Прошлое повлияет на настоящее

Арсений, не сказать, что всю жизнь носит розовые очки, но, оказывается, на некоторых людей он смотрит именно через них. Попов стремится к популярности, да, хочет развиваться в актёрской сфере, но это не отбирает у него возможности быть чьим-то почитателем. Странно, но на Шастуна он глядит без толики зависти. Антон — знаменитость, молодой парень, лет на восемь его младше, который раскручивается за счёт своего блога и карьеры, связанной с юмором. Арсений может назвать себя фанатом. Он часто посещает его концерты и смотрит. Дело в харизме Антона, дело в том, что его юмор в Арсения попадает, а ещё Арсений понимает, что Шастун этот ему симпатичен. С каждым разом билеты на концерт Антона становятся всё дороже, а тот оказывается ещё и певцом. И эта сфера Арсения тоже начинает увлекать. На музыкальных концертах он уже денег выкладывает больше, и там есть опция пообщаться с Антоном после выступления и даже наедине. Попов, возможно, где-то в глубине души таит корыстные намерения, но, на самом деле, ему просто хочется познакомиться с Антоном поближе. Вот тут-то розовые очки наконец спадают. Шастун на него смотрит внимательно, щурится, а потом открывает рот и Арсений жалеет, что вообще на такое решился. — Ты сильно отличаешься от моих фанаток, но вроде ничего такой, на одну ночь сойдёт, — заявляет Антон и похабно ухмыляется. А Арсений вспыхивает праведным гневом, да как этот мальчишка вообще смеет?! И Попов как-то теряется из-за своего возмущения, тушуется, смущается, причём, непонятно, как вообще эти эмоции могут идти рядом с гневом. Но он явно просто не знает что сказать. Хотя в голове есть несколько вариантов, и будь он то ли смелее, то ли сообразительнее, спокойно бы уже ответил: «Не знал, что ты не настолько элитная шлюха и денег, которые я заплатил за разговор, хватит и на что-то более близкое». Но он не может это предложение ни в башке сформулировать, ни из себя выдавить. Поэтому только, как рыба выброшенная на берег, беспомощно открывает рот. Арсений ненавидит рыбу. Арсений ненавидит в этот момент себя. Арсений ненавидит, что та картинка Антона оказалась ложью. — Я не соби… — начинает наконец-то Арсений, но его тут же перебивают. — Ну не надо мне тут строить из себя недотрогу. Вы же все так делаете, фанаты. Для вас это как достижение — оказаться в моей постели. Да и я не особо понимаю, что с вами ещё можно делать. Арсению так противно, хочется записать этот разговор и выставить в интернет, чтобы общественность поняла, как ошибается. Он не готов сейчас читать этому Антону нотаций, встать и уйти тоже будет как-то слишком недостаточно для той суммы, которую он заплатил. И он хочет получить максимум, только по своим правилам. Арсению даже интересно, куда это всё может зайти, а ещё в его голове назревает план мести, и он готов даже слить что-то не очень приличное в интернет вместе с собой в компромитирующем положении, главное, чтобы Антон пострадал. — И часто у тебя такие индивидуальные встречи? — интересуется Арсений. Он меняет тон на более заигрывающий. Теперь он играет и будет продолжать играть роль. Попрактикуется заодно. — А что, ревнуешь, куколка? — это перебор. Попову хочется разукрасить чужое лицо за подобное обращение, но он терпит. — Нет, просто собираюсь сделать так, что ты их всех забудешь, — Арсений не врёт, он правда сделает с Антоном то, после чего у него будут гигантские проблемы и уж точно не до ночных встреч с фанатками. — Только поехали куда-нибудь, где поудобнее, — настаивает Арсений. Его удивляет то, что парень не сопротивляется, а тем более, что палит ему свою квартиру. И у Арсения закрадываются в голову сомнения. Навряд ли бы этот герой-любовник приводил бы всех фанаток сюда, есть вероятность раскрыть адрес. История что-то кажется какой-то мутной. Попов решает, что постарается повести во всём этом процессе. Арсений оглядывает чужой интерьер, и он бы сказал, что здесь слишком простенько и минималистично, но ему всё очень даже нравится. Попов чувствует руку на своем плече, и это даже не противно, хотя после всех слов Антона его от этого человека воротит. Но прикосновение такое осторожное, или просто мозг Арсения хочет кумира оправдать. Антон приближается и его целует. Арсений за свои годы повидал всякое, но здесь он точно может сказать: этот парень даже не умеет это делать. Да и какого чёрта тот вообще целуется, если буквально пару минут назад говорил, что кроме секса от своих фанатов ему ничего не нужно? Или