Тактильная частота сердца

Облачные Глубины встречали закат холодным золотом. Вэй Усянь сидел на веранде резиденции Цзинши, бездумно водя пальцем по узору на деревянных половицах. Рука двигалась сама по себе, вырисовывая бессмысленные загогулины, потому что если она не будет двигаться, он сойдет с ума. Он знал это состояние. Оно подкрадывалось всегда незаметно, как тень. Сначала просто легкое беспокойство. Потом — необъяснимое желание задеть кого-то плечом, толкнуть локтем, просто встать так, чтобы чужой рукав касался его запястья. Он оглянулся. Лань Чжань был внутри, разбирал свитки. Спина прямая, взгляд сосредоточенный. Идеальный, невозмутимый Ханьгуан-цзюнь. Вэй Ин вздохнул. Раньше было проще. В Пристани Лотоса он мог подойти к Цзян Чэну и повиснуть на нем, как мешок с камнями, игнорируя поток проклятий и искры Цзыдяня. «Вэй Усянь, ты пиявка?! Слезь с меня!» — орал А-Чэн, но все равно не сбрасывал его слишком резко. Шицзе только смеялась и пододвигала ему суп, а прикосновение ее ладони к его лбу, когда она проверяла, нет ли жара, могло успокоить его на весь день. Сейчас А-Чэн при одном упоминании его имени готов был плеваться ядом, а шицзе больше не было. Без них мир стал слишком просторным, слишком пустым. Воздуха много, а касаться некого. - Хм-м-м, — протянул Вэй Ин, заваливаясь на бок. Его палец дернулся. В этот момент из-за поворота дорожки показались двое. Лань Сычжуй — сама благопристойность — и Лань Цзинъи, который, судя по размахиванию руками, о чем-то жарко спорил с невозмутимостью бамбука. - А-Юань! — Вэй Ин вскочил так резво, что чуть не запутался в собственных ногах. Он спрыгнул с веранды и в три прыжка оказался рядом с юношами. — Цзинъи! Какая встреча! Не успел Сычжуй поклониться и поприветствовать старшего, как Вэй Ин уже обхватил его за плечи, притягивая к себе. - Старший Вэй! — Сычжуй слегка покраснел, но позволил себя обнять. Воспитанный мальчик. - Ого, — присвистнул Лань Цзинъи, оглядывая их. — Старший Вэй, вы как будто голодный. На Сычжуя набросились, словно на тарелку с пампушками! Вэй Ин только рассмеялся, утыкаясь носом в макушку Сычжуя. От него пахло сандалом и молодым бамбуком — чистота. И тепло. Живое тепло. Руки Вэй Ина, сжимавшие плечи парня, слегка дрожали от удовольствия. - Мой маленький А-Юань уже такой большой, — пропел он, слегка покачивая юношу. — А ну-ка, дай я посмотрю, не похудел ли ты за эти три дня, пока мы не виделись? Наверное, опять читал ночи напролет и забывал есть? - Я не... — попытался возразить Сычжуй, но Вэй Ин уже принялся ощупывать его руки, делая вид, что проверяет мускулатуру. — Старший Вэй, право, это лишнее... - В самый раз! — отрезал Вэй Ин. Он уже чувствовал, как отступает противное, тянущее чувство под ложечкой. Контакт есть. Контакт работает. Лань Цзинъи фыркнул, но в его глазах читалось что-то вроде умиления, которое он отчаянно пытался скрыть. - Сычжуй, дай ему сдачи! Ударь его! Он же тебя просто лапает! - Нельзя бить старших, — невозмутимо ответил Сычжуй, но в уголках его губ затаилась улыбка. - Слышал? — Вэй Ин подмигнул Цзинъи и, недолго думая, свободной рукой дернул того за ухо. — А ты, маленький задира, почему не здороваешься? - Ай! — Цзинъи отскочил, потирая ухо. — Вы с ума сошли?! Старший Вэй, вы как ребенок, честное слово! То к одному прилипнете, то к другому! - Ага, — легко согласился Вэй Ин. — Поэтому я вам и нравлюсь. Идите уже, не буду вам мешать тренироваться или кроликов кормить. Он отпустил Сычжуя, но перед этим еще раз хлопнул его по спине, якобы ободряюще. Ощущение тепла осталось на ладонях. Стало легче. Можно жить дальше. Попрощавшись с