Сверхновая

Вкус горького пива ютится на языке как что-то инородное и в то же время очень родное. Джисон в отчаянии лохматит свои пшеничные волосы, кашляет в кулак и смотрит в окно своей маленькой комнаты. Там снаружи холодно, снег разносится пылью ледяных кристаллов по всему балкону. Ветер гудит в окнах. Уличные фонари – единственные источники освещения. Джисон делает очередной глоток, обхватив губами холодный край жестяной банки. На секунду появляется мысль, что лучше бы его губы были на губах Минхо. От этой мысли болезненный импульс прошибает где-то в районе грудной клетки. Джисону до тошноты надоели стены собственной комнаты. Он слушает плейлист под названием "разлагаться на полу", который составил три месяца назад. И именно этим он сейчас и планирует заняться. Нужно лишь финальное действие, чтобы задать настроение вечеру. Джисон открывает Инстаграм. Иконка его болезненно любимого аккаунта уже активно горит. Ну конечно, вечер пятницы все-таки. Джисон нажимает на иконку с ником "t.leeknowsaurus". Такой глупый и смешной ник. И что самое печальное: этот ник – заслуга самого Джисона. Это он начал называть Минхо – Линоу. Просто по глупости на самом деле, из-за какой-то локальной шутки. А остальную часть придумал сам Минхо. Просто потому что они оба разделяли глубокий интерес к динозаврам. В Инста-историях Минхо пьёт шоты под громкое улюлюканье толпы. На фоне играет ремикс какой-то песни бейонсе. Джисон не сильно в этом разбирается. У Минхо размыта тушь, каштановые волосы взъерошены, но на шее неизменно красуется тонкий чокер из бисера. Сердце пропускает удар. Тот самый, что Джисон ему сплел на их первую годовщину – 5 месяцев дружбы. Все должно было оставаться в этих рамках. Они должны были стать лучшими друзьями, играть в приставку по выходным, есть пиццу, пить колу и обсуждать девчонок, которые им нравятся. Минхо никогда не нравились девчонки. Джисон был удивлен, но смирился в ту же секунду, как узнал данную новость. Его не волновало, что его друг – гей. Они чувствовали и понимали друг друга на сверхъестественном уровне, поэтому ему было предельно плевать кого Минхо находил привлекательным или кого хотел поцеловать. По крайней мере, так было раньше. Всё закончилось, когда Джисону исполнилось восемнадцать лет. Двадцатилетний Минхо начал тусить в компании ребят постарше. Первые университетские друзья, первые вписки. На одной такой ему пробили мочку уха, и он хвастался перед Джисоном целую неделю блестящей серёжкой. Джисон не мог объяснить самому себе почему Минхо вдруг стал таким красивым в его глазах. Мало что изменилось во внешности и поведении, но почему-то каждое действие старшего восхищало его все сильнее. А потом случился роковой вечер. Однажды Минхо отменил их типичную субботнюю киноночь под предлогом "более важных планов". У его нового друга Чана, третьекурсника с продюссерского, был день рождения. Джисон обиделся, надул губы и свернулся клубочком на кровати Минхо. Тот лишь кидал на него грустные взгляды через зеркало, пока красил ресницы. Шестеренки в голове юноши даже не успели сделать полный оборот, когда он тяжело вздохнул, кинул подушку в сторону Джисона и предложил пойти на праздник вдвоем. Счастливая улыбка промелькнула на губах обоих. Минхо одолжил Джисону свою чёрную рубашку, нанес дымчатые тени на веки и помог сделать легкую укладку, чтобы Хан выглядел чуть старше своего возраста. Алиби для родителей было железным - никто не беспокоился, что их сын снова на ночевке у друга. Уже через двадцать минут парни стояли на пороге дома Чана. Громкая музыка доносилась из-за двери. Трель дверного звонка оказалась значительно громче. Чан лично открыл дверь и встретил гостей яркой улыбкой с ямочками на щеках. Его блондинистые короткие волосы привлекательно торчали в разные стороны. Минхо поцеловал его в щеку и протянул подарочный пакет. Джисону от этого интимного жеста сделалось не по себе, но виду он не показал, лишь улыбнулся и пожал руку Чана. Пройдя в дом, Джисон и Минхо поначалу держались вместе. Свой первый шот, да еще и на брудершафт, Джисон разделил с Минхо. Вкус был