Рандеву́ Одиночек

Сквозь мутную воду, на глубине высокого давления, пробивались толчки и едва слышимые звуки. Что-то барабанило, но он не мог понять что и откуда. Конечности налились свинцом, призывая игнорировать внешнее беспокойство. Он так и сделает.

***

Игровой автомат приятно бил по ушам шипящим звоном падающих монет, обознавая чью-то очередную победу. Рассказчик, занятый сбором свежей информации о нынешней обстановке, остановился мимо Игрового зала. Сначала не специально. Он перекинулся парой фраз с информатором и отпустил того, собираясь развернуться и уйти. До тех пор, пока не заметил, как в глубине помещения, где почти не было народу, корячась, потела Серебряный Волк. Мимика лица менялась в считанные минуты. Не удивительно, но необычно. За их короткое общение охотница за стелларонами проявила не больше двух основных эмоций, а тут от нахмуренного разочарования до победоносно-искренней улыбки. Неприлично стоять и в тупую пялиться на кого-либо, но Рассказчик решил, что информация о том, со сколько до скольки охотница здесь находится лишней не будет и он уберёт её на переферию памяти. Обычно невзрачные сведения и служат той тонкой красной ниточкой в сопоставление событий. Судя по времени на автомате, с 11 ночи системных часов до часу Серебряный Волк задорно играла и терпела в этом невероятный крах. Получив то, что ему нужно, Рассказчик развернулся на пятках и уже хотел уходить, как вдруг... — Вот так встреча. — неожиданно перед обезьянкой возник человек. — Действительно. — ... — ... Затянувшееся молчание никто не собирался нарушать и Серебряный Волк явно не спешила уходить, смотря на него сверху вниз. Рассказчик начал волноваться, неужели он пялился слишком долго и теперь его неправильно поняли? Стоит ли объясниться, или это только усугубит его положение? — Некрасиво вот так из-под тишка за людьми следить, — подала голос Серебряный Волк. — Госпожа, — о нет, случилось то, о чём он предполагал — Вы всё не так поняли, разрешите объясниться... В ответ тишина. Это знак продолжать или остановиться? У Серебряного Волка лицо нечитаемое, сложно сказать. А если он своим ответом сделает только хуже? Так и ещё господина Эшвейла подставит. Молчание неприятно давило. Рассказчик не тот человек не то существо, что нервничает по каждому поводу, но здесь сердце пропустило пару лишних ударов, намекая взять отпуск. Тут стоит вопрос доверия и отношения к Эшвейлу со стороны третьих лиц, он не может проколоться... Вообще-то может, его не то что простят, а даже не затаят ни капли обиды или сомнения в нём, но Рассказчику от самого себя неприятно будет, поэтому надо постараться. Наконец, собравшись с мыслями, обезьянка открывает рот, как тут уголок рта Волка предательски дёргается. — А? Из рта Волка вырвался короткий смешок: — Пффф, прости, прости, не смогла удержаться. — Соизвольте объясниться. — Соизволю объясниться, тебя такой привелегии лишаю. Я знаю, что ты не подглядывал, просто, — улыбка так и не слезла с лица Волка, — мне это показалось забавным. Кто о чём. У кого моральная дилемма недопонимания, а у кого выбора между помучать Рассказчика молчанием или наездом. Что из этого забавнее, охотница, судя по всему, так и не решила. — ... — хвост вяло ударил по треснушему временем асфальту. Кажись, ему всё таки тоже надо лечь отдохнуть. Из такого пустяка катастрофу уровня легиона раздуть, ужас. Да и время позднее... — Больше так не делайте. — выдержано сказал Рассказчик. — Клянусь, это была единоразовая акция. — Ухмылка на лице геймерши, казалось, говорила об обратном. Серебряный Волк, конечно, не спец в том, чтобы определять по молчанию людей, что и как они чувствуют, но ей показалось что на обезьяньей морде отчётливо читался такой взгляд, словно если не убила, то уж точно ребёнка пнула. Рассказчик поспешил развернуться, чтоб уйти. Терпение и здоровые нервные клетки заканчивались, а ему за это даже не заплатили. Ладно Эшвейл, он — это он и, конечно же, он ему выплачивает всё до копейки, сроком в срок, какая бы не была финансовая ситуация. Тут заниматься самоистязанием он не намерен. — Погоди. У меня для вас очень важный разговор есть, — женский голос естественно смешался со звоном монет и писком автоматов. Рассказчик немного встрепенулся, готовясь к значимой информации. — Что за важный разговор? — Это я, честно говоря, приукрасила. Вопрос, вы сможете сегодня вечером со мной встретиться? Как и договаривались, я вам информацию, вы мне вопросы. Рассказчик долго смотрел на Серебряного Волка, прежде чем кивнул. — Беспроблем. Только мне надо это с Господином Эшвейлом обговорить. Почтальонного голубя он сыграет с удовольствием, если это обозначает скорое возвращение домой.