Арсений что-то не так понимает, или Антон врёт. Интерес пересиливает злость и разочарование. Попов просто ждёт, сам ничего не делает, не отвечает на поцелуй, первым не тянется. Не хочет оказаться в проигрышной позиции. А Антон на него смотрит таким взглядом, будто ищет поддержки, и это на самом деле становится даже весело. И где весь тот образ дерзкого мачо? Арсению, если честно, намного больше этот неуверенный нравится, хотя после всего он уже этого человека узнавать особо не хочет. А история развивается всё более интригующе. Антон падает перед ним на колени. И тянется к ширинке. Арсений, если честно, в ахуе, поэтому даже не догадывается его остановить. Он просто не ожидает такого, вроде всё подразумевало, что в принимающей позиции будет он. Попову некомфортно. Если забыть все реплики Антона, то по его поведению в данный момент кажется, что тот впервые в жизни вообще всё это делает. Антон пялится на его член долго достаточно, а потом лижет, берёт головку в рот и старается языком внутри работать. Глубоко он не пускает, да и все движения какие-то неловкие непонятные, похоже на то, что его догадки верны. В голову ударяет ещё одно осознание: Антон говорит про фанаток, значит он правда может быть с мужчиной в первый раз. Но несмотря на всё это Попов чувствует сильное возбуждение от этих неумелых непонятных действий, в животе всё скручивается. Он еле себя контролирует, чтобы не начать процессом управлять. Хотя он бы ни за что не посмел схватить этого человека за волосы и приблизить к себе. Возможно, ему хочется чуть больше, но он не имеет никакого права трогать партнёра без обсуждения. Тем более неопытность является определяющим фактором. Но от самого осознания, что кто-то готов делать ему минет, хотя никому раньше такого не делал, становится ещё приятнее. И он правда очень быстро кончает. Ещё ближе к себе он этого человека подпускать не готов, поэтому держит его на расстоянии. А Антон и сам, кажется, понимает, даже за поцелуями не тянется, но ответную услугу оказать нужно, и Попов касается чужого паха, пересиливая себя. На самом деле, он совсем не против отплатить наслаждением за наслаждение, пусть и более скудным. Антон стонет прям сразу и толкается навстречу. Под тканью чувствуется твёрдый и достаточно крупный член. Арсению будто руку обжигает, хотя это ощущение больше надуманное, психосоматическое. И ничего у Антона там не горячее, просто в Арсении самом этот огонь бушует. Ему нравится смотреть на чужое лицо, слегка покрасневшее, сжатые губы, и он даже про чужие слова на миг забывает. Антон спускает прямо в одежду и ещё быстрее Арсения. А дальше, похоже, спешит в ванную. Арсений хочет уйти, ещё больше хочет поговорить и разъяснить это всё. Он присаживается на диван и сам не замечает как вырубается. Будит его не резкий толчок, не ругательства в его сторону, а ощущение щекотки на лице. Попов открывает глаза и оказывается в кровати, а рядом с ним храпит умиротворённый Антон. Арсений ничего не понимает. Не будь того начального разговора, Арсению бы показалось, что их свидание прошло удачно. Арсений снова закрывает веки, а просыпается в следующий раз из-за аромата кофе. И это так мило, что ему принесли чашку сюда. Арсений старается не надевать розовые очки снова. Вообще, ему всё ещё противно после такого отношения к нему. Грустно, что он так и не записал компромат, но он может пустить какие-то слухи, а дальше всё это и так разлетится. Только вот он не может просто так уничтожить человека, пусть до сих пор на него и обижен. Тем более Антон сближался с ним очень аккуратно, и Арсений получал удовольствие, а ещё он сам тянулся навстречу. Так что Попову вроде жаловаться не на что. Хочется поговорить с этим человеком, выяснить, что тому нужно. Чем тот руководствуется. Арсений не может так просто закончить эту историю. Нужно либо как-то отомстить, либо попытаться понять. Он выходит из комнаты, сначала находит ванную и старается привести себя в порядок холодной водой, дальше идёт на поиски кухни, там находится и хозяин квартиры. Арсений смеряет его слегка негодующим взглядом и подмечает, что тому явно плохо. Антон сидит, уткнувшись лбом в руки, и даже не поднимает на него глаза. Арсению очень хочется, чтобы тому было просто стыдно. Но он не знает, что в чужой голове. На кухне воцаряется напряжённое молчание. — Ну, доброе утро, что ли, — неловко роняет Арсений, хотя ему здесь точно не должно быть неловко. Это Антон вёл себя как мудак, это он во всём виноват. Тот