Сквозь лед и время

Утро наступило мягко. Солнечный свет пробивался сквозь жалюзи, рассыпаясь золотыми полосами по полу квартиры. Кира проснулась первой, как всегда — с лёгким напряжением в теле после вчерашней тренировки, с повязкой на запястье, которая уже почти не мешала. Она потянулась, слегка повернув голову, чтобы взглянуть на Илью. Он ещё спал, его ровное дыхание и расслабленные черты лица были знаком того, что он полностью восстановился. На щеке у него слегка светился румянец — остаток вчерашнего холода, смешанный с теплом их квартиры. Кира тихо поднялась с кровати, стараясь не разбудить его, подошла к кухне. Там было ещё тихо, слышался только тихий гул холодильника. Она включила воду, налив себе кружку чая, и открыла шкаф, чтобы взять миску для завтрака. На плите уже закипала вода для кофе, и мягкий запах свежих зёрен наполнял пространство. Она аккуратно разрезала фрукты для салата, нарезала немного тостов и слегка поджарила их на сковородке. Каждый звук был размеренным: тихий шип масла, щелчки ножа, мягкое бульканье воды. Кира чувствовала себя одновременно сосредоточенной и расслабленной — это был её ритуал, утренний ритм, который подготавливала не только её тело, но и душу к дню. Илья вскоре проснулся. Сначала его глаза лениво открылись, потом он сел на кровати, слегка потянув руки, пробуя каждое движение, ощущая своё тело. Он улыбнулся, когда заметил запах кофе и тостов, и услышал лёгкий шум кухонной работы Киры. — Morning, — сказал он тихо, подходя к столу. — Morning, sleepyhead, — улыбнулась она, не отводя взгляд от миски. Он сел напротив, слегка склонился, чтобы взять чашку с кофе, вдохнул аромат. На его лице отражалось лёгкое счастье — простое, домашнее, такое, которое появляется только тогда, когда вокруг тепло, светло и безопасно. — Did you sleep well? — спросила она, отрезая кусочек тоста. — Better than I have in days, — ответил он, улыбаясь. Кира кивнула, и они молча позавтракали. Каждое движение было размеренным: нож скользил по фруктам, тост аккуратно намазывался маслом, кофе поднимался к губам. В их доме было тихо, но наполнено ощущением ритма: дыхание, звук воды, лёгкий скрип пола, когда кто-то менял положение. После завтрака Кира проверила сумку — всё на месте: ленты, вода, бинты, дополнительная повязка на случай чего-то непредвиденного. Она поднялась, чтобы надеть куртку, Илья наблюдал за ней с лёгкой улыбкой, держа ключи и термос. — Ready? — спросила она, застёгивая молнию. — Always, — ответил он, обхватывая сумку за ремень. Они вышли из квартиры, закрыв дверь. На улице было прохладно, лёгкий утренний ветер трепал волосы. Кира осторожно шагала, стараясь не напрягать запястье. Илья держал её за локоть, чуть поддерживая. Машина ждала у подъезда, двигатель уже тёплый. Когда они сели, Илья аккуратно положил руку ей на колено, привычно, спокойно. Она слегка улыбнулась, чувствуя тепло и надёжность. Дорога была почти пустой, свет утренних фонарей отражался на мокром асфальте. Они ехали молча, наслаждаясь этим тихим моментом перед началом напряжённого дня. Машина мягко катилось по улицам, а в воздухе стояло чувство готовности к ледовой арене, к тренировке, к возвращению к привычному ритму, который они оба так любили.