***

Он бы так и сделал, если бы звуковые колебания, бившие по височным долям, не перестали быть обычным набором нескладных частот, превратившись в едва распознаваемые звуковые образы. Значит, сон подходит к концу. Эшвейл с раздражением удержал у себя эту мысль и, спустя пару секунд осознания, что он полностью проснулся, распахнул дверцу холодильника. Сморщив глаза от необычно яркого света, Сыщик приоткрыл губы, выпуская облачко пара. — Доброй ночи. — Яркий свет наконец-то погас. В более приятной для глаз обстановке, Эшвейл принял положение полусидя и разглядел знакомый силуэт. — Рассказчик. Обезьянка прошла к столу комнаты, ставя на него какие-то пакеты. Проследив за тем, как Рассказчик вернулся обратно ко входу, забирая последний пакет у Шерстяк, которые, в свою очередь, с немалой долей любопытства заглядывали в щель двери, толкаясь и налезая друг на друга. Эшвейл с усталостью вселенского масштаба провёл рукой по лицу, смахивая остатки сонливости. Опершись рукой о покрытую кристаликами льда стенку, он, выпрямившись, поднялся и переступил ногами через холодильник, закрывая дверцу и садясь на край сверху. С рук посыпались осколки холода. Осмотревшись, он, помимо пакетов из родной круглосуточной сети доставок еды, с ужасом заметил рабочие бумаги. Ладони в отчаяние сами поднялись лодочкой закрыть лицо. Уперевшись локтями в колени, а ладонями в лицо, Эшвейл тихо промычал. — Я...М...Аааа, наверное, прежде всего будет спросить: По какому поводу ты меня разбудил? — Недовольство в голосе трудно было скрыть. Рассказчик и бровью не повёл на такой тон. — Серебряный Волк передала послание. — Что? — Эшвейл поднял голову и пару раз по-совинному моргнул. — Когда и как? Кажется, это новость его немного, но растормашила. — Я, — зевок, — как обычно вышел вечером на улицу и, перед тем как я решил развернуться домой, встретил Серебряного Волка в игровых автоматах. Там-то она и предложила встретиться. — Предложила. — Предложила, — привычно вторил Рассказчик. — То есть, — рука зачесала волосы назад, — точного согласования не было, а меня всё равно разбудили? — досада скрипела на зубах. — Абсолютно. — Хааа, услышал тебя. Просмотр мулитфильма придётся отложить. — Ты этот мультфильм столько раз пересмотрел, что мне уже кажется, ты используешь это как предлог отлынивать. — Не наговаривай на меня! — и добавил чуть тише — Не ценитель искусства. — Сказал детектив, отлынивая от большинства дел. — Эшвейлу невероятно повезло, что у Рассказчика не было привычки закатывать глаза. — Да-да, — Эшвейлу теперь были больше интересны пакеты с доставки, поэтому, встав, он направился к столу, пока Рассказчик открыл дверь и ушёл в соседнее помещение, где находилась ванная комната, давая детективу больше пространства. Просунув во внутреннюю часть перчатки левой руки большой палец протеза, Эшвейл стянул её, аккуратно укладывая в зону недосягаемости еды или крошек. В конце концов, белое тяжело отстирывается. Да, поэтому он в белом, именно так. Не спрашивайте. Три запакованные верхушки пакетов оказались в одной руке, пока другая рука придерживала сами упаковки. Одно нетерпеливое мгновенье и пакеты были порваны, а мусор был отброшен в угол стола. Ногой подцепив стул и подкатив к себе, Эшвейл привычно уселся в него. Хлеб с хладолососем, пропитавшийся маслом от ломтика жирной рыбы сверху, хорошо скользил по горлу большими кусками, исчезая в считанные минуты. Как только ломтик блюда попадал в рот, челюсть смыкалась, разрывая попавшую в рот еду на две или четыре части, которые тут же проглатывались, и челюсть размыкалась, запуская ещё одну порцию еды, пока солоноватый вкус, притуплённый хлебом, расплывался по языку. Пустой контейнер был отброшен. Салат из люцерны запихивался в рот с едва различимым промежутком в полторы секунды и только успевал что соусом марать губы, пропадая во рту. Цивилизованно насаживая на вилку каждый ингредиент, в голове настойчиво зудела мысль, что этого мало. Что ему нужно больше. Прикосновение Сирены было приготовлено настолько идеально и точно, что таяло во рту, размазываясь по полости движением языка. Физического насыщения почти не было, только ещё больший голод и желание. Но он это знал, что, сколько бы он ни стремился и ни старался, сколько бы ни пожирал, голод всегда будет его верным спутником. Поэтому его надо взять в узду. Каждый раз, когда он был близок к насыщению, потребность в еде повышалась вдвое. Чем он был ближе, тем дальше становился. Потому сейчас он так обжирается, только ради морального удовлетворения и эмоциональной стабильности. Без этого становилось затруднительно контролировать своё настроение, которое в такие моменты скачет от жуткого раздражения до тягуче-противной жадности, которая становится всё притягательнее и притягательнее, пока где-то на подкорке сознания сидит факт, откуси он больше, чем нужно, такого бы не случилось. Его природа хочет опрокинуть его в терновую пропасть дикости, пока звери будут заманчиво клацать пастями и рычать о благоговении. Эшвейлу в таких случаях всё тяжелее держаться в узде, пока правая рука, начиная с запястья, горит всё сильнее и сильнее. Ему и так с этим трудно. Две больших картошки фри с мороженым, что наполовину растояло, были друг за другом высыпаны в рот и проглочены, встав тяжёлым комком в горле. Поэтому, он предпочитает есть в компании с кем-то. Да, он не "может", а съест очень много, но аккуратно, подумалось Эшвейлу, пока тот нагнулся поднять с пола пару упавших картошен. И цивилизованно, сохраняя нормы приличия. Потому что жадность достигает пика, а ненасытность — кульминации. И чем больше он об этом думает, тем больше чрево просит ложного насыщения. Эшвейл, не брезгуя засунул в рот еду с пола и вытер рот тыльной стороной руки, скользя неповоротливым языком по ней и слизывая остатки мороженого. Как только Эшвейл стряхнул крошки с рук, он задумался; он не то чтобы уходил в какой-то внутренний мир, но был более сосредоточен над делом перед собой. Заметив телефон с висящим уведомлением, сыщик потянулся к влажным салфеткам, предплечьем придерживая упаковку, а чистым участком кожи на тыльной стороне запястья открыл её. Обтерев руки салфеткой, тщательно пройдя каждый палец и залезая под ногти, Эшвейл взял телефон и включил его. 1 Уведомление Раппа Дзёнин!! Ниндзя Хаоса пишет вам с просьбой встретит... Если Серебряный Волк планировала встретиться с ним утром или днём, то придётся её огорчить. У Эшвейла другие дела. Открыв мессенджер, Эшвейл ввёл контакты хакера с давно оставленного листочка. Во что он собирается вляпаться, сотрудничая с этим человеком? При вводе контакта вылезла весьма кричащая аватарка с фирменным знаком Серебряного Волка и кратким никнеймом: SW Ага, вообще непримечательный аккаунт для одного из самых разыскиваемых преступников. Открыв чат, Эшвейл быстро набросал расплывчатое сообщение:

Эшвейл

После второй половины дня.