младшими, Вэй Ин вернулся в Цзинши, чувствуя себя почти нормально. Лань Ванцзи по-прежнему сидел за столом, но теперь его глаза были подняты на вошедшего мужа. - Ммм. — В этом коротком звуке был вопрос. - А, ничего особенного, — Вэй Ин плюхнулся на циновку рядом с Лань Чжанем, почти вплотную. Их колени соприкоснулись. — Встретил А-Юаня с Цзинъи. Обнял своего зайчика. Лань Ванцзи ничего не сказал, но чуть сместил стопу, чтобы их ноги соприкасались плотнее. Этот жест был таким привычным, что Вэй Ин даже не сразу его осознал. Просто стало тепло. - Ты сегодня много писал? — спросил Вэй Ин, заглядывая в свитки. — Дай-ка посмотрю. Он наклонился, задевая плечом плечо мужа, касаясь щекой его идеальной прически. Лань Чжань не отодвинулся. Лань Чжань никогда не отодвигался. --- Два дня спустя Вэй Усянь понял, что попал в ловушку. Лань Ванцзи пришлось срочно уехать по делам ордена в Цзинь. Какая-то бюрократическая волокита, встреча с главами, которая должна была занять дня три. Вэй Ин, разумеется, мог поехать с ним, но Лань Чжань мягко, но настойчиво попросил его остаться. «Совет старейшин будет утомителен для тебя. Отдохни». Вэй Ин не стал спорить. Он остался. Первый день прошел легко. Он гонял с младшими, учил их сомнительным приемам рукопашного боя, пока старшие не видели, подшучивал над Лань Цижэнем, показывая язык за его спиной (Лань Цижэнь, конечно, все видел, но делал вид, что не замечает этой вольности). Он пару раз повис на Сычжуе, один раз хлопнул по спине Лань Цзинъи, и даже умудрился взлохматить волосы маленькому ученику, который нес воду. Вечером, лежа в постели, он почувствовал легкий дискомфорт. Простыни пахли запахом Лань Чжаня, но самого Лань Чжаня не было. Вэй Ин обнял его подушку и, уткнувшись в нее носом, кое-как уснул. На второй день началось. Солнце встало, а Вэй Ин уже чувствовал себя не в своей тарелке. Он вышел во двор и понял, что ему не к кому прикоснуться. Лань Сычжуй с утра был на занятиях, откуда Вэй Ина, в общем-то, не гнали, но идти и мешать было как-то неловко даже для него. Он побродил по Облачным Глубинам, заглянул к кроликам. Он брал их в руки, тискал, гладил их мягкие уши. Но кролики — это не люди. У них нет души, которая отзывается на твое прикосновение. К обеду его начало потряхивать. Не сильно, едва заметно. Просто пальцы слегка дрожали, а в груди поселился противный холодок. Он пошел искать Цзинъи. Нашел того за тренировкой с мечом. Вэй Ин подскочил к нему, хлопнул по плечу: - Цзинъи! Как успехи? Цзинъи, застигнутый врасплох, едва не выронил меч. - Старший Вэй! Не подкрадывайтесь так! — возмутился он, но Вэй Ин уже положил руку ему на плечо, демонстративно опираясь, словно устал. - Я не подкрадываюсь. Я проявляю дружеское участие. Ну-ка, покажи стойку. Цзинъи запыхтел, но начал показывать стойку. Вэй Ин слушал вполуха, ловя тепло, идущее от юношеского плеча. Хорошо. Тепло. Пока держусь. Но Цзинъи быстро сбежал, сославшись на то, что должен идти к Сычжую готовить уроки. Вэй Ин остался один. Он присел на камень у ручья и посмотрел на свои руки. Они дрожали сильнее. Он сжал их в кулаки. Не помогло. К вечеру он бродил по Цзинши, как тигр в клетке. Он садился, вставал, подходил к двери, возвращался. Он чувствовал себя так, словно с него заживо сдирают кожу. Воздух стал слишком редким, пространство слишком огромным. Ему нужно было... нужно было прикоснуться к кому-то. Почувствовать, что он не один в этой пустоте. «Это просто привычка, — думал он, кусая губы. — Я просто привык. Сейчас пройдет». Но не проходило. Становилось только хуже. Ледяная дрожь пробегала по позвоночнику, сменяясь волнами жара. Дышать