ужасным, Джисон схватил горсть мармеладных червячков и попытался заесть мерзкие ощущения. Минхо поржал с него во весь голос и потрепал по волосам. Кухня была на удивление просторной, Джисон прошёлся взглядом по богатым рядам напитков, и схватил бутылку пива. Ему захотелось побыть крутым, так что он пихнул Минхо в бок и показушно попытался открыть бутылку об угол кухонной тумбы, как видел в фильмах. Но в итоге лишь поцарапал ладонь и зашипел от боли. Минхо снисходительно покачал головой, схватил его за руку и подул на травмированный участок. Затем он глупо похихикал, снял с холодильника открывашку, откупорил пиво и протянул Джисону. – Будь осторожен, ок? И я тебя умоляю, не больше двух бутылок в ближайший час, мне тебя еще домой везти, – мило посетовал Минхо, поцеловал Джисона в висок и ушёл в толпу людей куда-то в зал. Джисон не дурак и все понял, но в глубине души он все равно надеялся, что они проведут вместе чуть больше времени. Почувствовав непрошенные грусть и опустошение, когда его оставили одного посреди кухни, он сделал длинный глоток алкоголя, пока воздух в лёгких не закончился. Оторвавшись от стеклянного горлышка, он оглядел толпу и не смог найти Минхо. Шея юноши покрылась гневным румянцем, бутылка пива опустела за десять минут. Выпивоха из него никакой - толерантность нулевая. Сознание моментально поплыло, а музыка с громкими битами стала гораздо приятнее. Джисон выдвинулся на танцпол, но по пути его поймали две милые девушки и утянули сыграть в beer pong. Мягкость в конечностях и в ощущениях не позволили оказать сопротивление. Хан полностью погрузился в игру на добрые полтора часа. Его команда, к сожалению, постоянно была на грани проигрыша, из-за чего Джисон пил в огромных количествах. Фатальная ошибка! В какой-то момент ему стало так плохо, что он даже не успел среагировать, как все содержимое его желудка выплеснулось на пол гостиной. Незнакомка, пахнущая жасмином, заботливо напоила его водой и лекарствами, а двое парней помогли подняться в свободную комнату на втором этаже и уложили в кровать. И все бы могло закончиться относительно хорошо. Джисон бы отоспался, Минхо нашёл бы его и увёз домой, а утром они бы посмеялись с ситуации и пошли завтракать. Но вдруг за стеной раздаются стоны. В пьяной полудреме Джисон добрые пять минут не мог понять где находится и что происходит. Хотелось спать, но ему мешали чьи-то голоса и шумная возня. – Чан, ты слишком пьян. Давай не сегодня. – Прозвучал мурлыкающий голос. Бархатный смех, болезненный стон, шипение, а за ними паническое бормотание. В сознании Джисона что-то резко щелкает. Он с трудом поднимается с кровати и вглядывается в темноту. Его напряжённый взгляд падает на дверь в стене гостевой комнаты. Источник звука явно находился за ней. Видимо, сквозной проход во вторую спальню. Путаясь в ногах и сильно шатаясь, Хан кое-как добрался до цели и с силой дёрнул металлическую ручку. Она легко поддалась, и дверь неожиданно распахнулась. Гравитация победила, и под испуганный вскрик Джисон упал плашмя на пол. Пушистый ковёр спас от разбитого подбородка, но мягким падение назвать было тяжело. Джисон заныл от боли, не в силах пошевелиться, когда почувствовал прикосновение чьих-то тёплых рук к спине. – Боже, Сони... ты в порядке? – Минхо суетливо попытался поднять друга. Джисон мог только нечленораздельно мычать и пытаться звать Минхо. Они возвращаются домой на такси. Голову Джисона суют в окно, чтобы протрезвел, он случайно блюет прямо на трассу, а потом еще раз в квартире Минхо. Минхо раздевает пьяного Джисона, усаживает в ванную и принимается поливать из душа. – Засранец, я тебя просил не напиваться! – Зло ворчит Ли и направляет тёплые струйки воды Джисону прямо в лицо. Тот булькает в знак протеста и мотает головой, явно понемногу приходя в себя. – Т-ты меня кинул. Я б-был один. – Стуча зубами, бурчит в ответ Хан и обнимает себя дрожащими руками. Взгляд Минхо смягчается. Парень молча выключает воду и помогает Джисону выбраться из ванной. Обернув его в мягкое махровое полотенце, Минхо прижал юношу к себе. – Прости, я не хотел, чтобы все