Необычное снадобье

Оон сидел за столом и смотрел на колбочку, находящейся в подставке. Из своего исследования, на которое он потратил примерно неделю с учётом проверок и использований разных данных, он узнал то, что почти всё в этой колбочке влияет на сексуальную активность, даже сильнее, чем афродизиаки из разной еды, плюс к этому временно влияет на мозг. Вздохнув, Оон начал думать, как использовать эту жидкость. «Может, сблизившись, что-то они в друг друге увидят? А если кто-то в кого-то влюблён? – Оон опустил взгляд. – И с кого бы начать? – голубоволосый чуть прищурил глаза. – Думаю, с тех, кто будет громче всего себя вести. Следующее собрание через две недели. Вот и посмотрим.»

***

– Где?! Где ты мог её потерять?! – кричал Токио, держась за голову и смотря на растерянного Японию. – Я без понятия, Токио! – Надо срочно её найти, иначе может такое произойти! Сам знаешь. – Где же я мог её потерять? – отчаянно пытаясь вспомнить, спросил сам себя Япония, отвернувшись. – Если кто-то пострадает из-за этой херни, то виноват будешь ты, Япония. – Токио с недовольным лицом скрестил руки. – Но ведь вряд ли кто-то узнает, что это именно я её сделал. – Пока ты не скажешь – да, но если проговоришься – узнают все. – Ты сам только об этом не говори. Меня Оон пробьёт за такое и однозначно выгонет из состава. – Это не мои проблемы, поэтому не скажу. Япония отвёл взгляд. Токио действительно прав в том, что это не его проблема в возникновении идеи для снадобья, но в то же время именно ОН его приготовил, что звучало, как истинное противоречие. – Но если все узнают, что ты сделал эту хрень, нас обоих осудят. – сказав это, Япония перевёл взгляд на Токио. – А кто сказал, что не осудят? – Токио поправил галстук бабочку на деловом костюме. – Это очевидно, Япония. – Да понятное дело, но очевидно, но не делай вид, будто это тебя не касается! Япония в ответ скрестил руки и отвёл взгляд, повернув голову. – Ладно, разберёмся с этим позже. Веди себя естественно. – Хорошо. – Япония опустил голову. Токио направился к дверям, пока Япония думал, у кого оказалась колбочка со снадобьем, кто мог так незаметно её украсть из-под носа и знает ли этот кто-то о её свойствах. «Надеюсь, всё обойдётся» Япония поднял взгляд на приоткрытую дверь и подошёл, затем распахнул, выходя из здания. На парковочном месте было несколько дорогих машин, а перед ними стоял Китай. Япония смотрел на него, понимая, что упустил свой шанс использовать снадобье, но своё волнение он выдавать не стал. Он выпрямился и пошёл к китайцу. Тот с серьёзным лицом посмотрел на него, затем на Токио, что смотрел на него с улыбкой на лице. – Ну что ж, Китай, для чего хотел встретиться? – убрав руки за спину, спросил Япония. – Предлагаю пойти в более тихое место и желательно без участия Токио в нашей беседе. – в конце Китай слегка повысил тон и с недовольным лицом повернулся к Токио. – Какие у нас тут секреты, о-ох… – тихо сказал Токио, хитро, почти пошло улыбаясь. – оставлю вас один на один, так уж и быть. Токио быстро удалился с места встречи. Ещё пару минут Япония и Китай молча смотрели по сторонам. – Итак, – оборвав тишину, сказал Япония. – пойдём в то здание, там как раз народу пока нет. – Япония указал пальцем на здание сзади него. Китай кивнул, всё также серьёзно и уверенно смотря на Японию. Япония повёл его к зданию, посла впустил внутрь. Он запер дверь и встал перед Китаем, снова сложив руки за спиной. – Для начала хотел спросить о твоих нынешних дипломатических отношениях с Сша и неофициальном сотрудничестве с Тайванем. – Ва-ай, давно от тебя этого не слышал. – усмехнулся Япония. – Тебя это правда интересует? – Да. – китаец кивнул, – Когда ты уже прекратишь заниматься ерундой? – и после нахмурился. – Я тебя, конечно, уважаю, Китай, но Тайвань мне по душе, а что касается Сша, то у меня нет выбора. Хочешь спокойной жизни - будь другом врага. – Это вообще не решит проблемы. Он же тебя крутит, как лоха последнего. – встав почти вплотную к Японии, проговорил старший. – Сам же ведь дружишь с Россией – сыном Ссср, твоего бывшего врага. Тебе можно, а мне нельзя? – Россия не стремится всем неприятности принести. – А Украина? А Тайвань?! А Юж- – Чего ты так за Тайвань переживаешь? Он - моя провинция, мой «мятежник», под моим контролем! – Китай сильно разозлился, что не могло заставить Японию нервничать. – И нафиг тебе вести с ним переговоры, быть неофициальным партнёром, так ещё и лезть ко мне с претензиями?! – Ой, ну может, тебе просто пора оставить его в покое?! – Япония сжал ладони. – «Две страны - одна система» – это моя попытка сблизиться с ним! Он просто из-за тебя, из-за Сша, из-за других идиотов не видит, что это так! – Да ты просто держишь его на цепях, вот и всё! Если он не признаёт твой суверенитет, то пусть плывёт по течению своей жизни! – Я?! А Сша никого не держит, верно я понимаю?! Никого, ни Россию, ни Украину, ни Канаду? – Чем тебе так приелся Тайвань? – Чем тебе так приелся Тайвань?! – Он хороший друг, вот и всё! А с тобой только до слёз можно дойти. Кроме этого нет тем для разговора?! – Кроме этого нет! Радуйся, что я не стал на собрании об этом говорить. – Ну и что? Сша или Палау тебе такое бы сказали, а Тайвань ещё хуже бы разозлился. – насмешливо, но злясь, сказал Япония. – Поэтому мне проще было поговорить наедине с тобой. – уже спокойнее сказал Китай. «Мне нельзя нагревать обстановку. Чем он занимается вообще? Я ожидал, что он предложит союз. А если я это сделаю, то он начнёт думать, что есть подвох. Надо вести себя спокойно» – подумал Япония и опустил взгляд. – Раз уж я сюда прибыл, то мне надо остаться здесь ещё на несколько дней. – говоря, Китай сначала посмотрел на свою правую руку, затем убрал обе руки за спину, переведя взгляд на Японию. – Давай я тебе помогу номер в отеле снять? – М? Я не против. – Китай встал полу-боком к Японии. – Тогда пойдём со мной. – Япония улыбнулся по-дружески.