01:02

Отключив телефон и положив его экраном вниз, Эшвейл встал со стула, сжал весь мусор, засунув контейнеры и бумажки в упаковочные пакеты, где стиснул их и отправил в мусорку. Что за человек нужен Серебряному Волку? И точно ли Крипт не попадал под это определение? — брови слегка подёргивались, выдавая размышления, которые настойчиво бились в сытой голове. — Определю по вопросам. К слову, как только он перестал следовать слепому чувству насыщения, желудочно-кишечный тракт перестал болезненно ныть, давая устойчивое подобие спокойствия. Как только голод перестаёт быть неосознанным, он становится топливом для утоления жажды и достижения собственной правды... В конце концов, ненасыстность в безумном котейле молотова с жадностью проявляется не только в потребносте потешить голод. За мором идёт причина, а за причиной вкус. Шерстяки уже активно разбежались кто куда после вчерашнего нагоняя, так что, выйдя и взяв полотенце, Эшвейл не увидел никого в офисе, кроме дремлющего Рассказчика на диване. Пройдя к шкафчикам офиса, детектив открыл их и достал оттуда одеяло с подушкой, которая явно удобнее диванной. Эти вещи остались от Нигилюксы на общее пользование, так что шерстяки против точно не будут. Одно из её лучших вложений, на которое она настойчиво трясла с него треть суммы: и со слезами и с сомнительными аргументами. Эшвейл долго отнекивался, пока в один момент она не скорчила лицо в благородной манере и, кладя рука на сердце, не предложила вычесть часть суммы с аренды. Фактически, это их общая покупка. Аккуратно приподняв голову своего друга, Эшвейл убрал одну подушку и подложил более мягкую, предварительно взбив её. Одеяло было сложено в два раза и легонько уложено сверху. Перед тем как уйти в ванную, Эшвейл пару раз разгладил неуходящие складки поверх Рассказчика. Ванная комната была оформлена в той же стилистике, что и весь остальной офис, и была тускло освещена тёплым светом. Большие кафельные плитки блестели от капель, оставленных прошлым посетителем. Межплиточные швы, некогда белые, стали чёрными за всё время их работы. Служили они, конечно, долго. А вот светло-серую краску на стенах недавно обновляли, положив её без проплешин. Ужасное время было, ему приходилось отнимать ещё пару десятков минут от заветного сна, чтобы сходить в общественную баню. Остановил его от законсервирования в холодильнике до лучших времён только Рассказчик. Обойдя унитаз, Эшвейл подошёл к раковине и повернул кран на обозначение температуры еле живой воды. Полотенце было оставлено на стойке рядом. Металлические пальцы полоснули по керамической поверхности, издав резкий звук. Плеснув себе на лицо холодной жидкостью, Эшвейл промыл глаза от сна, черпул воды и стал промывать рот после еды, гоняя воду из одной стороны в другую, после полоская горло. Выплюнув, Эшвейл сделал ещё один контрольный заход промывания рта, смывая едва ощутимый вкус, оставшийся на рецепторах. Глаза уставились на отражение в зеркале перед собой. Там, вдоль губ и заходя на носогубку, засох соус. Блин — Эшвейл разочаровано моргнул, понимая, что не достаёт языком до всего участка грязной кожи. Он думал что вытер всё. Опустив большой палец под струю воды, детектив стал отмывать пятнышко на лице. Почти закончив с лицом, Эшвейл с зубной щёткой во рту стал расстёгивать жилет на себе, позволяя развязанным бантикам струиться по рабочей руке. Пальто он оставил в комнате, ботинки стянул, пока умывался, а шляпу забыл в холодильнике. Жилетка была аккуратно повешена на стойку сбоку раковины. Оставшись в полупрозрачной водолазке, Эшвейл схватился за ремень, расстёгивая его. Когда бляжка с размаху щёлкнула по раковине, издав неприятный звук, сыщик мысленно поморщился: скрежет протеза звучал более привычно. Пояс, который нужно были только стянуть, остался висеть, пока дететив принялся расстёгивать брюки, ширинку и пуговицу. Стащив ремень, брюки с помощью Эонов держались на бедренных косточках, но недолго: одной рукой Эшвейл уложил его на стойку рядом, другой потянул штаны вниз, вытаскивая поочерёдно хрустящие в суставах ноги. Следом ушла полупрозрачная водолазка, которую детектив стягивал со слёзной надеждой не порвать её об распятие на его руке. Стянутое нижнее бельё по упругим ягодицам и крепким бёдрам было уложено на вторую полку стойки. Сплюнув зубную пасту и встав под слегка тёплую воду душа, Эшвейл потянулся к кранику и провернул его на максимум. Его тут же окатило ледяной водой — Хааа... Это был вздох облегчения и свежести.