так вышло... Они заснули в обнимку в одной постели. Утро встретило Джисона жутчайшим похмельем и ломотой во всем теле. Он оторвал себя от подушки и сонно потёр опухшие глаза. С кухни донесся аромат жареной яичницы и свежезаваренного кофе. Желудок отозвался на это громким урчанием, заставляя парня встать. Прошлепав босыми ногами на кухню, он застал Минхо за столом с гнездом на голове. Тот безразлично ковырялся вилкой в еде и смотрел в одну точку. – Доброе утро, воробушек, – хрипло хихикнул Джисон и сел рядом. Минхо улыбнулся и с нежным сарказмом закатил глаза. – Доброе, алкашня малолетняя, – беззлобно кинул Ли и встал за порцией завтрака для Джисона. – Эй, прекрати, я не специально! Кто ж знал, что в бирпонг так тяжело играть... – А, теперь понятно, почему ты так накидался. Ешь давай, горе луковое. Минхо поставил перед ним тарелку с ещё горячей едой и вернулся на свое место. Джисон с трудом проглотил кусок яичницы, но тут его взгляд скользнул по шее друга, отчего он даже подавился. Минхо постучал ему по спине и дал время отдышаться, параллельно отчитывая его за спешку. Но Джисон замотал головой и прикоснулся к ярко-малиновому синяку на шее у Минхо. – Нихера себе, это что, засос? – Минхо резко дернулся, краснея кончиками ушей и закрывая пятно ладонью, – Да брось, покажи! Минхо отвел взгляд и убрал руку, выставляя след прошлой ночи на показ. Выглядело болезненно. Джисон нахмурился и копнул провалы памяти. Смутный запах жасмина, лестница на второй этаж, гостевая комната. Тело окаменело, когда в голове прозвучал знакомый голос и стоны чужого имени. Аппетит пропал. – О, эм... Чан, да? Минхо смущённо кивнул и спрятал взгляд в кружке. Он такой очаровательный, когда краснеет. Джисон дал себе мысленную затрещину и закусил щеку изнутри. Впервые за все время их дружбы они столкнулись с подобной неловкой тишиной, которую были не в состоянии прервать. Это странно. Джисону странно. Он не знал, что сказать и что он чувствует по этому поводу. Собраться с мыслями ему не дал резко зазвонивший телефон. Хан побежал в спальню за мобильником. Это мама, она звонила напомнить, что заберёт его на машине через двадцать минут. Юноша в панике ринулся в ванную и ужаснулся собственному отражению в зеркале. Нужно было срочно приводить себя в порядок. Минхо без слов сунул ему в руки свою свежую одежду и помог расчесать спутанные пряди волос. Спустя какое-то время они уже стояли в прихожей друг напротив друга. Джисон скованно топтался на месте, то и дело кидая мимолетные взгляды на злополучный засос. – Так что... вы теперь типа вместе? – Спросил он, нервно кусая губы. Минхо почему-то поморщился и повёл плечами. Телефон снова зазвонил. Мама приехала и уже ждала у подъезда. Парни обнялись на прощание. Хан ждал привычный поцелуй в висок, но Минхо замешкался и лишь неловко потёрся об него щекой. Так не должно быть. Джисон почувствовал неприятный укол в груди, когда его взгляд вновь упал на шею друга. До конца не понимая, что им движет, он поддался импульсу и прижался губами прямо к засосу. Минхо затрясся и шумно вздохнул, ощутив горячее дыхание на коже. Джисон резко отстранился, игнорируя мурашки, бегущие по спине. Схватив рюкзак с вещами, он помахал на прощание, бросил сбивчивое "увидимся" и вылетел из квартиры, оставляя Минхо в полной растерянности. Они больше не говорили о случившемся. Списав все на похмелье, оба забили на ситуацию и продолжили общаться как ни в чем не бывало. И какое-то время это правда работает. Киноночи проходят в штатном режиме, темы для обсуждений не заканчиваются, а неловких пауз больше не случается. До тех пор, пока на стрессе от подготовки к экзаменам Джисону не начинают сниться влажные сны с участием Минхо. Когда это случилось в первый раз, Хан проснулся посреди ночи весь в поту, с бешено колотящимся сердцем и пульсирующим членом в пижамных штанах. Перед глазами ещё мелькали картинки розовых пухлых губ, с которых срывались эротичные стоны. Джисон смотрел на ладонь, в которой во сне сжимал чужие каштановые волосы, и фантомное ощущение заставило пальцы задрожать. Во второй раз сон оказался еще