23.08.2026

Последние минуты смены на авто всегда казались тебе невероятно мучительными. Поток машин был нескончаем и полон гостей, которые хотели успеть прикупить съестного до пятиминутного перерыва. На самом деле тебе нравилось стоять на авто и выходя из комнаты оплаты по пути на вторичку видеть, как он работает… Как же он сексуален в этом кухонном фартуке и черно-белой менеджерской форме под ним, которая всегда выгодно подчеркивала его подкачанное тело. Но Никита уже давно не на кухне, а заполняет какие-то бланки в офисе. В твоей голове лишь мысли о том, поедет ли Никита сегодня со всеми на такси или как обычно убежит раньше всех? Заветные нули, машины до самого Октябрьского проспекта больше не твоя проблема, ты с облегчением вздыхаешь и направляешься к прилавку. Надо поменять аккумулятор ушей и отдать их ночнику. – О боже, как же это ужасно… – Снимая уши ты замечаешь в отражении окна выдачи как твои волосы растрепались, а шапочка на половину съехала, словно нарочито демонстрируя всем твой недавний блонд. Не то что бы это выглядело очень плохо, просто, когда Никита был на смене, почему-то тебе всегда хотелось выглядеть безупречно. – Подумаешь… – говорит Ксюша, - У меня вот вообще все косички расплелись. И вправду, прежде ее короткие, аккуратные косички, которые она всегда заплетала, под конец смены распушились и стали выглядеть слишком не презентабельно. Однако урчание в животе отвлекло вас от легкого разговора. Вечер летней субботы, последний обед был…, да его и не было, под конец смены оставались только менеджеры, инсайт в офисе, ты с Ксюшей на прилавке и какой-то не особо общительный новенький мальчик на кухне, все еще без бейджика, но он не особо тебя волновал, ведь он уходил почти сразу как заканчивалась смена, что уж точно не говоря про Никиту… В комнате отдыха как всегда тихо и умиротворенно, ничего не пищит, звуков заказов в помине не слышно, лишь слегка через жалюзи проскакивает свет фар машины, что ждет своей очереди на авто. Столики стоят слишком близко, протискиваться на мягкие сиденья никогда не было удобным, однако это куда лучше, чем сидеть спиной ко входу и не видеть кто заходит. За обеденным разговором время пролетало незаметно, обсудить сумасшедших гостей авто, сплетни, кто с кем встречается это уже что-то вроде ритуала. – Ты слышала, что Никита хочет уволится? - говорит тебе подруга в пол голоса. Он сидит всего лишь за стенкой, быть пойманными с поличным за сплетнями не особо хочется. – Ермолин?.. – уточняешь ты. Вариант что Николаев в один день пропадет из твоей повседневной жизни ты даже не хочешь рассматривать. – Зачем лидеру производства увольняться? – недоумевающе уточняет Ксюша, делая глоток липтона… – Николаев, он же практику сейчас проходит, Морякова сказала, что он не успевает. Не верю. – Дак блять, Морякова шлюха, как этот жир еще планета носит, она скоро в офис зайти не сможет. – вдруг вылетает из твоего рта скорее не объективные фразы, а эмоции, хотя о том, что Морякова весит гораздо больше нормы молчать сложно. – Потише! – вдруг одергивает тебя Ксюша. – Они в офисе вообще-то! – Да мне плевать! Это просто правда, она жирная! Не успеваешь ты закончить предложение, как Никита, видимо проходящий мимо комнаты отдыха заглядывает в нее. – Ого какие у вас темы интересные… не хотите соуса пофасовать или вы хотите тут до утра просидеть? – его голос уставший. Очевидно, проходить практику утром, а вечером отрабатывать смену не сказать, что легко. На твоем лице смешались гримасы презрения и недовольства, что не скажешь об Ксюше, которая весьма перепугалась и сидит в пол оборота смотря на Никиту, чей взгляд бегал то ко мне, то к ней. – Ну же, не нужно делать такое недовольное личико. – говорит Никита, явно обращаясь к тебе. – Я пока что вынесу все соуса, а вы будете фасовать сырный, я вас жду, чем раньше все сделаем, тем раньше уедем домой, а еще нам подносы тереть. – дверь тихонько закрывается, оставляя за собой лишь неприятное чувство рассекреченного