***

Закончив мыться, Эшвейл провернул кран и отключил воду, одновременно с тем собирая густые волосы в кулак, намереваясь их отжать от излишков жидкости. Отодвинув шторку, освежившийся детектив ступил одной ногой на плитку, чувствуя себя прекрасно. Он по-прежнему не ответил Раппе, но уже знал ответ на её просьбу. Да и смысл ей писать в такое время, с её звуком уведомлений на телефоне, она подскочила бы за пару секунд из-за этого. Так что детектив решил не мешать её сну. По крайней мере, как он думал и надеялся. Вытаскивая вторую ногу из ванной, та скользнула по плитке, утягивая за собой тело. Падая назад, Эшвейл рефлекторно попытался найти опору, одной рукой вцепившись до боли в ванную, другой потянувшись назад к стенке, с которой должен был встретиться его затылок. Рефлексы — хорошие, реализация их — не очень. Вторая рука соскользнула по мокрой стенке, неминуя удар, пока пальцы скреблись по поверхности. Ноги пытались найти уверенную точку опоры. И нашли, параллельно наступив на ванную шторку и таща её на себя. Затылок ударился о стенку с глухим звуком и тихим шипением от Эшвейла. Сразу за этим ударом последовал следующий, в виде штанги со шторой. Хотя бы он спас спину, удержавшись на ногах и руке. — Какой *ругается по-ренджерски* *ругается по-ренджерски* коврик. Едва опять не подскользнувшись и не сев на шпагат, Эшвейл задвинул раздвинувшиеся по мокрому полу ноги и выпрямился, оперевшись на ванную сзади. Нахмуренные брови подёргивались в раздражении. Он далеко не в том возрасте, чтобы так изворачиваться. Вдох, выдох. Нет, он не будет портить себе начало дня бессмысленным раздражением. Или, правильнее сказать начало ночи? Подняв лежавшую на полу штангу со шторкой с показательным щелчком в спине, которая, когда ударила его по голове, скатилась по телу на кафельный пол. Эшвейл закрепил её обратно и расправил. Мягкое полотенце прошлось по телу, вытирая блестящие в тускло свете остатки капель, от большинства которых благородно избавилась ванная шторка. Осталось самое геморное — волосы. Они длинные и достаточно густые, из-за чего, чтобы не ходить как плешивая и мокрая собака, приходится тратить много времени, обтирая их. Феном пользоваться тоже утомительно, поэтому основную часть влаги он по возможности убирает, а дальше они сами высыхают. Поэтому он поднимается с плешивой собаки, до побитой, со слов Рассказчика. Натягивая водолазку, Эшвейл потянул её вниз, расправляя от груди. Ремень он решил надеть на выходе из офиса, поэтому просто застегнул пуговицу и ширинку. Полотенце было накинуто на плечи, а поверх него волосы, чтобы влага стекала по мохровой ткани, а не по одежде. Взяв в руки пиджак и ремень, детектив тихо открыл дверь, помня, что там спит Рассказчик. Одновременно этому он поднял край полотенца протезом и начал вытирать воду из ушей, наклоняя голову в стороны, пока рукой разминал чуть не пострадавшую поясницу. Оставляя босыми ногами дорожку мокрых следов за собой, которые потом превратятся в разводы, Эшвейл зашёл в офис и, прежде чем закрыть дверь, посмотрел на спящего. Он надеется, Рассказчику снится что-то хорошее, несмотря на нахмуренное подобие бровей обезьянки. То, что ему снилась тёплая, весенняя прогулка с Поэтом и Музыкантом, на которой на них выбежал банан с громким глухим звуком удара и матами, Рассказчик потом обьяснит с особым огорчением и обязательно пожалуется на то, как Двумерния с меметическим вирусом повлияли на его сны. Как только дверь закрылась, Эшвейл сложил одежду из рук на стол и взял с него распечатанные бумаги. Важно подметить отсортированные бумаги. Личное добавление от Серебряного Волка позорно лежало в углу. Сверху одиноко лежала карта памяти. Присев на стул, детектив начал вспоминать прочитанное и ещё раз сверяться с информацией на документах. То, что охотница ему передала, являлось файлом, взятым из сетей базы кмм. "Слишком много воды и лишней, повторяющейся информации". Эшвейл перевернул страницу. "Чего и следовало ожидать. Охотница явно не приподнесла бы всё на блюдечке с голубой каёмочкой" "Из главных моментов: Человек; зовут Долл; пол: Мужской; в возрасте от 26 до 40, если брать не долгожителей; скорее всего слепой ИЛИ имеет какую-то особенность глаз; работает в нише кмм; строгий приверженец правил; работает в отделе маркетинга...." Детектив прислушался к глухому звуку за дверью и отложил документы. "... Отчёт был сделан из звёздной системы Эдо, 245 системных часов назад". В полумраке тихо открылась дверь, скрипя, а через неё прошёл, маленький неуклюжий силуэт из-за сна. — А, это ты дружище. Рассказчик сонно проморгался, волоча за собой одеяло. Кто же ещё? — Нам нужно смащать — зевок, — петли. — Надо. — подтвердил Эшвейл. Затащив одеяло в комнату, обезьянка направилась к холодильнику, запрыгивая на него, пока плед тяжело тянул его вниз. Эшвейл полубоком повернулся к своему другу. Комично балансируя на краю, Рассказчик устоял и подтянул к себе пушистую ткань, сложив её пополам в меру сил. Присев, сначала Рассказчик повернулся к детективу с немым вопросом, потом уже со звучным. — О чём задумался? — Да так... — детектив приложил руку к подбородку — ни о чём. Спустя мгновение Эшвейл добавил: — Вру. Я же должен Раппе ответить. Подняв лежащий стеклом вниз телефон, Эшвейл включил его, в глаза ударил яркий свет. Прищуриваясь, детектив пытался вспомнить, где находится настройка яркости. Успешно забыв, он оставил глазам, на которые накатили слёзы, самим привыкать к такой перемене света. В мессренджере второй строчкой висела Раппа. Нажав на чат, ему высветилось сообщение. Раппа, лучший межгалактический Ниндзя! Дзёнин!!! Ниндзя Хаоса пишет вам с просьбой встретиться, пока она тут пробегом в своём славном пути. [Радостный смайлик со сзвёздочками] 03:37

Эшвейл, лучший детектив!

Привет, Раппа. Беспроблем! Во сколько устроит?

