Метод Ландо Норриса

      Хоть прошло всего полтора месяца с начала нового семестра, за окном во всю просыпалась природа после не особо, но все же снежной зимы: погода стала в разы теплее, по утрам уже звонко пели птицы, а в воздухе чувствовался запах апреля даже в середине марта. В общем, душа расцветает.       — Это безумие. Ты — безумец, — Макс откинулся на спинку дорогого дивана с мягкой обивкой и закинул руки за голову. Он уже не первый день торчал у Ландо в квартире, прекрасно зная, что друг его не прогонит.       — Издеваешься? — шутливо спросил Норрис, допивая уже остывший чай.       — Восхищаюсь, — поправил его голландец. — Я понимаю, что она тебя знатно достала, но чтобы делать такое...       Макс сделал страдальческое лицо. Ландо лишь закатил глаза и со звоном поставил кружку обратно на стол.       — А что тут такого, Макс? Будет весело, — усмехнулся он.       — М-м. Напомни, в какой момент стало веселым уводить чужих парней? Парней, Лан.       День назад в кудрявую голову пришла замечательная идея мести. Мести одной русой бестии, которая бесила его еще с первого курса. Лили Знаймер. Отличница, красотка и милейший души человек — так думали все. Но Норрис невзлюбил девушку еще с первой лекции по истории искусств.

***

      — Кто готов ответить на этот вопрос? — лектор повернулся на аудиторию, но увидел лишь максимально кислые лица студентов. Все сидели, уткнувшись в конспекты, свято надеясь, что так они становятся невидимыми и их не вызовут.       Только Ландо было скучно. Супер скучно. А в таком состоянии Норриса оставлять нельзя, ведь он начинает развлекать себя сам. Вот и сейчас он разговаривал с Максом по поводу последней вечеринки, что проходила в коттедже его старого друга, где он нажрался, по ощущениям, прям в усмерть, да настолько, что на утро еле вспомнил свое имя. Макс, хихикая в кулак, все еще пытался записывать что-то по материалу лекции.       Как вдруг раздался кашель. Строгий такой, привлекающий внимание. Ландо не пришлось долго думать, чтобы понять, к кому обращен. К нему. Конечно, к нему.       — Ландо Норрис. Я вам не мешаю? — профессор поднял одну бровь, оперевшись о стол.       — Нет, — с улыбкой ответил британец, хотя внутри все сжалось.       — Отлично. Может тогда вы и ответите на последний вопрос?       Ландо открыл рот, затем закрыл. В голове все еще кувыркались чертики от воспоминаний минувших дней, но теперь к ним прибавились и попытки вспомнить, о чем вообще говорил лектор. История искусств... Что же он мог спросить? Кто придумал архитектуру? Да не, бред... Черт, он все прослушал.       Ландо кинул взгляд полный надежды на Макса. Но тот лишь пожал плечами, мысленно выдыхая, что за все отдувается не он.       — А можете повторить? — чуть тише попросил Ландо. Вдруг получится. — Пожалуйста.       — Вы же так внимательно меня слушали.       Ну все, пиздец. На первой же паре. В первый же день он заработал себе репутацию хулигана и бездельника, и тупицы вдобавок.       — Он спросил как тебе его новый пиджак, — шепнул кто-то сбоку.       — Чего? Причём тут то, в чем он одет?...       — Норрис. Не заставляйте весь поток ждать ваших мыслей. Ну же, — чуть строже повторил профессор.       — Мне нравится. У вас крутой пиджак... Цвета такого... интересного. Вам очень идет! — улыбнулся Ландо и тут же сжал губы, увидев, как у профессора сдвигаются брови к переносице. По аудитории раздались веселые смешки и перешептывания.       — Спасибо за столь высокую оценку моему стилю, мистер Норрис, — вздохнул преподаватель, — но, к сожалению, не могу ответить вам тем же. Два. Можете садиться.       Ландо не то, что сел. Скорее, рухнул обратно на место, прожигая взглядом затылок той девушки, которая так любезно подсказала ему вопрос. В придачу и выставила его идиотом на сотню человек. Просто фантастика.       — Какого черта, Лан? — прошептал Макс, но тут же выпрямился, почувствовав, что на них все еще смотрят пристальным взглядом.       — Сука, — злобно прошипел Ландо, на что девушка повернулась, улыбнулась самой невинной улыбкой на свете и вернулась к своему конспекту. Ландо психанул и кинул в нее ластиком.       Девушка вздрогнула. Прямое попадание в голову, как никак.       — Ты офигел что ли?! — сквозь зубы возмутилась она.       — Меньше советов давай, блять.       — Больше головой думай, дебил!       — Да тише ты, — Норрис чувствовал, как внутри все закипает. И это далеко не приятный жар от общения с девушкой с надеждой на продолжение. О, нет. С надеждой, что все в радиусе кабинета исчезнут и он сможет перегрызть ей глотку прямо сейчас — вот такой жар.       — Ландо Норрис, вон из аудитории!       Британец дернулся и медленно повернулся на преподавателя. Тот ждал выполнения приказа, сложив руки на груди.       — Но... — начал он, но закончить не дали.       — Вон!       — Ходи оглядывайся, мразь, — напоследок кинул Ландо, схватил рюкзак, сказал Ферстаппену, что будет ждать того в коридоре, и покинул помещение, сжимая челюсть до скрипа зубов, чтобы, проходя мимо, не вцепиться в эту тонкую светлую шею и не придушить гадину на месте.       С тех пор их вражда превратилась в настоящую войну. Они портили друг другу конспекты, подшучивали у доски, забирали макеты, обманывали с расписанием, пускали ложные слухи — и так по кругу. Многие бы сказали, что они просто друг другу нравятся, ведь милые бранятся — только тешатся. Но это не тот случай. Ландо на дух не переносил заносчивую выскочку, а Лили презирала его за распутный образ жизни и слишком крупное эго. О, Лили, ты еще не знала настолько оно велико.

