Сияй ярче солнца

***

      — Илья, это что было? Этот прокат совсем никуда не годится. Скажи спасибо, что команда не подвела и вытянула все! Так бы не было у тебя олимпийского золота - отец был очень зол, ведь по его мнению Бог Квадов мог лучше откатать в команднике. - Ты обязан получить еще одно золото, но уже за самого себя. Жду тебя завтра на тренировке в 7 утра, у нас мало времени до твоей короткой программы. А в произвольной ты обязан показать 7 четверных, и обязательно должен быть четверной аксель.        Отец просто ушел, захлопнув за собой дверь, не дав даже ничего сказать Малинину. А нужно ли вообще хоть что-то говорить? Разве его бы послушали?       Илья просто остался стоять в коридоре своего номера. На шее висела золотая олимпийская медаль, которая, если честно, не очень и нужна была ему. Ему - нет, а вот родителям и стране - да.        Посмотрев на эту безделушку, он ее снял и кинул на кровать. Единственное что ему хотелось, чтобы от него просто отстали.        «What should I do to get them to leave me alone?» - проносилось в голове у светловолосого парня, ведь ему правда было интересно, когда от него отстанут. Вот выиграет он Олимпиаду в личном зачете, а дальше что? А дальше родители заставят его готовиться к следующим олимпиадам, чтобы стать, как Йиллис Графстрём, который единственный Трехкратный Олимпийский чемпион в мужском одиночном катании в США.       А хоть кто-то спросил, что хочет именно Он? Илья любил фигурное катание, но не когда оно превращалось в погоню за всеми медалями мира, чтобы доказать, что он лучший. Ему нравилось выполнять прыжки, катать под музыку и удивлять немного своих фанатов, но точно не медаль его волновала.       Фигурист направился в душевую, чтобы просто умыться, ведь мысли в голове уже пустались и немного убивали его изнутри.        «Why doesn't anyone love me for just being me? Why do I have to earn their love?» - эта мысль проносилась каждый раз после соревнований, а особенно, когда отец каждый раз его отчитывал после проката, даже если он завоевал золото.         Умыв свое лицо, парень посмотрел на себя в зеркало. На него смотрели пустые глаза, которые кричали: «Пожалуйста, оставьте меня в покое»       Илья включил самую холодную воду, и вновь наклонившись он брызнул себе в лицо воду. Он делал это очень много раз, в надежде, что у него исчезнут мысли, и что почувствует себя живым, что его отрезвит эта вода.       Когда даже уже волосы намокли, он остановился. Оперевшись двумя руками о раковину, он стоял и смотрел, как течет вода из крана.       «Я устал»       Он понимал, что дальше у него будет короткая программа, и он обязан откатать ее чисто. Он обязан сделать свой максимум, а для отца лучше, если он сделает даже что-то невозможное.       «Jump пятерной аксель?» - усмехнувшись от этой мысли, Илья выключил воду. В голове была мешанина из мыслей на русском и на английском. Хоть Малинин и был американцем, но в семье они всегда разговаривали на русском языке, из-за этого часто в стрессовых ситуациях его мозг не понимал, на каком языке думать, и это все просто смешивалось.        Время было уже позднее, но спать совсем не хотелось. У светловолосого уже давно была бессонница: он не мог уснуть, но и рано просыпался, даже если ему хотелось спать.       Не в силах больше находиться в помещении, в котором казалось уже совсем не хватает воздуха, Малинин выходит из душевой, надевает куртку и открывает аккуратно дверь из номера. Выглянув в коридор, он осмотрелся, чтобы никого не было, ведь если его заметят, то это передадут отцу, который точно опять сделает ему выговор, ведь у спортсмена должен быть режим. Хоть Илья и говорил, что у него проблемы со сном, отец считал, что фигурист значит не так уж и сильно устает на тренировках, раз он не может отрубиться после тренировки. И после этого тренировки стали еще тяжелее, но Малинин так и не смог быстро засыпать. Он просто лежал и смотрел в потолок, а закрыв глаза, он видел только пустоту: никаких ярких снов, где фигурист счастлив. А даже и если видел какой-то сон, то это был какой-нибудь кошмар. Может из-за этого ему не хотелось спать, чтобы не попасть в ужастик из своих мыслей, который реализуется постоянно во сне.       Проходя по коридору, он слышал, как из комнат его команды доносилась музыка: они явно были рады победе и решили ее отмечать. Когда ему предложили с ними тоже потусоваться, Илья просто сказал, что очень устал и хочет пойти спать, что не сбивать режим.        «Of course, режим» - ему самому было смешно, как он глупо врет своей команде.       Зайдя на лестницу пожарного выхода, он спустился на первый этаж и вышел на улицу. Почему-то именно эта пожарная лестница бла всегда открыта, и Малинин уже несколько раз так уходил на улицу незамеченным.       Сразу его встретил освежающий ветер, который немного стирал негативные мысли из головы. Сделав глубокий вдох, светловолосый пошел к парку, который находился в олимпийской деревне. Было уже темно, и улицу освещали фонари.        Илья любил тишину улицы и бодрящий ветер. Только в такие моменты прогулки он мог почувствовать хоть какую-то свободу, будто этому миру плевать, кто такой «Илья Малинин», и думать, что он никому и ничем не обязан. А когда оказывался в закрытом пространстве, стены давили на него, будто заставляя вспомнить, что он должен быть олимпийским чемпионом, быть богом квадов.       Сам не заметив, светловолосый оказался рядом с аллей, где было много деревьев, которые покачивались от ветра и шуршали листьями.        Илья вспомнил один сон, который был единственным за последнее время не кошмарным. В том сне, он так же гулял по парку, и встретил какого-то человека, но он не мог вспомнить, кто это был, но помнил, что  голос человека его успокаивал. Каждый раз, когда он вспоминал про сон, он думал, что это просто была его фантазия, потому что фигурист не справлялся больше с эмоциями, и мозг решил дать ему этот голос во сне, который его бы успокоил.       «But, will such a person exist in reality?» - подняв голову и смотря на ночное небо, Малинин задумался. А правда, у него же никогда не было даже лучшего друга, который мог его понять, не было девушки, потому что никто не мог вытерпеть этих постоянных тренировок и сборов, в которых не было и ни минуты на личную жизнь.       — Hi? Я думал, что я один не могу уснуть - сзади Ильи где-то из темноты послышался голос.        Малинин повернулся, в надежде увидеть человека, который в такое время не спит и нарушил тишину. Но он никого не увидел.       «Показалось?» - пытаясь разглядеть хоть какое-то очертание человека, он продолжал поворачиваться и приглядываться, чтобы убедиться, что это не галлюцинации. — What? — задал вопрос в пустоту, думая, что может ему кто-то ответит.       Из темноты на него вышел высокий длинноволосый парень, на нем была куртка нейтрального участника Олимпийских игр.        — I thought I was the only one awake at such a late hour and walking around here. — парень подошел к светловолосому уже намного ближе, и Илья мог наконец-то увидеть лицо человека, который нарушил тишину улицы и его мыслей. —Сongratulations on your victory - был слышен акцент, но не очень явный, будто человек знал хорошо Английский, но просто не хватало практики с носителем.       «Victory…»       Малинин опять вспомнил, что он все-таки находится на соревнованиях. Он уже успел позабыть об этом, пока смотрел на ночное небо.  Но реальность не захотела его отпустить, и опять напомнила, что у него уже есть одна победа, и ему нужно опять завоевывать золото.       Илья продолжал стоять и молчать, на что его собеседник наклонил голову и посмотрел на него вопросительно, будто пытаясь понять, что в его словах было непонятного, что человек так долго думает над ответом.        — Спит чтоль? — тихо спросил будто сам себя, длиноволосый парень разглядывал Малинина, который просто смотрел сквозь него.       — Не сплю. — не заметив, как он перешел на русский, он ответил — Спасибо. — попытался натянуть улыбку на лице, в знак благодарности, чтобы собеседник не посчитал его неприветливым.       — Мне кажется, ты не очень рад победе.       Услышав это, светловолосый посмотрел в глаза парня, который уже стоял слишком близко, на расстоянии вытянутой руки.        «Он увидел, что моя улыбка фальшивая?» - он все еще не понимал, почему какой-то прохожий увидел в нем наигранность, а близкие нет.       В глазах напротив, Илья увидел такое спокойствие и будто бы.. понимание? Ему стало даже немного не по себе, будто его сейчас читают, как открытую книгу.       — Человек, который был бы счастлив и рад своей победе, никогда бы не стоял ночью в пустом парке и не смотрел на небо с какой-то тоской. Вероятно, он сейчас либо хорошенько отрывался бы с командой, либо спокойненько спал. Но ты здесь. - будто бы поняв, что хотел услышать светловолосый, парень ему ответил.        — Да кто ты вообще такой, чтобы меня тут оценивать?        — Петр Гуменник