04:33

Спустя минуты три, когда ответа не пришло, а под никнеймом не появилась надпись "в сети", Эшвейл отложил телефон. Почувствовав, что полотенце пропиталось влагой, детектив снял его, повесив на батарею за столом. Потрогав макушку, Эшвейл почувствовал, что она почти полностью высохла. Потому он встал и направился к холодильнику, одной рукой Эшвейл взяв Рассказчика с пледом, а другой открывая дверцу и доставая шляпу. Закрыв, он присел сверху и уложил обезьянку обратно. — Хочу остаться полежать, — прокручивая шляпу в руках, ворчливо пробурчал Эшвейл. — Поспать, ты имел в виду. — Да. — Сыщик драматично облокотился на стену, намереваясь быстрее покончить с делом и залечь спать. В полумраке комнаты раздался звук пришедшего уведомления. — Эх. — Эшвейл тяжело поднялся, пустил мысленную слезу и с ожиданием взял телефон, но, удивившись, он увидел сообщение не того человека, что должен был ответить. Серебряный Волк, лучший геймер. Ок. Во сколько? 04:46

Эшвейл, единственный в своём роде сыщик.

В 20:30.

04:47

Палец застыл над отправкой сообщения.

Эшвейл, единственный в своём роде Сыщик.

В 20:30.

У ресторана "Вок-Н-Волл".

04:49

Серебряный Волк, лучший геймер. Ок. 04:49 Эшвейл выключил экран и отложил телефон, задумчиво смотря в стену и складывая руки на груди. — Не хватает только курительной трубки как у Меркатор, подумалось сыщику для пущего эффекта. Прошло достаточно времени, чтобы Рассказчик уснул, но Эшвейл так и не сдвинулся с места и не поменял позу. Увидь кто-то, подумал бы: "ах, какая выдержка", но пока так думал только сам Эшвейл. Большинство бы ужаснулось такой пугающей непоколебимости. Дзынь-дзынь. Эшвейл шорохнулся. Пришло уведомление. Подняв телефон и выключив его, на глазах опять навернулись слёзы от яркости. Чёрт, он забыл. Раппа, НИНДЗЯ ХАОСА!!! Хм Давайте в 07:00 Я как раз пока осмотреть здесь до конца Синоби здесь очень интересные, и я собираюсь расспросить об их ниндзюцу. Эшвейл стёр написанное сообщение "Хорошо"... Это ведь молодёжно? Пересилив себя, он отправил написанное.

Эшвейл, Эшверлок Холмс.

Оки-доки.

05:47

Молодёжно, да?.. Раппа, НИНДЗЯ ХАОСА!!!!!!!! [Испуганный смайлик] 05:48 Современно... — Нет, Господин Эшвейл. Так сейчас молодёжь не общается. Сыщик недопонимающе возмущённо развернулся. — Что? Почему? Эшвейл искренне считал, что хорошо справился со своей задачей и понял современный слог общения. Не помогало и то, что начали приходить уведомления, написанные Серебряным Волком: "АХАХАХАХ" — Повезло, что охотница этого позора не увидела. — Я так не подумал. — Детектив лаже не взглянул в сторону своего друга. — Я знаю. — Рассказчик удобно устроился у стены. Смахнув уведомления от Серебряного Волка, Эшвейл решил отложить ответ на потом и пошёл собираться, наблюдая почти цифру 6 на часах. Детектив взял со стола ремень и протянул его через брюки. Механическим движением быстро вытянув край через бляжку, та больно ударила, встретившись с тазобедренной косточкой. Оттуда же взяв жакет, он надел его, немного с трудом застёгивая под грудью. Плащ, что висел на спинке стула и по которому он, оказывается, проехался, тоже был надет и аккуратно поправлен. Для завершения образа оставалась одна деталь. Эшвейл взял из протянутой руки Рассказчика шляпу и надел. Готово. Время выходить. Надавив ручку двери, детектив был готов уже выбегать, как кто-то его окликнул... — Господин Эшвейл! Обувь. Ах. Да. Стуча каблуком по асфальту, Эшвейл направлялся на место встречи. Время на часах показывало 06:23. Поскольку сон Рассказчика перебили и он, скрипя сердцем, больше не уснул, тот отправился с Эшвейлом. Им двоим надо бы хорошо отоспаться. Улицы вовсю гудели, возвращая типичную утреннюю рутину. Свет в окнах гас, когда владельцы покидали дома и квартиры, не желая накручивать больший счётчик, чем он есть. Ритмичный стук каблуков весьма гармонично добавлял аккомпанемента ранней суете. Пока ранние воробьи из Центра только-только посыпались, встречая новый день, большая часть Района Голубиного Ручья ещё даже не собиралась, дико дожидаясь своей наживы, как совы. Умиротворённо. Как хорошо. Однако симфония была нарушена по вине Эшвейла. Она была нарушена отсутствием цоканья каблуков и назойливой мыслью: "Я не договорился с Раппой о месте встречи". Рассказчик вопросительно посмотрел на детектива, пока тот быстро доставал телефон и быстро бил пальцами руки по клавиатуре телефона.

Эшвейл, и детектив, и сыщик, и пап, и нянь.

Раппа, ты где?

06:27

Эшвейлу не хотелось бездумно скитаться по Двумернии, точно не сегодня. Поэтому он решил подождать посреди улицы, иногда терпеливо топая носком левого ботинка по асфальту. Раппа, скоро ИЛИ уже тюнин! Босс, уже наверном пути, обхожу академию. 06:27 Обхожу? Раппа, скоро ИЛИ уже тюнин! Босс, уже наверном пути обхожу академию. 06:27 Здесь, в отличие от Пенаконийского додзё не водятся злые духи. Или я их не чувствую. В любом случае мера предосторожности не помешает [Смайл] Но любое зло не пройдёт, пока здесь ниндзя идёт. 06:31

Эшвейл, и детектив, и сыщик, и пап и нянь.

Понятно-понятно. Я верю в тебя и уверен, что никакой злой дух не пискнет лишний раз рядом с тобой.

06:31

Раппа, скоро ИЛИ уже тюнин! Плохо. Как же я тогда уничтожу их... 06:33

Эшвейл, и детектив, и сыщик, и пап и нянь.

Не волнуйся, не пискнет, значит и вдохнуть не успеет, как ты его настигнешь.

06:34

Раппа, скоро ИЛИ уже тюнин! [Радостный стикер] 06:34

Эшвейл, и детектив, и сыщик, и пап и нянь.

Встретимся на Безымянном мосту. Хорошо?