***

      — С тех самых пор, Макс, как она подставила меня перед деканом, сказав, что это из-за меня группа не попала на важный семинар, хотя это она дала ложную информацию по датам. Я так сильно сдерживал себя, чтоб не убить ее на месте. Очень хотел, Макс. Очень.       Ландо ко всему прочему был еще и замом старосты. Не лох, а со статусом. Лох со статусом — наверное, правильнее.       — Верю, — усмехнулся голландец. Это произошло в конце недели на макетировании, куда явка была обязательной. Но Макса не волновала одна н-ка за прогул, его очень интересовало, чем же закончатся козни друга. Когда-то же это должно закончиться. — Хорошо, и что ты предлагаешь?       — Все очень просто, Макс. Моей целью теперь становится Оскар Пиастри, — сказал Ландо с триумфальным видом, будто за эту идею ему должны будут дать премию.       Макс удивленно на него уставился.       — Оскара... Пиастри? — уточнил он.       — Ага.       — Ты ебанутый, это надо понимать? Он не из «этих», Лан. Тут сразу проигрышная идея.       — Ой, я тебя умоляю. Еще ни один парень не отказывался от такого красавчика, как я.       — Блять, Ландо, а были случаи?! — Макс еле не уронил челюсть на колени.       Норрис рассмеялся.       — Боже, нет! Но девушки — каждая без ума. Не думаю, что в этом плане есть сильные различия. Я слишком обаятельный, чтобы долго воротить от меня нос. Плюс богатый. Если что-то пойдет не так...       — Обязательно пойдет, — прервал его Макс, с улыбкой кивнув.       — Я просто попрошу мне подыграть. Очень уж хочу увидеть лицо этой курицы, когда она увидит своего пай-мальчика вместе со мной. Мне нужно чтобы ты сфоткал ее лицо в этот момент, — Ландо настолько загорелся идеей, что у него буквально сверкали глаза. — На память будет.       — Ладно, Казанова. Каков план?       Ландо расплылся в широкой улыбке и плюхнулся на диван рядом с Ферстаппеном, подробно рассказывая, что успел придумать, активно жестикулируя и спрашивая мнение друга по тому или иному пункту.       План «Завоевать сердце парня стервы по методу Ландо Норриса» активирован. Но насколько у него получится следовать собственным правилам и что именно может пойти не так? А оно пойдет...