Часть 1. припятствие
21 февраля 2026 г., 03:56
небо грязного цвета, словно кто-то кидает пепел от сигарет.
Дождь грубо падает на асфальт, простилая грязные лужи вокруг шумного бара, охваченного музыкой.
Будто специально надавливая на и то уставший мозг.
Дождь не смывает пыль с с улиц, он просто делает ее более скользкой. Город медленно тонет в серой грязи.
Тучи висят так низко, что будто угрожают раздавить, словно мы — запертые звери, мирно сидя в своих клетках.
Я стою на затхлом деревянном полу, мои нрг. бессмысленно делают шаг, шаг, поворот, следуя за телом.
Я аккуратно протирала тряпкой липкую стойку. Пока моя жизнь испаряется вместе с запахом дешёвого виски, щекотя ноздри от назойливого запаха. Я тихо шепчу маты, будто это чем-то может помочь.
ты пришел сюда, чтобы купить себе бокал беспамятства.
Прозвенел колокольчик, предупреждая меня о ещё одном покупателе на этот вечер.
В тусклом свете появился мужчина, пропитанный запахом дождя и дешёвых сигарет.
За ним шла девушка, словно фарфоровая кукла, забрав всю нежность из этого мира.
Она села в самый темный уголок, не желая светиться перед всеми. Слышишь этот звук? Ее длинные ногти, стучат по экрану дорогого телефончика, задавая тихий ритм.
Он — промокший насквозь работяга, уставший после работы.
Она— белый манекен в белоснежной шубе. Два биологияеских вида в тупике революции.
Прозвучат грубый и уставший мужской голос:
—два бокала вина со льдом, пожалуйста.
Восстановив подобие контроля , я взглянула на мужчину, который рассматривал меню.
Молча кивнув и убрав тряпку, я начала делать заученные от усталости движения:
дешевое, хрустальное стекло. На нём - десятки мелких царапин, от тысячи моек в затхлой воде. Бросаю горсть льда и сразу наливаю вино на холодные кубики льда. Жидкость медленно обволакивает куски льда, заставляя их показаться на поверхности.
***
Конец смены, ты снимаешь фартук. Это была ещё одна летопись твоего унижения за последние 12 часов. На нём - отпечатки прошлых заказов. Самая дешёвая проволочная вешалка, из тех, что есть в этом мире. Тонкая сталь, согнутая в форме знака вопроса. Белое пластиковое напыление на ней уже начало трескаться, обнажая серый, в местах проржавевший металл. Ты накидываешь петлю фартука на этот металлический грюг. Концы вешалки опускаться вниз, как и твои плечи после смены. собравшись уходить, ты слышишь слабый звон со стороны двери. И вместе с шумом из улица входят довольно два крепких мужчины. Они выглядят так, будто строили пирамиду или что-то в этом роде. Один из них смотрит на тебя почти с нежностью. У него добрый взгляд, почти как у отца, смотря на маленькую дочку которая распаковывает подарки на свой день рождение. Рядом с ним — полная противоположность первому. На нем черная балаклава, и на ткани был оскал черепа. Белая краска на фоне черной смолы. Тот, что с добрыми глазами, подходит ко стойке. Ты принимаешь решение, остаться на пару минут. Все таки Катя ещё не пришла. Его голос звучит мягко, как приятный шелест страниц в старой книге. — Один крепкий чай и ледяное пиво, наличкой. ты идёшь готовить. Чай. ты берешь черный лист. Кипяток охватывает заварку, вытягиваю из нее всю горечь которую она схватила. Это не просто напиток из черной субстанции, это для тех, кто не спал не менее трёх суток. Пиво. Тяжёлая стеклянная кружка ставиться на столик для пива. Ты открываешь кран, поворачивая его, заставляя толкнуться золотистую жидкость прямо в стакан. Пена начинает подниматься. Ты несёшь напитки к столику, который тебе сказали. Твои руки и ноги — это просто машинальные движения, заставляя тебя двигаться дальше. Ты ставишь чай посередине круглого столика. Ты ощущаешь, как в баре становиться тихо. Парень в маске медленно поворачивает голову. ткань грубо натягивается на его переносицу, становиться некомфортно под пристальным взглядом. Он смотрит прямо на тебя, не на твой бейдж с твоим именем "Виктория". Ты хочешь отвернуться, но не можешь. Он выжигает тебя своим взглядом.