06:35

Поставленная реакция "ОК" на его сообщение означала, как предположил детектив, что она согласна. Движение было возобновлено. Однако кто-то спустя небольшое количество времени начал настойчиво названивать. Эй, ему оставалось меньше 10 минут пути до выхода из Района Голубиного Ручья. Подняв телефон, Эшвейл увидел знакомую надпись и тут же поднял трубку, замедлив шаг. — Да, Умбраль? — это существо явно знало, кому звонит, так что Эшвейл опустил нужду представиться. Информатор точно звонил по делу. — Эшвейл, есть свободная минутка встретиться? — голос на линии звучал напряжённо. — Сейчас нет. В чём дело? — вот и надо же было каждой живой душе вспомнить о его существовании сегодня, чёрт. — Это по поводу вашего сотрудничества с... Как бы сказать. — Недавнего? — Сыщик повёл взгляд на Рассказчика. — Да-да. Умбраль явно чего-то опасался, поэтому Эшвейл решил подыграть. — Слушай, может, я уже параною, но я хочу встретиться с тобой лично, — теперь детектив различил нотки сомнения в голосе собеседника. — Хорошо. В 17:50 на соседней улице Безымянного моста подойдёт? — Да. Прежде чем телефонный разговор был завершён, Эшвейл спросил: — Умбраль, всё в порядке? — За это не стоит переживать, Эшвейл. Всё в порядке, — и адвокат сбросил вызов. Потупив взгляд, Эшвейл остановился. — Сыщик задумался, действительно всё ли хорошо у адвоката или это он так жути нагнал? В голове начали проворачиваться возможные варианты того, что хотел сказать информатор. — Сотрудничество... Господин Рассказчик, это ведь про Серебряного Волка? — Очевидно, что да. Ты ещё какие-то временные союзы заключил? — Поняв, что это был риторический вопрос, сыщик решил промолчать. — Когда сыщик выдвинулся в путь, в голове метались множества мыслей, забивая её. 7 минут до моста. "Сейчас не время" — Подумал сыщик. "Зная его, если бы случилось что-то, что подвергало Умбраля опасности, он бы сказал. Да и он парень матёрый, может за себя постоять." 5 минут до моста. — Если бы охотница за стелларонами сделала что-то вопиющее, что выходило за рамки их сотрудничества и даже нарушало, Умраль сказал бы это по телефону, даже не смотря на свои предостережения. 2 минуты до моста. — Соответственно, это не то, о чём он может переживать, не покладая мыслей. 50 секунд до моста. — Посмотрев в сторону, где обычно находится адвокат, сыщик подумал, где-то там, под знанием одного человека, бабочка вьёт кокон. И если вовремя её не прибить, она вызовет бурю непредсказуемых событий. Эшвейл приметил в далеке знакомую красную кепку с рожками и прямые розовые волосы, свисающие хвостом ниже поясницы. — Закончив свои размышления забитым графиком, детектив сдержал стон раздражения. Ниндзя тоже заметила его, когда он оказался в пределах 7 метров. Раппа повернулась, увидела его и просияла, активно замахав рукой, в которой находится телефон. Эшвейл улыбнулся и поднял руку в ответ в знак приветствия. — Ниндзя-Дзёнин, — Раппа слегка поклонилась. — Давай, — Эшвейл думал, как бы сформировать предложение для Раппы. — Давай без формальностей, хорошо, Раппа? — Хорошо, Гайре Хромой Волк. — Сыщик вздохнул, сколько не на звание, а на тяжесть смертного тела и доказательством тому была трость. Раппа весело улыбнулась комментарию, сверкнув зубами. — Самая лучшая деловая встреча ниндзя за набиранием энергии. — Пойдём.— Эшвейл согласно кивнул. То ли Раппа подстроилась под слишком широкий шаг для неё, то ли Эшвейл замедлился. Они шли ногу в ногу. — Знаете, знаешь, здесь такое интересное ниндзюцу, — Раппа активно жестикулировала руками — и духи необычные. Но добрые. Даже несмотря на то, что моё суперзрение ниндзя увидело разницу между духами и Двумернией, мозгу потребовалось больше 9-ти целых секунд. Это показывает то, насколько удивительное это место. У Эшвейла уголки губ дрогнули, норовясь расплыться в улыбку, пока он слушал Раппу, повернувшись вполоборота головой. — Хотя сыщик мало привязан к общей атмосфере, будь то праздник или дождливый пасмурный день, на него это не влияет, лишь добавляет ему пафоса для сцен. Безразраницы, будничных или детективных. Но он привязан к людям. И именно они давали этим сценам краски, росой опадая теплотой на сердце и согревая его. Рассказчик тихонько добавлял описания, не желая нарушать идиллию. Именно благодаря ему и атмосфере, создавалась обыденная сцена из сёнэн-манги. "Именно так бы оценила эту картину Нигилюкса", — подумалось Рассказчику. —... Да. А потом со мной заговорил мост, и я поняла что к чему. А рядом с мостом проворачивалась сцена того, как синоби спорили о Меркатор и Векс. Судя по всему, они являлись враждующими последователями. Меня тоже втянули, но я, как рассудительный ниндзя, осталась на нейтральной позиции, — Раппа так и сочилась тёплой гордостью, почти ослепляя. — В следующий раз, если попадёшь в такую ситуацию, говори уверенно, что Меркатор лучше. — Детектив ответил в той же манере. Раппа увереренно кивнула. — Хорошо! Если Гайре Хромой Волк так считает, то я доверюсь ему. — Весьма сомнительно и безрассудно в таких делах доверять этому ленивому сыщику. — вздохнул Рассказчик. — Опять-таки, не ценитель искусства. И да, — Эшвейл остановился. — Раппа, можешь понизить меня в ранге в обращении? Развернувшись на каблуках, Раппа протестующе посмотрела. — Я не могу, это будет самым большим неуважением из возможных. Истинные ниндзя не может позволить себе упасть в