Lupine girl

Утро только начинало озарять класс по Защите от Тёмных Искусств. Первые лучи солнца скользили по пустым партам, отбрасывая длинные тени. Профессор Люпин, погружённый в свои мысли, неспешно подготавливал кабинет к очередному уроку, расставляя артефакты и книги. Как вдруг скрипнула дверь, и из-за неё показалась миниатюрная, стройная, невысокого роста девушка. Её длинные, густые русые волосы были слегка волнистыми, а запоминающиеся ярко-голубые глаза пытливо оглядывали помещение. В руках она держала стопку учебников по ЗОТИ. — Доброе утро, — с сияющей, хотя и немного усталой, улыбкой поздоровался Профессор, чувствуя, как его обыденное утро вмиг окрасилось чем-то новым. — Доброе утро, — в ответ улыбнулась Сиенна, и эта улыбка, казалось, озарила весь класс. — Ты ведь новая ученица? Директор упоминал, что будет пополнение в нашей школе, — мягко спросил мужчина, внимательно разглядывая её. — Да, я Сиенна Сильверстон. Моя близкая подруга Эмма посоветовала вашу школу, — спокойно ответила девушка, подходя к парте ближе к окну и аккуратно раскладывая свои учебники. — Какое у тебя было прошлое место учёбы? — поинтересовался Римус, его интуиция подсказывала, что ответ будет интригующим. — Дурмстранг, — переводя взгляд на профессора, ответила Сильверстон, и в её голосе не было и тени хвастовства, лишь факт. Римус невольно успел оценить внешность своей новой ученицы: пухлые губы, чёткие, но при этом мягкие черты лица и тонкий носик. "Внешность, достойная портрета", — мелькнула мысль в его голове, и он тут же поймал себя на этом, чувствуя лёгкое, неловкое смущение. — Зачем пришла так рано? Урок ведь только через час, — попытался усмехнуться мужчина, пытаясь скрыть свою мимолетную задумчивость. — Не люблю толпу, — хмыкнув, ответила Сиенна, её ярко-голубые глаза смотрели на профессора с каким-то необыкновенным, взрослым пониманием. Их разговор был прерван. Дверь распахнулась вновь, и в класс буквально ворвалась Эмма, подруга Сиенны. — Доброе утро, Эмма, — поприветствовал Люпин, его голос снова приобрёл привычную учительскую интонацию. — И вам, профессор! — весело ответила девушка, раскладывая свои вещи. Закончив, она подошла к Сильверстон, и подруги обнялись. — Ты, наверное, не успела вчера посмотреть всю школу, так что я буду твоим путеводителем, — произнесла Эмма, беря Сиенну за руку и поглядывая на профессора, словно извиняясь за свой внезапный приход. — Так, библиотеку показала, Астрономическую башню тоже, в Большом зале были, и зал наград увидела, а сейчас идём во внутренний двор! — произнесла Эмма, энергично жестикулируя. Девушки так увлечённо болтали, что не заметили, как оказались во внутреннем дворе. Двор представлял собой открытую прямоугольную площадку, окружённую крытыми готическими галереями с изящными арками. Массивные каменные стены, высокие своды, где студенты могли укрыться от дождя, и вымощенные камнем дорожки создавали атмосферу древности и величия. В самом центре гордо возвышалось огромное древнее дерево, распростёршее свои могучие ветви. Это было главное место для отдыха и общения между уроками. Здесь всегда стоял шум от разговоров, а на парапетах галерей, окружённые стопками книг, сидели ученики. Около древнего дерева стояли трое: два парня и девушка. Их фигуры казались знакомыми даже Сиенне, которая только что перевелась. — А это наше Золотое Трио, — чуть понизив голос, но с ноткой гордости, произнесла Эмма, указывая на них взглядом. Девушки подошли ближе. Сиенна, несмотря на некоторую внутреннюю настороженность, хотела познакомиться с каждым учеником Хогвартса, тем более с такими легендарными. — Привет, я Сиенна, — с открытой улыбкой произнесла девушка, обращаясь