***

Тайвань пнул стул. Он схватился за голову, пытаясь не закричать от злости. Как провинция он живёт там же, где и Китай, лишь изредка может оказаться в своей стране из-за частых споров. Жить с тем, кто тебя контролирует – невозможно. Но срываться азиат не хотел, особенно на тех, кто этого не заслужил. Гонконг со стороны наблюдал за действиями брата, переживая. Как же он нервничал, когда Тайвань злился. – Когда меня наконец оставят в покое! Я буду надеяться, что НеКитай к Японии полетел не из-за меня! – Тайвань посмотрел на свои ладони. – Как же я устал! Эти его попытки «сблизиться» со мной уже поперёк горла встали! – подняв руки вверх и подняв голову, закончил он. – Он насчёт Сша полетел. – немного соврал Гонконг. – Хоть на этом спасибо. – Тайвань опустил руки и голову, уставившись на свои ноги. – Когда-нибудь он признает меня либо независимым, либо истинным Китаем! Гонконг тихо вздохнул. Он уже много лет пытался помирить братьев, помогал Китаю придумать, как сблизиться с Тайванем, но Тайвань просто не хотел поддаваться ни на что. «Хоть бы вы нашли общий язык… я вас умоляю» – подумал Гонконг про себя. Тайвань пошёл в свою комнату. Он взял какую-то книгу и, сев на кресло, начал читать. «Хочет он сблизиться. Мы сблизимся только после того, как он оставит меня в покое.» Парень постарался отвлечься, читая книгу, но он не мог перестать думать о системе Китая. Китай - спокойная личность, иногда проявляет холод или строгость к другим, но это всё меркло в глазах Тайваня из-за агрессии Китая именно к нему. В итоге, не сумев справиться с борьбой против навязчивых мыслей, он выкинул книгу в сторону и облокотился на спинку кресла с громким выдохом. «Я добьюсь того, чего хочу. Может, стоит снова начать дебошир на собрании? Спустя столько лет я только стоял в стороне и поддакивал. Не пора ли превратить мои внутренние угрозы в реальность? Да, я слабая для Китая страна, но я всё ещё, чёрт возьми, личность!» В дверь постучали. Тайвань вздрогнул и перевёл взгляд на неё. – Да-да? – Китай сказал, что вернётся через неделю. – И чего там так долго можно делать у Японии? – Я не знаю, Тай, но он так сказал. Тайвань лишь ухмыльнулся. Он встал с кресла и подошёл к окну, словно он похлеще Китая. Улыбка становилась шире с каждой секундой. «У меня столько времени…»