разговора. – Как думаешь, он понял, о чем ты? – спрашивает Ксюша. – Просто если да, то не думаю, что он оставит тебя в покое. – Вообще плевать. – отвечаешь ты. – Он все равно в курсе что он хуесос, хуже уже не будет. – ответа от Ксюши так и не последовало. Фасовать соуса то еще занятие, хуже этого наверно только сидеть одному в сухом и мучительно долго фасовать сахар, вертикально ставя его в бадейки, чтоб больше влезло. Ты сидишь за столом с подружкой, фасуя уже бессчетную бадейку сырного соуса, в то время как Никита за твоей спиной фасовал все остальные. Не смотреть на него сложно, еще сложнее делать вид что он тебя абсолютно не интересует. Относя очередную пару бадеек Никите, чтоб он поставил их вниз ты слышишь от него. – Спасибо, Вы так любезны. – Очень смешно. – почти буркаешь себе под нос и уходишь обратно за столик к подруге. Смотреть на него, особенно та близко выше твоих возможностей, уж лучше отшутиться стебя, чем признать похвалу или сказать хотя бы «спасибо». Сухой сток и соуса уже нафасованы, можно наконец то стянуть с себя эту резинку, что 12 часов тянула волосы и сменить одежду пропахшую фритюрным маслом на что-то более легкое. Летняя погода с утра неумолимо просила одеть те самые короткие джинсовые шортики, а на верх что-нибудь полегче привычных толстовок. Низ был невероятно коротким, хотя для того, чтобы доехать на такси туда и обратно в целом подходило, их нежная синева прекрасно сочеталась с белой майкой и серой кофтой, накинутой на плечи. Наконец-то приодевшись, расчесавшись и одев уличную обувь вы вышли из раздевалки заказывать такси. – Долго мне вас еще ждать? – Никита стоял в коридоре перед офисом и протирал подносы. Все еще в менеджерской белой рубашке с короткими рукавами, черных штанах и галстуке – Почему я должен один все делать? – нескончаемая улыбка на его лице снова блеснула. – Ты нас не звал, как мы должны были догадаться? – язвишь ты. – Я думал вы умные девочки. – тон его голоса изменился на нарочито грустный. – Я был о вас лучшего мнения… Держите – вручив тебе тряпку он мгновенно исчезает за дверью мужской раздевалки. Не приходится делать ничего, кроме как послушно начать натирать подносы. – Все еще работаете? – он вышел из раздевалки в джинсах и фиолетовой толстовке, его зеленые глаза невероятно сочетались с его каштановыми волосами в небрежной прическе, без дурацкой рабочей шапочки ему гораздо лучше, впрочем, даже в фартуке мясника он выглядел безупречно. Пару десятков подносов дотирались в неловком молчании. Наконец-то можно зайти в офис. Это помещение само по себе было безумно маленькое, а когда в нем еще и находилась Морякова, то по мимо тесноты всегда добавлялся запах жира, незаметный, однако подходя все ближе к ней, можно было обречь себя на смертный приговор путем удушья. Ты так и осталась стоять в проходе держа дверь, чтоб хоть немного проветрить помещение. Никита садится за ноутбук. Его пальцы ловко открывают нужные странички, говорить свой адрес всегда почему-то неловко. Как будто теперь этому человеку невольно удостоилось знать гораздо больше личной информации о тебе, чем ты готов ему предоставить, впрочем, избежать этого этапа практически невозможно… что-то вырывает тебя из твоих мыслей. – Ксюша, ты едешь одна, а ты поедешь со мной. – Никита повернулся на тебя, чтобы убедится в том, что ты его услышала. – Хорошо. – произносишь ты, в попытках изобразить абсолютное безразличие к тому, что скоро проведешь с ним 15 минут в одной машине. Никита заскочил в раздевалку, наверно за рюкзаком. Зал для гостей абсолютно пустой, а входные двери закрыты. Просить ночников порой неловко, особенно если все в далеке зала, но оставить дверь посреди ночи открытой, не самая лучшая идея. Не перечислить все истории ночников, в которых к ним пару раз за ночь ломится какой-то дурак в зал и недоумевает почему ему не открывают. Воздух на улице по-летнему свежий. Уже за пол второго, легкий восход освещает улицы. Удивительно, ведь через пару часов сна тебе сюда снова возвращаться и проживать все тоже самое. Утренняя прохлада и влажность заставляет дрожжи пройтись по твоему телу. Ты открываешь телефон, в приложении 12 градусов, верно, в такую погоду не может быть нормально в коротких шортах и майке – Пока! – голос Ксюшы резко вырывает тебя из экрана телефона, ее такси уже подъехало, а она сама спешно села на заднее сидение машины. Никита что-то смотрел в телефоне, казалось ему никакого дела нет до того, что происходит вокруг. 