Звезда по имени «Улыбка»

      Он был очень талантлив. И это не значит, что он был так же умён и выразителен. Многие дети двенадцатилетия занимались чем попало: рисовали, строили из конструктора, писали стихи, наподобие Пушкина. Но он был совсем не таким. Другим, не как те дети. Он ни рисовал, ни строил, ни писал. Но одно занятие всё же было для него больше, чем вся жизнь. Он любил звёзды. Так любил рассматривать их по ночам, что даже в школу приходил не во время. Всё пытался посчитать их количество на небе. Но, пока, ни как не получалось.       Мать же, Юлия Павловна, отчитывала его за это. Говорила, мол, «Лёва, ну чем тебя звёзды учат? Вон, Колька, с соседнего двора, музыке учится! А ты что? Только и читаешь про свои галактики да космос». Отец семейства ничего ему не говорил, а лишь читал свои газеты и смотрел телепередачи на чёрно-белом экране. А мальчик тем временем совсем мать не слушал. Нет, конечно прислушивался к её советам, но не выполнял. Ну не мог он без звёзд. Совсем.       С Колькой он дружил. Тот ему всё хвастался, заучил Баха на фортепиано! Лёва слушал, внимательно. Искренне радовался за товарища! Вот только одно ему мешало: родители Коли поддерживали его в успехах, а родители Лёвы - нет. Ну почему так? Лёва даже сердился изредка. Показывал матери рисунки космоса, рассказывал про Млечный Путь, а она в ответ лишь «угу» да «ага». Лёва пыхтел и уходил в свою комнату.       Со временем желание открыть новую звезду у мальчика проходило. Сначало незаметно, а теперь уже совсем не хочется. Он стал прогуливать уроки, связался с мелкими хулиганами: Петькой, Борей и Михой. И хорошо жилось то! Мать, конечно, ничего про тайную жизнь сына не знала, да и Лёвка то не рассказывал.       Так Лёва развлекался ещё 2 месяца. Пока однажды не заявился домой после прогулки и не увидел разъярённую мамашу с полотенцем на плече. Тогда то Лёва всё и понял. Ох, как же ему тогда досталось!       Оказывается, все его проделки учительнице рассказал Витька-заучка, хорошист класса, весь такой примерный, хороший мальчик. Всегда с зализанными волосами набок, как депутат прям! Лёвка на следующий день заявился в школу во время. А как же не во время? Полотенцем снова получать не хотелось. Как только заступил за порог, свирепо глянул на Витю. Тот, как прилежный ученик, с ровной спиной что-то умно чиркал в тетради, хотя была ещё перемена и все учащиеся метались по кабинету. Поверх синего пиджака на нём была всё та же белая рубашка с красной пионерской лентой.       Лёва сидел на одну парту перед ним. Совпадение какое-то! Мальчик резко швырнул учебник по алгебре на деревянную основу, ручку и карандаш. Сел на стул и повернулся к Витьке. А он даже не посмотрел на него! Как рисовал, так и рисует       Лёва нахмурился, чуть придвинулся ближе, с любопытством пытаясь разглядеть художество на бумаге. Но не смог. Витя вдруг закрыл рукой рисунок и всё же взглянул на него с такой усталостью в глазах, что Лёвке даже как-то жаль его стало.       —Чего тебе?-буркнул Витька. Лёва вздёрнул голову.       —А ты чего это, стукачём заделался?-фыркнул он.       Витя сначало удивлённо вскинул брови, будто и впрямь не понимал о чём идёт речь. А уж потом задумался.       —А, так ты об этом,-протянул мальчик и выпрямил спину так, что она была похожа на ровную доску, руки сложил на парту и гордо поднял голову.-Я лишь доложил правду Елене Петровне.       —Правду? Да кому она сдалась!-Лёвка обиженно насупился.       —Мне просто твою маму жалко, она даже не знает, чем её сын занимается вне уроков,-колко отрезал Витя, снова продолжив чиркать шариковой ручкой.       Лёва захлёбывался от возмущения. Да кто он такой?! Разве он решает, что знать его маме, а что - нет!       Он отобрал у Витьки тетрадь и отвернулся. На бумаге был изображён щенок, на которого зло рычал чёрный волк. Щенок казался таким маленьким и уязвимым рядом с ним, что Лёва даже подумал: не Витя ли это? Но не успев до конца поразмыслить, как Витя выдернул тетрадь обратно и сел на своё место, склонив голову. Как тот зверёк на бумаге.       Тут все ученики резво встали у парт, как по команде. Лёва развернулся. Учитель биологии пришёл! Со всех уголков помещения прошлось: «Здравствуйте, Борис Александрович!».       Вскоре все уроки наконец закончились, а вот обида на Витьку никак не хотела уходить. После случая с тетрадью он даже не смотрел в его сторону! Нет, ну так можно вообще? На жаловался, а теперь делает вид, что ни при делах?       