***

Китай и Япония сидели напротив друг друга. Часы в номере отеля тихо тикали, создавая напряжение между двумя странами. – Ещё раз повторяю, ты заставляешь Тайвань отстраняться от меня. Мне из-за тебя, из-за Сша приходится ругаться с ним. – с раздражением в глазах, но спокойным тоном сказал Китай. – Я ему ни слова не сказал о том, что ты плохой. – Ты и Сша заверили, что он не нуждается во мне. Если он будет свободен, то этот идиот начнёт им манипулировать! – Это очевидно, но неизбежно. Но лично я не собираюсь над ним манипулировать, а развивать. – В этом я сомневаюсь. – Китай недоверчиво прищурил глаза. – Вообще, по этому поводу я хотел заглянуть ещё к Палау. – китаец отвёл взгляд влево, подняв брови. – Палау? – Япония ухмыльнулся. – Он же просто поддерживает Тайвань и даже про тебя не выкидывает какую-то дичь. – Уверен? Внимательно слушать надо. – Да брось, ничего серьёзного между ними нет. Просто обмениваются информацией и занимаются инвестициями. – В твоём исполнении слова «обмениваются» и «занимаются» очень странно звучат. – Ну ты и испорченный. – нахмурился Япония. – Они просто очень хорошие друзья. Как ещё им ими не быть, если помощь из-за всех щелей прёт? – Япония скрестил руки, облокотившись на спинку кресла. – Знаешь что… я устал спорить. В любом случае хватит делать так, чтобы Тайвань отстранялся от меня! – Так Тайвань с самого начала не хотел быть с тобой. Он не хотел быть твоей провинцией. – Япония улыбнулся, до дрожи отвратительно хитро. – Он примет свою судьбу. В Оон он не пользуется устойчивой репутацией, так что ему придётся быть со мной. – Заставишь его? – Япония сильнее обозлился. – Если надо будет - да! – Китай встал с кресла, посильнее сжав ладони в кулаки и смотря в глаза Японии. – А тебя я заставлю прекратить свою дружбу с Сша и Тайванем! – Да ты- Агх! – Япония зажмурил глаза. – Тебе так сложно оставить всё, как есть?! Я с тобой хочу тоже неплохие отношения иметь, но если я буду дружить с Тайванем, ты это не примешь? – Отношения со мной? Даже не знаю. Пока ты, как собака, на поводу у Сша, ни о каких дипломатических отношениях не может идти речь! – А моя дружба с Тайванем?! – Ну насчёт этого я сам приму решение. Если твой союз со мной и Тайванем не приведёт к плохим последствиям, то я приму это. Япония задумался. Он может прекратить дружить с Сша и начать союз с Китаем, дабы быть ближе к нему, а там и признаться. Однако… Китай не признаёт лгбт, что может всё испортить. Тайвань в этом плане тоже полная противоположность, но любви к нему у Японии не было. Япония вздохнул. – Китай, а ты уже поменял своё мнение насчёт легализации лгбт Тайванем? – Что? Какой глупый вопрос… но в то же время неожиданный. – Ответишь? – Нет. Нет, я всё ещё не принимаю факт того, что Тайвань принял лгбт, проводит каждый год эти «радужные» парады. – А может, тебе немного в другую сторону это повернуть? – Нет. Тайвань этим поступком унизил себя передо мной и всей Азией! – Эй! – Япония сжал ладони, встав с кресла со злым лицом. – Ему никто за это не предъявил, кроме арабских стран и России, - все уже смирились! – Правда? – Китай улыбнулся с долей насмешки, после снова разозлился.– А я нет! И раз он так поступил, то однозначно гей! – Чего? Вон Таиланд легализовал это в прошлом году, его геем даже ты не считаешь, а как Тайвань, - да! – Ну мне не интересен Таиланд, ведь он мне не принадлежит. – довольно уверенно поспорил китаец. – А Тайвань должен следовать моей системе и в будущем принять те же законы, что и я. – Китай положил руку к себе грудь. – Ну ты и уморительный. – посмеялся японец, положив ладонь ниже губ. – Ты хочешь с ним сблизиться, это очень мило, но своими выходками как раз ты его отталкиваешь. Понимаешь о чём я? Если заставишь его следовать твоим законам и запретить лгбт - он отвернётся от тебя сильнее. – Меня тошнит от темы про лгбт. Мне плевать, что мне говорили другие страны, что сказал Нидерланды в начале 2000-х, мне плевать, что скажет Таиланд. А на твоё мнение мне тем более насрать! – Какая грубость, господин. За такое могут и из отеля выкинуть. – Тогда закрываем тему и остановимся на том, что от дружбы с Сша и Тайванем ты должен отказаться! – Сразу нельзя было, муд#к?! – Япония схватил Китая за его красную рубашку с жёлтыми линиями на воротнике. – Ещё раз скажешь про Тайвань или Сша, я тебя не куски разорву! Китай дал пощёчину Японии, а тот набросился на него, прижав к ковру. Ещё немного и завязалась бы драка, могло дойти до крови или травм, но в дверь начали стучать с громкими просьбами быть тише. Япония слез с Китая и тот поднялся со злым лицом. – Значит так, – смотря на сидящего на коленях младшего, сказал Китай, - либо мир, либо я начинаю с тобой словесную войну. Япония поднялся, не сдерживая злость. Он ткнул пальцем в Китай, заставив того вздрогнуть, и злобно сказал: "– Об этом даже не думай." Китай цокнул, закатив глаза, после подошёл к окну и раздвинул шторы. – В общем, я пойду. Делай, что хочешь. – сказал Япония.