***

Лёд сегодня был почти пустой, и это ощущалось сразу, как только они переступили порог арены. Звук коньков по гладкой поверхности отдавался мягким эхом, но без обычной толпы вокруг он казался почти медитативным. Кира и Илья сняли куртки, повесили их на скамейку, и воздух арены обнял их холодной свежестью, смешанной с запахом льда и резины от коньков. — Finally, some space, — сказал Илья, выезжая на лед с лёгкой улыбкой. — Yeah, I can actually breathe here, — согласилась Кира, скользя рядом. Сегодня было мало людей: пара детей, тренирующихся у бортика, один взрослый, который тихо отрабатывал элементы, и пара сотрудников арены, убирающих лёд. Это давало им полную свободу для разгона, прыжков и сложных комбинаций. Кира поставила повязку на запястье аккуратно, потом сделала несколько пробных шагов, чувствуя ровное сопротивление льда. — How’s the wrist? — Fine, a little sore, but it’s okay, — ответила она, аккуратно проверяя каждое движение. Илья выехал на середину льда, делая первый разгон. Он ещё ощущал лёгкую слабость после долгого отсутствия, и это немного злило его. Прыжки не давались так легко, как раньше, баланс требовал больше усилий. Он совершил двойной прыжок, едва контролируя приземление. Резкий выдох вырвался из него. — Damn, — пробормотал он, слегка раздражённо. Кира скользила рядом, наблюдая и улыбаясь: — Don’t be mad at yourself. You’re back. That’s what counts. Он кивнул и снова выехал. На этот раз прыжок получился чуть лучше, хотя корпус всё ещё слегка наклонялся в сторону. Радость была в каждом успешном приземлении, злость — в каждом несовершенном движении. Он делал паузы, вытирая пот со лба, и глубоко вдохнул. — I forgot how much I missed this, — сказал он, глядя на лёд и на Кирю. Кира улыбнулась, слегка подтянувшись к нему: — It’s good to have you back on ice. Они шли дальше, отрабатывая повороты, лёгкие комбинации. Свобода пустого льда позволяла экспериментировать: Кира делала небольшие слайды на одно колено, Илья — сложные повороты, а потом они пытались синхронизировать движения, скользя рядом, почти как одно целое. Каждое касание льда отзывалось лёгкой вибрацией в коньках, каждое движение было наполнено концентрацией и взаимной поддержкой. — Watch the timing, — тихо сказала Кира, когда Илья собирался на прыжок. Он кивнул, скользнул назад, проверил баланс и снова разогнался. Прыжок получился чистым, точным. Он выдохнул с облегчением и улыбнулся. — See? Not bad for being “behind”, — пробормотал он с лёгкой усмешкой. Кира смеялась, не отрывая взгляда от него. Лёд был почти пустым, а атмосфера — лёгкой, свободной. Свобода давала им возможность сконцентрироваться только на себе, на движениях, на ощущениях. Илья, несмотря на остатки слабости, начал чувствовать радость от возвращения к привычному ритму, а Кира — гордость за его упорство и терпение. Каждый прыжок, каждый поворот, каждый скользящий шаг был наполнен маленькой победой. Они улыбались друг другу после каждого удачного элемента, тихо подбадривали после ошибок, и лед становился не просто местом тренировки, а пространством, где они вместе переживали каждую эмоцию — радость, злость, облегчение, гордость. ⊱⋅ ────── ❴ • ✿ • ❵ ────── ⋅⊰ Рафаэль поднял руку, подзывая их к себе. — Ilya, Kira. Wait a minute here — сказал он спокойно, но чуть строже обычного. Илья замедлился первым. Кира плавно подъехала рядом. Они остановились почти синхронно — привычка работать вместе отражалась даже в мелочах. У борта стояли все трое его тренеров: Рафаэль, Татьяна и Роман. Илья сразу понял — разговор будет не о сегодняшних ошибках. Роман убрал планшет и посмотрел на них внимательно. — We received an international invitation last week, — сказал он ровно, без лишней драматичности. Кира чуть приподняла брови. — Invitation to where? — спросила она спокойно, но с интересом. Рафаэль ответил: — To perform at a large ice show in Seoul, South Korea, — произнёс он чётко, наблюдая за их реакцией. Илья на секунду замер. — Seoul?.. — переспросил он, будто проверяя, не ослышался ли. Татьяна кивнула. — Yes. Big arena. International lineup. Professional production, — добавила она мягко. Роман продолжил: — This is not a competition. It’s an exhibition event. You would represent your country as invited athletes, — сказал он спокойно, но с оттенком гордости. Кира посмотрела на Илью. В её взгляде уже появилось воодушевление. — Sounds impressive, — сказала она тихо, но с заметным