Скэриал, я принц Килиан

В библиотеке Картела стояла звенящая тишина, которую нарушал только шелест пыльных страниц и тяжелое дыхание двух итеранцев, забившихся в самый темный угол между стеллажами с трудами по этике убийства и историей любовных неудач Владетелей. Готье, прижимая палец к губам, выглядывал из-за корешка «Эстетики крови и вина». Джером, сидящий на корточках рядом, гипнотизировал взглядом дверной проем, сжимая в руке кинжал. — Ты уверен, что нас никто не видел? — прошептал Джером, не поворачивая головы. — Абсолютно, — так же шепотом ответил Готье. — Если, конечно, Владетель не умеет читать мысли на расстоянии и не знает, что мы стащили его личный экземпляр «Приключений игривого казначея». Джером фыркнул, но сразу замер, прислушиваясь. Тишина. Можно было выдохнуть. — Слушай, — вдруг сказал Готье, присаживаясь рядом с Джеромом на корточки. Глаза его горели каким-то нездоровым, сплетническим блеском. — Ты не поверишь, что мне вчера Скэриал сказал. — Если это снова про то, какой длины язык у новой любовницы Владетеля, я лучше почитаю про игривого казначея, — буркнул Джером. — Да нет, серьезно! — Готье бесцеремонно толкнул друга плечом. — Прикинь, Скэриал подходит ко мне и говорит, ну, знаешь, таким своим томным голосом: «Готье, давай встречаться, я жить без тебя не могу». Джером, который как раз собирался осторожно выглянуть за угол, от неожиданности дернулся и стукнулся затылком о полку. Книги жалобно скрипнули, но устояли. — Чего?! — прошипел он, потирая голову и забыв про осторожность. — Скэриал? Наш Скэриал? Который скорее перережет глотку, чем скажет комплимент? Тебе? — Ага, — кивнул Готье, довольно скалясь. — Представляешь драму? Джером уставился на него с непередаваемым выражением лица, в котором смешивались шок, недоверие и зарождающееся веселье. Он представил себе вечно мрачного, молчаливого и опасного Скэриала, который способен выражать эмоции разве что углом наклона лезвия, и его "признание" в любви. Картинка была настолько абсурдной, что удержаться было сложно. — И что дальше? — спросил Джером, чувствуя, как уголки губ предательски ползут вверх. — А ты что? Готье выдержал театральную паузу, поправил воображаемое жабо и, глядя Джерому прямо в глаза, с непроницаемо серьезным лицом произнес: — А я Килиан. Наступила тишина. Глубокая, абсолютная тишина библиотеки, в которой теперь повисла эта фраза. Джером замер. Его глаза расширились. Он открыл рот, потом закрыл. Потом снова открыл, но вместо слов издал звук, похожий на закипающий чайник. Плечи его затряслись. — Ты... ты сказал... — выдавил он из себя, задыхаясь от беззвучного смеха. — Ты ответил ему именем нашего принца который типо выжил по слухам фанатиков!? — Ну да, — пожал плечами Готье, и его собственное лицо расплылось в довольной улыбке. — А что? Я подумал, раз уж Скэриал решил поиграть в чувства, то пусть знает, что его судьба — Килиан. Представляешь его лицо? Он, наверное, полчаса пытался вспомнить, кто это вообще такой. Джером сполз по стеллажу на пол, уткнувшись лицом в колени, чтобы не расхохотаться в голос. Его трясло. — Готье... ты больной... — простонал он сквозь смех. — Скэриал теперь решит, что у тебя роман с приведением! — Главное, чтобы Скэриал не узнал, — хмыкнул Готье, усаживаясь рядом по-турецки. — А то он, может и вилы в ход пойти. Они сидели в пыльной тишине библиотеки, двое опаснейших убийц Картела, и тряслись от беззвучного, идиотского смеха, прячась от гнева Владетеля за украденную книжку с картинками. — Слушай, — отдышавшись, прошептал Джером, вытирая выступившие слезы. — А если он все-таки серьезно? Готье посмотрел на него с таким видом, будто Джером предложил выпить яду ради интереса. — Скэриал? Серьезно в любви? — фыркнул он. — Джером, он однажды пытался пошутить. Это было в позапрошлом году. Мы до сих пор не поняли, что это была за шутка, но Скэриал после неё неделю с нами не разговаривал. Джером кивнул, признавая поражение. В дверях библиотеки послышался тяжелый шаг. Оба итеранца мгновенно замерли, превратившись в статуи. — Это Владетель? — одними губами спросил Готье. — Нет, — так же беззвучно ответил Джером, прислушиваясь. — Это Скэриал. И он что-то бормочет про «Килиана». Готье прикрыл рот ладонью, чтобы снова не рассмеяться, и закатил глаза. Джером лишь покачал головой, давая понять: за эту шутку Готье однажды ответит. Но не сегодня. Сегодня они просто прятались в библиотеке.