реалистичнее. Джисон почувствовал мокрое пятно на штанах, зажмурился до белых пятен под веками и ударил себя по голове в горькой фрустрации. Дорога стыда до ванной, а после стирка белья под тихие ругательства. С ним такого не случалось лет с тринадцати. Это кошмар наяву. Минхо с Джисоном всегда были тактильными друг с другом, и обоих это устраивало. Но теперь каждое поглаживание, каждое объятье или касание заставляло сердце Хана делать кульбит. Он пытался контролировать себя, проходил тест на определение ориентации, смотрел гей порно (ему кстати не понравилось). Но ничего не помогало разобраться в себе и в своих чувствах. Джисон начал отдаляться. С приближением экзаменов это было сделать очень легко. Посиделки все чаще отменялись под предлогом завала на учёбе. Минхо относился с пониманием - слал мемы в течение дня и писал подбадривающие сообщения. В какой-то момент Чан снова начал мелькать в поле зрения. На фотографиях в аккаунте Минхо, в Инстаграмах знакомых, в переписках. Джисон ревновал и не мог понять, какой природы была его ревность. Новый круг друзей все сильнее увлекал Минхо. Он все чаще рассказывал про весёлый беспредел, который происходил в их компании, про концерты, на которые он ходил без Хана, про новые интересы, которые не имели к младшему никакого отношения. Это ранило и злило. Подавленные чувства нашли выход в агрессии. Джисон грубил и огрызался, что приводило к ссорам. Недопонимание росло, и юноша замкнулся в себе. Минхо не понимал, что творится с другом, пытался поговорить, но столкнулся со стеной молчания. И просто перестал писать первым. Так прошло три месяца. Три месяца сталкинга социальных сетей, самобичевания и слез в подушку. Когда Джисон сравнивал себя с Чаном и круглыми сутками слушал песни о неразделенной любви, пришлось смириться с банальным, но разрушающим фактом: он влюбился в лучшего друга. В лучшего друга, отношения с которым собственноручно и похерил. Теперь он не нужен Минхо. У того тусовки каждые выходные, новые, классные друзья, которые определённо не токсичат в чате в ответ на хорошие новости и не игнорируют сообщения и звонки неделями. У Минхо появился Чан. Красивый, мускулистый, жутко умный и взрослый Чан. Он не шугается от нежных касаний, не пьянеет с двух банок пива и умеет ставить засосы. О да, чёртовы засосы, что Джисону никак не даются, сколько бы он не тренировался на самом себе. Что там за сила всасывания такая а-ля «Турбо-пылесос 3000»?! Хотя оно и не удивительно, любые вопросы отпадают, стоит лишь взглянуть на огромные губы Чана. Круг болезненных мыслей о Минхо замыкали пьяные всхлипы Джисона. Было в этих страданиях что-то по-мазохистски приятное. Очень романтично лежать на полу под Radiohead и ронять слезы на ковёр, пока комната кружится – сцена тянет на Оскар. Если бы Джисон мог, он своим бы отчаянием взорвал небосвод. Мать беспокоилась о состоянии сына и отвела его к неврологу. Джисону выписали успокоительные и посоветовали чаще гулять. Юноша старательно пил таблетки, выгуливал по вечерам свою собачку Ппаму, и дожил до промежуточных экзаменов, которые успешно сдал. Одноклассники позвали отметить, и он согласился. В этой вечеринке Джисон увидел возможность наснимать кучу пьяных инста историй, чтобы доказать Минхо, что у него вообще-то тоже все замечательно, и без него можно веселиться. В разгаре вечеринки кто-то предложил сыграть в бутылочку, и Джисон под всеобщие визги поцеловал своего одноклассника Хенджина. Их снимали на камеру, и видео сразу же было выложено в Инстаграм. Утром Джисон получил невероятное кличество «огонечков» в директ и одно единственное сообщение от Минхо: "поздравляю со сдачей промежуточных". Стыд поднялся горячим румянцем по шее. Стыд и что-то еще, похожее на удовлетворение, и возможно, робкую надежду. Джисон ответил. К его удивлению, Минхо прочитал в ту же секунду. Горько-сладкая истома разлилась в груди. Так они снова начали общаться, словно молчаливой паузы длинною почти в четыре месяца между ними и не было. Только вот оба успели измениться за это время. Минхо стал более осторожным и меньше делился личным. Джисон