3 минуты ожидания, 5 минут, 10, подъезжает. Никита подходит к машине, открывает переднюю дверь как вдруг его прерывает водитель… – Я вас не повезу. Отказывайтесь. – говорить молодой паренек нерусской национальности. Тон голоса не сказать, что негативный, но ломанный русский все портит. – Вообще не повезете? – возмущается Никита – Я сам не могу отменить, вы отменяйте. – говорит таксист и уезжает. Молча Никита разворачивается обратно в сторону мака и идет к служебному входу. – Ты здесь собираешься ждать что-ли, пошли снова вызывать. Морякова все так же сидит в офисе, и все на том же месте, зуб даю, за это время она даже не вставала, приклеили суки. Ее взгляд странно косится на тебя, пока ты стоишь в проходе придерживая дверь, беспонятия, наверно ее удивляет что можно стоять спокойно стоять в двери, не задевая наличники по левую и правую стороны одновременно. – Говори снова адрес. – монотонно просит Никита, незамедлительно получая ответ, который он вообще-то уже выучил. Какие-то бумаги висят над ноутбуками, примеры КЛНов и подсказки для новых инструкторов, какие-то пробы масла от кухонных менеджеров, бесконечные папки с документами, в которых черт только знает, что происходит и книга «Сложные подчиненные», которую точно притащила вместе со своим директорством Алена и которую она точно не читала. Морякова сидит за компьютером и вроде бы заполняет расписание. Ее фигура в сидячем положении еще больше напоминает шар. Второй подборок сливается с шеей, а точнее ее отсутствием. Да даже ее лица почти не видно из-за ее огромных, отъеденных макаронами щек. Из-за лямок лифчика, на спине можно было насчитать не меньше, чем шесть огромных складок. Не гоже так долго работать, в ее то возрасте, чревато разными последствиями, например полетит гормональный фонд. Никита постукивает по мышке пальцем, в ожидании чего-то. – Ну как? – спрашивает Настя, все время смотревшая краем складки на Никиту – Ничего хорошего. – Его голос явно расстроенный чем-то. – Ни одного такси в городе. – Супер, я в КО сидеть. – ты чуть ли не пулей вылетаешь из офиса. Смотреть на то, как Морякова каждую секунду пожирала глазами Николаева было противно и невыносимо тошнотворно. Снова тишина. Драгоценные минуты сна бесконечно жаль, но теперь можно просто посидеть в тишине, полистать ленту соц. сетей и доесть цезарь ролл, что так и остался на неубранном подносе. Так, завтра снова смена, если она с 12, это значит нужно выйти в пол двенадцатого…, еще нужно успеть помыться, покушать и накраситься…, это еще плюс час…, значит встать нужно около 10, нужно поставить будильник… Из твоих мыслей тебя вырывает Никита, что спешно подсаживается рядом на диванчик. Желания заводить разговор нет и не будет. – Слушай, случайно услышал на этаже, что ты ходишь в спортзал… Даже знать не хочешь к чему он клонит. – Как давно? – он даже не смотрит в глаза, куда-то в сторону, а руки на груди скрещены. –Год может, а тебе это зачем? – цезарь ролл снова на подносе, но смотреть в глаза Никите во время диалога все равно не хочется. – Да просто интересно. – его легкость в голосе тебя слегка настораживает… – У филармонии, с подругой, потом на смену еду. – Не шутишь? Я тоже туда хожу. Я по каким дням? – его взгляд уже не на потолке, а явно на тебе, что тебе если честно не очень нравится, особенно в таком наряде… – По вторникам, четвергам, и перед сменой в субботу, утром. – смотря уже в ответ говоришь ты с явной гримасой подозрения, откладывая телефон. – Да ты что!? – на его лице удивление с мешанное