Сводные

Меня зовут Гермиона Грейнджер. Моя мать 16 лет тому назад, уехала с Британии из за одного мужчины во Францию, в свои 14 лет мы обратно переехали в Британию, только уже из за другого мужчины. Я маглорожденная. Отчим и мой «любимый» сводный братик из древнего аристократического рода, они не помешаны на статусе крови. Они приняли нас гостеприимно, по крайне мере отчим. 19 сентября мне исполняется 17 лет, все это время я училась в Шармботоне, моей первое школе Чародейства. Там были все мои друзья, знакомые, враги, парень был, но как оказалось он был абьюзером, монстром, я таких избегаю, так как они мне напоминают мое прошлое, так же как и мой шрам оставленный ножом. Мне очень нравится Франция, Шармботон, но отчим и мама решили, что я должна перейти в школу поближе. В школу Чародейства и Волшебства. Хогвартс. Прочитав историю Хогвартс, я узнала о факультетах, о Выручай-Комнате, о знаменитом директоре Альбусе Дамблдоре. Директора Школы. Согласившись туда поехать, мой сводный братец узнав об этой новости, был в ужасе, он чрезмерно не хотел, чтобы я туда поехала, мне было все равно на него мнение, поэтому послав его я ушла в свою комнату. Я была знакома с его друзьями как только переехала в это поместье, у меня появилась лучшая подружка Пэнси Паркинсон, у неё был парень Захар Смит, они все вместе учились на одном факультете, Слизерин. Пэнси узнав новости о моем переходе, была очень рада, она всегда мне уговаривала перевестись, я всегда отнекивалась, но на последнем курсе я решилась на этот шаг. Я знала, о вражде Гриффиндорцев и Слизеринцев, я не понимала суть и смысл этой вражды. Это поведение глупое и детское, им всем по 16-17 лет! А ведут себя до сих пор как малолетки. Как мы приехали в Хогвартс, меня распределили на Слизерин, я была ни чуть не удивлена, так как у всех я ассоциируюсь именно со змеёй. Садясь за свой факультетский стол, я обратила внимание на одного мальчика со шрамом на лбу в видео молнии, он оказался очень симпатичным парнем. Я сразу поняла, что это Гарри Поттер, он излучал от себя тепло, заботу, доброту. Все время пира мы с ним играли в гляделки то он на меня засматривался, то я, то подмигивали другу другу и смущённо улыбались. После пира меня остановил мой «любимый» братец, он сильно дернул меня за локоть: —Малфой, что ты творишь!? — прошипела я ему в лицо. —Что это было за пиром? Что это были за игры-гляделки со Святым Поттером!? — также в ответ мне прошипел Малфой. —Тебе какое дело!? Что хочу, то и делаю, отвянь, а, доведи меня лучше до подземелий — скрестив руки на груди сказала я. —Я тебя предупреждаю, ещё раз такую херню вы творишь, ни тебе, ни ему несдобровать — развернувшись Малфой умеренным шагом направился в подземелье. —Бла-бла-бла, очень боюсь тебя, Малфой — передразнивая Малфоя произнесла я.