же постоянно испытывал смущение и предательские бабочки в животе. Прошел еще месяц по переписке. Хан отметил меньше сториз с тусовок, больше фотографий местных пейзажей и мемов, которые веселят и ощущаются локальными. Оттепель происходит естественно, холод отступает постепенно, но уверенно, будто вторит погоде за окном. На свой страх и риск Джисон решился позвать Минхо к себе на ночёвку, когда его родители уезжают из города. Тот легко согласился и через несколько дней появился в дверях квартиры Джисона с пакетами еды. Звон бутылок ввёл юношу в ступор. Джисон вопросительно изогнул бровь и улыбнулся. – Мой маленький Джисони совсем скоро закончит школу, такие успехи нужно срочно обмыть, – с ухмылкой промурчал Минхо. Джисон застонал и силился убедить самого же себя, что выпить вместе – хорошая идея. Да и вообще черт с ним, они так давно не виделись! Ударив себя по щекам, он пошел следом за старшим. – Тебя стоит посадить за спаивание малолетних, ты в курсе? – Дразнился Хан, пока располагался на диване. – Это ты-то малолетний? Тебе напомнить, по чьей инициативе мы курили в подворотне одну сигарету на двоих, когда тебе было четырнадцать? – Фу, не напоминай, это было ужасно. Ещё и от мамы потом получил за то, что стырил из ее пачки. Пиздец она глазастая, как только заметила?! Минхо бархатно рассмеялся и выставил несколько бутылок соджу на кофейный столик. Джисон поторопился на кухню за стопками. Они ели и пили, с теплом вспоминая передряги, в которых оказывались за время их дружбы. Смех заполнил гостиную, и Джисон наконец почувствовал себя на своём месте. Словно вся та пустота, что он ощущал внутри последние месяцы, резко заполнилась и даже вышла за края чем-то родным и согревающим. По мере опьянения парни становились все более расслабленными и раскрепощенными. Они устроили караоке битву и орали любимые песни до тех пор, пока соседи не начали стучать в стену. Еда закончилась, животы набиты до предела. Хихикающие без повода, они пошли в комнату Джисона, потому что там лучше шумоизоляция. С собой забрали последние две бутылки соджу и стопки. Развалившись на мягкой кровати, Минхо внезапно предложил сыграть в правду или действие. Джисон со смехом хлопнул друга по ляжке и согласился. – Правда или действие, Джисони? – Правда конечно, ты сумасшедший, – заржал на всю комнату Хан и плюхнулся рядом с другом на кровать. Минхо толкнул его коленом и задумался. Его злая ухмылка не сулила ничего хорошего. – На какое порно ты дрочил последний раз? – Джисон подавился воздухом и возмущенно заныл, пихнув Ли локтем под бок. – Я ни за что не отвечу на этот вопрос, придурок! – Тогда пей шот залпом и без закуски! Джисон, красный как томат, ударил Минхо по спине и покорно пополз к компьютерному столу, где стояли остатки соджу. Выпив стопку, он нарочито комично скорчился и закричал. Минхо чуть было не задохнулся от смеха. – Правда или действие, гаденыш. – Как ты разговариваешь со старшими? Ужас, Сони. Где твои манеры? Правда, – Минхо показал язык и рассмеялся от реакции Хана. – Ты встречаешься с Чаном? Тишина обрушилась на парней словно гром среди ясного неба. Минхо несколько раз растерянно моргнул, улыбка пропала с его уст. Джисон неосознанно повторил выражение лица друга. – Мы никогда не встречались, Джисон… Фраза набатом ударила по ушам Хана. Он с сомнением хмыкнул, но серьёзный взгляд Минхо его сразу переубедил. Какого черта?! Мысли заполнили черепную коробку словно рой пчел. Джисон нахмурился и не спешил заговорить. Пользуясь заминкой, Ли спросил: «Правда или действие?». Джисон кинул напряжённое: «Правда». – Я видел видео, на котором ты целовал парня. Кажется, он твой одноклассник. Что ты тогда почувствовал? Сердце Джисона упало в желудок. Паника захлестнула сознание: «Почему именно этот вопрос? Он мог спросить что угодно! Мог спросить, что произошло на вечеринке, мог спросить про экзамены, мог спросить, что я чувствую к Хенджину в конце концов. Но в итоге спросил про мои чувства...». От этой детали волосы на затылке встали дыбом. Минхо не торопил, просто смотрел в ожидании, и его взгляд, что пронзал