Тишина в квартире

Поздний вечер окутал город, который никогда не знает покоя. За окном раздавался шумный гул улиц, смешиваясь с ритмичным стуком холодного дождя, который настойчиво бился о стекло окна, словно пытаясь пробиться внутрь и нарушить уютную тишину квартиры. Ло Вэньчжоу вернулся с работы позже обычного, усталый, но с лёгким чувством облегчения. Он медленно снял верхнюю одежду и, сделав шаг вглубь квартиры, направился в гостиную, где мягкий свет от напольной лампы создавал атмосферу уюта и покоя, словно приглашая его забыть о суете дня. Фэй Ду не спал. Он уютно устроился на диване с книгой, а его рука лениво поглаживала Ло Иго. Кот послушно лежал на его коленях и, зажмурившись, наслаждался моментом. Ло Вэньчжоу на мгновение замер у дверного косяка, невольно задержав дыхание при виде этой трогательной сцены. В комнате царила тишина, нарушаемая лишь шорохом страниц и размеренным дыханием кота. Казалось, лишь вчера они колко подшучивали друг над другом, а сегодня уже делили не только пространство, но и частички своих сердец. Это мгновение было наполнено такой гармонией, словно сама жизнь замерла, чтобы запечатлеть их близость. Фэй Ду поднял взгляд и вместо привычной иронии произнёс с лёгкой улыбкой: — Ты поздно. Ужин на плите, но он уже остыл. Ло Вэньчжоу не смог сдержать ответной улыбки. Он подошёл ближе и протянул Фэй Ду небольшой букет роз с нежными лепестками. Фэй Ду удивлённо перевёл взгляд с цветов на мужчину, в его глазах заиграли искорки понимания и любви. Сегодня был тот самый день: ровно год с тех пор, как они начали встречаться. Президент Фэй помнил об этой дате, потому и приготовил ужин, который теперь безнадёжно остыл из-за опоздания капитана Ло. Но это не имело значения, ведь главное, что Вэньчжоу тоже помнил об их дате. — Иди в душ, я сейчас всё разогрею, — произнёс Фэй Ду, поднимаясь с дивана и направляясь на кухню. Его показную лень словно рукой сняло. Ло Вэньчжоу, смеясь, отправился смывать с себя запах полицейского участка и долгого рабочего дня. Вскоре он вышел из ванной с влажными волосами, забыв взять новое полотенце. Фэй Ду уже ждал его с чистым полотенцем в руках. Он начал бережно промакивать волосы капитана. Ло Вэньчжоу послушно наклонился вперёд, облегчая ему задачу. В какой-то момент Вэньчжоу перехватил его руки и, внимательно глядя в глаза, спросил: — Ты ел? — Да. — Что именно? — Завтрак ты видел, в обед перекусил бутербродами и лапшой. А вечером ждал тебя, чтобы поесть вместе. — Ты слишком мало ешь, — нахмурился Ло, его сердце забилось в беспокойном ритме за состояние возлюбленного. — А ты слишком беспокоишься, дедуля, — Фэй Ду поцеловал его в кончик носа и довольно улыбнулся. Вэньчжоу подался вперёд, накрывая губы Фэй Ду своими. Они мягко целовались, наощупь перемещаясь в спальню. В комнате горел приглушённый свет, создавая интимную обстановку. Фэй Ду аккуратно отложил полотенце на тумбочку и обнял Вэньчжоу за талию, притягивая к себе ближе. Их сердца стучали в унисон, пока они с большой любовью прижимались друг к другу. — Знаешь, — тихо начал Ло, на секунду отстранившись, — ты правда должен больше заботиться о себе. Я не хочу, чтобы ты падал в обмороки из-за того, что забыл поесть. Фэй Ду улыбнулся, хотя в глубине его глаз на миг мелькнула тень сомнения, он и вправду не знает, почему не поел сегодня, словно беспокойство о важности дня забрало весь голод, лишь иногда живот напоминал о том, что ему стоит поесть. — Я в порядке, — ответил он, но Вэньчжоу не дал ему