блеском в глазах. Рафаэль кивнул. — The organizers specifically asked for you. They’ve been following your performances, — добавил он уверенно. Илья почувствовал, как внутри что-то щёлкнуло. — When would it take place? — спросил он уже серьёзнее. — In a little over a month, — ответил Роман спокойно. Тишина повисла на несколько секунд. Это была их первая полноценная тренировка после болезни Ильи. И сразу — международная арена. Татьяна посмотрела на сына особенно внимательно. — We have not given them an answer yet, — сказала она мягко. Рафаэль добавил: — We wanted to hear what you think first, — произнёс он спокойно, но твёрдо. Илья медленно выдохнул. — You think I’m ready for something like this? — спросил он прямо, без вызова, но с серьёзностью. Роман ответил после паузы. — Physically, you’re coming back well. But this is your first full training session after recovery, — сказал он строго, но без давления. Рафаэль кивнул. — One strong session is promising. But we need stability over time, — добавил он спокойно. Кира шагнула чуть ближе к Илье. — It’s a big opportunity, — сказала она уверенно. Татьяна посмотрела на неё тепло. — It is. That’s why we’re discussing it seriously, — ответила она мягко. Роман перевёл взгляд на сына. — If you go, you go fully prepared. Not half-ready, — сказал он чётко. Илья кивнул. — We wouldn’t go there just to show up, — сказал он спокойно, но твёрдо. Кира поддержала: — We’d want to skate at our best, — произнесла она уверенно. Рафаэль внимательно посмотрел на них обоих. — Then take tonight to think. Feel your body after today’s load, — сказал он спокойно. Татьяна добавила: — And tomorrow you give us your final answer, — произнесла она мягко, но серьёзно. Илья посмотрел на Киру. В его глазах уже читалось решение. — We’ll tell you tomorrow, — сказал он ровно. Роман кивнул. — Good. Finish the session, — произнёс он коротко. Они отъехали от борта. Несколько секунд катались молча. Илья тихо наклонился к Кире. — We’re going, aren’t we? — спросил он почти шёпотом, с лёгкой улыбкой. Кира посмотрела на него спокойно, но уверенно. — Of course we are. We just need to make it official tomorrow, — ответила она мягко. И лёд под ними вдруг стал ощущаться иначе. Как начало чего-то большого. ━━━━━━━━─ㅤ❪✸❫ㅤ─━━━━━━━━ Раздевалка была тихой — тренировка закончилась чуть раньше обычного, и большинство спортсменов уже ушли. В воздухе всё ещё чувствовался лёгкий холод, принесённый с арены, и запах льда, который всегда будто оставался на коже после катания. Кира села на скамейку и осторожно начала снимать коньки. Правое запястье немного ныло — не сильно, но достаточно, чтобы каждое натяжение шнурка отдавалось тянущей болью. Илья заметил это почти сразу. Он присел перед ней, не спрашивая. — Give it to me, — сказал он спокойно, протягивая руку к её коньку. — Я могу…ладно — ответила она тихо, передумав вставлять свою любимую фразу, вспоминая слова врача. Он посмотрел на неё с лёгкой улыбкой. — I know you can. But I can too Он аккуратно взял её ногу, поставив конёк себе на бедро, и начал медленно ослаблять шнуровку. Движения были размеренными, почти заботливыми. Он не тянул резко, не спешил — просто постепенно освобождал её ногу от плотной фиксации. Кира смотрела на него сверху вниз. Его волосы чуть растрепались после тренировки, на шее всё ещё блестела тонкая линия пота, а в выражении лица было сосредоточенное спокойствие. — Today you looked… lighter, — сказала она мягко. Он усмехнулся, не поднимая глаз. — That’s because I didn’t feel like I was fighting my own body anymore. Он снял первый конёк и осторожно поставил его рядом. Затем так же аккуратно принялся за второй. Когда оба конька были сняты, Кира поднялась, чтобы снять защитные контуры с лезвий. Она попыталась наклониться, но запястье неприятно отозвалось. Илья сразу выпрямился. — Wait, — сказал он тихо. Он взял один конёк в руки, легко снял пластиковый контур с лезвия, затем второй. Звук щёлкнувшего пластика показался в тишине особенно отчётливым. — You’re stubborn, you know that? — сказал он с лёгкой улыбкой, убирая контуры в её сумку. Она чуть пожала плечами. — Occupational hazard. Он тихо усмехнулся. Потом она потянулась к своей куртке, лежавшей рядом, и попыталась надеть её одной рукой. Ткань зацепилась за плечо. Илья подошёл ближе. — Arms up, — сказал он спокойно. Она закатила глаза, но послушно подняла руки. Он аккуратно помог ей просунуть здоровую