к троице. Её ярко-голубые глаза внимательно изучали каждого из них. — Привет, я Гарри, а это Рон и Гермиона, — отозвался парень с растрёпанными волосами и знакомыми очками, его зелёные глаза дружелюбно смотрели на неё. — Ты новенькая? — Да, рада знакомству, — кивнула Сильверстон, её улыбка стала чуть шире. — Новенькая с Дурмстранга, — добавила Эмма, похлопывая Сиенну по плечу. — Представляешь! Гермиона, которая до этого изучала Сиенну с присущей ей академической заинтересованностью, тут же оживилась. — Ого, Дурмстранг! Это… это очень интересно! Расскажи, пожалуйста, — практически потребовала она, её глаза загорелись любопытством. — Там правда нет магглорождённых? Рон фыркнул. — Гермиона, не сразу с допросом! — Рон! — одёрнула его Гермиона, но уже с улыбкой. — Просто очень интересно. — Всё в порядке, — мягко сказала Сиенна. — У нас действительно своя специфика. Да, магглорождённых там не принимали. Но обучение… очень глубокое, особенно в области боевых заклинаний и древней магии. Зельеварение тоже на высоком уровне. Но я почувствовала, что мне не хватает... чего-то другого. Хогвартс казался логичным выбором для продолжения обучения. Гарри внимательно слушал, его взгляд был задумчивым. — Так значит, ты хорошо владеешь боевой магией? Сиенна кивнула. — Профессора там были весьма строги. А вы, я так понимаю, тоже не сидите сложа руки — она подмигнула Гарри, намекая на его прошлые подвиги, о которых уже вовсю ходили слухи. Рон рассмеялся. — Ну, Гарри тут у нас главный по приключениям. И по части ЗОТИ он лучший, да. Гермиона кивнула. — Но наши методы, надеюсь, тебе покажутся более… разнообразными. Профессор Люпин, он замечательный! Он даёт нам такие практические знания, это совсем не то, что Снегг. — Я уже успела заметить, что он отличается, — тихо произнесла Сиенна, вспоминая их утренний разговор. — Он… интересный. Эмма, заметив, как Сиенна смотрит в сторону класса ЗОТИ, легонько подтолкнула её. — Только не влюбляйся в него, Сиенна! Он хоть и очарователен, но он учитель, да и... Рон и Гарри захихикали, а Гермиона закатила глаза. Сиенна лишь мягко улыбнулась, её голубые глаза сверкнули чем-то, что подруга могла и не заметить. Их болтовню резко прервали приближающиеся шаги. К ним направлялся Драко Малфой в окружении своих верных приспешников – Крэбба и Гойла. На лице блондина играла высокомерная ухмылка, когда он остановился в паре шагов от группы. Его серые глаза скользнули по Гарри, Гермионе и Рону, а затем остановились на Сиенне, и в его взгляде читалось презрительное любопытство. — Ну-ну, что это за новое пополнение — протянул Драко, выделив последнее слово нарочитым, уничижительным тоном. Он откровенно изучал Сиенну с ног до головы, и на его губах появилась кривая усмешка. — Смотри-ка, ещё одна цыпочка пожаловала на наши просторы. Гарри и Рон тут же напряглись. Гермиона сжала губы, готовая к отпору. Но Сиенна оставалась спокойной. Её яркие голубые глаза без тени страха или смущения встретили надменный взгляд Малфоя. На её пухлых губах появилась холодная, чуть заметная улыбка. — Я, конечно, понимаю твой... потолок интеллектуальных возможностей, Малфой, — произнесла Сиенна с идеальной, безупречной интонацией, словно читая лекцию, — но на большее ты явно не способен. Я не общаюсь с людьми с настолько неразвитым лексиконом. Твои попытки быть остроумным, увы, столь же жалки, сколь и предсказуемы. Лицо Драко исказилось. Он не ожидал такого ответа, тем более от новенькой, миниатюрной девушки. Его обычные жертвы – Золотое Трио – лишь подливали масла в огонь, но никто не осмеливался так открыто поставить его на место, да ещё и с такой ледяной вежливостью. Он уже открыл рот для