Линия, которую мы перешли

В тот день мы разошлись быстрее обычного. Смех ещё звенел в ушах, но внутри у меня было странное чувство — будто время вдруг стало хрупким. Словно если сделать резкое движение, оно треснет. Два дня пролетели слишком быстро. Утро выдалось пасмурным. Небо над деревней было затянуто серыми облаками, и от этого всё вокруг казалось тише, чем обычно. У ворот уже собрались шиноби — кто-то прощался, кто-то получал последние наставления. Я стояла чуть в стороне, сжимая ремень своей куртки, будто это могло удержать меня на месте. Шикадай появился спокойно, как всегда. Без лишних слов, без суеты. Он заметил меня сразу. — Ты всё-таки пришла, — сказал он, подходя ближе. — А ты сомневался? — попыталась я улыбнуться, но голос предательски дрогнул. Мы стояли рядом, не глядя друг на друга. Почему-то смотреть в глаза было сложнее, чем я ожидала. Казалось, если я это сделаю — всё станет слишком реальным. — Два месяца — это не так уж и долго, — произнёс он после паузы. — Для тебя, может быть, — тихо ответила я. — А для меня… это долго. Он повернулся ко мне. В его взгляде не было ни насмешки, ни лёгкости — только спокойная уверенность, которая всегда меня одновременно раздражала и успокаивала. — Я вернусь, Чочо. Обещаю. Я кивнула. Конечно, я ему верила. Я всегда ему верила. Но страх не исчезал. — Ты ведь знаешь… — начала я и замолчала, не зная, как закончить мысль. — Знаю, — мягко перебил он. — И я это ценю. Он протянул руку и легко коснулся моего плеча — не обнимая, не притягивая ближе. Просто жест, который говорил больше любых слов. От этого прикосновения у меня внутри всё снова сжалось. Вот она. Линия. Один шаг — и мы её перейдём. — Береги себя, ладно? — наконец сказала я. — И не делай глупостей. — Эй, это моя реплика, — усмехнулся он. — Ты тоже береги себя. Кто-то позвал его по имени. Пора. Он сделал шаг назад, потом ещё один, но на мгновение остановился. — Чочо? — М? — Спасибо, что веришь в меня. Я смотрела, как он уходит, пока его силуэт не растворился среди других шиноби. Только тогда позволила себе выдохнуть. Я не плакала. Но внутри будто что-то осталось недосказанным. И я не знала, что будет сложнее — ждать его возвращения… или разобраться с тем, что я чувствую на самом деле.