Быть полезным

— Ты уверен, что ужин с Ильёй и Шейном — это хорошая идея? Скотт шёл за Кипом под зонтом, держа его над ними. Неожиданный дождь, что накрапывал с самого утра, уже не сулил ничего хорошего от вечера, по мнению Хантера. Но Грейди фыркает и сильнее сжимает свободную руку Скотта в своей. Ему буквально хотелось уже придушить его за нытьё весь день. — Ты хотел обсудить с ними вложение в их фонд, Скотт. — Я мог это сделать и по почте с матерью Шейна. Кип остановился на ступенях, ведущих в ресторан, и обернулся на мужа: — Ты же не серьёзно? — Кип поднял бровь и посмотрел на Скотта, который нахмурил свои светлые брови. О боже, он серьёзно. — Ладно… Скотт, такое лучше обсудить лично при встрече. Тем более я давно хотел пообщаться с Шейном и Ильёй более лично, а не мельком, когда я подношу им напитки в «Кингфишер». Грейди потянул его внутрь, улыбаясь швейцару, что открыл им дверь в ресторан. Хантер неловко улыбнулся тоже, стряхивая с зонта капли. — Кип, я действительно не уверен, что такая обстановка поспособствует рабочим моментам… — Зато она способствует дружеским отношениям, Скотт. — Дружеским? Хантер на ходу расправлялся с пуговицами на своём пальто, стараясь поспевать за бодро идущим Кипом в сторону зала ресторана. Скотт не был тут раньше и в целом не знал, что тут их ждёт, поскольку всё организовал сам Грейди, не посвящая его в детали. — Да, старик. Не хочешь быть со мной друзьями? Жаль, мне казалось, мы с тобой уже довольно близки. Илья ухмыльнулся, сияя своей нахальной улыбкой. Он держал руку на спинке дивана за спиной Шейна и ласково поглаживал кончиками пальцев того по плечу. Холландер поднял взгляд с меню на ребят и улыбнулся: — Привет. Не сильно вымокли? Нью-Йорк сегодня не сильно радует погодой. — Собственно, как и голами. Розанову было явно комфортно ощущать себя в этой обстановке. По Шейну было видно, что он ещё немного зажат, поэтому он неловко улыбнул: — Мы пока ничего не заказали, только напитки. — Отлично! Спасибо. Кип быстро повесил своё пальто на вешалку возле их стола и обернулся к Скотту, чуть задевая полы его верхней одежды. — Чего застыл? Давай сниму. Хантер позволил рукам Грейди скользнуть по его плечам, снимая пальто, и он в благодарность мазнул губами по гладко выбритой щеке. — Что, уже настолько стал старым, что тебя раздевает твой муж? Заметил Илья, но Скотт, на удивление, не услышал в его голосе какого-то подвоха. Лишь беззлобный подкол. — Я люблю за ним ухаживать, Илья. Для того он мой муж. Гордо ответил вместо него Кип и уселся на свободный диван напротив Шейна. Хантер последовал за ним, протягивая наконец-то руку для приветствия. — Вы тут застряли из-за погоды, да? Грейди взял меню и открыл его на странице с горячими блюдами. Он подвинулся к Скотту ближе, соприкасаясь с ним плечом, и водил пальцами по строчкам. — Пришлось задержаться. Лично я не расстроен, зато появился шанс опять посмотреть, как Хантер… — Илья, заткнись хотя бы пару минут, пожалуйста? — Шейн звучно шлёпнул меню перед ним и указал на пару блюд. — Закажи мне рыбу и что-нибудь на гарнир. Я сейчас вернусь. Холландер встал из-за стола, и Илья задумчиво проводил его взглядом. — Эй…Так...Как твоя терапия? Эрик сказал, что ты вроде как делал успехи? Скотт пересилил себя, когда Розанов опять обратил на них с Кипом внимание. Илья по-теплому улыбнулся. — Интересуешься моей жизнью, папочка? Всё отлично, спасибо за заботу. Я уже легче переношу срывы. Хантер кивнул и неловко положил руку на колено Кипу, не зная просто куда их пристроить. Он не знал, зачем спросил об этом. О том, что Илья боролся с депрессией и ходил к психологу, знали не так много людей, и Скотт входил в их круг. Чем больше он общался с Шейном и Розановым, тем больше он понимал, что те находились совершенно на разных уровнях социализации. Илья мог быть бабником, быть занозой в заднице и портить ему настроение, но при этом Хантер понимал, что ему приходилось переживать всё практически в одиночку, не имея рядом кого-то действительно близкого и кому можно было доверять. — Это замечательно, Илья. В эту игру мне показалось, что ты играл чище, чем в прошлый раз. Грейди положил руку поверх руки Скотта на своём колене и сжал. Он поддерживал разговор за него, пока за стол не вернулся Шейн и как раз в это время к ним подошёл официант. — Да, лагерь в этом году опять будет расширяться. Моя мама нашла площадку, где также можно будет заниматься не только хоккеем во время тренировок, но и другими активностями. Наверное, дети любят настолки? После лёгкой тишины за поеданием ужина они разговорились. Шейн неловко рассказывал об инновациях их тренировочного лагеря, отвечая на вопрос Скотта. Тот кивнул: — Это круто. Хорошее решение, сплочение детей — хороший путь к их социализации и приучению друг к другу. Хантер чуть расслабился под лёгкими касаниями Кипа под столом и разговором за бокалом вина. — Мы всё ещё будем рады