руку в рукав, затем осторожно направил вторую, поддерживая ткань так, чтобы не пришлось напрягать запястье. Его пальцы скользнули по её предплечью — тёплые, уверенные. Когда куртка легла на плечи, он аккуратно расправил воротник и застегнул молнию до середины. — Comfortable? — спросил он тихо, глядя ей в глаза. — Yes, thank you, — ответила она мягче, чем обычно. Он задержал пальцы у замка молнии на секунду дольше, чем нужно, но без неловкости — просто потому что стоял слишком близко. Раздевалка почти опустела. Было тихо. — About Seoul… — начал он негромко. Она сразу посмотрела на него. — You’re still thinking about it? Он кивнул. — I don’t want to just go there and skate my usual program. Она внимательно слушала. — I was thinking… maybe we could do something together. — Together how? — спросила она спокойно. Он чуть выдохнул. — A joint number. Not full pair skating. Just one performance side by side. With interaction. Maybe a small lift, nothing extreme. Она задумалась. — That’s ambitious, — сказала она тихо. — So are we, — ответил он с лёгкой улыбкой. Она смотрела на него несколько секунд. — You really want it to be ours, don’t you? Он кивнул. — Yeah. If we go to Seoul, I want people to remember us together. Она медленно кивнула. — Then tomorrow we say yes. And after that, we talk to them. Он мягко коснулся её щеки кончиками пальцев — коротко, почти невесомо. — Deal. И в этой тихой раздевалке, среди сумок и влажных полотенец, их решение стало чем-то настоящим.

***

Вечер медленно опускался на комнату, мягкий свет лампы рассыпался по стенам, создавая уютную, почти волшебную атмосферу. Кира лежала в кровати вместе с Ильёй, его рука была осторожно положена на её талии, согревая после долгого дня тренировок и разговоров о совместном номере. Они молчали, прислушиваясь к дыханию друг друга, когда телефон внезапно завибрировал. Кира подняла взгляд и увидела новую публикацию в Instagram. Девочка, с которой у неё были крайне плохие отношения в прошлом — Алина Морозова, — опубликовала сторис: — Еду в Корею... похоже, будет интересно. Не могу дождаться, чтобы все увидели, кто сияет ярче всех на льду. 💅 Кира почувствовала, как сердце чуть дрогнуло. Её ладони сжались вокруг телефона. В памяти мгновенно всплыли все старые издевательства: насмешки на тренировках, едкие шепоты за спиной, злые комментарии на каждое её движение, когда она пыталась сконцентрироваться. Алина всегда завидовала — и теперь, похоже, она едет на то же шоу, куда приглашены Кира и Илья. Илья заметил, что она напряглась. Он тихо прижал её к себе, обнимая за плечо. — Hey… what’s wrong? — спросил он осторожно. Кира положила телефон на грудь и вздохнула, чувствуя тепло его рук. —Это… кто-то из моего прошлого. Алина Морозова. Она… она тоже едет на шоу. — сказала она тихо, слегка отворачиваясь, чтобы не показывать раздражение. Илья нахмурился, слегка не понимая: — And… why does that bother you? Кира закрыла глаза на секунду и мягко оперлась на его грудь. —Потому что… она всегда мне завидовала. В школе, на льду… она делала всё о себе, пытаясь выставить меня в плохом свете. А теперь… она тоже на шоу. Я не хочу, чтобы это разрушило мою концентрацию. —сказала она, её голос дрожал чуть меньше, чем сердце. Илья нежно обнял её плотнее, положив подбородок ей на плечо. — Hey, it’s okay. You’re here, I’m here, and we’ve got our own path. Don’t let her shadow anything, — сказал он тихо. Кира вдохнула глубоко, почувствовав тепло его тела и ритм сердца. Его объятия были надёжными, мягкими, и каждая мелочь казалась важнее любой зависти. Она прижалась к нему ближе, позволив себе на мгновение отпустить напряжение. —Я знаю... но все же это раздражает. Она всегда... — начала она, но Илья тихо прикрыл ей рот ладонью, лишь слегка касаясь. — Let it go for tonight. Just focus on us. — сказал он, его голос был ровным и тёплым. Кира улыбнулась в темноте комнаты, прижимаясь к нему, ощущая, как тревога медленно растворяется. Даже мысль о Алине Морозовой больше не вызывала бурю внутри — рядом с Ильёй она чувствовала уверенность, которая была сильнее любой зависти. — Tomorrow is another day, — прошептала она, слегка улыбаясь. — And we’ll face it together, — ответил Илья, сжимая её руку и слегка прижимая к себе. Они лежали так, тихо и спокойно, позволяя ночи окутать их теплом. Телефон остался на тумбочке, забытый, а мысли о зависти Алины растворялись в ощущении уверенности и близости.

