Предел

3 августа, 11 класс.

      Шуичи окончил этот год с отличием, как и все предыдущие. Мог бы получить красный аттестат, но немного недотянул. Эмоции от окончания школы были смешанные. Сначала тревожность об аттестате, потом трепет на его вручении и жуткое разочарование в себе после осознания, что не смог отучиться идеально.       Но всё же в университет на бюджет его взяли. Сайхара уже продумал планы — и А, и Б, и В, и Г… Но дальше плана А заходить не пришлось: абитуриента зачислили на бюджет благодаря высоким баллам ЕГЭ.       Только вот первичный трепет от учёбы вскоре начал медленно рушиться. Но начнём с первого курса.       Сначала Шуичи учился очно, даже познакомился с однокурсником — Кокичи Омой. Тот утверждал, что поступил на юридический ради рофла. Потом — чтобы совершать преступления безнаказанно. Но это были не единственные версии. Каждый раз они менялись. Сайхара пару раз замечал, что в его словах куча нестыковок, но Кокичи каждый раз отмахивался: мол, просто шутит и врёт, вот и получается нескладная история. Добавлял, что Шуичи и станет жертвой его преступлений.

Они встретились в пустом коридоре общежития. Ома перехватил Сайхару перед тем как он ушёл к себе в комнату. Был уже вечер, ближе к ночи, коридор был пуст и было тихо.

— Подожди, что ты сделал? Украл деньги у вахтёрши?

— Нуу.. да.

— Сколько?

— Тысяч двадцать.. я не помню.

— Ты понимаешь, что это статья 158 УК РФ "Кража"? В крупном размере?

— Ахаха, ну я-то знаю, как не спалиться. Камер же не было.

Кокичи достал из кармана крупную сумму денег.

— Вообще-то, там камер больше всего по количеству на помещение, чем во всём общежитии.

— Да тьфу тебя, ничего я не крал.. Мне просто мама прислала денег на этот месяц.

Сайхара недовольно и устало вздохнул.

— Ну и сколько здесь?

Пересчитывая деньги в руках, Ома выглядел беспечно.

— Тысяч семьдесят, вроде.

Шуичи нахмурил брови, глаза выражали крайний шок, но он тут же опомнился.

— Семьдесят? Это как три зарплаты моей матери..

Фиолетовласый пиздюк ростом с пятиклашку пожал плечами.

— Ну, тут ещё вроде отец подкинул. У него зарплата 160 тысяч в месяц.       Юный детектив не завидовал. Хоть по его лицу и не скажешь, внутри он почувствовал обиду и очередную несправедливость. У него даже отца не было.       До окончания школы и совершеннолетия отец платил алименты. Теперь единственная сумма, на которую живут они с матерью, — её двадцатипятитысячная зарплата.       Она работает учителем литературы. Довольно хорошим. Женщина приносила сыну книги из школьной библиотеки и объясняла литературу с таким энтузиазмом, что даже двоечники часто получали как минимум четыре по её предмету.       Но район был таким, что школы здесь крайне бедные. Шуичи приходилось мириться с тем, что они не могут позволить себе даже книги Агаты Кристи, уже в 13 он мечтал о них. Но только на его день рождения они могли себе это позволить. И то, потому что отец соизволял закинуть денег ещё и на праздник сына. Хотя, по сути, алиментов он обычно платил в два раза меньше положенного. Так что день рождения был не "прибыльным" днём, не праздником, а лишь днём, который должен был быть каждым в их семейной жизни.       Это пропитало Сайхару осознанием, насколько этот мир несправедлив: денежное недооценивание работы и навыков матери, отец, живущий почти в центре, но проявляющий неглект к собственной семье.

Шуичи вернулся в реальность.

— Ну.. Круто, что у тебя такие богатые родители.

Кокичи посмотрел на него с яростью, читающейся в фиолетовых глазах.

— Круто?! Да они меня вообще не ценят! Только всунут тысяч 100 на три недели, да "деньги у тебя есть, что тебе ещё от нас надо?" если, конечно, я не провинюсь, нагрубив им. Причём с самого детства! Хотя чё я тебе это рассказываю.. Ты ж тупой блять. Не поймёшь, наверное. Ты видать в бедности жил, раз у твоей матери зарплата около двадцати пяти тысяч.

Сайхара хотел рассказать о денежном положении своей семьи, опровергая оскорбление и объяснив, что не так уж и плохо все было, но решил промолчать, отводя взгляд. Это все было правдой. Глупо оправдываться.

Наступило неловкое молчание. Но первым его прервал Кокичи, не особо приятным способом.

— Ты меня заебал. Я пойду к себе в комнату.

— Вали уже..

Так и прошёл первый курс.

      Шуичи вечно сидел за учёбой. Только Кокичи иногда заглядывал к нему, чтобы поболтать и побесить. Удивительно, но часто после встреч Сайхара находил у себя в комнате по 10 тысяч на столе. Он понял сразу, он кого это было. Первый раз хотел вернуть их, но "друг" притворялся, что это не он, и даже говорил: "Чьё пропало — то моё", пытаясь вырвать деньги из его рук. Шуичи велся на то, что это не Ома подкидывал деньги, но вскоре увидел закономерность и решил просто смириться. Водить Кокичи в кофейню или кафе за свой счёт в качестве благодарности. Но каждый раз тот отмахивался от того, чтобы Сайхара платил за него, и просил раздельный счёт. Потребность благодарить его деньгами исчезла. А вот привычка по выходным ходить по кафе — нет. Так и сблизились.       Шуичи смирился с назойливостью и наглостью Кокичи и постепенно даже был рад тому, как тот издевался над ним. Мазохизм ли это или влюблённость? Никто не знает. Но учебное заведение, в котором они учились, не учило ответам на подобные вопросы. Виды оружия, построение связей, система и алгоритм раскрытия дел, биоэкспертиза… Но явно не такие человеческие чувства. Даже на психологии это не обьясняли. Насколько это необходимо юристу?       Всё пошло наперекосяк, когда Шуичи решил перевестись на заочное: времени работать было меньше, а денег не хватало на жизнь даже с гибким графиком официанта и финансовой помощью друга. Пересчитывая деньги в середине месяца, он понял, что даже с Кокичиными "подарками" не хватает на нормальную еду — только на сухую лапшу за 9 рублей. Просить финансовой помощи у близкого человека он не мог. Не мог снова оказаться денежной обузой. Поэтому, он принял это решение как единственно возможное, с горечью. Это значило реже видеть того, кто умел отвлечь от полного погружения в учёбу и изоляцию от социума, умел заставить его отдохнуть, а не просто утопать в учёбе и мыслях.

Знал бы он к чему это приведёт, он бы не переводился на заочное.