***

Наступило следующее собрание… Оон, держа при себе колбочку в сумке, зашёл в офис. Его взгляд быстро устремился к Сша, который сидел, сложив руки под головой, смотря на Россию перед ним. – Просто кончай этот спор, Россия. – насмехаясь, сказал Сша. – Уважаемые страны… – эти два слова от Оон заставили Россию и Сша вздрогнуть. – Извиняюсь, Оон. – Россия обернулся. – Штаты снова хочет ввести санкции на меня, не понимая, что мне так-то пох#й. – Выражайся менее грубо, Россия. – сказал Китай, что стоял, прислонившись к стене. – Что бы Сша тебе не делал, не надо злиться. – Сам же ведь злился, когда у нас был переговор. – оспорил Япония, смотря на Китай. От такого напоминания Китай был в недоумении, но постарался быть спокойным. – Слушай, это было несерьёзно. – Китай закатил глаза, скрестив руки. – Настолько несерьёзно, что ты на меня наехал за дружбу с Сша и Тайванем? – чуть громче спросил Япония, прищурив глаза. – Сша плохо влияет на тебя, а ты на Тайвань. – оправдался Китай. Причём он не врал, всё так и было. – Забей, китаец, – усмехнулся Сша, – тебе ничего не поможет взять Тайвань полностью под свой контроль, а дружба с Японией плохо влияет лишь на тебя. Оон уже хотел выбрать в качестве подопытного Сша, параллельно думая, стоит ли брать в расчёт Китай, но тут раздался громкий удар ладонью об стол. Он отвёл взгляд вправо, повернув голову туда же, и увидел, как Тайвань встал с места со злым лицом. – Так всё-таки ты обо мне говорил?! – прокричал тот. – Успокойся. Я лишь упомянул, что из-за Японии и других ты не видишь, что я ради тебя стараюсь. – Китай старался быть спокойным, хоть и ярость Тайваня его пугала. – Ври дальше… – прошипел Тайвань. – Япония мой друг, а Сша просто помощник, ничего серьёзного в этом нет! – Эта дружба проклятая, понимаешь?! – Китай уже разозлился. – Будто после распада дружбы я побегу к тебе обниматься и приму твой суверенитет? – Ещё как. – А вот и нет! Я тебя лучше зарежу прямо во сне, закопаю и забуду! – Издеваешься? Забыл, к чему привели твои прошлые угрозы? Хочешь снова оказаться в больнице на месяц? – Говори увереннее и громче, тряпка сопливая! – Я тебе сейчас снова ногу сломаю. И мне не будет за это стыдно потому, что ты сам себе яму вырыл! – Китай уже выходил из себя от такого поведения Тайваня, кого он привык видеть спокойным и послушным. – А я за это не один могу к тебе в комнату прийти и сломать шею! – Вот не смей говорить о Палау, о Сша и Японии, я убью тебя! – Кроме них мне никто не нужен, а ты тем более, позорище китайское! – Настанет момент, когда кроме семьи у тебя никого не останется! – Хватит! – крикнул громко Палау. Он помотал головой и продолжил уже спокойно. – Китай, оставь Тайвань в покое. У тебя есть другие провинции. Китай отвернулся, а Тайвань медленно сел обратно на своё место. Оон уже тут решил, кто будет первым. Он посмотрел на свою сумку, затем на Тайвань. Конечно же, жаль, что придётся поступить именно так, но Оон не хотел придумывать что-то другое. Наказание это или сближение? Даже сам Оон не понимал.