стало трудно. Он вышел на веранду, вцепившись руками в деревянный столб так, что костяшки побелели. - А-Чжань... — выдохнул он в пустоту. И вдруг он вспомнил кое-что. Цзян Чэн. Его брат, который ненавидит его сейчас всеми фибрами души, был единственным, кто знал об этой его особенности с детства. Знал и, несмотря на вечное ворчание, всегда позволял этому «паразиту» висеть на себе. Ноги сами понесли его к пикам гостевых домиков. --- Цзян Чэн приехал в Облачные Глубины накануне вечером по тому же орденскому вопросу, что и Лань Чжань. Только Лань Чжань уехал в Ланьлин Цзинь, а Цзян Ваньинь, как глава ордена, предпочел остаться здесь, чтобы решать дела дипломатией и угрозами на месте. Вэй Ин знал, что он здесь. Просто избегал встречи. Слишком больно. Слишком сложно. Но сейчас боль от этой встречи была меньше той ледяной агонии, что раздирала его изнутри. Он постучал в дверь. - Кого там демоны... — дверь распахнулась, и на пороге возник Цзян Чэн с лицом таким же кислым, как незрелый лимон. Увидев Вэй Ина, он оскалился. — Ты. Чего тебе? Вэй Ин стоял, вцепившись в дверной косяк. Он выглядел, мягко говоря, паршиво. Бледный, с темными кругами под глазами, которые проявились всего за пару дней, и с едва заметной дрожью во всем теле. - А-Чэн, — выдохнул он. Цзян Чэн поперхнулся воздухом. Он ожидал чего угодно: подколов, шуток, даже драки. Но не такого взгляда. Не такого голоса. - Ты чего? Заболел? — спросил он резко, но в тоне проскользнула привычная, годами въевшаяся забота, которую он ненавидел в себе. — Где Лань Ванцзи? Почему не смотрит за тобой? - Уехал, — Вэй Ин шагнул внутрь, не спрашивая разрешения. — А-Чэн, мне... можно я... — он не договорил. Просто шагнул к Цзян Чэну и, схватив его за руку, прижался лбом к его плечу. Цзян Чэн замер статуей. Его рука дернулась, готовая отшвырнуть наглеца, но что-то остановило его. Вэй Ин дрожал. Он буквально вибрировал мелкой дрожью, вцепившись в его рукав мертвой хваткой. - Ты пьян? — спросил Цзян Чэн, но голос сел. - Нет, — глухо ответил Вэй Ин. — Я просто... не могу без прикосновений. Долго. Мне плохо. Физически. Просто постой так немного. Цзян Чэн смотрел на макушку, уткнувшуюся ему в плечо. Перед глазами промелькнуло детство: маленький Вэй Ин, который постоянно лез обниматься, вис на спине, таскал за руку, даже когда они ссорились. Тогда это бесило. Потом, после всего, это стало одной из тех вещей, по которым он сходил с ума от тоски в одиночестве своей резиденции. - И долго ты так можешь? — спросил Цзян Чэн, не двигаясь. - Не знаю, — признался Вэй Ин. — Лань Чжань редко уезжает надолго. Я привык, что он всегда рядом. Цзян Чэн хмыкнул. Горько. - Значит, он тебе нужен только как грелка? Вэй Ин поднял голову. В его глазах не было обычной игривости, только усталость и странная, пронзительная нежность. - Нет. Он нужен мне как Лань Чжань. Но без его прикосновений я... рассыпаюсь. Они стояли так, в темном коридоре гостевого домика, бывшие братья, разделенные смертью и предательством, но связанные памятью о том, как когда-то мальчишкой один вис на другом, спасаясь от кошмаров. - Ты идиот, — наконец сказал Цзян Чэн, но руку не убрал. И даже, спустя минуту, другой рукой неловко, словно делая одолжение, взлохматил ему волосы на затылке. — На, получай. Чтобы не сдох тут у меня от своей дури. Вэй Ин слабо улыбнулся в плечо брата. - Спасибо, А-Чэн. - Заткнись. --- Этой ночью Вэй Ин спал в комнате Цзян Чэна. На соседней лежанке. Цзян Чэн ворчал, что Вэй Ин храпит, что занимает слишком много места, но так и не выставил его за дверь. Пару раз за ночь Вэй Ин, не просыпаясь, тянул руку в его