договорить, крепче прижимая к себе, всё же не веря в это. — Ты знаешь, что я всегда буду рядом, — прошептал он. — Не забывай об этом. Фэй Ду кивнул и вновь потянулся к губам Вэньчжоу. Они продолжали целоваться, пока не опустились на кровать. Ло Вэньчжоу лёг на спину, а Фэй Ду приник к нему, согревая своим теплом. Он чувствовал биение сердца партнёра и понимал: это именно то место, где он хочет быть и откуда никуда не уйдёт. — Ты правда сам приготовил ужин? — спросил Вэньчжоу, когда их губы на секунду разъединились. — Да, но теперь он может подождать. У нас есть время для нас самих, — ответил Фэй Ду, снова склоняясь к нему и целуя со всей своей любовью, которую он вечно скрывает от окружающих, но вечером отдаёт всего себя в их совместные ночи любви. Они провели несколько минут в тишине, просто наслаждаясь близостью. Внешний мир исчез, затих за плотными шторами спальни, оставив место лишь для размеренного дыхания. Остались только они вдвоём — две души, нашедшие друг друга среди бескрайних и порой жестоких просторов жизни. Они долго летали по миру, путались в своих чувствах, но всё же смогли обрести и полюбить друг друга. Ло Вэньчжоу медленным и тягучим движением снял с плеч Фэй Ду шёлковый халат, позволяя ткани бесшумно скользнуть вниз, он откинул его к подножию кровати. Фэй Ду слегка вздрогнул от прикосновения прохладного воздуха, но тут же расслабился, чувствуя горячие ладони капитана на своей коже, блуждающие по всему телу в благоговейном порыве. Вэньчжоу перевернул их двоих, теперь он был сверху, позволяя Фэй Ду лежать на кровати и нежится в лучах его любви. Он не спешил, целовал сначала ключицы, прослеживая их острые линии, а затем спускался ниже, к нежной груди, где на бледной коже белели старые шрамы, немые свидетели пережитого ужаса, начиная с самого раннего детства от отца, заканчивая личными пытками от самого Фэй Ду. Каждый след от электрических разрядов, оставленный когда-то безжалостным отцом, теперь получал свою долю исцеляющей нежности. Ло Вэньчжоу целовал их бережно, словно хотел физически вытеснить старую боль своим теплом, что у него, определённо, получалось. Его губы шептали без слов: «Всё закончилось. Ты дома. Ты свободен». Фэй Ду прикрыл глаза, запустив пальцы в короткие, жёсткие волосы Ло Вэньчжоу, мягко поглаживая их. Он чувствовал, как внутри него, в самом центре груди — холодном сердце, начинает разливаться что-то живое и мягкое. Это была не просто страсть — это было чувство абсолютной безопасности, которое он когда-то считал невозможным, а теперь получал с максимальными процентами. — Вэньчжоу… — выдохнул он, и его голос, обычно ироничный и ровный, сейчас дрогнул от переизбытка эмоций. Ло Вэньчжоу поднял голову, заглядывая в тёмные глаза Фэй Ду, смотрящие прямо на него. В его взгляде не было жалости, которую Фэй мог себе придумать, только безграничное обожание и та упрямая, собачья преданность, которая когда-то заставила Фэй Ду снова поверить людям, хотя он всё равно больше доверяет своему возлюбленному, чем другим. — Я здесь, А-Ду, — тихо отозвался Ло, переплетая свои пальцы с его. — И я никуда не уйду. Больше никто не посмеет коснуться тебя так. Только я. Он снова прильнул к нему, на этот раз накрывая губы Фэй Ду глубоким, чувственным поцелуем, в котором смешались вкус мятного зубной пасты, домашнего уюта и обещания бесконечного «завтра». В этот момент Фэй Ду окончательно понял: его персональный ад наконец-то погас, побеждённый этим невыносимым, шумным и самым любимым человеком на свете.