***

Тайвань выбежал из здания, желая убежать куда-нибудь прочь: подальше в сторону леса и спрятаться там. Однако его схватила мощная рука Китая. Китай оттащил Тайвань назад и прижал к стене, поставив свою ногу между его ног. – С каких пор мы снова орём? – тихо, но строго спросил Китай, смотря в глаза Тайваню со злостью. – Я устал молчать. И вообще, почему ты именно меня решил обсудить? Ни Филиппины, ни Вьетнам, ни хотя бы Сша, а меня! – Тебя я обсуждал как раз параллельно с Сша. Считай это просто упоминанием. – Только попробуй начать втирать мне про плохое влияние. Для меня это не имеет значения. Лучше дружить с тем, кто хорошо влияет на мнение стран. – Ты про Сша? – Китай с раздражением ухмыльнулся. – У него репутация уже как лет восемь вниз уходит! – А твоя ещё ниже! Я, Палау, Сша, Япония, Вьетнам и Филиппины, прочие страны тебя ненавидим из-за твоих претензий. – Тайвань закатил глаза, пытаясь не психовать. – Ты сейчас на полном серьёзе? Никто из них так сильно не возмущается, как ты! – Любая сверхдержава имеет плохую репутацию. Что ты, что Россия, что Сша, – после последнего, отведя взгляд, Тайвань решил добавить. – "уж пришлось согласиться", – и вернулся к теме, – вы все имеете не самую крепкую репутацию. Китай уже пугающе строго, даже безумно смотрел на младшего. Такое того не напугало и он продолжал со злостью смотреть на брата. – Оставь меня… – тихо сказал он, закрыв глаза и опустив голову. – Нет. Ты прямо сейчас пойдёшь со мной и не будешь рыпаться, пока я не разрешу. Тайвань стиснул зубы. Он сжал ладони и попытался сильно толкнуть Китай. У него это получилось, вот только убежать он не смог - Китай схватил его за плечо и потянул к себе. – У тебя нет и не будет выбора. – ещё строже сказал Китай. Тайвань пытался вырваться, но у него не получалось. Смотря по сторонам, он видел, что вокруг страны, которым плевать на него: Россия, Пакистан и прочие страны, что поддерживают Китай. Тайвань перестал пытаться вырваться, уже злясь не на Китай, а на эти страны. – Когда-нибудь твои дипломатические отношения с ними просто возьмут и рухнут. – опустив голову, проговорил Тайвань. – И Брикс тоже, и все провинции начнут войну с тобой. Китай толкнул Тайвань и тот упал на живот, тихо застонав. Он попытался подняться на ноги, но для было ожидаемо то, что Китай сам его поднимет на ноги и крепко схватит за руку. – Ну всё, давай по-хорошему. – более спокойно сказал кареглазый. – Отпусти меня. – попросил младший, но в ответ был отказ, что только разозлило. Китай потащил Тайвань куда-то. Вышедший из здания Оон посмотрел им вслед. Он вздохнул и шлёпнул себя по лбу, подняв голову. Он слышал, как китайская ругань становилась тише, а после от Китая и Тайваня будто след простыл. Оон пошёл вперёд, думая о своей цели – использовать конфликт Тайваня и Китая в свою пользу. Он был точно уверен, что сразу после собрания ни тот, ни другой не вылетят из страны к себе. Уверенно подняв взгляд, Оон начал продумывать, что именно будет делать. Пока он шёл, краем глаза увидел Японию с Сша, говорящих о конфликте между нужными подопытными для него. Оон мог бы подойти и попросить замолчать, но это не входило в его план, поэтому он удалился к ближайшему отелю. И какого было его удивление, когда возле него действительно были Китай и Тайвань. Первый обошёл второго, ругая за что-то на китайском. «Ладно, Оон, они часто тут отдыхают перед отлётом, чему ты удивляешься?» – подумал про себя смешанный. Китай потащил Тайвань к отелю, что-то бубня, а Оон тихо последовал за ними. Путём незаметной слежки он выяснил, куда заселились две страны, а после попытался проникнуть в нужный номер через открытое окно. Когда Китай вышел из номера, а Тайвань прилёг отдохнуть, он тихо оказался внутри и осмотрелся. Самое напряжённое было то, что Тайвань, по сути, истинный китаец, ведь в полной тишине даже малейший шорох услышит, а дерётся он не хило, снести крышу многим может. Именно поэтому Оон старался не шуметь, хоть и из-за волнения это могло не получится. Он увидел на столе сумку Китая, а в ней бутылку с водой. Достав колбочку из своей сумки, он подошёл к столу. Только он хотел притронуться, как услышал тихое мычание Тайваня. Он проснулся. Очень не вовремя. Оон быстро спрятался под стол и начал вслушиваться. – Кто здесь? – вскочив с кровати, крикнул Тайвань. – Выходи, я знаю, что ты тут. Оон затаил дыхание. Тайвань обошёл комнату, затем подошёл к столу и в этот момент Оон стало действительно страшно. Увидев его, Тайвань всё равно проявит агрессию, ибо проникли, по сути, в личное пространство. Раздался хлопок двери и Оон вздрогнул. – Тайбэй, ты что-то украсть решил? – раздражённо спросил Китай. – Как будто это тебя заботит. – усмехнулся Тайвань. – Не нужны мне твои вещи, у тебя там всё бесполезное. – взяв сумку со стола, добавил он. Китай подошёл к Тайваню и замахнулся рукой, но младший схватил её и опустил. – Может, ты забыл, но нас могут услышать. – сказал Тайвань. – Или по камерам вычислить. Оон испугался сильнее. Точно… камеры! При их просмотре всё станет ясно. – На ресепшене сказали, что они не работают и не будут работать ещё неделю из-за переустановки. – Как умно, Китай. Ты так спокойно это говоришь… каждый день так в твоей стране? Оон удивился, но принял это за удачу. Раз камеры не работают, то есть шанс не просто добавить снадобье, а ещё и незаметно уйти! Китай набросился на Тайвань, тот толкнул его и встал. Но Китай схватил младшего и кинул в сторону кровати. Это, очевидно, ему не понравилось, и он набросился на старшего. Началась драка. Тайвань ударил Китай в живот, затем по щеке, а тот в ответ по ноге и голове. Оон не знал, стоит ли вылезать и разнимать обоих, но с другой стороны это надо сделать. Он осторожно вылез из-под стола и отошёл к двери, затем вышел из номера и сделал вид, что только что подошёл. Он распахнул дверь. В этот момент Тайвань посмотрел на него, а Китай толкнул его со всей силы. Тайвань влетел в стол и упал на живот с глухим стоном. – Хватит! Вас сейчас могут выгнать отсюда. – сказал Оон. – П-Прости, Оон. – с шоком сказал Китай. – Скажи ему, чтобы он больше никогда не дрался со мной. – сказал Тайвань, с трудом поднимаясь на ноги. Оон подошёл к нему и посадил на кровать, затем начал смотреть, нет ли синяков. Китай поставил стол на место и поднял свою сумку с пола. – Не надо драться. Лучше просто отдохните. – поглаживая Тайваня по спине, сказал Оон. – Как ты понял, что мы здесь? – спросил вдруг Китай. Оон занервничал. Он отвёл взгляд, тихо поперхнувшись закрытым ртом. – Увидел, что вы сюда пошли и решил убедиться, что всё будет нормально. – Ладно. – Китай открыл сумку и достал оттуда банковскую карточку. – Так вот, я хотел это взять это - отвлёкся. Тайвань закатил глаза. Китай вышел из номера. – В следующий раз не провоцируй его. – положив ладонь на плечо Тайваня, сказал Оон. – Откуда тебе знать, кто первый начал? – обидчиво спросил Тайвань, отвернувшись в сторону окна. – Не важно. Просто вам надо… – крылатый резко замолчал. Говорить что-то вроде «надо помириться» было бессмысленно. Он опустил взгляд с грустью. – Прости, что я ссорюсь с Китаем. Просто я не хочу принимать свою участь и не смогу ещё много веков. – сказал Тайвань более спокойно, с чувством вины, но и с обидой на Китай. – На злись на него. Он сам тебя отпустит, когда придёт время. Он не станет тебя держать. – Нет. Вряд ли. – Тебе нужно отдохнуть, Тайвань. Тебе нельзя обижаться и злиться - это всегда плохо кончается. Тайвань лёг на спину, затем на бок, свернувшись калачиком. Оон было жаль его. Он встал и посмотрел ещё раз на ту бутылку с водой. Цель добавить туда несколько каплей того снадобья не исчезла. Вздохнув, Оон вышел из номера, думая, что придумать. Китай по пути обратно однозначно встретит не мало людей, так что подозрения сразу на него не попадут. За это Оон не переживал.