Выйдя из школьного заведения, Лёва хотел уж пойти домой, ну, или к Михе, на чай с конфетами. Но тут, завидев идущего Витьку у ворот, изменил планы. Надо ему отомстить! Чтоб больше не стукачил.       Решительно направился к однокласснику, догнал его. Витька заметил его настойчивость, но спокойно промолчал. Вот, снова не замечает! Лёва даже от безысходности зашаркал ногами об серый асфальт.       —Ну чего тебе опять?-проговорил Витя, раздув долгое молчание.       —А вот ничего! Хочу - иду, тебе то что?-фыркнул в ответ мальчишка, повернув голову в сторону.       —Ну ладно, иди,-хмыкнул Витя, закинув сползающий ранец на плечо.       Они уже прошли пешеходный переход, проехали в автобусе 3 остановки, прошагали несколько городских улиц и сейчас подходили к скудной пятиэтажке. Витька жил так далеко, что у Лёвы ноги ныли от усталости! Как он только успевал в школу приходить? Тут ведь километров 30, не менее.       —Витя, а когда мы придём?-не мог больше молчать Лёва, сдерживаясь, чтобы не упасть на холодную землю. Уж очень ноги горели!       —Уже пришли. И вообще, я не заставлял тебя таскаться за мной. Зачем ты пошёл?       Лёвка не смог ответить на поставленный вопрос, ведь сам не знал ответа. Ну пошёл и пошёл. И вправду, зачем? Только время потратил, мог бы сейчас в кровати лежать и есть хлеб с вареньем!       Витя тем временем уже стоял у подъезда, собираясь открыть деревянную дверь. Как будто хотел что-то сказать, но не решался.       —Ну это, спасибо, что провёл. Лёвке показалось или у Витьки в самом деле уши заалели. Лёва замялся.       —Да не проблема, я как раз хотел прогуляться.       —Ты не устал?       —Нет!-протянул мальчик, перебираясь с одной ноги на ногу. Жжёт!       —Не хочешь ко мне зайти? Ну, отдохнуть, чаю выпить. Лёвка аж расцвёл весь! Есть неимоверно хотелось. Живот умоляюще заурчал, и Витя улыбнулся, уже зная ответ на свой вопрос.       В квартире Витьки пахло домашней выпечкой, что Лёва непроизвольно взглотнул.       —Мам, я дома.       С соседней комнаты раздались лёгкие шаги, и из неё вышла молодая женщина лет тридцати трёх с мукой на фартуке. Её тёплая улыбка так понравилась Лёве, что его губы сами расползались до ушей. Женщина проводила их заинтересованным взглядом и проводила на кухню. Две чашки наполнила горячим чёрным чаем и поставила на стол вазу с конфетами. Лёва так хотел взять горсть, но не мог. В гостях его учили быть культурным. Да кому это надо!       Мальчишки перекусили. Гость уже собирался уходить, но Витя, неожиданно для него, попросил остаться. Почему бы и нет? Ноги то всё ещё ноют, и вдруг снова накормят? Лёвка согласился. На часах было без пяти четыре, время полно. Они сидели на кровати хозяина и долго молчали. А о чём говорить? Хотя, собственно, говоря, Лёва совсем не знал Витьку. Лишь то, что он получает одни «пять» да «четыре» по арифметике.       —Чем занимаешься после уроков?-неловко произнёс Лёва, теребя ткань рукава рубашки. Пиджак он оставил висеть в прихожей.       —Учу уроки.       Лёва задумвичо промычал. А дальше то что? Нужно ещё о чём-то спросить...       —А ты?-прервал его мысли Витька и уселся поудобнее, по-турецки.       —Я? Ну... Читаю.       —Ты? Читаешь? Он произнёс это так, словно Лёва и читать то не умеет!       —Да, читаю,-гордо парировал он.       —А о чём?       —Звёзды.       Ну вот зачем он ему сказал? Никто, кроме родных и Кольки то и не знал про его тайное хобби. Лёва уже ждал насмешливого хохота от собеседника, но тот в свою очередь, видимо, ждал продолжения рассказа.       —Космос ещё. Ты знал, что днём звёзды не исчезают, а остаются на небе? Их просто не видно в это время суток!-восхищённо воскликнул мальчик, ожидая реакции Вити.       Витька понимающе кивнул и отвёл взгляд.       —Да, знал. Это все знают.       —А вот и не все! Коля не знал, а я ему всё объяснил. Он потом маме это рассказал.       —Коля? Это, который, Мишевский?       —Да-да, он.       —Ясно.       Повисло новое молчание. Но оно продлилось не так долго, как остальные.       —Тебе нравится астрономия?       —Да, Звёздная астрономия. Её создал Уильям Гершель, он ещё открыл Уран.       Витя не знал этой информации, потому что теперь выглядел заинтересованым.       —Правда? Я не знал.       —Да ну! Это все знают.       Витька сощурился и снова любопытно поинтересовался:       —А есть ещё галактики, кроме Млечный Путь?       