этикете. — Скажем так, я практикую некоторое, мм, ниндзюцу, и сейчас, — Эшвейл заговорчески приложил палец к губам, — я обычный ниндзя-детектив. Улыбнувшись, Эшвейл добавил: — Только между нами. Справишься с этой задачей, ниндзя Хаоса? — О, — раздался звук озаренния. Раппа сложила руки печатью. — Я более чем справлюсь с этой задачей, Дзёнин! Я обязательно познаю часть этого ниндзюцу. До Вок-Н-Ролла осталось пару метров. Они прошли в убаюкивающей тишине. — Здравствуйте. — Здравствуйте, у вас уже есть бронь или вы планируете зарезервировать столик сейчас? — Сейчас, до, — Эшвейл поднял руку, на часах показывало 09:59, — до часу. — Конечно. В такую рань много свободных мест. Вас будет только два человека? Раппа кивнула. — Отлично, вот место у окна, думаю, вам вполне подойдёт. Усевшись, ниндзя сразу взяла меню. Эшвейл, сидя распластавшись на диване, лениво бросил: — Заказывай что хочешь. — Увидев кивок, он прикрыл глаза. Здесь приятные цены. Но Раппа в любом случае должна ему будет на следующей встрече! — Детектив опустил голову — Если та случится. — После Пенаконии здесь всё так обычно. У тебя есть рекомендации? — Раппа подняла глаза на Эшвейла, которые единственные виднелись за меню. — Прикосновение Сирены. — сложив руки на груди и не открывая глаз, сказал Эшвейл. — Ага-ага, увидела. — Ниндзя придержала страницу, продолжая пролистывать остальную часть меню. Спустя 10 умиротворённых минут подошёл официант, которого детектив услышал ещё при тихом, как у мыши, выходе из подсобки. — Здравствуйте, меня зовут Корл, я буду вашим официантом на сегодня. Готовы сделать заказ? — Корл щёкнул ручкой. ... ... Молчание затянулось, но Эшвейл слишком удобно устроился, чтобы проверять, что случилось. — Все только и ждут безалаберного сыщика. Эшвейл приоткрыл глаза и сквозь официантелену поступающего сна и длинные ресницы увидел смотрящую на него с ожиданием Раппу и официанта с блокнотом в руках. Рассказчика он услышал сбоку от себя. — Мне тоже самое, что и девушке передо мной. — Ему всегда нравился этот официант. Он не мог не уважать его выбор в бумажных носителях — детектив тоже предпочитал их. — Хорошо, — официант повернулся к розоволосой даме. — Готовы сделать заказ? — Да. Мне два вок-н-ролла, два Прикосновение Сирены, три бургера и два литра лимонада. — А десерт? — поинтересовался Рассказчик. — И мороженое, шесть шариков! — Раппа подняла руку, высоко задрав указательный палец. Официант усердно порхал ручкой по бумаге. — Разрешите повторить: два вок-н-ролла, два Прикосновения Сирены, три бургера и два литра лимонада. По поводу лимонада, какой вы будете? — Ручка защёлкнулась. Раппа уткнулась в меню, не зная что ответить. Смотря на скорченное лицо ниндзя, которое всем видом говорило, что оно решает дилему всемирного масштаба, Эшвейл сжалился и решил помочь. — Яблоко, апельсин и клубничный топпинг. — Да. Вот именно его и возьмём. — Раппа повернулась к детективу и шёпотом спросила — А он вкусный? Не то, чтобы я сомневалась, но когда поступки громче слов, а когда слово весомее дел... — Мудро сказано. — Эшвейл кивнул. — Конечно для тебя мудро сказано, ты любишь использовать похожие метафоры и цитаты где непоподя. — Рассказчик неудивленно поправил его. — В целом, он неплохой. Я бы даже сказал хороший. — Хорошо. Надо снова повторить заказ? — Ручка повисла на нагрудном кармане. — Нет нужды. И официант удалился. — Значит, говоришь на Пенаконии были? — Детектив перевёл провожающий взгляд с Корла на Раппу. — Да. Злые духи заполонили планету синоби, как только я это почувствовала, сразу отправилась туда. Там был Асура Серебряная Пуля и я попросила его о помощи в разведке. — Раппа кивнула. — И Бутхилл тоже? — Как только мы добрались до главного злого духа того места, мы намереваясь заставить его рассказать где находится Злой Ниндзя Осару не брезгуя никакими способами, но... — детектив физическим ощущал нарастающую злость. Не разочарование, это главное. Раппа нахмурилась и опустила лицо: — Тот сбежал. Эшвейл сжал челюсть. Противное вязкое чувство начало распространятся от центра груди, захватывая каждую клеточку тела. Это было не из-за тихой ярости Раппы. Это был его собственный гнев. Если бы они только раньше добрались до него и прикончили... Нет, здесь нет место сожалениям, что случилось, то прошло. Это лишь означает, что сколько бы он не прятался, сколько бы не сеял хаоса и не использовал результаты своих экспериментов как пушечное мясо, ему никуда не деться от пули возмездия. Факт того, что Примитив чувствует угрозу и поджимает хвост, как падаль, убегая в страхе, оседал приятным грузом. Вот оно, месть и воздание по справедливости, лучшее блюдо из возможных. Доктор Примитив умрёт, неважно как, неважно где и когда. Будут ли они разбирать его по кусочкам, пока он не сможет бежать, или поймают за раз. Заставят вопить от боли или молча сдерживать крик, давкя поддасться собственным остатком гордости. Но и её они его лишат. То, что они идут по пятам Примитива, заставляя лишний раз оборачиваться, и позволяя ему это чувствовать, является только началом всего акта. Является только прелюдией. И видит Лань, он встретит свою кончину особенно мучительно. — Не волнуйся. Ниндзя подняла глаза на Эшвейла, когда тот выпрямился из позы полулёжа. Спина у Раппы выпрямилась по струне, а мышцы напряглись натянутой тетивой, в вечной готовности нанести удар и выстрелить. Она