***

Оон снова проник в номер Китая и Тайваня через окно, когда Китай снова его открыл. Оказавшись внутри, Оон удивился тому, что ни Китая, ни Тайваня не было внутри, но сумка первого была – лежала на кровати приоткрытой. Оон подошёл к ней и достал из неё бутылку с водой. Он задумался, что у снадобья есть резкий вкус, который всё выдаст. (Запаха, к счастью или сожалению, не было). Всё же рискнув, Оон добавил в воду из пипетки пару капель этого снадобья, после сбежал через окно, постаравшись как можно дальше улететь от места «преступления». Вскоре в номер вернулись Китай и Тайвань. Оба снова о чём-то спорили. Китай взял свою сумку и надел через плечо. – Может, хватит орать? – сказал Китай. – Сам прекрати орать! – сказал Тайвань. – И Оон серьёзно хочет, чтобы мы помирились? С таким диктатором, как ты, повесится можно. – Я бы тебя вообще убил за твоё поведение, но я не собираюсь.. – В общем, уходим отсюда. Никаких «но», НеКитай. – Тайвань встал спиной к Китаю, не только на словах демонстрируя своё недовольство. – Ты же помнишь, что я могу сделать за такое прозвище? – пугающим басистым тоном спросил Китай. Вопрос был риторическим для обоих, но Тайвань всё равно ответил на него, сжав ладони посильнее: "– Помню. Башку отпилишь." Китай кивнул, издав тихое «угу». Тайвань посмотрел на него со злым лицом, но затем резко поник головой с грустным взглядом. Он вышел из номера, а Китай вышел следом, немного недоумевая. «Даже драться не стал?»