нового, язвительного комментария, но Эмма вовремя вмешалась. — Эй, Сиенна! — воскликнула Эмма, театрально хлопая в ладоши. — Смотри на часы! Нам пора на ЗОТИ, точно опоздаем! Профессор Люпин не любит опозданий! Она схватила подругу за руку и энергично потащила прочь, оставляя ошарашенного Драко, который так и не успел выдать свою следующую колкость. Гарри, Рон и Гермиона обменялись многозначительными взглядами, сдерживая улыбки. Когда они уже поднимались по лестнице, Эмма, наконец, ослабила хватку, но в её голосе звучало искреннее любопытство. — Дурмстрангская ведьма! Откуда ты знаешь Малфоя? Ты так его осадила! А ведь ты только вчера прибыла! — Она даже не столько спрашивала, сколько констатировала факт, пораженная напором подруги. — Не только его характер, но и его манеру поведения! Сиенна лишь слегка улыбнулась. — Мои родители много рассказывали о нём и его семье, — спокойно ответила Сиенна. — Неудивительно. Они всегда были весьма… заметными фигурами в определённых кругах. И не всегда в лучшем свете. Их разговор оборвал школьный звонок, возвестивший о начале урока. Девчонки резко ускорили шаг и, практически влетев в класс ЗОТИ под самый громовой звук гонга, заняли свои места. Класс был уже полон учеников: Пуффендуйцы, Гриффиндорцы, Когтевранцы, а на задних рядах, естественно, располагались Слизеринцы, среди которых угрюмо сидел Драко Малфой, недовольно посматривая в сторону Сиенны. Профессор Люпин, который уже стоял у доски, провёл взглядом по аудитории. Его глаза задержались на Сиенне, и он заметил её несколько взволнованный, хоть и скрытый, вид. Он также не мог не заметить недовольный, почти обиженный взгляд Малфоя. "Что-то произошло", — успела мелькнуть мысль, прежде чем он начал урок. — Доброе утро, класс. Сегодняшняя тема – боггарты, — начал Люпин, и его голос был удивительно спокойным и ровным, несмотря на ноющую усталость. — Как вы уже знаете, боггарт — это сущность, принимающая форму того, чего человек боится больше всего. Он объяснял теорию, приводил примеры, его голос звучал мягко, но уверенно. Он двигался по классу, иногда останавливаясь у парт, чтобы убедиться, что все внимательно слушают. Сиенна, сидя за одной из парт Когтеврана, старательно записывала конспект, но её внимание было разделено. Периодически она поднимала голову, чтобы поймать взгляд Профессора Люпина. И каждый раз, когда их глаза пересекались — его обычно тусклые, уставшие, но сейчас на удивление проницательные, и её ярко-голубые, полные скрытой мысли — они задерживались на мгновение дольше, чем этого требовал приличия. В эти короткие моменты между ними словно пробегала невидимая искра. Что-то едва уловимое, похожее на взаимное, но глубоко подавленное любопытство. Люпин первым отводил взгляд, сосредоточившись на доске или другом ученике, словно обжёгшись. Сиенна следовала его примеру, опуская голову к пергаменту, но в её сердце каждый раз что-то нежно и необъяснимо сжималось. Она чувствовала его взгляд на себе, даже когда он смотрел в другую сторону, и осознание этого заставляло щёки едва заметно гореть. Сиенна внимала каждому слову профессора, то и дело склоняясь над конспектами, впуская в себя знания, как губка. Вскоре прозвенел колокол, его звон размеренно рассек тишину аудитории, возвещая об окончании урока. Ученики, словно по команде, поспешно сгребали пожитки со столов. Сильверстон, накинув привычную увесистую сумку на плечо, невольно бросила взгляд на профессора Люпина. Тот, стоя у кафедры, высоким голосом напоминал уходящим: «И не забудьте про эссе по пройденной теме!» Некоторые лишь закатывали глаза, другие недовольно бурчали. Опустив взгляд, Сиенна направилась к двери, где у входа ее уже