сторону, проверяя, рядом ли. И Цзян Чэн, сквозь сон, находил эту руку и сжимал на мгновение, чтобы Вэй Ин успокоился и перестал метаться. Наутро они не говорили об этом. Цзян Чэн уехал по делам, буркнув на прощание: «Скажи своему Лань Чжаню, чтобы не смел тебя одного бросать, тряпка ты ходячая». Вэй Ин улыбнулся ему вслед. К вечеру третьего дня вернулся Лань Ванцзи. Он вошел в Цзинши и замер. Вэй Ин сидел в углу, поджав ноги и обхватив себя руками. Он слегка раскачивался. Увидев мужа, он поднял голову. Глаза были красными, но сухими. - А-Чжань, — выдохнул он, и в этом слове была вся тоска мира. Лань Ванцзи не стал спрашивать, что случилось. Он видел. Он всегда все видел. Он пересек комнату в три шага, опустился на колени перед Вэй Ином и молча прижал его голову к своей груди. Одной рукой он обхватил его затылок, другой — притянул за талию, усаживая к себе на колени. Вэй Ин шумно выдохнул и обмяк. Руки сами вцепились в лацканы ханьфу Лань Чжаня, нос уткнулся в шею, вдыхая родной запах. Дрожь, которая последние дни стала его постоянным спутником, начала стихать, таять под уверенными, сильными руками. - Прости, — прошептал Лань Чжань в его волосы. — Я задержался. - Три дня, — сипло сказал Вэй Ин. — Всего три дня. А я чуть с ума не сошел. Ходил к А-Чэну. Спал у него. Представляешь? Лань Ванцзи чуть напрягся, но кивнул. Он был благодарен Цзян Чэну. Это было сложное чувство, но благодарность перевешивала. - Я здесь. - Знаю, — Вэй Ин вдохнул поглубже, чувствуя, как тепло разливается по венам. — Теперь я в порядке. Но Лань Ванцзи не отпустил его. Он просидел с ним на полу, баюкая в объятиях, пока солнце не село за горизонт, окрасив небо в багровые тона. Только тогда он поднялся, легко подхватывая Вэй Ина на руки. - Эй, я не инвалид, — слабо запротестовал тот. - Молчи. Лань Ванцзи отнес его на постель, аккуратно уложил на подушки и лег рядом, прижимая к себе так плотно, что между ними не осталось ни одного сантиметра пустоты. - Спи, — приказал он. Вэй Ин вздохнул и уткнулся носом ему в ключицу. Рука Лань Чжаня лежала на его пояснице, большим пальцем медленно, успокаивающе поглаживая кожу. Вторая рука перебирала его волосы, распущенные и спутанные. - А-Чжань, — тихо позвал Вэй Ин. - Ммм? - Я люблю тебя. Спасибо, что ты есть. Лань Ванцзи чуть сильнее сжал объятия, прижимая мужа к себе еще теснее. - Вэй Ин. Я никогда не оставлю тебя надолго. Обещаю. - Знаю, глупый, — Вэй Ин улыбнулся в темноте. — Но ты же Хангуан-цзюнь. Ты не можешь нарушать правила. А дела ордена... - Правила можно изменить, — перебил его Лань Чжань. — Ты важнее. Вэй Ин замер, а потом рассмеялся тихо-тихо, счастливо. - Лань Чжань, ты развращаешься на старости лет. Нарушать правила? Из-за меня? - Из-за тебя, — подтвердил Лань Ванцзи. — Всегда из-за тебя. Вэй Ин приподнялся на локте, заглядывая в золотистые глаза, которые в темноте казались теплым янтарем. - Тогда докажи, — шепнул он, касаясь губами губ мужа. — Докажи, что я важнее. Поцелуй был долгим и глубоким. Лань Ванцзи перевернулся, нависая над Вэй Ином, но не прерывая поцелуя. Его руки скользнули под одежду, касаясь обнаженной кожи, и каждый сантиметр, к которому он прикасался, начинал гореть. - Здесь? — спросил Лань Чжань хрипло, проводя пальцами по чувствительной точке под ребрами. Вэй Ин выгнулся. - Да... везде... - И здесь? — ладонь скользнула ниже, поглаживая живот. - А-Чжань... не мучай... - Не буду, — пообещал Лань Чжань. Он раздевал его медленно, словно распутывал драгоценный шелк. Каждое прикосновение было выверенным, но полным нежности. Когда одежда исчезла, Лань Чжань накрыл его своим телом, давая то самое