***

Тайвань вышел из аэропорта. Он чувствовал себя ужасно, его мутило, было жарко и голова раскалывалась. Китай подошёл к нему с каким-то переживанием и дотронулся до его плеча. Тайвань оторопел и дёрнулся, отойдя в сторону. Китай начал рассматривать свою мятежную территорию. Да уж, невооружённым взглядом можно было заметить, что Тайваню плохо. – Вижу, в этот раз ты плохо перенёс полёт. – открывая сумку, сказал Китай. – Ой, заткнись ты… – пробубнил Тайвань, отвернувшись. Китай достал бутылку с водой и протянул её Тайваню. Тайвань испытал какое-то недоверие, но всё же взял. Вода могла хоть как-то облегчить состояние. Тайвань отпил воду, но ему показалось, что что-то не так со вкусом. Он было кисло-горький, но еле ощутимый. Подумав, что это из-за плохого самочувствия, Тайвань не стал ничего говорить. Он отдал бутылку обратно Китаю, чувствуя, что ему стало чуть легче. – Спасибо, Китай. – невольно поблагодарил он. Китай улыбнулся. Он тоже отпил немного воды, но также почувствовал этот привкус. Больше одного глотка он не сделал, заподозрив что-то неладное. Он убрал бутылку в сумку и, взяв Тайвань за руку, повёл в сторону своего дома. Дабы не идти долго, Китай решил поехать на такси, не смотря на то, что у него есть своя машина. (до аэропорта ездить на машине считает бессмысленным). Через минуту 15 Китай и Тайвань пришли в дом первого. Тайвань живёт с Китаем из-за своего статуса, а сделать ничего с этим не может. Тайвань направился в ванную, но по пути туда он почувствовал, что в его животе начало "приятно" колоть и стало ещё жарче, чем было после полёта. Когда же Тайвань оказался в ванной комнате, то покалывание стало сильнее, мысли были совершенно не детскими и не адекватными, а дыхание стало громче, больше похоже на стоны. Тайвань включил воду и начал мыть руки, пытаясь понять, что с ним происходит. Его колени затряслись от возбуждения, от собственных мыслей в его животе ещё сильнее кололо. Тайвань вылетел из ванной и побежал в свою комнату. До двери осталось пару метров, но он упал на пол, чувствуя слабость в ногах. Он не мог понять, что с ним и почему это происходит. – Тайбэй? – подойдя к Тайваню, произнёс Китай. – Тайбэй, чего ты тут разлёгся? – Н-Ничего! – Тайвань сел на колени, зажмурившись. – Иди в свою комнату и приди в себя. А потом поговорим. Тайвань еле как поднялся с мыслями о том, что что-то страшное может произойти из-за его состояния. Китай пошёл в сторону ванной, а Тайвань уставился на дверь в свою комнату. Он побежал туда и захлопнул дверь. Он собрался запереть дверь, но возбуждение было настолько невыносимым, а мысли пошлыми, что дрожащая рука опустилась. Тайвань отошёл назад и чуть не упал. Он сделал ещё несколько шагов назад, начиная тихо стонать и сильно краснеть. Он сел на кровать, положив руки на свой пах. Дверь в комнату открылась. Зашёл Китай и заметил, что его мятежник очень-то странно выглядит. Весь красный, мокрый из-за пота, ещё и дрожит с тихими стонами. Китай хотел спросить об этом, но почувствовал то же покалывание и тот же жар, а его половой орган как-то странно "зачесался". Он не знал, что происходит, но понимал, что это ведёт к сексу. Через несколько секунд его начали одолевать пошлые мысли и желание взять Тайваня. Он подошёл к кровати, пытаясь себя контролировать, но что-то внутри него заставляло возбуждаться и хотеть совершенно не того, что было раньше. Тайвань сейчас в его глазах выглядел очень… сексуально и мило. Тайвань увидел, что Китай начал подходить к нему, и отсел назад, дрожа сильнее. Для него Китай был всё ещё братом и заняться ЭТИМ с ним было недопустимо. Тайвань пустил слёзы, уже почти полностью не думая здраво. – К-Китай, прошу, уйди. Я-Я не знаю, ч-что со мной, но я-я не могу себя сдерживать! – кое-как выдавил из себя Тайвань. – О, не переживай, Тай. Я тоже не могу сдерживаться. – ухмыльнувшись, сказал полу-шёпотом Китай. Тайвань затрясся. Он смотрел в глаза Китаю, видя