с улыбкой. – Почему тогда мы не пересекаемся? – Может, потому что ты раньше ходишь, а я позже? – Да, походу, к сожалению. – Или к счастью. – заканчиваешь ты, в надежде, что сейчас вот-вот придет сообщение о том, что такси подъехало и ты еще неделю не увидишь Никиту, а разговор позабудется. – Ну знаешь… – продолжает он. – Я просто сейчас смотрю на тебя… можешь руку напрячь? – Вот так? - ты невольно подчиняешься его просьбе. – Да! – моментально оживляется Никита, пододвигается ближе и скидывает с твоих плеч кофту, которая так кстати закрывала своими рукавами глубокое декольте на майке… – Прости, просто удобнее без него. – пролепетал Никита. – Ты не против если я потрогаю? – Бицепс? – слегка опешив спрашиваешь ты. Не заметить, как в моменте его взгляд упал на твою грудь, было сложно. – Пока что только его. – с заметной ухмылкой быстро говорит Никита, смотря только на твою руку. Осознание услышанного пришло почти сразу. Он что-то говорит про то, сколько ходит в спортзал, как мечтает пожать сотку, какой протеин пьет и почему ему, как и коктейли в маке не нравится шоколадный вкус, и он предпочитает мешать классический, одновременно с этим пальпируя твой бицепс и издавая странные стоны восхищения. Ты смотришь на его густые брови, сморщенные в изучении и губы, которые он так старательно поджимает. Еще секунда, ты знаешь следующий вопрос… – Грудь тоже накачала? – спрашивает он. Его руки медленно опускаются по твоей талии к низу майки, а болотно-зеленые глаза смотрят на тебя растягиваясь в заигрывающей улыбке. – Нет, своя. – Блять. – Хочешь потрогать? – Всегда знал, что ты хорошая девочка. Он лишь еще немного придвинулся к тебе. Его пальцы нежно сминают край майки, в то время как его влажные губы уже накрыли твои. Он настойчив, а твои руки невольно расслабляются и кладутся ему на плечи, словно ты не управляешь ими. Сиденье под тобой неловко поскрипывает, впрочем, в ушах лишь звон, мысли о происходящем и о том, как профессионально он целуется. Стоит отдать должное Моряковой, хоть чему-то она смогла его научить. – Позволишь? – прерывается он лишь на секунду от твоих губ чтоб сказать фразу. Ты открываешь глаза. Своим щенячьим взглядом он смотрит на тебя чуть сверху, руки медленно, но уверенно, все выше поднимают майку, не дожидаясь твоего ответа. Впрочем, ты не смогла ничего сказать, кроме как слегка кивнуть головой прикусывая нижнюю губу. Ставя последний поцелуй не шее, Никита оголяет твой бюст, сняв майку и откинув ее куда-то в сторону двери. Ты не успеваешь ни опомниться, ни открыть глаза, как чувствуешь его губы в смазанном поцелуе на твоих ключицах и руки за твоей спиной, что аккуратно, но так мучительно медленно расстегивали две маленькие застежки. Белый лифчик упал на твои колени, Никита сразу скинул его на пол к майке. Его руки блуждали по твоей груди, а губы, все такие же влажные и припухлые, плавали по твоему лицу и шее. Прохлада его рук заставила тебя пустить дрожь по всему телу, еще ближе прижавшись к Никите. – Тише, тише. – почти шепотом говорит он, проводя одной рукой по твоему плечу. Удивительно, но такое простое движение моментально успокоило твою дрожь. – Секунду. – говорит он, до последнего не разрывая поцелуй. Подрываясь с места, он встает почти напротив и спешно стягивает фиолетовое худи вместе с футболкой. Про бицепс он точно не врал. В твоей голове пробегает мысль о том, что тебе тоже хочется трогать его рельефное тело, его пресс, его руки, да даже его жопу. Такой орех было сложно спрятать за рабочими брюками. И как он вообще умудрился раскачать жопу в спортзале, а у тебя не получается? Холодный воздух от кондиционера заставляет тебя съёжится, а ноги приподнять с пола и скрестить у груди. Вместе с характерным звуком ремня, на пол падают джинсы, а следом за ними ярко красные, для тебя – как тряпка для быка, его трусы. Не то что бы тебя сильно смущал их цвет, ты уже видела их в одном интересном видео на просторах интернета. – Неужели теория голландского штурвала