душу, казался трезвее некуда. «Так нечестно! Это несправедливо!», - закричал про себя Джисон, тяжело сглатывая слюну и комкая в кулаках мягкий плед. – Я... Кажется, я тогда кое-что для себя понял... – Еле слышно прошелестел голос Джисона в тишине комнаты. Секундная пауза по ощущениям длилась бесконечно. – И что именно ты понял, Джисони? Хан перевел трепещущий взгляд на Минхо, и тот взволнованно захлопал ресницами. Пространство между ними словно наэлектризовалось. Джисон вдруг остро ощутил - либо сейчас, либо никогда. – Я понял, что безумно влюблен в тебя, Минхо. Ну вот и все. Уши заложило от звука взрывов. Это душа Джисона подорвалась на минах отчаяния. Юноша зажмурился и боялся умереть от лишнего движения. А затем он почувствовал тёплое и мягкое касание на губах. В шоке распахнув глаза, он увидел лицо Минхо перед собой. Джисон резко отстранился в попытке сохранить всё то малое, что осталось между ними, но Минхо вновь прижался с поцелуем, и Джисон сдался. Парень обвил руками шею друга и притянул его ближе, смакуя вкус губ, что так часто приходили ему во снах. Непрошенный стон вырывался из груди Джисона. Минхо улыбнулся в поцелуе, бережно погладил Хана по волосам и нежно обнял. Они отстранились с громким чмоком. У Джисона закружилась голова, а слова застряли комом в горле. Минхо смущённо захихикал и поцеловал Джисона в кончик носа. Миллион вопросов заполнили голову. Джисону казалось, что он сошёл с ума, и всё это – очередной гиперреалистичный сон. Минхо разбил его наваждения о пласт реальности уверенным прикосновением к паху. Хан заскулил и с трудом осознавал своё положение в пространстве. Все смешалось в беспорядочный ворох из голодных поцелуев, томных вздохов, чувственных прикосновений и ярких оргазмов. Утро постучалось в окно непрошенным гостем. Джисон сморщил лицо от ослепительного света и заворочался в кровати. Рука случайно задела чью-то макушку, и он моментально пришел в себя. Тело юноши замерло, он задержал дыхание и осторожно бросил взгляд на левую часть кровати. Там мирно сопел Минхо, распластавшись на подушке. Воспоминания прошлой ночи тут же, словно цунами, захлестнули, и выбили воздух из лёгких. Джисон весь облился потом, пока пытался выбраться из-под одеяла, не потревожив при этом Минхо. Оказавшись на кухне, он тяжело вздохнул и поставил чайник. По привычке открыв Инстаграм, он видит в инста историях Хенджина, целующего своего давнего краша. Ему пять лет нравился симпатичный блондин Феликс с параллели, но он все не решался сделать первый шаг. Как же смешно, что поцелуй с Джисоном стал в итоге катализатором их отношений. Или не только их? Джисон покрылся мурашками и похлопал себя по щекам в попытке успокоиться. Он заварил кофе, достал из холодильника коробку яиц. Готовить яичницу сложно, но он действительно постарался ради одного конкретного парня. Шкварчание на сковородке и запах свежезаваренного кофе привлекли Минхо на кухню. Он стоял в дверях заспанный и с взъерошенными волосами. Странное чувство déjà vu ударило Джисона под дых. – Доброе утро, воробушек, – слетает с его губ. Минхо на это ласково улыбается и занимает свое место за столом. – Доброе, любовь моя. Джисона закоротило. Он растерянно кивнул в ответ и в жутком смятении кое-как разложил завтрак по тарелкам. Юноши сели друг напротив друга и замерли. Джисон все еще не мог поверить в происходящее и не понимал, что произошло вчера. Минхо заботливо заправил прядь пшеничных волос за ухо младшего и принялся есть. Джисон не без труда вспомнил как дышать и держать вилку. Они медленно позавтракали в уютной тишине. Когда тарелки опустели, Джисон подорвался с места, и сложил грязную посуду в раковину. Минхо подкрался сзади, развернул парня к себе и крепко поцеловал. Звуки взрывов оглушили Джисона, но теперь это были не грозные бомбы, а праздничные фейерверки. Они целовались добрых пять минут, пока в лёгких не закончился воздух. Минхо кокетливо погладил горячую грудь Джисона. – Так что, мы теперь типа вместе? Внутри Джисона взорвалась сверхновая звезда. Минхо счастливо улыбнулся и, не дожидаясь ответа, утянул Хана в поцелуй.