пошлость, страсть и всё прочее, что подошло бы больше Японии. Китай медленно приблизился к лицу Тайваня и затем поцеловал того в губы. Тайвань вздрогнул, издав тихое мычание. Его руки начали дрожать сильнее всего тела и вместе с этим почти не чувствовались. Китай отстранился от него. – Да не бойся ты. – нахмурился Китай. – Можно подумать, это будет больно. – К-Китай. Пожалуйста, не… м-мх… Тайвань всё быстрее и быстрее «тонул» в пошлых мыслях. Картинки в его голове были слишком реалистичными, что казалось, не было понятно, где реальность и что вообще происходит. Китай положил свои руки на бёдра Тайваня. – Не бойся, малыш. Доверься мне… отдайся мне. – Мх-х! Почему мне хочется этого? – Просто отдайся этому. Мы тут одни, нас никто не увидит. Если переживаешь за родство, то это не важно. Китай начал медленно раздевать Тайваня. Тайвань не мог сопротивляться, постепенно теряя контроль над собой. – Да ладно тебе, малыш, – усмехнулся Китай. – чего ты так нервничаешь? Один раз ничего не значит. Тайвань тихо застонал от внутреннего возбуждения. Китай тоже начал раздеваться до гола. Тайвань, видя старшего в таком виде впервые, сильно смутился. Его лицо, которое он закрыл руками, буквально стало под цвет флага. – Чёрт возьми, ты… ты такой милый, когда смущаешься. – сказал Китай. Тайваня это ещё больше смутило. Его сердце бешено забилось. – Тебе должно это понравится. Не стесняйся, милый мой. Китай засунул палец в попу младшего брата. Тот издал стон, вздрогнув и зажмурив глаза. Китай засунул второй палец и начал двигать обоими внутри дырочки. Тайвань схватил руками старшего за спину, громко простонав от боли. – Ш-ш-ш… успокойся, расслабься. Это ненадолго. – нежно сказал Китай. Тайвань открыл глаза. Они были мокрыми от слёз, а новые слёзы подступали. Китай осторожно вытер их с глаз Тайваня свободной рукой. – Всё будет хорошо. Потерпи. Тайвань почувствовал, как ещё один палец оказался в его попе. Он попытался сдержать стоны, посильнее сжав ладони. Движения пальцами вдруг закончились. Китай вытащил их из дырочки. – Ты же понимаешь, что сейчас будет? – спросил хитро Китай. – Угу. Китай положил Тайвань на спину, чтобы было удобнее, а после начал медленно входить в него. Младший сразу громко застонал от боли и неприятных ощущений. Пошли резкие толчки. Тайвань закрыл рот рукой. Китай погладил его по голове. Тайвань чувствовал себя странно. Он как будто терялся, ощущая своего брата внутри себя, как будто ему становится приятно и внутренне хочется большего. Китай же чувствовал сильную возбуждённость, двигаясь в Тайване. Он чувствовал слабую тесноту в его дырочке. Он чувствовал мягкие стенки попы, сжатие ягодиц Тайваня и слушал его стоны. Он знал – Тайвань не хотел сопротивляться. Его уже твёрдый, вставший ствол с каждым разом всё лучше и лучше проходил внутри, а стоны Тайваня становились слаще и нежнее. Из-за рта младшего пошли слюни, а губы заплыли в слабой улыбке. Китай ускорялся и не останавливался. Он думал только о том, что делает с Тайванем. Его быстрое дыхание становилось громче. Оба участника этого инцидента спустя ещё несколько минут кончили, причём почти одновременно. Тайвань громко отдышался, а Китай отдышался тише. – Ну как ты, Тай? – спросил Китай. – Нор… мально. – ответил Тайвань. Китай перевёл взгляд на своё нижнее бельё. Тайвань вытер слёзы с глаз, пытаясь успокоиться. То чувство внутри него начало проходить, бабочки в его животе стали исчезать, а пошлые мысли покинули его голову. Тайвань почувствовал невероятный стыд от произошедшего. Он схватил руками мягкое, красное одеяло и накрылся с головой. – Тайвань? – Китай перевёл взгляд на накрытого брата. – Ты чего? «Поверить не могу, это правда произошло! Как я ему буду в глаза смотреть?!» – схватившись обеими руками за голову, подумал Тайвань. Слёзы снова потекли с его глаз, к горлу подступил ком, мешающий глотать и дышать. «Только не насмешки. Только не гомофобия. Только не исключение из Оон!»