доставщиков правдива? – искренне удивляешься ты. Не каждый день можно увидеть приличных размеров член. – Что? – слегка недоумевающе спрашивает Никита. – Потом расскажу. Подхватив за руку, Николаев ставит тебя на пол. Молния джинсовых шортиков расстегивается под упорством его ловких пальцев, а трусики слетают в сию же секунду. Он берет тебя за талию и усаживает на край небольшого столика, который предназначается вроде бы для еды. Господи, как же профессионально он это делает, неужели это его первый секс в комнате отдыха? Николаев снова припал к твоим губам, а его правая рука слишком мучительно блуждала по внутренней части бедер.... Как Морякова смогла научить его этому? Стоп… Сквозь поцелуй ты пытаешься издать хоть какой-то звук, что остановить Никиту. – Что-то не так? – спрашивает он, поддерживая твое тело одной рукой. – Морякова. – говоришь ты для начала лишь фамилию. – Разве она сейчас не в офисе за стенкой? – этот вопрос волнует тебя искренне, в конце концов он в отношениях с ней. – Не переживай, просто расслабься. – На выдохе говорит он. – Она не успеет прийти. (шутка про то, что Морякова настолько жирная, что медленно ходит, а не про то, что Николаев скорострел!!!) Ты выдыхаешь. Он абсолютно прав. Ничто после долгой смены в инсайте не сподвигнет ее встать с нагретого стула в офисе, а даже если встанет и пойдет, ее шаги уж точно будут как обычно слышны на весь ресторан…

***

Комната отдыха больше не кажется такой прохладной и тебя даже не смущает обстановка, не учитывая круглого окошка в двери, через которое так некстати ты была бы видна во всей красе. Хотя, в любом случае Никита закрывал тебя своей рельефной спиной. Его пальцы в спешке, но невероятно ювелирно удовлетворяют тебя. Большой палец массирует клитор. Одни только эти действия доводят тебя до запредельной дрожи по всему телу. – П-п-пожалуйста, Никит… – жалобно скулишь ты, уже не в силах соображать и связно говорить. - М? – в его голосе слышится уже не волнение, скорее чистый интерес. – Ты что-то хочешь? – Я-я хочу тебя всего. – говоришь ты, прикрывая лицо. Это чертовски смущает. – Ты такая честная со мной, всегда обожал это. Никита вынимает два пальца из тебя, кладет в рот и облизывает. Внутри тебя снова пусто, что заставляет издать жалкий стон мольбы. – Ну же, ты же видела мой член, я просто обязан был тебя подготовить. – с ухмылкой говорит Никита, проводя большим пальцем по твоей щеке и оставляя легкий поцелуй с привкусом тебя на твоих же губах. Он приставил головку к половым губам, распределяя твою смазку, а после вошел, ловя твой выдох своими губами. Его член входит в тебя медленно, заполняя собой всю ту мучительную пустоту внутри. Узел в животе закручивается все сильнее, пока стоны глушатся в затяжном поцелуе, а ритм быстро становится все интенсивнее и интенсивнее, пока пучины оргазма не настигают тебя. Твое тело резко обмякло, держать руки за спиной на столе сложно из-за дрожи, а ноги сами скатываются с его бедер. Еще пару толчков и он выходит из тебя. Еще бы немного и пришлось бы неловко, как хорошо, что ему под руку подвернулась упаковка с недоеденным цезарь роллом, что так идеально подходит. Пару движений и упаковка отправляется в мусорку что стояла совсем рядом. Немного неловкое молчание, пару вздохов. Экран телефона вдруг мигнул. – Такси уже приехало, давай я тебе помогу. Он помогает тебе соскочить со столика. Подает тебе низ, шорты и майку. – Иди, я все приберу. – говорит Никита. – Жди в такси. Ты выходишь из комнаты отдыха, напоследок забирая свою кофту, заметив лишь сильно раскрасневшееся от румянца его лицо. На улице уже во всю начался восход, обжигающе непривычная прохлада заставляет не раздумывая добежать до такси, что остановилась у центральной дороги, так и не подъехав ко входу.

***

В машине вы даже не разговаривали, лишь попрощались, когда ты выходила из такси. Дойдя до дома, наконец-то появился интернет, тебе приходит сообщение:

«Ты забыла лифчик

Так уж и быть, в конце следующей смены отдам)»