Не сдаваться

Перекладина холодная, шершавая — не идеальный металл спортивного зала, а что-то созданное магией под мою задачу. Ладони уже стерты до красноты, кожа щиплет от пота, но я не отпускаю. Раз. Подтягиваюсь медленно, без рывка. Подбородок выше перекладины. Пауза. Контроль дыхания. Два. Эта комната дала мне именно то, что нужно: пустой серый зал, мат на полу, турник, зеркало во всю стену. Никаких отвлекающих деталей. Никаких портретов, которые шепчутся за спиной. Только я и задача. Три. Мышцы спины отзываются тупой болью. Это тело ещё растёт, оно не привыкло к таким нагрузкам. Но я привыкла. Четыре. Пять. Шесть. Дыхание размеренное. Я считаю не вслух, а про себя, как делала раньше, в другом времени. В другой жизни. Двенадцать. Предплечья начинают дрожать. Я усиливаю хват. Не отпускать раньше времени — правило универсальное, хоть с перекладиной, хоть с дверной рамой перед штурмом. Пятнадцать. Я опускаюсь и спрыгиваю на мат. Приземляюсь мягко, на носки, гася инерцию. Автоматически оглядываю пространство — выход, углы, потенциальные укрытия. Привычка, въевшаяся глубже костей. В зеркале — девочка. Кудрявые волосы, тонкие плечи, школьная майка прилипла к спине от пота. Сейчас я — Гермиона Грейнджер. Я подхожу ближе. Капля пота скатывается по виску, и я машинально стираю её тыльной стороной ладони. Когда-то меня звали Сара Паркер. Констебль SCO19. Лондон. 2024 год. Я помню тяжесть бронежилета, запах оружейного масла, короткие брифинги перед выездом. Я шла в подразделение не ради острых ощущений. Я просто не могла спокойно смотреть на новости. Кто-то должен входить первым. Кто-то должен закрывать огонь собой. Я снова подхожу к перекладине. Раз. Последняя операция вспоминается не как кино, а как обрывки. Узкий коридор. Крик в наушнике. Я шагнула вперёд. Вспышка. Удар в грудь, будто огромный кулак изнутри. Я даже не сразу поняла, что это пуля. Два. Воздух исчез. Пол ушёл из-под ног. Три. А потом я проснулась. Белый полог над кроватью. Каменные стены. Запах чего-то травяного и сладкого, не похожего на обычную больницу. Я лежала, не понимая, где нахожусь. Тело лёгкое. Слишком лёгкое. Руки — тонкие, детские. Голова гудела. Позже мне сказали: я проснулась в больничном крыле школы. Эту девочку — Гермиону Грейнджер — чуть не убил какой-то маг в каком-то Отделе тайн. Я тогда не понимала ни слова. Отдел тайн? Маг? Школа? Я смотрела на женщину в белом колпаке и думала, что это бред перед смертью. Но боль была настоящей. И мир — тоже. Двадцать. Я срываюсь с перекладины, тяжело дыша. Опускаюсь на колени, потом встаю и снова подхожу к зеркалу. В 1996 году Сара Паркер ещё не родилась. Мои родители в этом времени даже не знакомы. Та жизнь — где-то впереди. Или уже никогда. Иногда я думаю: если я здесь, значит, там я умерла. Просто умерла — и всё. Без громких слов. Я касаюсь пальцами стекла. Это тело — не моё, но теперь оно моё оружие. И я должна довести его до состояния, в котором могу на него положиться. В этом мире есть магия. Палочка в руке способна сделать то, что раньше требовало команды и техники. Но люди остаются людьми. Они боятся. Они ненавидят. Они верят в своё превосходство. Я видела таких. Не важно, как они себя называют. Я поднимаю палочку с мата и кручу её между пальцами, как когда-то крутила маркер на брифингах. — Протего. Передо мной вспыхивает прозрачный купол. Я усиливаю его, сжимая челюсти. Представляю давление, удар, взрыв. Щит дрожит, но держится. Контроль. — Ступефай. Красная вспышка бьёт в стену. Я повторяю, меняя угол, представляя движущуюся цель. Магия — это просто инструмент. Как огнестрел. Как щит. Важно не только знать, что он делает, а когда и зачем его применять. Я снова смотрю в зеркало. Они думают, что я просто отличница. Книжная девочка, которая слишком много читает. Пусть. Им не нужно знать, что в голове у Гермионы Грейнджер живёт женщина, прошедшая через штурмы и потери. Иногда по ночам мне снится звук выстрела. Я просыпаюсь и несколько секунд не понимаю, где я — в каменном замке или в лондонской квартире. Потом вижу потолок Хогвартса и вспоминаю: здесь другие правила. Но зло — то же самое. Я выпрямляюсь. В этом мире война уже идёт. И если судьба забросила меня сюда, я не собираюсь быть наблюдателем. Я поступила в SCO19, чтобы бороться с плохими людьми. И не имеет значения, палочка у них в руках или пистолет. Я снова хватаюсь за перекладину. Раз. Я не знаю, почему получила второй шанс. Два. Не знаю, вернусь ли когда-нибудь. Три. Но я точно знаю одно: я не привыкла сдаваться. Пот капает на мат. Руки дрожат. Сердце стучит быстро, но ровно. В зеркале — Гермиона Грейнджер. Внутри — Сара Паркер. И мы обе готовы к войне.