параллельно перенесла и скопировала позу Эшвейла расправляя плечи. Если Раппа и заметила напряжённые жевалки собеседника напротив, то никак на это не отрегиагировала и ничего не сказала. — Твоя охота приближается к завершению. Наша. Доктор Примитив успел много дел натворить и погубить жизней. Есть много людей, которые готовы вскрыть ему глотку и упиться, нет не кровью, её они побрезгуют, а страданиями этого существа. Неважно как Раппа завершит свою охоту, он поддержит любое её решение. У Раппы в глазах играли искры, готовые раскалиться до сухого лесного огня. А самое главное, в них горели жизнь и желание жить. Когда ниндзя отвернула голову от детектива, посмотрев в окно, Эшвейл вернулся к прежней позе, распластавшись полу-силя по дивану. И, сколько не уснул, сколько в полудрёме лежал. — Кого я вижу? Заносчивого детектива и какую-то классную девчонку! Какими судьбами? Или уснул. Потому что когда он засыпал, Искры совершенно точно не было здесь — Не думала, что с этим сыщиком хоть кто-то согласиться в ресторан сходить. На старости лет решил личную жизнь наладить? — Эшвейл услышал, как Искра облокотилась о стол. — Приятно познакомиться, я Ниндзя Хаоса! Я видела тебя по интернету, ты ведь Ниндзя-стримерша, да? Я следую за тобой с тех пор как ступила на Двумернию. — Раппа слегка поклонилась. Искра перекосила лицо и резко вздёрнула руками, которые пару мгновений назад были на деревянной поверхности, в защитном жесте: — Следуешь?... Рассказчик, сидя сбоку от Эшвейла, решил попробовать поработать переводчиком. Что-что, а у него есть какое-то понимание людей, хоть и не таких, как Раппа. — Ниндзя Хаоса говорит, что подписана на тебя и следит за твоим контентом. Искра расслабилась и напущенно приняла позу, красуясь. — В таком случае, приятно познакомиться! Ниндзя-стримерша говоришь? Мне нравится~♡ Искра вновь подошла к столу. — В таком случае я не против посидеть и пообщаться со своим фанатом, что скажешь? — Подмигнув, Искра намекнула на свободные места. Эшвейла вдруг поклонило в бок, заставляя разложиться по всему дивану. Ох уж эта сила гравитации. — Больно и хотелось садиться к тебе — тихо пробубнила стримерша, когда та получила кивок от Раппы. — Очень жаль — особенно подчёркивая эти слова, сказала Искра — что я не могу сесть напротив фаната и пообщаться напротив друг друга! — Ты можешь присесть рядом. — Ниндзя подвинулась. — Да, спасибо Ниндзя Хаоса. Я не надолго, сама понимаешь, фанаты не ждут. — Точно! У тебя же много последователей синоби. Садясь, Искра пару раз кивнула. — Да-да. И я люблю каждого из них. И мне очень греет сердце, что ты одна из них. Искра повернулась в полоборта к Раппе. — Может и вправду провести стрим с тематикой ниндзя, м? Раппа вопросительно моргнула. — Слушай, как ты смотришь на совместную коллабарацию. Смотря на тебя, я так и заискрилась желанием провести стрим в стиле ниндзя. Не хочешь побыть поим наставником в этом деле?~♡ Вдруг Эшвейл подал голос. — Без всяких выкрутасов. Он более чем знал, что в случае чего, Раппа справится и без него очень хорошо. Но он не смог сдержать настойчивое желание сделать предостережение Искре от собственного лица. — Эй, — Искра взорвалась — не выставляй меня безбожным злодеем! Тем более перед фанатами. Не слушай его. Искра шикнула на него шёпотом: — Уж точно это говорить не человеку, что вместо звонка по телефону, использует личные встречи и неуместно разбрасывается пафосными речами. Взяв Раппу за руки, Иска ожидающе уставилась на ниндзя. — Так что? Что думаешь? — Конечно, — Раппа в ответ энергично сжала ладони Искры — Я, если к тому моменту по-прежнему буду на Двумерии, с большой честью приму это предложение! — Нидзя убегает в скором времени? Ох, очень жаль. — Мимика Искры активно показывала искреннее разочарование. —Обменяемся контактами данными, чтобы мы могли списаться? — Да! С почестью приду и радостно уйду. Ведь даже не попав, страстно помогу удрав. Ведь даже удав, в сеть попав, не сможет сбежать, и одобрения не дать. На долю секунды на лице Искры пробежало настолько огромное недопонимание, что стало смешно. — Оооо, ты такая милая. И твоя... особенность тоже. Так необычно~♡ — Это мантра на удачу — сложив руки печатью, гордо сказала Раппа. — Ваш заказ. — официант принёс два подноса, на котором аппетитно дымились и два вок-н-рола и лежали два Прикосновения Сирены, три бургера и Два литра лимонада. — Ой, ниндзя-стримерша, мы ведь уже сделали заказ. Официант стоял в недоумении: — Разве столик был взят не на двух человек?... Встав из положения лёжа, Эшвейл нахмурился, а Раппа, заметив куда падает его взгляд, сделала тоже самое. Почему им принесли одну порцию? Как отрывая от души, Раппа пододвинула к Эшвейлу порцию вок-н-ролла чуть поменьше. Детектив благодарно кивнул, безмовлно произнося, что они закажут ещё. — На двух, на двух. Я уже ухожу! Запишите весь чек этих господ на счёт великолепной Искры. — она повернулась к Раппе — ты очень порадовала меня дорогуша, спасибо. Вставая, Искра посмотрела принесёный лимонад и будто бы что-то вспомнила. — Яблоко, апельсин и клубничный топпинг? Какая безвкусица. — Искра посмотрела на Раппу — Ниндзя! Посвящаю тебя: самый вкусный лимонад в этом заведение Бросок Ягод. Недавно мне порекомендовала моя, нет, наша общая подруга с детективом. — подчеркнула стримерша. — Она-то знает толк во вкусе. И, подмигнув на последок, Искра ушла.