даже не отвечает, но хотя бы на него смотрит. — Я хотел бы извиниться. — наконец начинает Антон, это уже интересно, — и вернуть деньги за встречу. И вообще, я не сплю с фанатами, как ты уже, наверное, понял. И, если честно, меня поражает, почему ты не врезал мне ещё вчера, после всего того, что я наговорил. — странно, но всё это звучит искренне, но понятнее от этого не становится. — Я жду объяснений, — усмехается Арсений. — Ты не похож на того человека, который ведёт такой образ жизни. Антон кивает. — Ты меня не помнишь, — говорит Антон, и у Арсения вся жизнь перед глазами проносится. Да нет, не может быть, это будет слишком клишированным ходом. Уж лучше тогда, чтобы Антона заставили так сказать для поддержания имиджа или ещё чего-то подобного. Чтобы у него не было выбора. Или, может, он так неудачно подкатить хотел? Арсений может поверить во всё что угодно и даже в то, что это всё ложь. И вчера Антон сначала сказал правду, а потом уже с ним играл. Но это не должна быть история, тянущаяся из прошлого. Арсений ничего не вспоминает, но Шастун продолжает. — Я тогда был на втором курсе уника, и мы с КВН-клубом попёрлись на выездную игру, и там всё это проходило в театре. Я тогда заметил тебя, и мне очень сильно захотелось познакомиться и начать с тобой общаться. Но в первый раз ты меня проигнорировал, а дальше отказал в очень грубой форме, что типа ты да никогда с таким как я, жёстко проехался по внешности и по всему вообще, комплексов у меня тогда поприбавилось. Арсений начинает сращивать. Но он не помнит. Эти события тогда были для него настолько незначительны, что в памяти практически не отложились. Он прекрасно понимает, о каком отрывке времени говорится, он знает, какую постановку они тогда делали, и хочет забыть, как один из коллег, играющий достаточно близкую к нему роль, потом попытался зажать его в гримёрке. Видимо, после этого Антон попал под горячую руку. И Попов не хочет себя в чем-то винить сейчас, но ему правда стыдно. Какая же глупая история получается. И они оба в ней дураки, Арсений, что тогда вышел из себя, Антон, что повёл себя так сейчас. Они друг друга стоят. — У меня был сложный период, но меня это не оправдывает. Я, честно, не помню, что тогда тебе сказал, но это точно была неправда, потому что злился я совсем на другого человека. — признаётся Арсений. — Я долго злился, но после вчерашнего мне нихрена не полегчало, хоть я надеялся, что после мести всё встанет на круги своя. Стало только хуже. Арсений хмыкает. И это называется местью? — Забудем обо всём этом и начнем с начала? — предлагает Арсений. Он бы не отказался, секс ему понравился, да и тем более сам Антон ему интересен. Хотя хочет ли этого Антон, Арсений даже не догадывается. По чужому лицу неясно. Антон качает головой, и это должно разбить Арсению сердце, но он старается не воспринимать всё так серьёзно. Они ещё не настолько близки, просто терять этого человека из своей жизни не хочется. — Мне противно от себя и своего поведения и страшно, потому что ты… Чувства к тебе настолько яркие, что я готов даже на такое. — Антон сглатывает, и Арсений не совсем понимает, это сейчас в его сторону претензии. — И ты тут вообще не виноват, а виновата моя реакция на тебя, которая слишком уж сильная. — Надеюсь, ты не считаешь меня хорошим, потому что я собирался распустить слухи о твоём поведении и даже видео записать и слить, так что я постоял бы за себя, если бы ты сделал со мной что-то не то. — Арсений не уверен, что такое стоит сейчас рассказывать. Но, вообще, это в его понимании позволило бы Антону сейчас не так сильно винить себя. — Давай не будем драматизировать. Я оставлю тебе свой номер. Ты мне — свой. Посидим, спокойно подумаем. А потом спишемся, встретимся, сходим куда-нибудь вместе, может, даже дома увидимся… Как тебе план? Попов решает быть сейчас здравомыслящим взрослым. — Прекрасный план, — Антон робко улыбается и, кажется, готовится снова извиняться. Но Арсений постепенно собирается уходить. Извинений точно с Антона хватит. Тот выходит его провожать и нежно обнимает на прощанье, а потом прикосновение к щеке его быстро уносит. И нет сил оторваться и действовать по заданной траектории. Он Антона целует и ещё раз, и ещё, а Шастун с рвением отвечает. Похоже, план всё обдумать дома катится коту под хвост. А план начать изучать друг друга прямо сейчас и, наплевав на все здравые мысли, поддаваться желаниям берёт верх. И Арсений очень даже рад, он и так всё решил, уже давно.