Лёва задумался и с умным видом произнёс:       —В наблюдаемой части Вселенной расположено около двух триллионов галактик, ближайшие из них: Большое и Малое Магелланово Облако, галактика Андромеды и галактика в Стрельце. Добраться до других галактик пока невозможно, астрономы анализируют свет и другие излучения, чтобы определять состав, температуру, скорость движения и расстояние объектов.       Закончив дедукцию, Лёвка деловито поднял голову вверх, наблюдая, как меняется лицо Витьки: сначало задумчиво, а после удивление. Ему понравилось.       —Очень интересно, правда! Я ещё ничего подобного не слыхивал. А откуда ты это знаешь?       —Читал в газете, в журналах. Ещё по телевизору смотрел.       Лёвка ещё никогда не был так счастлив и горд собой. Кому-то понравилась его тирада! И не какому-то хулигану, а Витьке.       Вскоре нежданому гостю пришлось возвращаться обратно. До остановки и домой ему пришлось двигаться 2 часа. Мать ждала его, а когда Лёва только открыл дверь в квартиру, бросилась к нему целоваться. Даже плакала, как мальчику показалось. Он ей всё объяснил по делу, что был у друга, делал уроки с ним и всё хорошо. Полотенцем сегодня не досталось.       С того дня Лёвка стал проводить время с Витей. И не только после школы, но и на уроке теперь они сидели вместе. Лёвка даже перестал с хулиганами беседничать, да и они то не особо с ним разговаривали. С учёбой друг помогал Лёве, что мальчик и позабыл про старую обиду. Их мамы также познакомились и стали часто перезваниваться. Так проходили недели, месяци и мальчики всё дружили да общались.

***

      Наступило лето. Как-то раз Лёва наконец решил снова посчитать звёзды. Весной он остановился на 5067 звезде. И теперь хотел продолжить. Позвал с собой Витьку. Ночью решил отправиться на речку, в это время там особенно красиво. Луна отражается в воде, а вместе с ней и звёзды.       Воздух был свеж и прохладен. Тёмная трава неприятно щекотала оголённую кожу ног. Нужно было надеть штаны, а не шорты. Замёрзнуть ведь можно! Витька, вон, послушался матери, а Лёва не стал.       Дошли они кое-как до речки. Вода в ней была теплей, чем воздух. Но не столько, чтобы можно было искупаться. Товарищи остановились у берега, раскинули на холодную траву плед и легли. Небо было усыпанно множеством белых маленьких точечек, а некоторые из них мигали. Лёва стал считать, на каждую направив указательный палец. Дойдя до 23, он остановился. Считать больше не хотелось. Теперь он просто лежал и смотрел.       —А какое там созвездие?-указал Витя куда-то в небо.       Лёва забегал глазами, пытаясь найти то, о чём он говорит. Прищурился, вздохнул. Витька взял его нависшую над телом руку и медленно повёл в сторону. Остановился. Палец указывал на Малый Лев.       —О, это Малый Лев.       Послышался тихий смешок. Лёва, не поняв отчего другу смешно, нахмурился и повернул голову.       —Чего?       —Малый Лев.       Всё ещё не понял.       —В честь тебя назвали,-наконец донёс мысль Витька и взглянул на него.       В свете ночной луны его глаза казались чёрной тьмой, в глубине которой мелькали искры любопытства. Витя отпустил чужую ладонь и положил свою на живот. Отвернулся, снова рассматривая звёзды. Лёва повторил точно также до мелочей.       —Если бы ты открыл новую звезду, как бы ты назвал её?—еле слышно, почти шёпотом спросил Витя.       Лёва много думал над этим. «Каралл», «Мечь» и «Туча» не очень подходили. Нужно что-то особенное. Что-то, что всегда напомнит о чём-то важном.       —Не знаю,-честно признался Лёвка.-Не могу придумать.       Витя вдруг сел, не отрывая взгляда от речки. Лёва решил сесть рядом с ним.       —Я так и не сказал тебе чем увлекаюсь.       —Да, я не хотел спрашивать. Ждал, когда ты сам расскажешь.       —Я рисую картины.       —Правда? Я ни одну не видел у тебя дома.       —Я их прячу в шкаф.       —Что? Зачем?-искренне не понимал Лёва.       —Отец считал, что рисовать - занятия для девчонок. Он ненавидел мои рисунки, и каждый раз, когда я показывал ему их, рвал на четыре части и бросал в мусорное ведро. Либо сжигал зажигалкой.       Лёва молчал. Витя ему казался до этого таким «правильным», а теперь будто совсем другой. Он был человеком. Не роботом.       —А где сейчас твой отец?-боялся спросить у него мальчик.       —Он разбился на «Победе»год назад.       —Ох...       Лёва почувствовал себя до жути виноватым.       —Извини, я не хотел напоминать.       —Да всё хорошо! И вообще, чего мы тут киснем?-улыбнулся Витька.       В этот момент Лёва понял, что самое важное должно быть.       —Улыбка,-вдруг произнёс он, не сводя глаз с чужого лица.       —Что?       —Я назову звезду «Улыбка».