может, даже особая лётная нашивка за встречу с левиафаном биоморфов, как у пилотов дредноута корпорации «Эллидиум».       − Точно! − обрадовался Рик. − Я Сьюзан расскажу. Она охренеет!       − Только не забудь упомянуть, что ты обоссался, − подколол Билли.       − Обоссанный, но живой! – рассмеялся новобранец.       Но ты не выжил, − хотел сказать Джо. − Ты уже мёртв. Вы все мертвы.       − Ну что, команда, − сказал он, стараясь звучать бодро, − думаю, у нас есть история для бара.       − Ага, − хмыкнул Билли. – «Мы увидели что-то большое на своих радарах пока прятались среди мусора и астероидов, а потом оно исчезло.» Классная история. За такую нам точно бесплатное пиво в баре не нальют.       − Патрульное звено, это Гнездо. – прервал на общей частоте веселье новый голос в наушниках. Холодный, официальный. – Оставайтесь на текущих позициях. Не приближайтесь к станции. Повторяю – не приближайтесь к станции!       − Гнездо, какого хрена? – рявкнул Билли. – Объясните ситуацию! Я в норме и собираюсь хорошенько надраться в «Последнем шлюзе» через полчаса.       Молчание. Долгое, тягучее молчание, в котором Джо слышал только собственное дыхание и тихое гудение систем жизнеобеспечения.       − Патрульное звено, − голос принадлежал начальнику «Стража-7», − Заглушите двигатели и деактивируйте боевые системы. Немедленно. Это приказ. Иначе вы будете уничтожены.       На экране тактической обстановки появилась эскадрилья перехвата в полном составе: четыре федеративных «Орла» Т9, оснащённых модульными дестабилизаторами реакторов и плазменными пушками ближнего боя, и два загонщица − «Ястреба» Т7 с микроварп-двигателями для внутрисистемных прыжков и фугасными НУРСами на внешних подвесках.       Шесть боевых кораблей, поднявшихся с базы по тревоге.       − У вас тридцать секунд.       − Командир! – Рик отчаянно кричал в общем канале. – Скажи им, что они сошли с ума!       Джо уставился на экран, где мигали три зелёные точки – его звено. Маркус, Билли, Рик. Хреновые вояки, но славные парни, насколько славным может быть человек в мире, где человечество жизнерадостно режет друг дружку от появления Сигнала в 2062 году. К ним набирая ускорение неслось шесть синих отметок. Он посмотрел на свои руки. Правая рука сжимала джойстик управления, а большой палец завис над кнопкой открытия огня и подрагивал. Джо чувствовал, как бьётся сердце. Как кровь пульсирует в висках. Как пот выступает на лбу. Он ненавидел убивать своих – слишком многих друзей похоронил за годы войны.       − Вот же ж паскудство! – вырвалось у него.       И тут шесть перехватчиков прервав внутренний диалог Джо дали синхронный залп по его «Гиене». Рефлексы старого ветерана опередили сознание – Маккензи сначала рванул корабль в крутой вираж, а потом уже осознал, что произошло.       − Натан Грэйв, СУКИН ТЫ СЫН!!! – заорал Джо начальнику станции в командном канале. – Что ты творишь!? Я живой!       − Прости, Джо, но биосканеры показали, что ты тоже заражен. − виновато ответила База голосом диспетчера.       − Бред! Это какой-то сбой! Проверьте ещё раз! – закричал Джо, уворачиваясь от преследовавшей его пары «Орлов».       − Мы проверили. Трижды.       Джо перевёл взгляд на свои руки – они остались прежними. Лихорадочно рванул молнию на комбезе и не обращая внимания на попадания, сбивающие щит «Гиены», всмотрелся в своё отражение на армейском жетоне – оно было обычным.       − Я ДОКАЖУ! Я ДОКАЖУ, ЧТО Я ЧЕЛОВЕК!!       Он развернул свою «Гиену» и полетел к станции, врубив форсаж. Призрак-один, списанный ас Авангарда, выписывал противоракетные восьмерки и лихорадочно твердил про себя – я Джо Маккензи, бывший майор. Служебный номер A-7749, двадцать два года службы. Я человек, а не марионетка Роя.       Ракеты настигла его на полпути.             

*** *** ***

             − Фух, я думал всем нам конец. Дважды. Первый раз когда анализаторы опознали корабль биоморфов, а второй – когда мы получили сообщение от Джо… о ребятах. – Сэм, глава дежурной смены диспетчерской «Стража-7», шумно выдохнул и с облегчением снял шлем и отстегнул кислородный баллон, которые по протоколу безопасности следовало носить из-за угрозы разгерметизации станции во время боя.       − Рэйчел, пошли напьёмся. Вдребезги. Нет – вдрабадан! А потом потрахаемся как последний раз в жизни!       Рэйчел, его помощница, а по совместительству второй диспетчер дежурной смены, сидела спиной к Сэму и молчала.       Сэм встал и подошел к подруге, потрепав её по плечу.       − Рэйчел, ты в порядке?       − Нет, Сэм, я не в порядке − я умерла.       Рэйчел резко развернулась в кресле и посмотрела на друга отчаянным взглядом своих ярко-зелёных глаз, вокруг которых уже начинали проступать стремительно чернеющие капилляры. Вот только у неё всегда были голубые глаза.       Сэм в ужасе шарахнулся, споткнулся и упал. Его рука рефлекторно схватила воздух возле кобуры, но было уже поздно. Его парализовало, хотя сознание ещё какое-то время боролось с лю-вирусом, подминающим под себя новое тело.       Последнее, что он слышал – это голос существа, недавно бывшего Рэйчел, которое взволнованно вызывало спасательную операцию на «Страж-7» после атаки пиратов, якобы повредивших системы жизнеобеспечения на станции.       − Нет, нееет – не прилетайте! Это ловушка!! – силился прокричать он, но голосовые связки уже не принадлежали ему.       А потом тьма поглотила Сэма.