***

Утро было ясным и прохладным. Солнечные лучи пробивались через жалюзи, играя на стенах раздевалки арены. Кира и Илья пришли первыми, ещё до всех, их дыхание медленно смешивалось с запахом свежего льда. Сегодня была важная тренировка — не просто для отработки элементов, но и для того, чтобы обсудить то, что родилось у них в голове накануне вечером. Илья стоял у бортика, поправляя шнурки на коньках, его глаза блестели от лёгкого волнения. Кира медленно разминала запястье, всё ещё слегка опухшее после недавней травмы, но движения были уверенными, уверенными в себе, потому что рядом был Илья, и это придавало ей силы. — Ready? — тихо спросил он, кивая на лед. — Ready, — ответила она, глядя на него ровно, но с лёгкой улыбкой. После короткой разминки, когда лед был практически пуст, они вышли к борту. Там уже ждали Рафаэль и родители Ильи — Татьяна и Роман. Тренер Ильи держал блокнот в руках, но взгляд его был мягкий, почти улыбающийся, когда он увидел детей, готовых к разговору. Рафаэль, как всегда, стоял чуть в стороне, внимательно наблюдая, а когда они подошли ближе, слегка кивнул, приглашая к себе. — So, tell us, — начал Роман, его голос спокойный, но настороженный, как будто он уже догадывался о предстоящей новости. Кира глубоко вдохнула и чуть опустила взгляд на лёд, прежде чем поднять глаза на всех троих. — We… we have an idea, — начала она тихо, но уверенно. Илья слегка коснулся её руки, чтобы поддержать, и добавил: — We want to do a joint number for the show in Seoul. Not full pair skating, just a performance together, with some interaction, maybe a small lift… nothing extreme. Татьяна, мать Ильи, слегка приподняла брови, но в её взгляде уже читалась заинтересованность. — A joint number… you mean together on the ice? — спросила она осторожно. — Yes, exactly, — подтвердила Кира, слегка улыбается. — And you think it will work? — спросил Роман, скрестив руки. Илья кивнул. Его глаза светились решимостью. — We’ve only had a few practices since I recovered, but… it feels right. It feels natural. We trust each other. Рафаэль молчал, внимательно наблюдая за ними. Его взгляд был сосредоточенным, но мягким — он понимал, что это не просто амбиция, а реальное желание Киры и Ильи работать вместе. — Interesting… — наконец произнёс он, слегка улыбнувшись. — I like that you’re thinking creatively. And I’ll support you, but we’ll need to see how it goes on the ice before finalizing anything. Кира слегка вздохнула, почувствовав облегчение. Илья улыбнулся и мягко коснулся её плеча, словно говоря: «Всё будет хорошо». — We’ll practice hard and make it look smooth. That’s our plan. — сказала она уверенно. — I’m glad to see you both excited and focused, — сказал Роман, слегка наклонившись. — And I’m happy to help you as well. Татьяна кивнула, её взгляд был мягкий, но внимательный: — Just remember, it’s a big responsibility. But I think you’re ready. Илья обнял Киру слегка сзади, когда они шли к центру льда, его рука на её талии, и она почувствовала, как всё напряжение прошлого дня растворяется. Они обменялись коротким взглядом — полным понимания и поддержки. Рафаэль отступил немного в сторону, давая им пространство. — Alright, then. Let’s see what you’ve got. — сказал он спокойно. И в этот момент лед как будто ожил под их ногами. Это было не просто катание, а начало чего-то нового — их совместного номера, который уже в их воображении начинал складываться в идеальную комбинацию. Кира почувствовала лёгкое волнение и радость одновременно — не от страха перед сценой или зрителями, а от того, что она и Илья делают это вместе, что их поддерживают и тренеры, и родители. — Ready? — тихо спросил Илья, глядя на неё с лёгкой улыбкой. — Always, — ответила она мягко, встречая его взгляд. ◤━━━━━ ☆. ☪ .