Я заметил.
21 февраля 2026 г., 22:47
Хёнджин сидел в своём кабинете молча. Он не знал, почему отдал Ликсу свой кофе. Может, испытал к нему жалость? Наверное…
Теперь-то он сам остался без кофе, так что это точно не жалость. Влюблённость? Может быть. Потому что в последнее время он стал к Ликсу неравнодушен с того момента, как узнал про его отца.
Хёнджину хотелось пожалеть Феликса, помочь, утешить, забрать к себе домой.
В этот момент в кабинет зашёл Ликс, не постучав, конечно. Хёнджин вздрогнул, словно его кто-то ударил. Феликс отдал документы и уже собирался уйти обратно, но Хёнджин окликнул его перед тем, как он успел выйти, потому что заметил синяк на ключице, который выглядывал из-под его любимой футболки.
Ликс побледнел и обернулся. Хёнджин подошёл к нему и отогнул ворот футболки, осматривая синяк.
— Кто это сделал? — неожиданно спокойно для себя спросил Хён.
Ликс снова побледнел. Он ожидал, что Хёнджин не заметит, и быстро ответил:
— Никто, утром об дверь ударился.
Феликс явно обманывал — об этом говорили его трясущиеся руки и бегающие глаза, не говоря о том, что он был бледный как лист бумаги.
— Не пизди, — резко сказал Хёнджин.
— Отец… — отводя взгляд, пробормотал Ликс.
— Такое часто бывает?
— Часто, — проводя трясущейся рукой по волосам, сказал Ликс.
Хёнджин заметно растерялся. Как так? Такой невинный парень — и с таким жестоким отцом. Он взял Ликса за руку.
— Пошли обработаем синяк? — мягко проговорил Хён.
Ликс молча кивнул и пошёл за ним. Его запястье в руке Хёнджина заметно дрогнуло.
Спустя пару минут они уже зашли в кабинет. В руках Хёнджина была аптечка. В этот кабинет никто не мог зайти, пока Хёнджин находился внутри.
— Снимай футболку, — сказал Хёнджин. Этот приказ больше походил на просьбу.
— Может, просто отогнуть ворот…? — пробормотал Феликс себе под нос, но Хёнджин его услышал. Он привык, что Ликс говорит тихо.
— Тогда ткань будет задевать синяк, — спокойно ответил Хёнджин.
Ликс смущённо снял футболку. Хёнджин на мгновение замер, когда увидел его тело. Но вместе с этим он заметил, какой Феликс худой — были отчётливо видны его рёбра.
— Что вы так смотрите?.. — неожиданно спросил Ликс.
Хёнджин вздрогнул, словно очнулся.
— Просто ахуеваю, какой ты худой… — его голос снова дрогнул.
Он достал из аптечки перекись, мазь и пластыри. Феликс дёрнулся от прикосновения к синяку. Хёнджин аккуратно начал обрабатывать его, стараясь действовать мягко.
Феликс тихо шикнул от боли, когда Хёнджин случайно надавил сильнее.
— Прости, прости… — тихо сказал Хёнджин, нанося мазь.
Через несколько минут мазь впиталась в кожу, и Хёнджин наклеил два пластыря. Один был с Крошем из «Смешариков», а второй — с Ёжиком.
Феликс едва заметно улыбнулся, увидев их в зеркале. Руки Хёнджина были холодными, и от этого прикосновения казались ещё ощутимее.
— Почему ты раньше не говорил, что отец тебя бьёт? — спросил Хёнджин, глядя на Ликса.
— Я думал, вам будет всё равно… Я ведь всего лишь ваш ассистент… — тихо ответил Феликс.
— Теперь ты можешь мне всё рассказывать, — мягко сказал Хёнджин. — Будь то проблемы дома или что-то ещё.
Феликс тихо добавил:
— У меня нет девушки.
— Значит, пока не появилась? — чуть улыбнувшись, спросил Хёнджин.
— Пока нет, — ответил Феликс, надевая футболку обратно.
Он заметил, что Хван снова задержал на нём взгляд, и Ликс смущённо отвернулся.
