Empty auditorium

– Драко... Драко... Что ты делаешь? – Томно, с выдохом спрашивает Уилл Байерс, упираясь позвоночником в угол деревянной тумбы и пытаясь отодвинуть Малфоя от своих губ. После того как блондин впихнул Уилла в пустую аудиторию, после того как он мягко оглаживал его бедро под партой на лекции, и после того как пожирал взглядом на обеде в Большом Зале. – Ты просто невероятен, Уилльям... – С полным вожделением в глазах произносит Малфой, еле сдерживаясь от того, чтобы прижаться вновь к этим ярко-розовым и пухлым губам от поцелуев Байерса. – Зачем тебе этот эгоистичный Майкл, который высмеивает тебя и твои предпочтения, когда есть я? Ухмыляется Малфой и вновь наклоняется и прижимаясь к мягким губам брюнета. Который спустя мгновение начинает отвечать на жадный и горячий поцелуй от слизеринца. Драко проходится ладонями по пояснице, оглаживает мягкие и округлые ягодицы парня, опускается руками ниже и подхватывает Байерса, усаживая его на тёмную дубовую тумбу. – Ммх... – Мычит гриффиндорец, отрываясь от таких на удивление сладких губ со вкусом зелёного яблока, обхватывает ногами талию Драко и запрокидывает голову, открывая новое пространство для страстных поцелуев и засосов. – Ты... Ты не прав. Он хороший человек. – С полувыдохом и запинками произносит Уилл. Малфой уже переключившись на белоснежную-нежную шею брюнета, шепчет мягким и низким баритоном: – Тогда ты бы не плакал, каждый чёртов раз, как он открывает свой поганый рот в присутствии своих тупых приспешников. Слизеринец проходится ладонями по внешней стороне бёдер Байерса, плавно переходя и поглаживая к внутренней стороне чувствительных бедер. После чего вновь ухмыляется прямо над ухом парня и нежно прикусывая мочку. – В конце концов, ты бы не был сейчас со мной. – Это не п.. Неправда, – вновь отрицает он, запинаясь, и с полувыдохом говорит Байерс. Его лицо красное от смущения и жара, исходящего от них обоих. – Ну что ж.. Посмотрим, что будет дальше. – Малфой усмехается. Оставляет жаркий поцелуй на губах и спускается к шее парня, оставляя яркие отметины зубов. Рука Драко свободно опускается на промежность Уилла, накрывая явное доказательство открытого возбуждения Байерса. Брюнет стонет сквозь стиснутые зубы, откидываясь и сильнее цепляясь руками за плечи слизеринца. Малфой, не чувствуя сопротивление, расстегивает ширинку джинс, приспускает их вместе с бельём и кладёт свою прохладную руку на член грифиндорца, выбивая из него этим действием громкий стон. Оставляя яркие отметины и нежные поцелуи на шее и на груди, отодвинув ворот мантии и свитера, Драко мягко водит рукой по члену Байерса, выбивая из того тихие стоны и вздохи. Для Уилла кажется, будто прошла уже вечность, и одновременно всё происходит слишком быстро. Сжимая мелко подрагивающие ноги на талии слизеринца, он опускает голову на его плечо, обжигая светлую кожу горячим дыханием. Малфой ускоряет движения руки, другой оглаживая поясницу парня. Гриффиндорец, ощущая, как начинают слезиться глаза и свербить в носу, всхлипывает, тихо и запинаясь, выдыхает: – Малфой, я сейчас.. Малфой успокаивающе шипит, не прекращая свои действия, а наоборот, как будто ускоряя и увеличивая их количество, шепчет: – Не сдерживай себя, Байерс, отпусти. Брюнет, вновь всхлипнув и сильнее вцепившись в чужие плечи и дрожа всем телом, изливается в руку слизеринца. Драко еще несколько раз проводит рукой по члену старшего и перемещает руки на его спину, поглаживая и успокаивая. – Долг отдашь как-нибудь потом, не все сразу, специально для тебя оставим на потом. – Коротко смеётся блондин. Байерс, слегка отстранившись, поднимает взгляд красных глаз от слез и красного лица от смущения, и неуверенно кивает. После чего, Малфой, с лёгкой улыбкой достаёт палочку, накладывая очищающее, и легко спускает Уилла с тумбы на ватные ноги после оргазма, слегка придерживая того за плечи, и задаёт такой простой вопрос, после которого становится смешно: – У тебя щас травология? – Нахер пары, пойдём на кухню. – Отвечает парень с львиного факультета, пытаясь натянуть и застегнуть джинсы дрожащими и не слушающимися руками. Малфой наигранно удивляется и отходит немного, давая малый простор для действий, произносит: – Ого, сам Уилл Байерс решил пропустить такие важные пары? Я поражен Вами, Уильям. Гриффиндорец краснеет ещё сильнее, что кажется просто невозможным, но всё равно продолжает прямо смотреть в лицо, и в итоге зло выдыхает: – Иди ты. В этом виноват ты, а не я. Пойдем уже.