☆ ━━━━━◥ Когда они покинули родителей Ильи и Рафаэля, настроение на льду было лёгким, но сосредоточенным. Илья и Кира тихо переговаривались по дороге к пустой тренировочной зоне, обсуждая первые идеи: где будет начало, какие элементы лучше соединить, как можно сделать поддержку визуально красивой и безопасной. — Maybe we can start with a simple lift and then… spin slowly, — предложила Кира, её глаза блестели от предвкушения. — Sounds good, — согласился Илья, слегка нервно улыбаясь. — But we have to be careful with the lifts, I don’t want to hurt you. Кира улыбнулась в ответ, слегка дотронувшись до его руки: — I trust you, — прошептала она, тихо и спокойно. Они начали пробовать первый подъём. Илья обхватил её за талию, Кира подтянулась, готовясь к лёгкому подъёму. Первый раз получилось не идеально — ноги Киры чуть соскользнули, и она потеряла равновесие, падая на лёд почти в замедленной съемке. — Oh no! Are you okay? — вскрикнул Илья, подбегая к ней, хотя Кира уже сидела на льду и слегка хихикала. — I’m fine! I fell by myself, — быстро ответила она, смущённо поднимаясь. Илья опустил взгляд, чувствуя, что виноват: — No, it’s my fault… I should’ve held you better… — сказал он, чуть пригибаясь к ней, взгляд полный извинений. Кира покачала головой, поднялась на ноги, и слегка коснулась его плеча: — Stop apologizing, — сказала она, улыбаясь. И в этот момент он наклонился и быстро поцеловал её в щёку — коротко, почти игриво. Кира чуть покраснела, но улыбка на лице только увеличилась. — See? Everything’s fine, — пробормотала она, слегка смеясь. Они продолжили работать над поддержками. Иногда получалось идеально: лёгкость движения, плавный подъём, гармония тел. Иногда Кира чуть сбивалась, ноги неловко ступали на лёд, Илья мгновенно подхватывал её и мягко поправлял положение. Каждый раз, когда она оказывалась в его руках, страх немного уменьшался, а доверие росло. — Let’s try the turn now, — предложил Илья, ведя её за руки. — Okay… — Кира глубоко вздохнула. — Ready. И снова случилась маленькая неудача: во время поворота Кира слегка потеряла равновесие. Она едва не упала, но Илья поймал её за талию. — Are you hurt? — спросил он, держась за её руки. — No… I’m okay… — сказала она, слегка запинаясь. Он крепче сжал её за талию, притянул к себе, и они замерли на секунду. Его губы быстро нашли её щёку, потом короткий поцелуй на уголок губ, едва заметный, но трогательный. Кира смеялась, лёгкое дрожание в теле от волнения и радости. — You’re amazing, — тихо сказал Илья. — And you… — ответила она, но не успела договорить, снова засмеявшись. Они снова начали повторять комбинацию — медленно, осторожно, следя за поддержкой, за каждым движением. Страхи Киры постепенно забывались, когда её тело оказывалось в руках Ильи, а его лёгкая тревога за её безопасность смешивалась с радостью от того, что она доверяет ему. Каждая маленькая ошибка превращалась в смех, каждое удачное движение — в тихую победу. Они обменивались короткими, почти игривыми поцелуями, когда паузы позволяли, смеясь и шепча друг другу слова поддержки: — Perfect. Let’s do it again. — I’ll catch you every time, — уверенно сказал Илья, когда Кира снова оказалась в его руках. — I know… and I love that, — улыбнулась Кира, прижимаясь к нему на мгновение. Время на льду пролетело незаметно. Их страхи стали меньше, а доверие, радость и лёгкая интимность — больше. Каждый элемент, каждая поддержка, каждый взгляд друг на друга создавал что-то новое: не просто танец, а настоящее ощущение единства и близости.        ━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━ Лёд почти опустел. Прожекторы светили мягко, отражаясь в гладкой поверхности. Кира и Илья медленно подъехали к бортику после очередной попытки поддержки. У обоих сбилось дыхание — не от усталости, а от концентрации. Илья снял перчатки и сел рядом с ней. — Ну что, фигуристка, жива? — усмехнулся он, глядя на неё сбоку. — Пока да, — фыркнула она. — Но если ты ещё раз так резко меня крутанёшь, я тебе коньком по голени дам. — Это была ты, между прочим. Ты слишком рано пошла в поворот. — Потому что ты сказал “now” слишком тихо! Он закатил глаза. — I said it clearly. — You whispered it. — Потому что ты была близко, — он чуть наклонился, голос стал тише. — Very close. Кира почувствовала, как по коже пробежали мурашки. — Не отвлекайся, — пробормотала она, но не отодвинулась. Он вдруг стал серьёзным. — Кир… когда ты упала… я правда подумал, что это из-за меня. Она повернулась к нему. — Илья, я сама соскользнула. Ребро ушло. Ты вообще тут ни при чём. — I should protect you better. — Ты меня поймал, — мягко ответила она. — И потом держал так, будто я фарфоровая. Он усмехнулся. — Потому что ты и есть. Она фыркнула, но в следующий момент он аккуратно притянул её ближе за талию. Медленно. Почти проверяя — можно ли. Она не сопротивлялась. — Ты слишком переживаешь, — тихо сказала она. — А ты слишком лёгкая, — ответил он, глядя ей в глаза. — Это комплимент? — Это проблема. Я боюсь уронить тебя. — Ты не уронишь. Он наклонился и коротко поцеловал её. Не в щёку — прямо в губы. Быстро, но с лёгким нажимом. Кира выдохнула. — That was unnecessary, — прошептала она, хотя уголки её губ поднялись. — Very necessary. Он снова притянул её к себе, теперь уже увереннее. Его ладонь скользнула по её спине, остановившись на талии. Кира почувствовала, как внутри что-то теплеет и слегка сжимается. — If you fall again… I’ll lift you twice as high next time. — Попробуй, — тихо сказала она, почти вызывающе. — Только не перепутай шоу с цирком. Он усмехнулся и наклонился ближе. — Ты вообще понимаешь, что когда ты в поддержке, ты смотришь на меня так…— он замолчал. — Как? — тихо спросила она. — Так, будто полностью доверяешь. И это… чертовски ответственность. Она мягко провела пальцами по его шее. — Потому что я доверяю. Илья сглотнул. — Don’t say things like that before a lift. — Почему? — Потому что мне хочется поцеловать тебя, а не считать заход. Она тихо рассмеялась. И в следующий момент сама наклонилась к нему — медленный поцелуй, чуть глубже, чем предыдущий. Его рука крепче легла ей на поясницу, притянула ближе. На секунду лёд перестал существовать. Он отстранился первым, тяжело выдохнув. — Всё. Хватит. Ещё пять минут льда. — Боишься? — Очень, — усмехнулся он. — Но не падения. Она улыбнулась, слегка толкнув его плечом. — Пошли, герой. Попробуем ещё раз поддержку с заходом через шаг. Он встал и протянул руку. — Come here. Slowly. Она вложила ладонь в его. Он подтянул её ближе, ладони легли на талию — крепко, но осторожно. — Ready? — Всегда, — тихо ответила она. Он поднял её. Чисто. Плавно. Уверенно. И в этот раз не было страха. Только лёд, дыхание и его руки, в которых ей действительно было спокойно.