ждала улыбающаяся подруга. День пролетел, растаял в суете новой школы, словно легкое облачко. Первые уроки, новые лица, непривычные коридоры – все слилось в одно быстротечное мгновение. К вечеру, когда ужин подошел к концу, студенты разошлись по своим комнатам. На кресле у окна, погруженная в полумрак комнаты, Сиенна корпела над эссе по ЗОТИ, пытаясь связать воедино теорию защиты от темных искусств. За спиной, на кровати, Эмма лениво теребила свои каштановые волосы. — А утром ты ему хорошо осадила, — усмехнулась Эмма, нарушая тишину. — Малфою. Почти никто из девчонок не рискнул ему что-то такое сказать. Да они за ним толпами бегают, обожают… — Их привлекает только его внешность, — не отрываясь от написанного текста, с легкой иронией произнесла Сильверстон. — И эти приторные речи, что он им шепчет. Малфой говорит только то, что девушки хотят от него услышать. Эмма кивнула в знак согласия, накручивая локон на палец. — А кто из учителей тебе сегодня понравился? — спросила подруга, подпирая подбородок рукой, лукаво глядя на Сиенну. — Думаю, профессор Макгонагалл и профессор Люпин, — задумчиво произнесла когтевранка. — Они не такие, как другие преподаватели. — Ну, профессор Люпин – это понятно, — хитро протянула Эмма, искоса взглянув на подругу. — Тебе и в прошлой школе нравился учитель по ЗОТИ. — Эмма! Это было сто лет назад, — с нарастающим раздражением отрезала Сиенна, наконец переводя взгляд на подругу. — Это была просто школьная влюблённость, ничего больше. Тем более, он тогда выглядел очень молодо, лет на двадцать два. А профессор Люпин… он выглядит намного старше. На мой взгляд, ему все сорок. — Ну ладно, не кипятись, — смягчилась Эмма, легко похлопав по кровати рядом с собой. — Иди сюда. Сиенна отложила исписанное эссе на прикроватную тумбочку и, вздохнув, села напротив подруги. — Ты умная, красивая, в тебе столько потенциала, — Эмма хитро улыбнулась, наклоняясь ближе. — Ну что тебе мешает закрутить роман с преподавателем? Его возраст – всего лишь цифры. А взрослый мужчина… Он знает, как обращаться с женщинами, у него есть опыт. Сильверстон лишь закатила глаза, пытаясь отмахнуться: — Опять ты за своё… — Да ладно тебе, Сиенна! — не унималась Эмма, ее глаза блестели от азарта. — Ты видела, как профессор Люпин на тебя смотрел? — Не начинай, — нахмурившись, произнесла Сиенна, чувствуя, как внутри что-то сжимается. — Да брось, ты как будто сама не замечаешь! — воскликнула подруга, чуть ли не подпрыгнув на кровати. — Он жил какую-то серую, скучную жизнь, а ты – первое, что он увидел цветное! Понимаешь? На эти мощные слова Сиенна лишь слегка вздрогнула, но быстро взяла себя в руки, пытаясь скрыть легкое смятение. — Ну так следуй своим методам сама, — с показным равнодушием произнесла когтевранка. — А я и следую! — Эмма мечтательно улыбнулась, уставившись в потолок. — Я уже заприметила профессора Снейпа. — Ты уверена? — Сиенна скептически приподняла бровь. — Он же вечно недовольный и угрюмый. Не думаю, что что-то получится… — Пока рано флиртовать, конечно, — отмахнулась Эмма, словно это был пустяк. — Я буду постепенно располагать его к себе. По чуть-чуть. — Так для тебя это пустяк? — вопросительно посмотрела Сиенна, уловив новую, неожиданную нотку в голосе подруги. — Что именно? — Твоя девственность. Эмма задумалась, прикусив губу, и ее мечтательное выражение сменилось задумчивостью. — Пока что не решила… — тихо произнесла она. — Но, знаешь, испокон веков взрослые мужчины зарились на девственниц. В этом есть что-то… особенное. Сильверстон опустила взгляд. Слова подруги, колкие и откровенные, словно эхом отдавались в голове, вызывая в ней водоворот давно забытых и неожиданных мыслей.