увидеть тебя в качестве тренера. Было бы здорово, Хантер. Такое чувство, что ты этого избегаешь. — Илья! Холландер толкнул мужа в бок и посмотрел на него неодобрительно: — Мы не раз его звали, Шейн. Он не давал никогда точного ответа, хочет он или нет. — У меня не всегда складывалось. Сначала были свои проблемы с признанием, — Он сжал руку мужа, и Кип грустно улыбнулся ему. — Потом все решили, что я лучшее решение для продвижения их рекламы… — А потом он стал владельцем бара, где любят всех без исключения. Да и я забрал у него пару лет жизни. Грейди пожал плечами и улыбнулся уже Илье: — Ты и сам понимаешь, о чём можно думать, когда всё так… скомкано и не распланировано. У него нет такого ответственного мужа, как у тебя. Я не любитель составлять списки. — Они упрощают жизнь! Краснеет Шейн, и Розанов смягчается. — Ладно. Тебе повезло, Хантер, что у тебя такой очаровательный муж. Скотт неловко поцеловал Кипа за ухом и выдохнул: — В этом году я точно буду. Только я тут подумал… — Он сначала взглянул на Грейди, а потом на ребят. — У вас были мысли о каких-нибудь спикерах, которые бы могли рассказывать не только о хоккее, а вообще о всяком важном? — С детьми работает психолог. У нас очень хороший человек в штабе, он… — Я имею в виду общение с реальными людьми, которые могли столкнуться с дискриминацией в реальной жизни. Кип остановился поглаживать его по колену и взглянул на него так проницательно, что у самого встал в горле ком. Шейн помолчал и покачал головой: — Мы… как-то не думали. Это было бы интересно и полезно. Можно же привлечь ребят из нашего сообщества. Или, например… — Кипа. Он может рассказать, как это — иметь мужем рассыпающегося на куски спортсмена. Илья одобрительно кивнул и отпил своё вино. Холландер откинул голову и зажмурил глаза. — Меня? Я… На самом деле, Скотт и вёл разговор к этому. Он видел, как горели глаза мужа, когда их сообщество хоккеистов каждый раз на любую ситуацию оперативно реагировало и защищало права другого игрока. Кип гордился тем, что Хантер помогал другим, и хотел также быть полезным, помимо работы в их баре. — Было бы здорово. Типа… дети могут узнать, что есть и другая сторона, когда есть люди вокруг и что они тоже переживают. Илья говорил серьёзно. С его стороны всё чаще слетали хорошие идеи, и Скотт был рад, что терапия шла ему на пользу. — Мы поговорим и обсудим это в следующий раз. Думаю, это отличная идея. Грейди толкнул Скотта в бок и кивнул ему в сторону туалета. Хантер выпустил его, но Кип взялся за его руку. — Сходи со мной? Мужчина поднял брови, но покорно пошёл за мужем в туалет. Когда он закрыл основную дверь, Кип припал к его губам. — Ты это специально? Я чувствую, специально! Всё тело Грейди звенело от непонятного Скотту… восторга? Его щёки лихорадочно горели, а глаза сверкали любовью. — Я просто предложил идею, о которой думал несколько дней. Но это же круто, разве нет? — Я буду полезным! Я расскажу, как чуть не умер в магазине, пока впервые делал тебе смузи! — Не думаю, что детям это обязательно знать… Кип фыркнул и утащил его в кабинку подальше от основного выхода. — А я расскажу. Расскажу, что моё сердце не выдержало при первой встрече с тобой. Он целовал его в шею и руками шарил под кофтой, задевая ногтями пуговицы. — Я расскажу, что когда ты позвал меня перекусить после того благотворительного вечера, я понял, что я пропал. — Кип, за столом нас ждут… Но Грейди не мог совладать с пальцами. Руки ловко вытащили из джинсов заправленную рубашку, и он завозился с пряжкой ремня. — Они не обидятся. Я не думаю, что Розанов не поймёт, что я утащил тебя сюда не просто в туалет. Скотт покраснел. И как потом им вернуться, зная, что Илья и Шейн знают, что они могли тут делать? — Милый… — Я буду полезным, Скотт. Мы будем полезны вместе. Не только для посетителей «Кингфишер», но и для детей. Скотт… Отчаянно шептал Грейди, скользя рукой под трусы Хантера. Мужчина втянул воздух сквозь зубы. Рука знакомо обводит головку по кругу и сжимает его пальцами. — Мы в ресторане… — Тебя заводит мысль, что мы не одни? О, я помню тот раз, когда я зажал тебя в подсобке бара… Чёрт, Скотт, не будь мы тут с ребятами, я бы… — Замолчи… Я не выдержу твоих фантазий. Скотт тихо заныл, толкаясь в руку Кипа. Времени не так уж много. Но его муж знал его и знал о том, как довести его до головокружения. — Жаль. Но ладно, я их приберегу до дома. Скотт, не желая оставаться в стороне, опустил одну руку на загривок Кипа, а другую — на его пах поверх брюк. Мужчина со свистом выдохнул куда-то ему в шею и начал толкаться в руку. *** — Шейн. Позвал его Илья, всё ещё набивая рот салатом. Холландер отвлёкся от телефона и поднял бровь: — Что? — Пробка сейчас нормально давит внутри? Шейн понадеялся, что Илья сказал это вне слышимости пробегающего рядом официанта. — Илья… — Я хочу включить её. Хантер всё равно там сейчас развлекается с Кипом, почему мы не можем.