чувство защищенности, которого Вэй Ин был лишен эти три дня. - Я скучал, — выдохнул Вэй Ин, обнимая его за шею. — По твоему весу. По твоему теплу. По твоим рукам. Лань Чжань отвечал не словами, а действиями. Он целовал каждый дюйм его тела, словно заново знакомился, словно извинялся за свое отсутствие. Вэй Ин таял под ним, чувствуя, как уходит последняя дрожь, как расслабляются мышцы, как наполняется теплом каждая клеточка. Когда Лань Чжань вошел в него, медленно, осторожно, Вэй Ин вскрикнул, но не от боли, а от полноты ощущений. Он был наполнен. Он был в безопасности. Он был дома. - А-Чжань, — шептал он в такт движениям. — Мой Лань Чжань... Не уходи больше... Никогда... - Никогда, — эхом отзывался Лань Ванцзи, целуя соленые дорожки от слез, которые Вэй Ин даже не заметил. Позже, когда буря стихла, и они лежали, переплетенные, как корни старого дерева, Вэй Ин вдруг тихо засмеялся. - О чем ты думаешь? — спросил Лань Чжань, поглаживая его по спине. - О том, что А-Чэн, наверное, удивится, когда узнает, что я не пришел к нему сегодня ночью. Он, наверное, уже приготовил ругань на тему «пиявка бессовестная». Лань Ванцзи чуть нахмурился. - Ты не пойдешь к нему. - Ревнуешь? — Вэй Ин приподнял бровь. - Нет. Но ты мой муж. Если тебе нужны прикосновения, я всегда рядом. Вэй Ин улыбнулся и поцеловал его в ямочку на подбородке. - Знаю, Лань Чжань. Знаю. Просто... приятно знать, что есть и другие, кто готов помочь. Даже А-Чэн, со всей его злостью, не смог отказать. Лань Ванцзи кивнул, принимая этот факт. Он был благодарен Цзян Чэну, хотя никогда не скажет этого вслух. Но Вэй Ина он никому не отдаст. - Спи, — снова сказал он. Вэй Ин зевнул и устроился поудобнее, положив голову ему на грудь. Сердце Лань Чжаня билось ровно и сильно. Вэй Ин слушал этот ритм, чувствуя, как тепло разливается по телу, и проваливался в сон. --- Наутро их разбудил вежливый кашель за дверью. - Ханьгуан-цзюнь, старший Вэй, завтрак подан. Лань Ванцзи открыл глаза первым. Вэй Ин все еще спал, разметавшись по его груди, с улыбкой на губах. Лань Чжань осторожно погладил его по щеке. - Вставай, — тихо сказал он. - М-м-м, пять минут, — пробормотал Вэй Ин, прижимаясь теснее. - Вэй Ин. - Ну Лань Чжань... Но встать все же пришлось. Когда они вышли во двор, их уже ждали. Лань Сычжуй и Лань Цзинъи сидели на веранде, делая вид, что просто любуются пейзажем, но на самом деле украдкой поглядывая на дверь Цзинши. - Доброе утро, — поздоровался Сычжуй, вставая и кланяясь. - Доброе, зайчики, — Вэй Ин потянулся, хрустнув суставами, и тут же подошел к Сычжую, обнимая его за плечи. — Соскучился по моему А-Юаню! Сычжуй мягко улыбнулся, позволяя себя обнять. Лань Цзинъи закатил глаза. - Старший Вэй, вы как муха липкая. Только проснулись и уже за свое. Вэй Ин подмигнул ему. - А ты завидуй молча. Цзинъи фыркнул, но, когда Вэй Ин потянулся и к нему, чтобы взъерошить волосы, не увернулся. Даже, кажется, чуть заметно довольно прищурился. Лань Ванцзи смотрел на эту картину: его муж, обнимающий их приемного сына и треплющий за волосы самого шумного ученика ордена. Смотрел и чувствовал, как в груди разливается тепло. Вэй Ин поймал его взгляд и улыбнулся. Солнце освещало его лицо, делая глаза золотистыми. - Лань Чжань, иди к нам! — позвал он, протягивая свободную руку. И Лань Ванцзи пошел. Взял протянутую руку, переплел пальцы. Теперь все было правильно. Вэй Ин — в центре, окруженный теми, кто ему дорог, и теми, кто дорог ему. В прикосновениях, без которых не мог жить. - А-Чжань, — шепнул Вэй Ин, когда они шли к столу. — Я счастлив. Лань Ванцзи чуть сжал его пальцы. - Ммм. Этого было достаточно.